39. Джон VIII
3 августа 2023 г., 10:20
Джон вздохнул, голос его был сух, тело устало, но разум был полностью бодр. Если все пойдет правильно, то к вечеру следующего дня Цареубийца будет у них в цепях, но, как и в ночь перед падением Горы, он не мог уснуть. Ему было неспокойно. И он сделал то, что помогало ему раньше. Он нашел укромное местечко, велел Призраку стоять на страже и достал тряпку, чтобы отполировать Темную Сестру, а найденное яйцо лежало у него на коленях, теплое, как в тот день, когда Призрак его нашел.
В последнее время он думал о многом. Об Арье и Сансе, он благодарил старых и новых богов за то, что они вернулись домой в безопасности. Робб сказал ему, что они в безопасности, прежде чем они покинули Близнецов, и он не мог не радоваться. Там они будут в безопасности, никто не сможет их тронуть. Но он думал и о других. Об Эйгоне и Рейнис. Сир Эртур сказал ему, что у него есть дядя Визерис и тетя Дейнерис, которые застряли в Эссосе. Он не мог не сочувствовать им: как это прискорбно — жить в бегах, и все из-за того, что один мужчина возненавидел другого из-за женщины, которая его не любила. Это была трагедия.
Он не часто вспоминал о своих родителях… по крайней мере, о настоящих. Он никому не говорил об этом, особенно сиру Эртуру, но он не мог не винить их. Как же иначе, они были такими глупыми, что им стоило только сказать кому-нибудь. Конечно, Роберт, скорее всего, разозлился бы, но они могли быть живы. Его сестра, его брат могли быть живы. Он знал, с какой любовью он относился к Роббу и Арье, и легко представить, что то же самое было бы и с Эйгоном и Рейнис, и даже с Дейнерис и Визерисом. Им не пришлось бы убегать.
— Ты — моя кровь, и это главное, — услышал он в голове голос отца. Джон не мог этого отрицать. Он знал, как быть Старком из Винтерфелла, но разве быть драконом — это совсем другое дело? Он снова вздохнул. Он знал, что, когда станет известна, его великая тайна, люди будут ожидать от него определенного поведения, но он был северянином. Это не будет забыто.
Призрак поднялся со своего места в траве, и это быстро привлекло его внимание. Когда они оба увидели пару желтых глаз, выглядывающих из-за куста, Призрак улегся на землю, и Серый Ветер присоединился к нему.
— Пожалуйста, скажите, что я не нарушил ваш покой, — Робб выскочил из кустов с легким поклоном, но Джон успел заметить на его лице ухмылку.
Джон подыграл ему и вздохнул:
— Знаешь, я могу казнить тебя за это оскорбление»
Робб рассмеялся и сел рядом с ним.
— Что ты делаешь так поздно?
— Не могу уснуть.
— Да, — ответил Робб со вздохом. — Я тоже не могу.
Он сделал небольшую паузу.
— Я пошел к твоей палатке, чтобы найти тебя, но тебя там не оказалось, и Серый Ветер указал мне путь.
— Умные, не правда ли? — ответил Джон, почесывая Призрака между ушами.
— Иногда это пугает, — ответил Робб, — Это ты был на берегу реки перед Близнецами?
— Да, — ответил Джон.
Робб кивнул.
— Я так и думал, но я не мог быть уверен, но у меня было такое чувство… Ты можешь им управлять?
— Нет, — сказал Джон, — Это просто случайные сны, то тут, то там. Думаю, отец мог знать об этом. С тех пор как они прибыли в Винтефелл, он всегда говорил нам, чтобы мы держались поближе и прислушивались к ним, что они будут нашим главным сокровищем.
— Он не ошибся, — сказал Робб, — Я разговаривал с одним из Вольных, кажется, его звали Орелл, и он рассказывал мне о том, что может видеть глазами своего орла. Есть несколько человек, которые могут делать это свободно. Я хотел, чтобы один из них пошел с нами, но дядя Бенджен сказал, что они понадобятся ему для встречи с лордом Тайвином Ланнистером. Я надеялся, что они смогут научить нас.
— Время еще есть, — ответил Джон, и в его голосе послышалась надежда.
Робб снова кивнул, и на мгновение стало приятно сидеть бок о бок, брат с братом, и смотреть на звезды. Робб снова нарушил молчание, указав на Темную Сестру.
— Ты уже использовал ее?
— В реальном бою — нет, — ответил Джон, — Сир Эртур подарил мне меч, похожий по длине, но гораздо тяжелее. Когда я остаюсь один, ночью, как сейчас, и могу свободно размахивать им, мои движения кажутся такими быстрыми.
— Мне знакомо это чувство, — сказал Робб, — Помнишь, когда мы были моложе и отец разрешил нам взять Лед? Мы оба думали, что он будет таким тяжелым, что мы не сможем его удержать, и мы попробовали вместе?
Джон рассмеялся. Он хорошо это помнил. Они оба взялись за рукоять, наложив руки друг на друга, и изо всех сил навалились. Они легко подняли его над своими маленькими головами, а затем уронили в шоке от того, что он так легко поднялся. Их отец смеялся.
— Валирийская сталь, — сказал отец, — Кожа ножен весит больше, потому что она большая, но сама сталь? Легкая, как перо снегиря.
— Хотя, — сказал Робб, снова возвращая его в настоящее. — Я так и не смог использовать Лед у близнецов. К тому времени, как я туда добрался, битва была уже выиграна. Великаны и свободный народ захватили Близнецов.
Джон улыбнулся:
— Но именно о Молодом Волке будут петь песни в королевстве.
Робб рассмеялся.
— Да. Надеюсь, они не будут звучать слишком плохо.
Джон снова вздохнул и посмотрел на звезды.
— Ты никогда не задумывался, почему тебя называют Молодым Волком? А меня — Белым Волком? Почему мы счастливчики?
— Счастливчики? — переспросил Робб. — Отец назвал бы это ответственностью. Не все достаточно ответственны, чтобы носить фамилию Старк, или Ланнистер, Баратеон, Тирелл, Мартелл, даже Таргариен. История говорит нам об этом.
Джон застонал.
— Теперь ты даже начинаешь говорить как он.
Робб сделал серьезное лицо и углубил голос.
— Мечом должен размахивать тот, кто выносит приговор. Если ты хочешь лишить человека жизни, ты обязан посмотреть ему в глаза и услышать его последние слова. А если ты не можешь этого сделать, то, возможно, человек не заслуживает смерти.
Джон усмехнулся первым, и Робб начал смеяться. Он смеялся вместе с ним. Было приятно сидеть поздно ночью и снова разговаривать с братом. Это было почти как в детстве, когда они тайком пробирались друг к другу в комнаты. Джон глубоко и громко зевнул, и это повергло его в шок. Когда он успел так устать?
— Устал? — спросил Робб.
Джон кивнул.
— А ты?
Робб покачал головой и вздохнул.
— Завтрашний день слишком тяготит меня. Что если что-то пойдет не так? Что если кто-то из наших близких умрет. Я знаю, что она просто хочет защитить нас, но я бы предпочел, чтобы личной охраны было не так много. Как я смогу смотреть в глаза лорду Карстарку или Большому Джону, если один из их сыновей погибнет, отдав свою жизнь за мою?
— У меня были похожие мысли в ночь перед тем, как мы захватили Гору, — тихо сказал Джон, но потом сделал паузу. — Что ты ранее сказал? Не все мужчины достаточно ответственны, чтобы носить свои имена? Вот почему вместо сна мы сидим здесь и думаем о любом исходе, о каждом человеке, которого мы можем потерять. Ваши знаменосцы, они — семья. Поэтому трудно думать о том, чтобы потерять хотя бы одного.
— Смотри-ка, кто теперь говорит как отец, — ответил Робб, на его губах появилась мягкая улыбка, а затем он на мгновение снова стал серьезным. — Но ты прав. Каждый, кто отказывается бросить меч, кто отказывается уступить, с такой же легкостью перережет нам горло, как и мы ему.
Джон кивнул, и Робб продолжил.
— Однако я отдал приказ. Мы не будем убивать ни одного человека, который сдастся. Мы будем обращаться с ними, по справедливости, надеясь, что если кто-то из наших людей окажется в плену, то с ним поступят так же.
— Мы — дети нашего отца, — ответил Джон.
— Братья, — сказал Робб.
— Всегда.
***
Лес был полон шепота. Лунный свет проникал сквозь деревья, где боевые кони били копытами по влажной, усыпанной листьями земле, а люди вокруг пытались успокоить себя нервными шутками, произносимыми тихими голосами. Вместе с Роббом, Призраком, Серым Ветром и Лиаррой он находился на западном гребне, ожидая сигнала, что Цареубийца попадет в их ловушку. Торрхен Карстарк и его брат Эддард входили в число тридцати человек, составлявших личную стражу Робба, хотя, как ни странно, сир Эртур пытался уговорить лорда Рикарда Карстарка не разрешать им присоединиться. — Что лучше для ваших сыновей, ехать с отцом на битву? — рассуждал сир Эртур. Это было странно, но Джон не придал этому значения после того, как лорд Карстарк настоял на том, чтобы его мальчики поехали с Роббом, Остальные состояли из других сыновей Севера и Речных Земель, да еще кое-кто из других мест. Например, Патрек Маллистер присоединился к ним, когда они мчались мимо Сигарда. Торос из Мира, Сэм Тарли, Гренн и Пип также решили ехать рядом с ними, и, конечно, сир Эртур никогда не отходил далеко. По мнению Джона, это была сильная группа, и теперь им оставалось только ждать звуков битвы. Робб выбрал отличное место для засады. Лунный свет и тени, густой ковер из опавших листьев, поросшая лесом гряда, достаточно пологий склон, чтобы лошади могли легко спуститься к руслу ручья и атаковать врагов. С другой стороны хребта он увидел, как леди Кейтилин смотрит в их сторону, на ее лице написано беспокойство. — Ты тоже важен, — тихонько сказала она ему после того, как Робб определился с охраной. — У тебя тоже должна быть охрана. — Я буду охранять своего брата, а они будут охранять нас. Я обещаю вернуть его вам, миледи, — сказал он ей и повернулся, чтобы уйти. Она осторожно взяла его за плечо и мягко улыбнулась. — Обещайте, что вы оба вернетесь ко мне верхом. Робб поднял меч — казалось, он видел, что мать смотрит на него, и хотел дать ей надежду, что все будет хорошо, но, когда он опустил меч, в ночи раздался протяжный низкий звук боевого рога Мейдж Мормонт. Серый Ветер и Лиарра откинули головы назад и завыли, громко и мстительно. Призрак тоже запрокинул голову, но молчал, как всегда. Он слышал, как отвечают другие рога: один с дальнего хребта, другой — от Маллистеров, ехавших с ними, третий — с севера, где затаились люди Карстарка, и все они складывались в глубокий, мощный звук. — Он не из тех, кто сидит в палатке, пока его плотники строят осадные башни, — пообещал сир Бринден. — Он уже трижды выезжал со своими рыцарями, чтобы преследовать налетчиков или штурмовать крепости. За то короткое время, что он был знаком с дядей леди Старк, тот ни разу не ошибся. И вот он снова оказался прав. Джейми угодил в ловушку, расставленную Роббом. Последние ноты дрожащего рога затихли и быстро сменились звуками битвы. Он слышал, как ветер несет стрелы, выпущенные лучниками, спрятавшимися в деревьях, в людей Ланнистеров. Слышно было, как гибнут лошади, как кричат люди, попавшие в засаду, и их тела с громким стуком падают на мертвую листву. — Винтерфелл! — крикнул Робб, и ему тут же ответили. Они неслись вниз по хребту, и их лошади обгоняли их всех, в то время как Робб держал Лед, а Джон орудовал своим обычным стальным мечом. Лошади Ланнистеров взвивались на дыбы при одном только виде трех лютоволков, мчались по хребту, сшибая людей с седел и оставляя их топтаться на месте. Серый Ветер был самым быстрым волком, и он прыгнул, когда оказался достаточно близко, свалив человека с лошади за горло, а затем приземлился и перебил ноги бедной лошади, оказавшейся на пути. К тому времени к схватке присоединились Призрак и Лиарра, и один только звук разрывающейся плоти заставлял некоторых мужчин тут же молить о пощаде. Стальной меч Джона пронзил первого в тот день человека сразу после того, как он увидел, как Призрак легко оторвал ему руку. Он быстро отвел меч назад и срубил еще одного, потом еще. Вокруг слышались звуки битвы. Треск сломанного копья, звон стали о сталь, крики Ланнистеров, Старков, Талли из Риверрана. Он убил человека слева от себя и успел повернуться, чтобы увидеть, как Робб снес голову какому-то бедняге Льдом. Это было все равно что резать хлеб. Он задумался, так ли это, когда он будет сражаться Темной Сестрой. Он ударил мечом еще одного человека, который упал с лошади и тут же стал просить пощады и звать свою мать. Джон не стал убивать такого человека и оставил его в покое, а сам направил коня на голос брата, когда услышал его крик: «Ко мне! Ко мне!» Его брат был без коня, но его гвардия быстро добралась до него и успела окружить его, чтобы защитить. Джон срубил еще одного человека, пытавшегося подобраться поближе, и, подняв голову, увидел Джейми Ланнистера, который с высоко поднятым мечом рубил одного человека за другим, стремясь добраться до Робба, Сир Джейми легко парировал его удар и проломил бы череп юному Дарину, если бы Дейн не протянул руку, чтобы остановить его, и Джейми Ланнистер рухнул под натиском Меча Зари. Не успели они понять, что произошло, как Джейми Ланнистер оказался на спине, а Рассвет приставили к его горлу. — Битва окончена, Цареубийца, — прошипел сир Артур, — Прикажи своим людям сдаться.***
— Ты ранен, — сказала леди Кейтилин Роббу, когда они поскакали к ней. Робб ехал на другой лошади. На ее лице все еще было написано беспокойство, но, как только она увидела, что они перевалили через хребет, на глазах у нее появились слезы радости. Должно быть, она увидела кровь. Робб поднял руку, разжал и сомкнул пальцы. — Нет, — сказал он, — Это… кровь Торрхена, возможно, или… — он покачал головой, — Я не знаю. Джон опустил голову и вздохнул. — Два мальчика Карстарка были ранены в бою. Дарин Хорнвуд был бы мертв, если бы не вмешательство сира Эртура. Они должны поправиться, но это займет некоторое время. Джон услышал звук приближающихся копыт и понял, что люди Робба уже не за горами. Большой Джон Амбер и лорд Рикард повели их за собой, а затем они оттащили Цареубийцу и бросили его перед лошадью леди Старк. — Цареубийца, — без всякой необходимости объявил Хэл. Ланнистер поднял голову. — Леди Старк, — сказал он, опускаясь на колени в грязную жижу, — Я бы предложил вам свой меч, но, кажется, я его потерял. Джон не обратил на него внимания, и как только его и остальных пленников заперли. Он быстро нашел свою палатку и погрузился в блаженный сон.***
Он был голоден. Он не ел уже несколько часов, и вкус лошадиной плоти был еще свеж на его языке, дразня желудок. Он попытался разбудить брата, но тот крепко спал, слишком устал, чтобы охотиться вместе с ним, так что в эту ночь он будет один. Ну, не совсем. Он быстро и бесшумно двинулся по лагерю, уловив запах знакомого человека и следуя за ним. Белый коготь — вот кого он учуял, того, кого они называли Эртуром. Этот человек всегда кормил его объедками и кусками мяса, и он надеялся, что сегодня будет то же самое. Он еще немного походил по лагерю, все время следуя за запахом. Запах привел его в густые кусты. Он выглянул сквозь кусты и увидел, что это Эртур, но с ним был другой человек. Мужчина был связан веревкой. — Забавно, как кумиры становятся твоими соперниками, — сказал мужчина, его желтые волосы смешались с грязью. — Ты подружился с сиром Эртуром Дэйном, но должен попытаться убить его, чтобы выжить. Эртуру, тому самому, с белым когтем, это, похоже, не понравилось. — Избавь меня от своих бесполезных шуток и ложной храбрости, Джейми. Я знаю тебя, или мне так казалось. — Теперь ты стыдишься меня, сир Эртур? Неужели я для вас всего лишь Цареубийца? — Цареубийца? — сказал Эртур, — Ты думаешь, меня волнует, что ты убил того человека? Меня не волнует, что ты убил его. Он не был для меня королем, не в тот момент… Но Эйгон? Рейнис? Где вы были, когда люди вашего отца убивали их? Где ты был, когда Гора бил Эйгона головой о стену и заставлял его мать смотреть, как он насилует и убивает ее? А когда маленькую Рейнис пронзили полсотни раз? Где ты был? — Где я был? — ответил тот, кого звали Джейми, срывающимся голосом, — Где ты был! Это я сидел за его дверью и слушал, как он насиловал королеву, а я был беспомощен и ничего не мог сделать. Я смотрел, как он сжигал и убивал одного человека за другим, руководствуясь своей больной прихотью. Я до сих пор чувствую запах горелой плоти! Я все еще слышу крики! Они преследуют меня и будут преследовать всегда. Где я был? Сир Эртур Дейн, где ты был? — Я выполнял приказ своего короля, — ответил Эртур, холодно и так низко, что Джейми пришлось навострить уши, чтобы расслышать его. — Того самого короля, который похитил и изнасиловал девушку Старков? — Джейми ответил так же холодно, — Королевство утверждает, что вы обладаете честью, но вы позволили своему королю похитить и изнасиловать бедную невинную девушку. Держу пари, ты стоял и слушал. Я устал от этого безумия и что-то предпринял. А ты стоял и слушал. Ты позволил королевству вступить в войну. Мы не одинаковы. Ты не можешь сидеть здесь и притворяться, что ты лучше меня. Эртур уставился на Джейми, изучая его с минуту, затем вздохнул и повернулся, чтобы уйти. Джейми не унимался. — Только все было не так. Этот дурак Эддард Старк не позволил бы тебе служить его дому, если бы ты сидел сложа руки и позволял, чтобы с его сестрой обращались подобным образом. Он бы убил тебя. Я бы поступил так же. — Лорд Старк победил меня, — проговорил Эртур, его голос оставался холодным, но нейтральным. — Это история, которую ты рассказываешь, — сказал тот, кого звали Джейми, — Когда я нападал на мальчика Старка, я кое-что заметил. То же самое я заметил в Винтерфелле. Вы не охраняли лорда Старка тогда, как не охраняете его сына сегодня. Не Робба Старка вы так быстро поднялись на защиту. Ты думал, что бастард в опасности. — Ты знаешь, почему. — это был не вопрос. — Я думал, что знаю. Ходили слухи, что Нед Старк влюбился в твою сестру в Харренхолле, но я знаю об этом только потому, что об этом говорила Элия. И когда после войны ты уехала на Север с лордом Старком, я подумала, что это потому, что он сын твоей сестры. Что он ваш племянник, и я так думал, пока не увидел вас обоих в Винтерфелле. Сегодня вы мне это подтвердили. Эртур надулся и снова стал уходить. Но Джейми не унимался, сцепив руки за спиной, ему удалось подняться на ноги. — Ты не скажешь этого, но теперь я знаю правду. Я видел, как ты защищал Рейгара, как становился в позицию, когда считал, что существует угроза. Мне не нужно, чтобы ты подтвердил это. — Спокойной ночи, Джейми, — сказал Эртур, не оборачиваясь. — На чем я остановился? — Джейми проигнорировал его и продолжил говорить. — Как только король Эйрис узнал, что мой отец вошел в город со своей армией, он приказал Россарту зажечь тайники с диким огнем, которые он развел по городу, чтобы сжечь его. Я убил их обоих. Мне было так стыдно, что я нарушил свою клятву, что я не думал. Не успел я опомниться, как в тронный зал вошел Нед Старк. Когда я опомнился и вспомнил о детях, было уже слишком поздно. Сир Эртур повернулся и снова уставился на Джейми, и снова подошел к нему, пока не оказался в нескольких дюймах от его лица. Если бы слова могли убивать. — И это твое великое оправдание? Ты потерял рассудок. Ты должен был убить его, но вместо того, чтобы вспомнить обещание, данное Рейгару, защитить его семью, ты позволил им умереть. При тебе! Эйгон и Рейнис мертвы из-за твоего бездействия, и это все, что ты можешь мне сказать? Ты потерял рассудок? Артур снова повернулся и быстро зашагал прочь через кустарник. Джейми Ланнистер крикнул ему в ответ. — Ты думаешь, я не знаю этого! Мои ошибки преследуют меня во сне по сей день! Я был там! Сир Артур больше не оборачивался к нему, но Джейми продолжал кричать. — Кто ты такой, чтобы судить меня! Я был там! Кто ты такой? Его крики перешли в приглушенные возгласы, и не успел он опомниться, как рыцарь, которого он орал, растворился в ночи. Призрак долго смотрел на мужчину, и через некоторое время Джейми заметил, что тот смотрит на него, и вскочил. Он не понимал, почему некоторые мужчины прыгают, когда видят его. Тогда он повернулся и пошел прочь от Джейми. Он все еще был голоден, и ему нужно было найти еду.
