Дети якудза

Трухлявые щепки обваливались с неимоверной скоростью, обнажая до сих пор скрытые комнаты и коридоры. Восстановитель брезгливо тряс рукой, будто это могло помочь избавиться от прилипшей к пальцу пыли. Чем больше разваливался ветхий дом, тем явственнее Чисаки осознавал, в какое положение попал. Он был один. Снова. Все, кто вошёл в этот проклятый дом, просто исчезли. Даже Мимик не отзывался. Ты наблюдала за ним уже несколько минут и поражалась тому, как ему удаётся держать себя в руках. И тому, насколько сильно тебе не хочется делать то, что приказано. Всё-таки вы не такие уж и чужие люди. * * * * Ты захлопнула дверь кузова чёрного грузовичка и направилась к пассажирским местам. За рулём, тихо напевая под нос какую-то песенку, сидел четырёхрукий мужчина лет шестидесяти, высокий, статный, с серебристой сединой, одетый в элегантный тёмно-каштановый жилет и белую рубашку. На шее красовался алый галстук-бабочка.  — Вы завершили свою работу? — зазвучал его бархатный голос. — Всё прошло успешно?  — Да. Надеюсь, успеем, пока не очнулись.  — Когда заехать домой, смею спросить? После переговоров? — ты села на место рядом с мужчиной и закрыла дверь, он тотчас же надавил на газ.  — Да. Думаю, быстро управлюсь, Тсубаса говорил, что только кровь для экспериментов возьмёт и отпустит его.  — Вы в это верите, мэм?  — А у меня есть выбор?  — Я не могу быть уверен, что та ситуация, в которую нам не посчастливилось попасть, полностью безысходна, (имя)-сама.  — Цезарь…  — Простите… Тень-сама.  — Если я найду антидот, выход появится сам. А я найду, рано или поздно.  — Не сомневаюсь, мэм. В шум дороги влился ритмичный стук дождя. Капли оставляли на стекле тонкие косые дорожки, вздрагивали, когда колесо попадало в ямку или на кочку, но всё так же уверенно направлялись к земле. Ты включила радио. «…ожидается дождь. Ветер северный 7-9 метров в секунду.» Значит, опять похолодает. А так уже хочется тепла… Машина плавно остановилась возле неприметного здания бывшего рыбного склада. По твоей коже пробежали мурашки, и не только от осознания того, что придётся выйти под этот холодный дождь.  — Нужна ли вам моя помошь?  — Нет, спасибо, я справлюсь. Просто подожди здесь и, пожалуйста, проконтролируй остальных. Скоро вернусь… надеюсь. **** Восстановитель резко очнулся от невыносимого запаха нашатыря и сразу понял, что ситуация сложилась не в его пользу. Недопустимо близко к нему стоял неопрятного вида мужчина, сильно походивший на типичного ботаника: тощий, высокий, кудрявый, в поношенном свитере цвета детской неожиданности и мятом белом халатике явно из секонд-хэнда. За спиной у учёного (по крайней мере, таковым он себя считал) было два неприятного вида сморщенных перепончатых крыла.  — Его кровь будет очень полезна… Совсем скоро мир узнает имя Тсубасы Доку! Он будет трепетать от одной только мысли обо мне и мощи моей несокрушимой армии!  — Тсубаса-сама, вы обещали отпустить Восстановителя. — тихо проговорила ты. — Не могли бы вы…  — О, Тень. Тебе действительно нужно выучить пару жизненных уроков. Так уж и быть, побуду для тебя учителем. Итак, слушай и запоминай хорошенько: не всему, что говорят люди, можно верить. Запомнила? Теперь повтори.  — Тсубаса-сама, прошу вас! Он ведь совсем никакого отношения к вашим делам не имеет, он ничего не знает! Пожалуйста, дайте ему уйти! Он не заслуживает смерти! Тсубаса неудовлетворённо цокнул языком и покачал головой.  — Какая же ты недотёпа, Тень. Ты просто не оставляешь мне выбора. Придётся наказать тебя. Снова.  — Умоляю, отпустите его! Зачем вам забирать его жизнь? Зачем вам было забирать жизни тех, кто был до него?! Прошу вас! Одумайтесь! Убийство ни к чему хорошему не приводит, поверьте! На лице пленителя заиграла зловещая ухмылка. Он вынул из кармана какое-то плоское устройство с множеством кнопок и зажал одну из них. Почти мгновенно в твоей шее зародилась невыносимая, дикая боль, словно тебя резали пилой наживую. Ты схватилась ладонью за это место и согнулась, изо всех сил стараясь сдержать крик. Боль постепенно расползалась всё дальше, обволакивая пеленой агонии всё твоё тело.  — За непослушанием всегда следует наказание. Неужели ты до сих пор не запомнила? Какая же ты бестолковая! Тело Кая по-прежнему не слушалось — транквилизатор, введённый тобой, всё ещё действовал. Неожиданно для себя, Восстановитель почувствовал, как паника поднимается откуда-то изнутри. Осознание собственной беспомощности всегда давалось ему очень тяжело, а в тот момент оно вдобавок было сопряжено с угрозой жизни. Он чувствовал, как неистово колотилось его сердце, так хотелось сорваться с места и бежать, бежать так далеко, насколько хватит сил!..  — Хотя, знаешь, наверное, мне будет выгоднее, если он останется в живых. Да! О-хо-хо… Он станет одним из моих подручных, как ты. Иметь такого работника очень полезно. Да, решено. Эй, ты, как тебя там… Стоявший возле дверей худосочный мужчина быстрым шагом подошёл к Тсубасе. Мучитель отпустил кнопку, и боль начала медленно отступать.  — Ямада, Тсубаса-сама.  — Да, Ямада, подай мне инъектор со стола. Живей, живей! Ямада, не смея возражать, схватил со стола продолговатое устройство и вложил его в протянутую руку своего господина.  — Восстанови-и-итель, — приторно-сладко протянул учёный, — настала очередь нашей с тобой беседы. Знаешь, что я держу в руках? Ты хоть представляешь, какую власть оно мне даёт? Советую тебе запомнить этот миг, и всё, что ты сейчас почувствуешь. Не каждый день встречаешь Тсубасу Доку, то есть, меня, величайшего изобретателя этого города! И Чисаки ощутил, как толстый острый стержень входит в кожу его шеи, как какой-то небольшой объект остаётся там, внутри. И как тотчас же боль стала распространяться по телу, словно молниеносный лишай, а всё, что он мог сделать — это закрыть глаза. Чувства, близкие к безумию, обуревали им. И всё же эти муки не были вечными. **** Он проснулся так же резко, как и в прошлый раз. Всё пережитое казалось страшным сном, за исключением того, что шея болела в месте ввода стержня. Дышать было непривычно легко, и вскоре он понял, почему: его маска лежала на столике возле кровати, две верхние пуговицы рубашки были расстёгнуты, а галстук покоился на стуле чуть поодаль вместе с курткой. Одевшись, Восстановитель вышел из комнаты, всё ещё ослабленный и с тяжёлой головой. Коридор встретил его приятными тёмно-красными и коричневыми оттенками и аккуратным, но в то же время изящным, убранством. Коридор включал в себя внутренний балкон с резными перилами тёмного дерева, с которого открывался вид на просторную парадную прихожую, высокую арку восточного крыла и угловатый проход в западное крыло; несколько комнат, расположеных по правую и левую руки от той, из которой вышел Чисаки, и лестницы вниз. К ней он и направился. Когда Восстановитель спустился, его уже ждал Цезарь. Мужчина сменил свой костюм на традиционный для дворецких фрак, кристально белые перчатки и такую же рубашку с чёрной бабочкой.  — Добрый вечер, сэр. Позвольте представиться: Рональд Гай, или Цезарь, для краткости. К сожалению, госпожа (имя) в данный момент отсутствует, вы можете подождать её возвращения с вашим товарищем в чайной комнате. Прошу, следуйте за мной.  — Что это за дом? — место ввода чипа на его шее зазудело.  — Зимняя резиденция ныне покойного Хокоридо Назу, главы семейства Назу. — Цезарь заложил вторую пару рук за спину. — В данное время госпожа (имя) Назу, его дочь, использует эту усадьбу в качестве так называемой «базы». Вдвоём они миновали арку восточного крыла, она источала почти выветрившийся запах мебельного лака. Восточный коридор оказался галереей, полной окон, смотревших на юг, в освещённый тусклыми жёлтыми фонарями сад. В конце коридора располагалась незапертая дверь, Цезарь пошёл к ней… …Но внезапно из незакрытого окна в коридор ворвалась чёрная дымка. Остановившись в центре, она во мгновение ока превратилась в девушку — на вид ей было не больше 25-ти — в кожаной куртке поверх чёрного костюма. Правое плечо её было ранено. Такой в тот вечер ты предстала перед давним своим знакомым, Чисаки Каем из Восьми Заветов Смерти.  — Собачьи дети, чтоб их побрало! Цезарь, мне нужна Хибана и аптечка. Я, чёрт возьми, предупреждала его, но… О… Оу. Так ты пришёл в себя? Восстановитель бросил на тебя взгляд свысока и промолчал.  — Слушай, я знаю, как это может звучать, но я не хочу причинить тебе вреда. И твоим людям тоже. Я просто выполняю приказы.  — Приказы самовлюблённого бомжа? — в его голосе звучало негодование. — Ты позоришь честь своего отца.  — Следи за языком!  — Скажешь, это не так? Быть на побегушках у какого-то сумасшедшего, выполнять его приказы и слёзно умолять его не убивать кого-то — не позор для Назу?  — Ладно, да, ты прав. Только вот не я это придумала. Думаешь, мне нравится это? Как бы не так. Я ненавижу этого Тсубасу всеми фибрами того, что у меня осталось от души, каждый день я засыпаю с мечтой о том, как я медленно, методично убью его. До тех пор, пока я не найду способ убрать чипы без чьей-либо смерти, я вынуждена бегать с его поручениями. И ты теперь тоже.  — Причём тут я?  — Ты забыл? Или не чувствуешь чип, который Тсубаса тебе вживил?  — Объясни, что это. И вообще, что происходит.  — Позже, ладно? Меня ранили, если ты не заметил. Подожди со своими. Цезарь, где Хибана-чан?  — В чайной комнате, госпожа. Она и Шёпот наблюдают за Хроностазисом, так он представился. Он отдал приказ всем остальным своим спутникам вернуться на базу, и я отпустил их через парадный вход. Мы направлялись к чайной, когда вы вернулись.  — Отлично. Тогда нам по пути. В чайной комнате было несколько прохладно, но от того более уютно смотрелся кирпичный камин у стены. В центре комнаты стоял большой овальный стол, за которым сидел Хроно, девушка в кирпично-красном платье с длинными золотыми хвостиками, по которым периодически пробегали синие искры, и некто укутанный в красную с чёрными метками мантию, с маской белого кота на лице. Когда спутники вошли в комнату, таинственный человек повернулся лицом к двери, и Чисаки невольно взглянул в его глаза. Такой черноты он не видел никогда. Глаза не блестели, в них не было видно радужки или белка — только сплошная, кромешная тьма. Девушка с хвостиками тоже обернулась и едва не выронила чай из рук.  — Боже мой, госпожа! Что с вами произошло? Кошмар, садитесь скорее, я сбегаю за аптечкой!  — Восстановитель! — Хроно приподнялся с дивана, приветствуя молодого господина.  — Сиди.  — Привет, Хибана, Шёпот. А вы?..  — Хроностазис.  — Да, добрый вечер. Сожалею, что не зашла раньше, нужно было разобраться с одним срочным делом. Пока Хибана не пришла, кратко о сути происходящего: мы все во власти Тсубасы из-за чипов, и если попытаться их достать, мы умрём. Все чипы связаны с моим, если мой чип перестанет подавать сигнал более чем на пять минут — все остальные чипы источат смертельную дозу яда.  — То есть, если ты умрёшь, я последую за тобой? — Чисаки присел на диван, оперевшись локтями на колени.  — Не только ты. Все присутствующие. Ну, кроме Хроностазиса и Цезаря.  — Есть способ это остановить?  — Есть. Нужно лишь воплотить его в жизнь. Самый, на мой взгляд, лучший вариант — найти противоядие, но токсин чересчур стойкий и сложный. Есть ещё один способ — как-то извлечь чипы, не выключая их. Но они реагируют только на волны, излучаемые организмом. Надеюсь, не нужно объяснять, что у каждого отдельно взятого человека они немного отличаются.  — Как отпечатки пальцев. Да, я знаю.  — Прекрасно. Это значит, что подобрать какое-то устойство ко всем чипам сразу не получится.  — Вопрос. Как ты попалась? Почему позволила ему себя поймать?  — Он умеет использовать слабости. — неожиданно зазвучал приглушённый голос Шёпота. — Эта способность сделала его таким сильным.  — Воистину. — Цезарь снова убрал пару рук за спину. — Вышеупомянутый господин Тсубаса обладает незаурядным умом, и, к нашему всеобщему прискорбию, одолеть его будет не так просто, как хотелось бы.  — Тсубаса?! — с яростью выпалила Хибана, вернувшаяся с небольшим чемоданчиком в руках. — это мерзкое отродье?! Не такой уж он и умный, раз решил пленить Восстановителя. Его тупые ищейки, похоже, не вынюхали, чем он занимается. Господа, я уверена, что вы вдвоём точно справитесь с ним. Уж я-то знаю! У меня чутьё на хорошие союзы. Чисаки хмыкнул и перевёл взгляд на окно. На улице было уже совсем темно, лёгкий туман устилал остывшую землю молочным покрывалом. Высоко в небе белел серебряный месяц. Ты же повернулась лицом к камину. Языки пламени кружились в завораживающем танце, то поднимаясь, то опускаясь, облизывая чугунную решётку с цветочным узором. Вы были лишь бегло знакомы в детстве. Отец часто приглашал главу Заветов в резиденции Назу, и тот в какой-то момент начал приводить с собой мальчика. Угрюмый, нелюдимый, он отличался от бойкой и то и дело норовящей попасть в передрягу тебя, и вы не очень поладили. Но и врагами не стали. Однажды отец сказал тебе, что, быть может, когда вы оба повзрослеете, вы объедините две мафиозные семьи, закрепите союз браком, но ты яро запротестовала со словами «Я хочу быть как ты, папа! Хочу сражаться, побеждать врагов! Я не хочу быть как эти напыщенные дамы в платьях!» И ты не стала. Отец любил тебя больше, чем желал сделать из тебя «леди», и потому начал учить тебя фехтованию.  — Тень-сама, пойдёмте скорее в медпункт, я обработаю вашу рану. — Хибана вырвала тебя из мира воспоминаний.  — Да, э… Цезарь, позаботься о наших гостях. Завтра утром я бы хотела показать Восстановителю свои наработки по противоядию, так что вам двоим лучше переждать ночь у нас. Если вы проголодаетесь, дайте знать Цезарю. Доброй ночи.  — Тень, значит… — Кай взглянул на тебя с уже меньшей долей высокомерия. — Хорошее имя ты себе выбрала.  — Ты тоже… Восстановитель.