У кирпичной стены

      Наша троица заваливается в зал бильярдной. Словно туман, в воздухе витает дым от множества запаленных сигарет. Все весело о чем-то галдят, звенят стаканами со всякой гадостью или вкушают пищу земную. Собрался тут почти весь союз банд: анархисты, бриолинщики и отморозки. За светскими развлечениями в «Шарах» можно было с удовольствием убить время и деньги. Можно поиграть за карточными столами: от техасского холдема, до больше-меньше. Кто-то просто заливал в себя алкоголь или соревновался в армрестлинге. Часто случались стычки между посетителями. Иногда дуэлянты били друг друга на улице, не тревожа спокойствия других посетителей, а иногда мордобой охватывал все заведение. В большом подвале находился склад пищевых продуктов, несколько комнат для свободного ночлега, зал планирования (давно уже лидеры вместе ничего не мутили) и кабинет Фрэнка.       Я водил взглядом и пытался найти его. Скорее всего, он уже битый час проводит за карточной игрой. Пил он мало, поэтому в баре его можно даже не смотреть. А вот в бильярд поиграть любил, особенно, на деньги, которые всегда у него водились. Я сразу пошел к игральному углу, огибая отдыхающих, а мои кореша побрели к барной стойке. И правда, за одним из столов сидел Фрэнк, держа одной рукой какую-то кису, а другой делая ставки в покере. Фрэнк заметил меня и по-дружески подмигнул, но играть не прекратил и пододвинул восемь пивных крышек на середину стола; его соперник уравнял ставки, пододвинув свои крышки в банк. Игроки вскрыли карты. «Хех, не повезло тебе, старина,» — сказал соперник Фрэнка, загребая крышки к себе. Мой друг с невозмутимым видом вышел из-за стола, пожав руку партнеру и предложив своей кисе встретиться потом, и пожал мне руку. — Здарова, кореш. — Привет, Брайан. Как дела? — Да вот, потихоньку-помаленьку. Чем сейчас занимаешься? — сказал я и сел за свободный стол. Фрэнк свистнул и какая-то дама принесла колоду карт. — Пока отдыхаю после удачной сделки. А как дела у твоих бандитов? — У них в порядке. Только по пути сюда обнесли какой-то магазинчик. Ну и разнесли его конкретно. Арфей все жестче. Страшно представить, каким монстром он станет в будущем. Уилл остается мне верным другом и надежным товарищем.       Фрэнк дернул за руку какого-то бриолинщика и заказал нам пиво, потом перемешал колоду; мы начали отвлеченно играть и продолжили разговор. — Как в школе? — Да, все так же. Работы за меня пишет какие-то два чудака, один под хлыстом, другому плачу. А парни ни на что серьезное не способны. Есть, конечно, одна группа хулиганов, с которой я корешусь, но они мелкая сошка. Только мелочь у слабых стреляют, а в драке по сути ничто. Еще есть банда темнокожих типо «генгста». С ними нормально общаюсь, в принципе, но это понятно почему. К тому же они понтушники жуткие, что меня не устраивает. — Ну ладно. По моим фронтам все спокойно. Этот бар приносит небольшую прибыль, но живу я все равно на другие деньги в основном.       Дальше мы болтали ни о чем, часто шутя и подкалывая друг друга. Через двадцать минут к Фрэнку подошел один из отморозков и прошептал что-то на ухо, поэтому мой друг вынужден был удалиться по каким-то делам. Я пошел искать своих корешей.       Обходя отдыхающую массу, набрел на играющего в бильярд Уилла. Друг уже заканчивал играть и натирал кий мелом. С моим корешем играл отморозок по имени Дункан. У парня очень занимательная история. Еще пару лет назад он был тощий и совершенно не умел драться. Переехал в наш город, в новой школе стал объектом насмешек. После уроков его избивали, на переменах издевались. В школе он боялся проходит мимо туалета, чтобы не окунули головой в унитаз. Таким образом, Дункан закалился морально. Став прогуливать уроки, он случайно связался с бандой отморозков. Точно не знаю как это произошло, но вроде он не произнес ни звука, пока его избивали шесть человек. Увидев его стойкость, хулиганы снова изыскали его, но он опять молча приготовился к экзекуции. Вроде, повторно его никто не избивал (хотя, некоторые говорят, что таких сеансов было около девяти) и отморозки оценили его моральные качества, предложив вступить в банду. Тогда у Дункана созрел план мести, и он начал подготовку. Новоиспеченный отморозок научился драться, окреп и стал из покорного мученика свирепым зверем. После этих изменений он долгое время заставлял харкать кровищей своих бывших одноклассников. Сейчас, у самого главного задиры над Дунканом не хватает тринадцати зубов. Вот такая история «успеха».       Уилл и Дункан сошлись в характерах и стали надежными корешами. Я тоже с ним неплохо ладил. Подойдя к столу, я изъявил желание поиграть с ними. — Ты не сможешь поиграть с нами, Брайан. Мы уже заканчиваем, — сказал Уилл. — Да как так-то? И куда вы собрались, голубцы? — Я тут знаю одно плевое дело. Облапошим бонявых и срубим бабла, — сказал Дункан. — Ну как знаешь, коротыш, — это прозвище Дункана за его низкий рост, — только если попадетесь, из вас выбьют вся дурь. — Да все схвачено, их дома не будет еще неделю, — сказал Дункан, — и барыг я тоже нашел, чтобы сбыть награбленное. — Ага, — кивнул Уилл.       Я попрощался с друзьями и вышел из бара, чтобы покурить. Стоял так минут пятнадцать ничего не думаю. Размышлял о деле, на которое собрались мои друзья. Раньше Уилл ходил только со мной, а сейчас я почему то чувствовал за него ответственность, как за младшего брата. Странно это…       Мои размышления прервал звук бьющегося стекла и громкий агрессивный крик. Бильярдную посещали не только члены группировки, часто сюда захаживали и простые бандиты со своими бандами. Так же часто случались и стычки. Я выбросил окурок и направился узнать источник шума.       Когда я потянулся к дверной ручке, дверь неожиданно распахнулась и откинула меня в сторону. Из дверного проема вылетела огромная детина, швырнув перед собой Арфея. Я приподнялся на локтях и увидел, как Арфей откатился в сторону от огромной ноги, обутой в говнодав. Из помещения вышли два панка, держа в руках пиво и крича: «Бей падлу, Тимми, прикончи сволочь!». Народ стал вываливать на улицу. Я вскочил на ноги и с разбегу прыгнул на огромную спину этого громилы, обвив его толстенную шею рукой, и двинул ему в ухо. Арфей, не долго думая, стал наносить серию джебов по огромной туше, пытающейся стряхнуть меня. Шатаясь, детина ударом ноги сбила Арфея на пять метров в сторону севера, а меня перекинула через плечо. Я больно плюхнулся на асфальт и вовремя отвернул голову от огромного кулака. С глухим звуком ударились костяшки о тротуар, и над моими ушами раздался рев. В этого гиганта влетел Арфей, почти сбив его с места. Этот бандит так и не разжал свою руку, поэтому я проволочился по асфальту пару метров, ударив коленом по бордюру. Арфей в клинче наносил удары по телу соперника, и тот наконец разжал кулак и я быстро поднялся. Обойдя сцепившихся бойцов, я со всей силы ударил эту детину по затылку. Почувствовал сильную боль в костяшках, чуть не сломал кисть. Громила пошатнулся, и Арфей обвил его шею руками и нанес три удара коленом: два в торс, один почелюсти. Последний Арфей нанес в прыжке, потому что не доставал ростом. Детина заревела, на развороте ударила меня тыльной стороной руки по плечу, отбросив в сторону, и начала боксировать с Арфеем. Я упал под ноги одному из панков. Поднявшись на ноги, я выхватил у одного из них бутылку, а на недовольный возглас оттолкнул в стену. В два прыжка я оказался у самой драки. Громила поднял Арфея в воздух, швырнул в мусорные баки и повернулся ко мне. Я уклонился от прямого удара в лицо и, сделав нырок от последующего хука левой, ударил бутылкой по виску своего оппонента. Затем присел и, получившуюся розочку воткнул в ногу противника. Сразу после этого, в колено врага влетел удар Арфея. Затем мой друг сделал хук левой по челюсти соперника, удар локтем правой по уху, коленом в пах и, отойдя на пару метров, с двух ног влетел в тушу. Детина упала на асфальт, а Арфей победоносно пнул ее по голове. «Ты цел?» — спросил меня мой товарищ. Я ответил, что у меня останутся ушибы, которые еще долго будут болеть. Мы пошли в бар. Два панка опасливо поглядывали на Арфея, а когда он зашел в помещение, подбежали к своему другу. Все остальные смотрели с уважением. Народ зашел вслед. У барной стойки кто-то угостил нас пивом, некоторые, проходя мимо, похлопывали по плечу. Арфей рукавом кофты вытер струйку крови, ползущую из его носа по шее за шиворот. Он залпом допил содержимое пинтовой кружки и оценивающе посмотрел мне в лицо. Я сделал глоток. «Я сейчас, посмотрюсь в зеркало,» — сказал Арфею и направился в мужской туалет. Перед зеркалом мне предстала следующая картина: синяк на правой скуле, разбитая нижняя губа, сшоркнутая кожа на лбу, несколько узких прядей волос свисают на лицо. Я достал из заднего кармана гребень и зачесал волосы назад, как они лежали до столкновения с тем громилой. Осмотрел кулаки. Костяшки опухли, на некоторых кожа лопнула. Ребро правой кисти было тоже сшоркнуто, видимо об асфальт. Я помыл руки с каким-то хозяйственным мылом, лежавшем на раковине и вышел из туалета.       Отошел только на пять минут, а Арфей уже учудил очередной конфликт с непонятным посетителем. Не видел завязки, но зато увидел концовку этой короткой истории. Арфей разбил стакан об голову рядом сидящего человека, ударил головой об стойку, швырнул на пол и заказал себе еще пива, как будто ничего не произошло. Победы над людьми сильнее его придавали ему сил и очень агрессивной инициативы. Я подошел к незадачливому пареньку. Он постанывал и шарил левой рукой по полу. Я присел над ним, похлопал по щеке и за руку поднял на ноги. Паренек пошатнулся и норовил упасть снова, но я подхватил его под руку и, отведя за свободный столик, уложил на диванчик. Он сразу упал под стол, но это уже было не мое дело. Направился к Арфею. Перед ним лежали скомканные окровавленные салфетки, которыми он вытирал кровь со своего лица. Я похлопал его по плечу и сказал: — Что же ты такой дикий, братец? — Да так, иногда вспоминаются былые обиды… На предков, одноклассников… В общем всех людей, которые составляли мое окружение на протяжении четырнадцати лет. — Хм… Знаешь, я ведь тоже плохо с отцом общаюсь. Ну как сказть общаюсь, я с ним не говорю почти. Я и дома бываю редко. — Хех, я тоже. — Вот-вот. А когда я прихожу домой он начинает играть роль отца. Какие-то советы дает, поучает… Всегда так, как будто он многое видал и мне в учителя годится, а он мудила ссаный. Я ему в такие моменты намекаю, что он мне не отец, в переносном смысле, конечно, биологически, к сожалению, он все же мне отец, так он меня пиздит за это, гад. — Мой просто на меня внимание не обращает. Уж лучше бы он меня отлупил или отругал. А он, что и мать, на меня ноль внимания. Я им ненужен. — Уж поверь, очень гадкое ощущение, когда отцу на тебя плевать, но он пытается какие-то понты резать, выпендриваться и поучать. — Да, фигово. — Ну, собственно, я уже давно понял, что он мне никто. Для кого-то отец — наставник, пример, а для меня чмо последнее, которое награждает меня лещем, когда я это ему говорю. — Похоже мы с тобой, Брайан, ненужные дети. — Я бы сказал: «нежеланные». Мы сидели пару минут в тишине. Я заказал небольшую пиццу, хотелось прекусить, а Арфей продолжил разговор: — Думаю, что скоро я не выдержу и сбегу навсегда. — Вряд ли твои это заметят. — Хорошо подмечено, — он сжал кулаки. Я напрягся. Он никогда не дрался с близкими друзьями, только по приколу боролись, но становится все равно не по себе. Я слишком хорошо знаю, как он хорошо наносит людям тяжелые увечья. — Я не в обидном смысле, легкая ирония. — Ха-ха, но ты иди нахуй, пока что. — Аха-ха-ха-ха, — запрокинул голову от смеха я. Арфей умел выдавать очень странный, оригинальные фразочки. Это была его фишка.       Пиццу принесли, и я съел ее, болтая с Арфеем по пустякам. Мы много шутили и очень громко смеялись. Мы беседовали около сорока минут, потом я пошел спать в подвальную ночлежку этого бара. Во время нашего разговора, его случайно задел какой-то отморозок, и мне пришлось схватить Арфея, чтобы не закончилось еще одним нокаутированным бедолагой.

***

      Мне что-то снилось, но запомнить образы я так и не смог. Я лежал в маленькой комнате на грязном матрасе, укрывшись курткой. Рядом со мной лежала моя одежда: рубашка и жилетка, берцы я поставил на пол.Кастет в кармане больно отдавливал ногу, я перевернулся и начал разгонять кровь. Было темно, и я не сразу заметил Фрэнка, сидевшего на стуле, и Арфея, прямо в одежде спавшего на диванчике. Я приподнялся на локтях и сказал: «Привет, друг. Который час?». «Без формальностей, сразу скажу расклад: этой ночью Уилла и Дункана поймали в доме какого-то там «правильного» пацанчика. Дункан, судя по всему, в коме, врачи к нему не пускают. Уиллу сломали обе лодыжки, разорвали на нем одежду и облили мочой,» — Фрэнк что-то хотел сказать, но его прервал Арфей, который уже выскочил из комнаты и бежал на улицу. Я бросился его остановить, сам был в шоке и хотел убить кого-то, но Арфей не сможет сдержать такого эмоционального порыва. На лестнице я обхватил его за талию, но он разжал мои руки и пинком в грудь спустил с лестницы. Фрэнк, перешагнув меня, не без труда заломал Арфея, получив по носу, и мы принялись его успокаивать.