Поработители и порабощённые

      22 октября 1941 года       Роксана медленно шагала по коридору третьего этажа по направлению к женскому туалету то и дело оглядываясь. С наступлением сумерек в школе становилось довольно жутко, особенно в те дни, когда полтергейст Пивз вытворял свои пакости и летал туда-сюда, злобно хихикая, и хихиканье это эхом разносилось по всему Хогвартсу, пугая особенно впечатлительных школьников до седых волос.       Где-то здесь любила коротать время, глядя из окна на Запретный лес и окрестности школы призрак Елены Когтевран, который и разыскивала Роксана. Ей не нравилась идея лгать и обманывать несчастную женщину, которая и ей, и Вере была очень симпатична, однако выбора у неё совсем не было.       Девочка толкнула тяжёлую дверь и вошла в туалет, где стоял таинственный полумрак, а из прикрытых резной решёткой окон открывался вид на преддождевое, сизо-зелёное небо. Сильный ветер остервенело колотил по подоконнику и грозился выбить стекло из оконной рамы.       Послышался всхлип, из-за чего Роксана испуганно вздрогнула.       — Кто здесь? — спросила она, оглядываясь по сторонам. Звук, определённо, исходил со стороны туалетных кабинок. — Эй!       Девочка прошла к дверцам и постучалась в первую из них.       — Уходите! — раздался истеричный голос.       — У тебя всё хорошо? — Роксана не решительно замерла, украдкой заглядывая под кабинку, где виднелись стоящие на полу девичьи ноги в плотных чёрных чулках и лаковых туфлях.       — Да! — крикнула девочка и шмыгнула носом. — Уходи!       — Я могу помочь…       — Чем же? — внезапно дверца распахнулась, и Роксана увидела темноволосую девочку, сидящую на унитазе.       — Н-не знаю, — честно ответила гриффиндорка. Как она могла помочь несчастной когтевранке, если она не может помочь даже сама себе?..       — Может, ты отлупишь гадких слизеринских мальчишек, которые изводят меня каждый день?! — девочка вскочила и вылетела из кабинки, задев плечом Роксану. — Или исправишь то, что я родилась в семье маглов, потому как это является главной причиной издевательств надо мной?.. Знаешь как они меня называют?!       Гриффиндорка отрицательно покачала головой, испуганно отступая назад.       — ГРЯЗНОКРОВКА! — завопила девочка. — Это значит — грязная кровь… Ужаснейшее оскорбление для мне подобных!       — Мне очень жаль…       — Жаль ей! — когтевранка поправила очки и прошагала к раковинам. — Да что ты понимаешь! Я знаю тебя!       Роксана изумилась:       — Правда?       — Да! Кто не знает?! Ты личность известная в школе!       — Я?       — У тебя проблема с ушами? — стервозно поинтересовалась девочка, вскинув брови. — Ты, ты! Зазнайка с Гриффиндора, водишься с популярными мальчишками, вся из себя такая!       — Я не вся из себя такая! — возмутилась Роксана, складывая руки на груди. — Ты меня совсем не знаешь!       — Вот значит как? — продолжила визжать когтевранка. — Значит, это не ты с дружками подговорила Пивза облить добрую половину школы красящим волосы зельем?!       — Н-ну, т-только слизеринцев…       — Вот тебе новость: половина Когтеврана оказалась с зелёными волосами!       — П-прости… Как тебя з-зовут?       — Миртл Уоррен!       — А я — Роксана, — девочка протянула руку для рукопожатия. Миртл недоверчиво посмотрела на ладошку гриффиндорки, но всё же пожала её в ответ, и криво улыбнулась.       — Так… — замялась Роксана, — кто т-тебя обзывает?       — Орион Блэк, Полина Яксли, Декстер Паркинсон… все наши однокурсники!       — Орион Блэк…? — задумчиво проговорила гриффиндорка, неуклюже облокотившись о подоконник.       — А что?!       — Эт-то вроде как м-мой… кузен…       — Ты из Блэков?! — пришла в бешенство Миртл, вставая в воинственную позу.       — Н-нет-нет, я из Виллов! — поспешила успокоить девочку Роксана. — Но м-моя мама — Блэк… впрочем, уже н-нет, в-ведь её выжгли с фамильного д-древа.       — Вот как! Значит, очередная чистокровная…       — Я н-не сторонница этих в-взглядов.       — Но водишься с этими гадкими слизеринцами!       — Н-ничего подобного! — запротестовала гриффиндорка. — С кем это?!       — С Лестрейнджем, например!       — Он… всё н-не так. Он м-мне не н-нравится, уж поверь, — Роксана грустно усмехнулась и посмотрела на собеседницу, застывшую изваянием в тёмном углу туалета. — А т-ты откуда его знаешь?       — А кто его не знает… — вдруг засмущалась девочка, опуская глаза.       — Ну-ну, — не поверив когтевранке, проговорила Роксана и улыбнулась. — Так что?       — Ну… он же самый красивый мальчик в школе… — Миртл нервно схватила кончик косички, в которую были заплетены её тёмно-каштановые волосы и стала его теребить.       — О, Мерлин! — воскликнула гриффиндорка, затыкая уши. — Эдмунд Лестрейндж н-настоящий самодовольный п-павлин!       — Так я ведь ничего не говорила!       — Нет, ты сказала, чт-то он т-тебе нравится!       — А вот, и нет!       — Да-да, — захихикала Роксана.       — Не смей никому об этом говорить, иначе я умру от стыда!       — Хорошо-хорошо!       — Обещай мне! — нервно потребовала Миртл.       — Обещаю!       Когтевранка улыбнулась.       — А зачем ты сюда пришла?       — Я… э-э-э, искала к-кое-кого, — ответила Роксана, выглядывая в окно.       — Кого же?       — Елену Когтевран.       — О, — удивилась Миртл, — она была здесь, но улетела куда-то по делам. Уверена, она скоро вернётся. Она всё время здесь проводит. Ты с ней общаешься?       — Ага, ну, иногда…       — Правда? Она немного… ну это… мрачноватая. Зачем она тебе?       — Хотела поговорить о кое-чём.       — Что же, ладно, — Миртл повесила сумку на плечо, — я пойду, уже поздно.       Роксана кивнула.       — Будем дружить? — застенчиво спросила когтевранка, изучая взглядом из-под очков стоящую у окна гриффиндорку. Та широко улыбнулась и ответила:       — К-конечно!       — Хорошо, тогда, спокойной ночи!       — И тебе! — отозвалась Роксана, обнимая себя дрожащими от холода руками. Девочка вздохнула и, оставшись в одиночестве, запрыгнула на подоконник.       «Может, Елена, вообще, сегодня не появится здесь?» — размышляла гриффиндорка. Ей лучше бы поскорее выполнить свою часть сделки, чтобы Том Реддл побыстрее выполнил свою. Да.       — Елена!.. — тихонько позвала девочка. — Елена!       — Здравствуй, Роксана.       Гриффиндорка вздрогнула и схватилась за сердце.       — Прости, я напугала тебя? — Елена приземлилась рядом с окном и сложила руки на груди, запахивая мантию.       — Да, н-немного… — рассеянно ответила Роксана и улыбнулась.       — Ты поправилась? Как твоё здоровье?       — Уже всё хорошо, спасибо…       — Что же… Ты ждала меня?       — М-м, да, миледи.       — Чего же ты хотела? — Елена посмотрела на ненадолго выглянувшую из-за туч луну.       — Помните, — неуверенно начала девочка, рассматривая в холодном свете идеально гладкую полупрозрачную кожу женщины, — мы с в-вами говорили о… тайнах? Вашей и м-моей?       — Конечно.       — Я бы… хотела снова с в-вами об этом поговорить.       Серая Дама удивлённо приподняла брови и посмотрела на Роксану.       — Почему ты поменяла своё мнение? — поинтересовалась она.       — Некоторые события заставили меня… в общем, миледи… я н-не хочу вам врать… — Роксана склонила голову.       — Что случилось, милая? На тебе лица нет.       — Елена, — девочка наткнулась взглядом на тёмное пятно на животе женщины, — мне очень надо знать где диадема вашей мамы!       Елена резко изменилась в лице и отступила назад, сильнее запахивая мантию.       — Он тебя прислал!       Роксана испуганно застыла, вжимаясь в оконную раму.       — П-простит-те?..       — Это он тебя подговорил?! — свирепствовала женщина. — За этим ты и в тот раз пришла сюда?!       — Нет, нет, м-миледи! Клянусь, в тот раз — нет! — девочка спрыгнула с подоконника и бросилась вслед за быстро улетающим призраком. — Постойте!       — Постойте?! — негодовала Елена. — В тот раз?!       — Да… Сейчас я здесь из-за него, в-вы же имеете в виду Тома Реддла? Остановитесь же!       — Я не знаю его имени, — бросила женщина, замирая у выхода, — странный мальчишка со Слизерина…       — Эт-то он… Том Реддл.       — Вежливый, тихий мальчик, но его глаза… — женщина покачала головой. Взгляд у неё был испуганный. — Страшные, опасные глаза и в них столько…       — Зла, — закончила Роксана.       — Я хотела сказать: тьмы. Кто он?       — Не знаю, — девочка пожала плечами, — он… друг м-моего знакомого. Я плохо его знаю, н-но т-тоже меня п-пугает… Он очень-очень плохой человек, миледи.       — Он причинил тебе вред? Он сделал тебе больно?! — взволнованно вскрикнула женщина, дрожащими руками то и дело запахивая спадающую с плеч призрачную мантию.       — Эт-то не важно…       — Важно! Не смей думать, что это неважно! Нельзя позволять мужчинам помыкать тобой, иначе… Иначе… — Елена задыхалась.       — Леди? — Роксана тревожно поглядела на призрака и попыталась положить ей на плечо руку, однако лишь испытала лёгкий холодок.       — Иначе, — Елена, глотая слёзы, распахнула края мантии. Гриффиндорка вскрикнула и зажмурила глаза. — Вот, что произойдёт! Иначе в один день, он придёт и вспорет тебе живот кинжалом, а после — убьёт и себя!       — К-Кровавый Барон? — дрожащим голосом спросила Роксана, боязливо приоткрывая один глаз.       — Он.       — Простите…       Елена прикрыла обратно мантией огромную, зияющую рану на животе и печально опустила голову на бок.       — Тебе не за что извиняться… Я напугала тебя?       Девочка промолчала и заплакала.       — Тш-ш… — шёпотом проговорила женщина, подходя к девочке. — Прости меня, милая… Но почему же тогда ты следуешь его приказам? — недоумевала Елена.       — У меня н-нет выбора, леди… Просто н-нет выбора.       — Зачем ему диадема моей матери? — призрак недоумевающе глядела на девочку. — Он уже давно пытается выведать у меня… Зачем же ему это?       — Не знаю… Пожалуйста, п-помогите мне. Иначе, я навсегда п-потеряю кое-кого!       — Кого же? — поразилась Елена.       — Наверное, с-себя, миледи… — Роксана устало прикрыла глаза и облокотилась на стенку. Приведение Елены Когтевран задумчиво замерло напротив неё.       Секунда, две… и тихий голос женщины прорежет тишину, раскрывая самую главную тайну своей владелицы. И Елена даже не потребует ничего взамен. Она, наконец, освободится от оков, да, и только за эту возможность она готова была пойти этот уступок. Если уж её секрет спасёт чью-то жизнь, значит, она, всё-таки, сможет искупить свой грех. Это спасение будет обоюдным: она спасёт девочку, а девочка спасёт её душу.       — Место… где Барон убил меня. Там растёт чудесный старинный дуб, самый большой в роще, на пригорке, его видно издалека. В дубе есть дупло, в дупле — диадема… Рощу местные называют рощей Плачущих воронов, она пролегает вдоль реки, что на севере Албании.       Роксолана недоуменно посмотрела на Елену. Внутри девочки точно что-то рухнуло.       Север Албании? Разве, это возможно, чтобы судьба подкидывала ей столько подлостей?       — С-спасибо, — гриффиндорка попыталась взять себя в руки и вытерла слёзы.       — Что-то не так? — Елена заглянула девочке в глаза, склонив голову в бок.       — Просто… Просто Том сказал… что д-диадема наверняка в Хогвартсе…       — Однажды я сказала, что ему её никогда здесь не найти. Должно быть, он воспринял это как вызов, а не как честный ответ.       — Наверное… — Роксана подняла глаза. — Теперь, вы х-хотите, чтобы я рассказала вам с-свою тайну?       — Нет, — твёрдо заявила женщина, — я передумала. Сохрани её, как хранила свою я и, возможно однажды, она спасёт кого-нибудь, как моя спасла тебя, — Елена слабо улыбнулась. — Теперь, тебе пора, вот-вот начнётся отбой, ты должна быть уже в постели. Не хочу, чтобы у тебя были неприятности.       — Хорошо, миледи. Я благодарна вам от в-всей души!       — Тебя проводить?       Роксана отрицательно покачала головой.       — Я дойду сама, с-спасибо.       — Только имей в виду, завхоз Купер часто патрулирует коридоры, не попадись ему.       — Я буду осторожна, миледи! — девочка улыбнулась, помахала на прощание Серой Даме и вышла из туалета в тёмный школьный коридор.       Признаться честно, сейчас её волновал ни злой и непоколебимый завхоз, любивший пугать учеников плетью и розгами, ни тот факт, что кто-либо другой может поймать её, гуляющей ночью по школе. Роксана волновалась лишь о том, расстроится ли Том Реддл, когда узнает, что диадема Кандиды Когтевран находится не в замке, как он предполагал, а в самой Албании, и не повлияет ли это на его готовность помочь ей, потому как мальчик, без сомнений, придёт от новостей в ярость.       Девочка тихо шла по длинному тёмному коридору, придерживаясь стены, чтобы, в случае чего, можно было легко слиться с ней. И вот, когда впереди показался просвет — выход на лестничную площадку, где всегда в воздухе парили зажженные свечи, а на стенах висели пылающие волшебным огнём факелы, одна из дверей, коих насчитывалось здесь очень много, распахнулась и из проёма показалась чья-то фигура.       Роксана застыла в немом ужасе. Ну вот, это точно кто-то из преподавателей — ей несдобровать. Девочка прижалась к ледяной стенке, точно флоббер-червь, надеясь превратиться в такой же, незаметный глазу камень, а лучше, и вовсе, просочиться сквозь эту самую стену в соседний кабинет.       Обнимая стену, мокрую от сырости и плесени, между прочим, Роксана думала лишь о том, что это точно, и в этом нет сомнений, — злой рок над ней издевается. Потому что не может жизнь просто так через каждый шаг подставлять подножки и строить козни без причины. Нельзя было и представить, чтобы что-нибудь подобное случилось с Верой — она была образцом для подражания! Во всяком случае, если и не образцом, то, хотя бы, примером, ибо умудрялась никогда не попадаться кому-либо на глаза, когда занималась чем-то запрещённым, и в основном, об этом самом запрещённом становилось известно взрослым от третьих лиц.       «Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, — молилась Роксана, зажмурив глаза. — Святой Мерлин, будь ко мне сегодня благосклонен».       — Роксолана, что ты делаешь? — раздался совсем рядом строгий мальчишеский голос. Сердце девочки трепыхнулось разок, и замертво остановилось.       Мерлин не собирался быть к ней благосклонным.       Роксана приоткрыла левый глаз и взглянула на широкую фигуру в длинной мантии, практически полностью сливающуюся с темнотой.       — П-прячусь, — шёпотом ответила гриффиндорка, не смея пошевелиться.       — Надо же, — насмешливо ответил голос из темноты. — Интересно, от кого?       — Я-я д-думала, это преподаватель…       — И поэтому распласталась по стенке, как сороконожка?       Девочка медленно опустила руки и отошла в сторону.       — Я-я н-не…       — Почему ты не в башне?       — Я выполняла твоё задание!       — Вот как, — мальчик сложил руки на груди, — похвально. И удивительно расторопно. Идём, — Том Реддл развернулся и было зашагал к лестницам, однако Роксана не спешила идти следом. Она боязливо топталась на месте, не зная, как сообщить то, что ей рассказала Елена Когтевран. — Роксолана?       — Т-Том, я думаю…       — Я сказал, — слизеринец вернулся на пару шагов назад и схватил девочку под руку, — идём. Купер где-то рядом, нам же не нужно его внимание, так?       Мальчик быстро преодолел расстояние вплоть до двери, из которой вышел и, открыв замок заклинанием, вошёл внутрь, втаскивая за собой гриффиндорку. Роксана, округлив глаза, осмотрелась по сторонам.       — Это кабинет профессора Дамблдора! — изумилась она. — Ты был в кабинете Дамблдора!       — Это класс Трансфигурации, — сухо отозвался Том.       — Что ты делал в кабинете профессора Дамблдора?       — Прекрати повторять это имя, — Реддл скинул с головы капюшон и выжидающе посмотрел на девочку, сейчас, в ночном полумраке, выглядевшую как-то болезненно-бледно и изнеможённо, точно приведение. — Ты узнала про диадему?       — Д-да.       — И?       — Ой, — замялась Роксана, опуская глаза в пол, — ой, Т-том, я… ну, в общем, да… Е-Елена рассказала, где спрятала её.       — Где же? — нетерпеливо поинтересовался мальчик, не сводя хмурого взгляда со сконфуженной гриффиндорки.       — Н-ну… ой… — девочка набрала в лёгкие побольше воздуха, — она, это… в… ну, Том, она в А-Албании…       Реддл замер и, долго-долго, не мигая, сверлил взглядом лоб Роксаны, боязливо, но благоразумно отступающей назад, и его состояние никак, кроме как «ошарашенный» сейчас описать было нельзя.       — В Албании? — осипшим голосом переспросил он.       — В ней, — кивнула девочка.       — Ты уверена, что правильно всё поняла, Роксолана?       — Да, сомнений нет. Она в-в Албании, в роще Плачущих воронов, что пролегает в-вдоль реки. В роще есть д-дуб, самый старый и большой, на приг-горке, в дубе есть дупло, в дупле — диадема… П-прямо там, где К-Кровавый Барон убил Елену, а п-потом — с-себя.       — Ясно.       Том стиснул зубы так, что на щеках его показались желваки, и отошёл к окну, сдерживая себя от того, чтобы разнести в кабинете все до основания. Роксана нерешительно замерла у выхода.       В гробовой тишине за дверью послышалось неторопливое шарканье. Завхоз Купер спустился с четвертого этажа на третий, и начал его обход.       — Как д-думаешь, — едва слышно вымолвила Роксана, на носочках отходя от двери. — Лариса с ним?       — Лариса? — так же тихо, изогнув бровь, недоуменно спросил Том, косясь на дверь.       — Его волшебная к-крыса. Говорят она х-хватает студентов з-за…       — Я знаю, за что она их хватает, — закатив глаза, проговорил Реддл, доставая из рукава волшебную палочку. — Коллопортус, Протего Локус*, — из палочки мальчика неожиданно во все стороны изошла полупрозрачная энергия, окутав близлежащее пространство защитной оболочкой.       Роксана впрыгнула внутрь пузыря и обернулась на дверь, ручка которой внезапно дёрнулась.       — Здесь кто-нибудь есть, дорогая? — послышался скрипучий голос завхоза, а в ответ ему — клацанье крысиных зубов и писк.       В следующую секунду сквозь дверь просочилась огромная белая крысиная голова с красными, как кровь, глазами, а вскоре — и всё остальное её тело. Да, Лариса была не обычной крысой и даже если исключить магию, это всё равно было видно невооруженным взглядом, стоило только посмотреть на её габариты. А габариты Ларисы были впечатляющими: она была размером, как минимум, втрое, а то и вчетверо раз больше стандартной крысы; мощные когтистые лапы держали мощное, не только большое от природы, но ещё и раскормленное изысканной школьной кухней туловище, а огромный розовый нос, активно двигающийся, принюхивающийся к окружающим запахам, располагался на большой голове с длиннющими, закрученными усами.       Поражённая зрелищем Роксана посмотрела на не менее поражённого происходящим Тома Реддла, стоящего сбоку от неё, взглядом как бы спрашивая: «Ты тоже это видишь?». Слизеринец медленно кивнул, и ребята вновь посмотрели на подозрительную Ларису.       Крыса походила, покрутилась, повертелась, понюхала там, понюхала тут, ничего не нашла и, раздосадовано, убралась восвояси: обратно сквозь дверь на коридор. Купер цокнул языком и пошёл дальше.       — Фу-ух, — выдохнула девочка, прикладывая руку к быстро колотящемуся сердцу. — Она с-стала ещё больше, т-тебе не кажется?       — Мг, — кивнул Том задумчиво, — полагаю, такими темпами скоро она начнёт есть учеников.       Вдалеке послышалось грохотанье механизмов лестниц: вероятно, Купер спускался ещё на этаж ниже.       — Можно идти, — оповестил мальчик и двинулся к выходу, произносят отпирающее заклинание.       — Том, п-постой… — Роксана кинулась вслед за слизеринцем, свернувшим в противоположную сторону, к старым узким лестницам, которыми редко кто пользовался из-за их сложного характера и медлительности. — Я в-ведь сделала всё, к-как ты просил?       — Да, — холодно ответил мальчик, приближаясь к выходу на крохотную лестничную площадку.       — Теперь, т-ты же поможешь мне? — с надеждой в голосе спросила гриффиндорка, еле поспевая за юношей и пытаясь заглянуть ему в глаза.       Том резко остановился и Роксана врезалась ему в спину.       — Помогу, — процедил мальчик сквозь зубы, кивнув девочке спускаться. Реддл провёл взглядом Роксану и, резко протянув руки, с силой толкнул её в спину, как раз, когда она ступила на первую ступеньку.       Вокруг воцарилась гробовая тишина. Девочка кубарем покатилась вниз.       Для Роксаны всё произошло чрезвычайно быстро и непонятно. Она лишь осознала, что потеряла равновесие, а потом — полёт, полёт, полёт…       Всё вниз и вниз, пока затылок жёстко не соприкоснулся с холодным мрамором с характерным треском.       Мысли девочки оборвались.       Том Реддл тем временем, неторопливо спустившись вниз, остановился рядом с лежавшей плашмя, раскинув руки, гриффиндоркой, и беспристрастно посмотрел на неё сверху-вниз.       Роксана слегка дрожала и тяжело, со свитом дышала. Её расфокусированный, стеклянный пустой взгляд с широкими прострелами зрачков гипнотизировал. Юноша не мог оторвать от него глаз, ему казалось, его засасывает внутрь, может, так и было: ощущение полного контроля над человеком, его жизнью, кружило голову и путало мысли; ноги уходили под землю, врастали в камень. Том достал палочку и нацелил её кончик прямо на лоб девочки. Было так много заклинаний, которые он мог использовать, однако…       — П-пожалуйста… — прохрипела Роксана, пытаясь приподнять разбитую голову.       Слизеринец был холоден и сосредоточен, и лицо его было в точности, как мраморная маска, сквозь которую просвечивали прищуренные в раздумье чернильные глаза.       — Остолбеней Максима*!       Магия припечатала девочку к ледяному полу, сильно надавив на грудную клетку и лоб. Том удовлетворённо улыбнулся, плавно взмахнул палочкой и приставил её кончик к переносице.       — Конфундо*… — и Роксана окончательно потеряла сознание, обмякнув на полу, пока как её волосы, разбросанные по плитке, медленно намокали, приобретая тёмно-бурый оттенок.       Слизеринец переступил через девочку и тихо проговорил в воздух последнее на сегодня своё заклинание, призывая дух своего факультетского приведения.       — Чего надобно, юнец? — поинтересовался быстро прилетевший на зов Барон, равнодушно оглядывая девочку.       — Нужна твоя помощь, — отозвался Том, убирая волшебную палочку.       — Ты имеешь к этому какое-то отношение?       — Нет, — солгал мальчик, смотря прямо в тёмные глаза призраку. — Я шёл кое-откуда и нашёл её, вероятно, она споткнулась и упала. Я не могу никого позвать, ведь иначе получу взыскание за нахождение за пределами факультета после отбоя. Поэтому, позвал тебя.       — Вот как, — Барон задумчиво почесал подбородок. — Что ж. Конечно, я помогу слизеринцу. Ступай, юнец.       — Полагаю, ей надо в Больничное крыло, — напоследок произнёс Том и, напряжённо поджав губы, быстрым шагом направился прочь от места происшествия.       Вскоре, утром, мальчик узнает, что Кровавый Барон выполнил своё обещание: позвал завхоза Купера, показал ему Роксану и соврал об обстоятельствах её обнаружения. Завхоз же, перепуганный до седых волос за жизнь маленькой школьницы и, в частности, за сохранение своей должности, ведь несчастный случай произошёл как раз-таки тогда, когда он должен был бдительно блюсти порядок в школе и быть готовым предотвратить нечто подобное, на руках отнёс Роксану Вилл в Больничное крыло и передал в заботливые руки мадам Хилли.       И пока все медсёстры и колдомедики Крыла хлопотали над благополучием юной пациентки, никто из них и не подозревал, что в это же время в этой же палате происходило кое-что ещё, незаметное взгляду окружающих: внутри девочки закручивалась, сворачивалась и искрила самая настоящая магия, природные механизмы которой медленно, но верно возвращали всё на свои места.       Ночь выдалась долгой и неспокойной, впрочем, как и любая другая ночь в Хогвартсе. СНОСКИ: *Протего Локус — авторская (то есть — придуманная мной) вариация заклинания Протего. Протего Локус — защищает не самого заклинателя, а пространство, которое его его окружает. Заклинание создаёт пузырь диаметром 2-3 метра, делающий объекты внутри него невидимыми взгляду со стороны. *Остолбеней Максима — так же моя собственная вариация заклинания Остолбеней. Если Остолбеней Триа — самая мощная канонная форма этого заклинания кроме оглушения, ещё и отбрасывает жертву, то Максима — воздействует исключительно на сознание: не просто оглушает, а из-за своей силы прямо-таки «выбивает дух» из тела волшебника. *Конфундо — чары, применяющиеся как для причинения беспорядка в мыслях человека, так и для нарушения работы различных магических предметов. Человек теряет ориентацию в пространстве и собственных действиях.