Когда кончится зима

Профессор Дамблдор восседал за своим столом и излучал благодушие. Голубые глаза по-отечески смотрели на разместившихся в гостевых креслах людей, столь непохожих друг на друга. Поулз, набыченный как всегда при виде Снейпа, коренастый и столь неподходящий для парадных гостиных, как деревянная скамья в интерьере барокко, девушка, растеряно переводящая глаза со Снейпа на Поулза, сам Снейп, замерший как языческое изваяние, воплощение мрачной силы. ...Поулс и Елена прибыли накануне поздно вечером. Страшный старик проводил их в комнаты, предназначенные Елене. Елена, вся издерганная, пораженная красотой сияющего в ночи замка, его причудливой архитектурой, живыми портретами, движущимися лестницами, была на грани истерики. Поулсу пришлось влить в нее Умиротворяющий бальзам, чтобы унять дрожь и слезы. Слишком жива была в его памяти ночь, когда он, движимый профессиональной интуицией, заглянул в палату, и нашел ее в углу, в луже крови, с перерезанными запястьями. Как побежал по пустым коридорам в поисках дежурного целителя. Как потом сидел с ней всю ночь. И следующие дежурства не отдал никому, не доверял, огрызался на тех, кто посмеивался над ним. Сейчас она спит, а он сидит на диване, опустошенный. В комнате бардак, потому что сюда привезли почти все вещи из квартиры, и теперь комната была завалена книгами, одеждой на все сезоны, туфлями, ворохами фотографий, косметикой, и снова туфлями. Министерство вынуждает его оставить ее здесь одну, хотя Поулс был очень не уверен в преданности Снейпа стратегии Министерства. Точно ли доказано, что он был двойным агентом? Если есть хоть малейший шанс, что Снейп на стороне тьмы, нахождение здесь девушки крайне небезопасно. Поулс оставался напряженным и утром, шагая по бесчисленным коридорам к кабинету Дамблдора. Девушка старалась не отставать. Внизу у двери ведущей в башню главы школы столкнулись с мрачным, одетым сплошь в черное мужчиной. Мантия вилась за его плечами наподобие крыльев летучей мыши, а глаза показались напуганной Елене пустыми бесконечными тоннелями, черными и пустыми. Иссиня-черные падали до плеч. Елене захотелось слинять подальше отсюда, Фредерик, впрочем, не дрогнул. Расправил плечи, снизу вверх кинул недоброжелательный взгляд: - Здорово, Нюниус! Мужчина в черном не отреагировал, лишь губа его презрительно дернулась. - Ты, как я погляжу, так и не вышел из пубертатного возраста? - он говорил медленно, с растяжкой, как будто ему было жалко слов для таких незначительных людишек, как мракоборец средней руки и магла, - впрочем, я всегда был о тебе невысокого мнения,- добавил он с легкой усмешкой глядя на них обоих с высоты своего роста. Мракоборец не ответил, лишь первым шагнул в открывшуюся дверь, выразительно задев плечем профессора. Северус лишь небрежным движением смахнул с рукава невидимую пылинку, отвесил изящный, полный сарказма полупоклон, приглашая даму вперед себя. Понятно, что стычка у двери лишь повысила градус общей недоброжелательности в комнате. ...И вот теперь они сидели, как прошкодившиеся школьники, стараясь не смотреть друг на друга. - Дело-то в общем вот в чем, профессор Дамблдор, - старательно избегая смотреть на Снейпа, - говорил тем временем Поулс, - целителям удалось отвести заклятие от мисс Джонс, но так как у нее самой не все было в порядке с легкими, после действия заклятия и контр-заклятий ситуация с дыханием у нее несколько ухудшилась. Я всецело надеюсь на мадам Помфри, на ее опыт. Нельзя оставлять болезнь без контроля. Черноволосый мужчина презрительно рассмеялся: - Эти коновалы из Мунго.. Я вас умоляю, это просто смешно.. Что Вы принимаете из магловских лекарств, чтобы контролировать приступы? - резко прокаркал он, злобно глядя на девушку. Елена молча достала из кармана джинсов ингалятор и протянула профессору. Тот аккуратно взял баллончик с лекарством, избегая тактильного контакта, достал палочку, направил на ингалятор , и некоторое время всматривался в него, как будто мысленно раскладывал лекарство на химические формулы и составляющие. Он сидел чуть согнувшись, похожий на большого ворона, волосы закрывали его профиль, только усиливая сходство со черной птицей. Когда он распрямился, лицо его приняло кислое выражение: - Магловская дребедень. - Северус, прошу тебя, посмотри девушку сам, боюсь, мадам Помфри не сталкивалась с таким, - Дамблдор протянул руку, пальцы которой до сих пор были черны, как бы напоминая Снейпу о его необычайных способностях. - Я только тебе доверяю. - Встаньте у окна, - холодно приказал Снейп, удостоив ,наконец, своего взглядом, гостью. Та молча повиновалась, как в общем-то и все остальные, с кем профессор разговаривал в подобной манере. Снейп встал с кресла, аккуратно, словно боясь испачкаться, обошел мракоборца, который следил теперь за каждым движением зельевара с профессиональным вниманием. Встав напротив Елены, Снейп коснулся волшебной палочкой своей левой руки, отчего, та стала отсвечивать синеватым сиянием. Медленно отложил палочку, и, глядя девушке прямо в глаза, сказал тихо: - Извольте не рыпаться и смотреть мне в глаза. Мог бы и не говорить. Под взглядом магнетических глаз Елена перестала даже дышать. Она зачарованно уставилась на профессора. Глаза были настолько черные, что и зрачков не различить, настоящие дула пистолетов, готовые в любой момент выстрелить. Говорят, если тебе посчастливится увидеть оригинал "Черного квадрата" Малевича, то ты можешь разглядеть то, что другим не видно, страшную войну, уходящие в небо лестницы.. Вглядываясь же в глаза профессора, Елена видела лишь бездну. Лишь бездну и немного себя, барахающуюся на поверхности темных вод. Тем временем профессор прикоснулся сияющей синим рукой к шелковистой вязке свитера чуть пониже ключиц. Неожиданно мягко, тактично, распределяя подушечки пальцев в углублениях между ребрами. От испуга она чуть вздрогнула, стараясь одновременно держаться прямо и не терять контакт глазами. Краска залила ее скулы. Она прямо чувствовала, как сердце прыгает в груди, бешено колотясь о ребра, и профессор, вероятнее всего, ощущает эту пульсацию страха и нервозности. Самой себе в эту она казалась ребенком, костлявым и нескладным, готовым запутаться в собственных ногах. Мурашки побежали по коже, стайками собираясь на предплечьях, позвоночнике. Со страхом она поняла, что на лбу и над верхней губой у нее выступают бисеринки пота. Наконец он отнял руку, подхватил Елену, таки запутавшуюся в ногах, поставил ее вертикально, как ставят готовую упасть подставку для зонтов. Он выглядел чуть тревожнее, чем пятнадцатью минутами ранее, между бровей пролегла глубокая вертикальная морщина. Он едва заметно кивнул Дамблдору, а вслух сказал, при этом демонстративно вытирая руку белоснежным платком: - Все поправимо. Сам займусь. Запасы полуночного ириса у меня еще приличные. Вечером в восемь будете являться ко мне за зельем. Каждый день. Опоздаете - пеняйте на себя. Не буду отрывать более вас от приятной беседы, - он круто повернулся на каблуках, мантия хлопнула у него за плечами, прямо у Елены перед носом, и он быстрым шагом покинул кабинет. - Не пугайся, - засмеялся, правда, слегка ненатурально, Поулс. - Он у нас крайне спецефичный, если не сказать , странный. Он со всеми такой. Это не значит, что он тебя ненавидит, он всех ненавидит. Помню, когда учились с ним на параллельных курсах, тоже почти ни с кем не водился. - Это, безусловно, успокаивает, - Елена все не могла привести в порядок сбившееся дыхание. - Не оставляй меня, а? Фредерик крякнул смущенно, поглядывая на профессора Дамблдора. Тот смотрел на гостей смеющимися глазами. Казалось, его лишь позабавила сценка, разыгравшаяся у него на глазах. - Уверяю вас, милая леди, скоро все придет в норму, - сказал он , добродушно. Вы будете очарованы Хогвартсом, тут есть, что исследовать вашему пытливому уму, скоро вы во всем разберетесь. Чтобы не потеряться в магических материях и эффективно взаимодействовать с волшебным миром, всегда носите при себе это, - он протянул девушке синий, как его глаза, крупный сапфир на цепочке. Ты сможешь видеть то, что в обычной жизни, скажем так, не заметила бы, - он улыбнулся, - или, например, если ты случайно покинешь замок, сможешь вернуться. Северус вел себя как малое дитя, что я ему, по стариковской наивности, прощаю. Однако, одолжу его домового эльфа вам в помощь. Слушаться будет беспрекословно благодаря этому камушку. Великолепные создания эти эльфы, подарите ему толику вашего добра и великодушия, и обретете ценного помощника и милого друга. С этими словами старик протянул Елене камень, который та приняла со всевозможным почтением. Цепочку можно было повесить на шею, но камень был так красив, что хотелось не спускать с него глаз, поэтому она в несколько раз обмотала цепочку вокруг запястья, получив красивый браслет. - Женщины, - улыбнулся Дамблдор, - из всего сделают что-то этакое и красивое. Сейчас я вынужден заняться своими несомненно более скучными делами. С вами, Елена, увидимся за обедом, вы будете разделять стол с учителями, это самая малая почесть, которую вы заслуживаете. Профессор протянул руку к свиткам, которые ждали его участия, и гости поняли, что аудиенция закончена. *** Фредерик с дорожной сумкой на плече, в магловской одежде, стоял у ворот, ведущих из Хогвартса. Он тянул время, переступал с ноги на ногу и чесал волшебной палочкой затылок, отчего вокруг его головы вспыхивали сиреневые искры, которых он не замечал. - Еще раз, повтори все, что нужно знать, - приказал он Елене, которая провожала его до ворот. Та выглядела расстроенной и взволнованной одновременно. Хорошо конечно, жить под опекой такого сильного мракоборца как Фредерик, но ей вдруг отчаянно, до жути захотелось свободы. Изучить замок, посмотреть на чудеса, найти Гермиону, познакомится с таинственным эльфом.. Поэтому она тоже стояла, переминаясь с ноги на ногу, ожидая, когда Фредерик наконец покинет территорию Хогвартса. - Держать нос по ветру, докладывать обо всем с совами, серая сова, значит, все хорошо, коричневая сова, если я впала в очередную паранойю, и думаю, что за мной могут следить, а письмо - перехватить, - отчеканила девушка торопливо. - А еще? - Еще не снимать амулет, не наряжать эльфа... Хорошо, просто не давать эльфам одежду, держаться подальше от факультета Слизерин, а пуще всех - от их декана. Серьезно, Фредди, ты думаешь, что я его на чай приглашу? У меня от него поджилки трясутся, - она скорчила гримасу, должную показать Снейпа во всей его неприглядной надменности, но у нее плохо получилось. - Еще не настало время для шуток, Елена. Пойми, нужно быть настороже даже здесь. Используй время с толком - укрепи здоровье, бегай, читай на свежем воздухе..Пиши обо всем, пожалуйста. Ладно, свидимся. Поулс чуть дернулся по направлению к девушке,но в последний момент передумал, резко кивнул, закинул на плечо походную сумку, и вышел за ворота. *** " Дорогой Фредди! Не знаю, чего я ожидала, но жизнь здесь далека от тех чудес, которые теснились в моей голове, пока мы прощались, и ты даже не обнял меня, засранец. Этот замок, он гигантский, и у меня нет того магического чувства пространства, которое должно не дать мне заплутать в нем. Гадские лестницы! Они все время меняют направление, и вместо ожидаемой Столовой залы я попадаю то в библиотеку, то в какие-то старые, заброшенные аудитории. Два дня назад на меня напали рыцарские доспехи. Пустые, само собой. Ах, Фредди, как жаль, что тебя не было, ты бы оценил силу и мощь того визга , который огласил коридор на втором этаже. Боевой клич каманчей просто маяуканье котенка по сравнению с моим визгом. Естественно, мы с Пустым Рыцарем устроили веселые забеги по коридорам. Я бежала так, как не бегала на уроках физкультуры в пятом классе, и визжала при этом , естественно. Ужасно, но меня спас наш общий друг, профессор Ночной Кошмар. В общем, он послужил своеобразной финишной ленточкой, поскольку я в него врезалась, не заметив черной мантии на фоне закопченных стен. Дальше, натурально, я уже чувствую, как ты умираешь от смеха, читая это, в нас врезаются пустые доспехи. Мой визг, лязг рассыпавшихся по всему коридору доспехов, обеспечат, по выражению самого профессора, ему мигрень на неделю вперед. Мои комнаты очень милы, я сумела даже развесить несколько картин, чтобы чувствовать себя как дома. Мой домовик помог мне. Что это за чудесное создание. Милейшее розовое рыльце, гигантские уши, которыми он машет, когда смущен, и он полностью мой. Его отобрали у профессора Ночного Кошмара для меня, и этот милый чудик, эльф, очень рад. Обнаружил скрытые ранее способности к готовке, и вечерами мы, бывает, варим глинтвейн на крошечной кухне и печем печенье с корицей. Мой маленький Тобиус для меня воплощение домашнего уюта, и мы отлично поладили. Однако не буду больше отвлекать большого страшного мракоборца от его дел, тем более, что пора идти на вечернее рандеву за зельем. Держу нос по ветру. Елена." Дописав последнюю строчку, Елена поежилась. Часы неуклонно показывали начало десятого вечера, а значит, она уже опоздала. Торопливо накинув кардиган и сунув ноги в розовые угги, так плохо сочетавшиеся с замком и его строгой красотой, она выскочила из своих покоев. В коридорах замка было прохладно, если не сказать холодно, и теплая обувь была необходима, тем более, что Елена не была уверена, что не придется скитаться по коридорам несколько часов. К тому же, у нее были свои причины надевать именно розовые угги со стразами. Когда Снейп увидел их в первый раз, он отступил назад, прикрыл глаза, и тихим голосом, полным страдания произнес: - За что? Парацельс меня забери, за что? С тех пор розовые угги Елена стала надевать чаще и чаще, наслаждаясь производимым эффектом. Елена резво одолела две лестницы, три коридора, еще и еще, забирая влево и вниз, физически ощущая как становится темнее и холоднее по мере приближения к подземельям. Шаги сами собой замедлялись, и последний проход она шла медленно, собираясь с духом. Вот и огромная темная дверь, ведущая в логово Снейпа. Потянула за ручку, отлично и детально изображающую какого-то змия, замершего в мучительной агонии, обжигающе ледяную. Сердце как всегда трусливо устроило какую-то игру в тахикардию. Противный скрежет, полоска желтоватого света, волна непонятных, но в целом приятных запахов, потрескивание факелов... - Добрый вечер, профессор. Надеюсь, не отвлекаю вас, -Елена кидает боязливый взгляд на сидящего за кафедрой мужчину, чье бледное лицо, склоненное над пергаментом, скрыто черными прядями волос, блестящих в свете факелов. Как всегда, он кажется неприятно удивленным, увидев ее. Морщит брови, медленно откладывает перо. - Вы опоздали, - вместо приветствия произносит он медленно, мягко позволяя своему голосу добавить каплю горькой укоризны. Елене тут же становится совестно. - Простите , профессор, я писала письмо, и не следила за временем, - голос слишком тонкий ( ну же, как так можно, говори нормально, он же пялится как пень, хотя непонятно, как пень может пялиться). - Ах, извините, что отнимаю у вас время своей ерундой, - теперь в голосе чувствуется гораздо больше неприязни, чем раньше. - Я-то, при всей своей прискорбной глупости думал, что вопрос вашей жизни важнее чем ваши слащавые письма этому беспросветному болвану, вашему дружку. Северус вырос из-за кафедры, заслонив факел, и Елена инстинктивно втянула голову в плечи. Фигура профессора, подсвеченная огненным ореолом, выглядела довольно внушительно. Он сложил руки на груди, окончательно отгораживась от нее. - Они не слащавые, и он не мой дружок, а куратор, - насупясь, бросилась в атаку Елена. - За опоздание я приношу свои извинения, но во всем остальном вы не правы. Я знаю, вы не очень рады моему появлению здесь, но я тоже не виновата в этом. Профессор хмуро глянул на нее, но ничего не ответил. Вместо этого он лениво взмахнул рукой с палочкой, и с рабочего стола взлетела прозрачная склянка с золотистым содержимым и плавно пролетела через весь кабинет. Невзирая на отвратительное настроение, Елена на миг забыла обо всем, восхищенными глазами следя за плавным полетом склянки. Она не могла контролировать свое лицо в эти мгновения, и Северус на секунду залюбовался чистым детским восторгом, подобно солнечному зайчику, озарившему ее лицо. Медленно, как во сне, она вытянула руку, и подсвеченная золотом бутылочка мягко опустилась ей на подставленную ладошку. - Это было чертовски красиво, профессор, - тихо сказала она, и голос не звучал ни слишком тонко, ни негодующе, а спокойно и чуть глуховато, - который раз я сморю на это зелье, и мне всегда жалко его пить. Она так и держала ладонь на уровне лице, вглядываясь внутрь бутылочки, где золотистые завихрения свивались в сложные фигуры, живя своей жизнью, бросая нежные отсветы на ее лицо, на курносый нос, зажигая золотые точки в больших серых глазах. Северус стоял, не двигаясь, опершись одной рукой кафедру. Этот темный мрачный кабинет, столы, котлы, силуэт девушки с рассыпанными по плачам волосами, завороженно глядящей на пузырек с зельем, все начало терять очертания, расплываться, погружая профессора внутрь себя, туда, куда он предпочитал никогда не возвращаться. Усилием воли вернув себя в класс, он произнес почти шепотом: - Это золотая пыльца с цветов, именуемых Цветами жизни. Пыльца продолжает жить даже в приготовленном зелье, заставляя его быть в движении. Именно она наполняет ваши легкие новой жизнью и новой тканью. Девушка рассеянно кивнула. - Спасибо вам, профессор, еще раз, и еще раз извините меня. Спокойной ночи. - Да, и вам. Дверь скрипнула , и девушка, бережно сжимая в руке лекарство, выскользнула за дверь Северус успел заметить только мелькнувшие розовые валенки, на сей раз не вызвавшие излития желчи. Северус медленно вернулся к своему креслу у кафедры и тяжело, грузно опустился в него. Внезапно он почувствовал себя чертовски уставшим и опустошенным