Обратная сторона войны

Время до нового года пролетело достаточно быстро: уроки, наказания, слежка за «клубом Поттера», каждодневные занятия со Снейпом, после которых я выползала из аудитории и мечтала лишь об одном: принять ванну и лечь спать. На место бессонницы из-за кошмаров пришел хронический недосып и злость из-за усталости. Несколько раз я умудрилась заснуть прямо в ванной. За неполных четыре недели усиленных тренировок я побывала в сотни местах и десятках стран. Директор сначала заставлял меня перемещаться просто по аудитории, потом по прилегающим окрестностям, для отработки быстроты реакции и четкого перемещения, а затем уже развивал чувство самой аппарации. Это умение принесло мне новый статус среди Пожирателей и позволил стать личным помощником Лорда вследствие того, как я после какого-то его разговора со Снейпом аппарировала следом за профессором. Отныне в доме Реддлов я бывала чаще собственной спальни, а в школе не расстегивала ворот рубашки. Лицензии для девочек я оставила профессору на сохранение: пусть сам решает, когда их им отдавать. Моя же теперь лежала в заветной темной шкатулке вместе с записками загадочного К.Д. и парой артефактов, подаренных на день рожденья. К.Д. прислал мне рисунок змейки, обвивающей лилию, со словами «не забывай, кто ты и ради кого живешь». Странные строчки, но они грели душу. В качестве подарка от всех остальных мне достался довольно интересный артефакт, который представлял из себя десять довольно маленьких шариков, которые можно было вставить в кулон или в браслет. Их функция заключалась в следующем: содержащаяся внутри капля крови любого человека позволяла один раз переместиться к ее обладателю и предупреждала, если тот находился в шаге от смерти. Три из них уже были окрашены в красный: Драко, Рэна и Криста. Через Уизлетту я добыла кровь близнецов, и теперь на подарочном браслете Рэны красовались пять алых жемчужин. Кстати Фред и Джордж тоже умудрились меня поздравить: платье было как раз от них. Оно почти не пачкалось и не мялось, а юбка отстегивалась и превращалась в плащ. В остальном же… Денег мне собрать никак не удавалось, с чем я и пришла за пять дней до окончания срока погашения долга к Яксли. Снейп предлагал мне позволить ему решить эту ситуацию, но я и так была многим ему обязана, поэтому отказала, а другие попросту не знали. Свои проблемы я привыкла решать сама. Министр согласился дать время за соответствующую оплату. Теперь выходные проходили еще более «радушно», чем раньше, ибо после заданий от Лорда, которые участились и теперь могли приходить и в другие дни, я возвращалась не домой. Дом. Где он? Что все называют домом? Здание в Шеффилде, где я провела почти всю свою жизнь до гибели приемных родителей, было опечатано, и я не могла туда попасть. Мэнор я никогда не считала своим пристанищем, хоть такие мысли иногда и посещали. Хогвартс был для меня в первую очередь школой, потом стал убежищем от горя и криков жертв Люциуса, а сейчас превратился в крепость, которую нужно защищать. У меня не было дома, и от этого осознания душу рвало на части. Как можно жить, не имея ни места, куда можно прийти, ни человека, с кем можно провести жизнь? Меня стоит называть скитальцем, ищущим спокойствия и тепла. – Кэт, тебя ждать на последний ужин и поезд? Из тяжелых раздумий меня вывел голос Кристы, раздавшийся на кромке сознания. – К сожалению, нет, – ответила я, прикасаясь пальцами к одной из маленьких сережек в ухе. – И скажите Драко, что я приеду сразу в мэнор. – Рэна пообещала тебя стукнуть, так и знай! – от сережки послышался слабый отголосок смеха. В тот день, когда я с профессором ходила к Яксли за оглашением второй части завещания, на обратном пути я заглянула в ту самую ювелирную лавку, где оставила еще летом заказ на два комплекта украшений. Мне пришлось заплатить мастеру довольно приличную сумму, поэтому возможность выплатить долг исчезла, однако я ни секунды не жалела. В пакете лежали бархатные коробочки: в одной сверкали четыре серьги-гвоздики с небольшим светлым камнем в каждой, а в другой два тонких кольца с рунной вязью. Сережки теперь красовались в верхней части ушей девочек, а кольца носили мы с Драко на мизинцах. Как я и хотела, они обеспечивали связь на расстоянии с любым человеком, на которого специальным образом заговаривался артефакт. В обоих случаях стоило только коснуться вещи и вслух произнести сообщение, только с Малфоем мы научились переговариваться мысленно. Возможно, так изначально предполагалось, а может уровень наших сил повлиял на это, но факт остается фактом. – Темных дней, Влад, – промурлыкала я, кладя свою голову на локти и опираясь ими прямо на лежащие на столе секретаря бумаги. – Где так долго пропадал? – Вызвали по срочному делу, – не отрывая взгляда от документов, ответили мне. – Тебя я тоже давно не видел, пришла сделать подарок к Рождеству? – Можно и так сказать, – я выпрямилась и пальцами пробежалась по корешкам папок и стоящим в подставках перьям. – Раз праздник уже через несколько дней, то я и тебе хочу кое-что преподнести. Слушай, нападения на полукровок с магловскими корнями стали происходить реже, но будет зачистка на западе Шотландии. На данный момент по моим данным чище всех является береговая линия на юго-востоке острова, может съездим на море как-нибудь? Только не расценивай это как свидание. – О чем ты… – Меня зовут, спешу откланяться, – я в два шага оказалась у темной двери. – Подумай над моими словами, Владик. Яксли уже ждал меня, протянув руку для аппарации и перемещая нас в какой-то отель. На следующее утро я узнала, что курирую ту самую чистку в Шотландии в одном из маленьких городков на пару с кем-то из маловажных Пожирателей. Название города меня царапнуло, но вспомнить, где я его уже слышала, мне не удалось. Сопровождающий уже ждал меня вместе с егерями на месте назначения, позволяя по запаху вычислять исчезнувших жертв и возвращать в город. Мне достаточно давно стало безразлично, кого я убиваю или позволяю убивать, даже жажда мести пропала. Это превратилось в рутину, отчего я пропустила один из домов, а когда появилась там, было относительно поздно. Еще летом я специально не узнавала конкретного места, куда девочки перевезли свои семьи, так как это могло спровоцировать моих ненавистников. Да, меня многие мечтали убрать с дороги. В общем, я знала только, что теперь родственники Кристы и Рэны вместе делят какой-то дом в Шотландии. Я шла по улице к черте города, чтобы встретиться с сопровождающим меня Пожирателем, когда услышала знакомые имена. – Прячься Джинн! Инкарцеро*! – Макс, уводи их! В двухэтажном доме шла битва между тремя егерями и четырьмя магами. Еще двое егерей поджидали у других выходов из дома. Это была чистой воды ловушка. Я бы прошла мимо, но что-то заставило меня взглянуть на это. У двоих мужчин волосы отливали медью, а у женщины они были черными как вороново крыло. Им было не выжить в этой схватке. Неожиданно меня пронзила вспышка узнавания, и тут же ярость застлала мне глаза при виде знакомых лиц, отчаянно отбивавшихся от заклинаний в попытке защитить выживших. – Не-ет! Джинн! – Виктор, сзади! Не желая больше слышать голоса, полные страха и боли, я темно-синим вихрем влетела в дом. Платье, подаренное близнецами, стало моим любимым еще и потому, что юбку я чаще всего использовала как плащ, оставаясь в удобных облегающих штанах. Почувствовав меня, один из егерей прекратил атаку и повернулся ко мне. – Вы пришли нам помощь, госпожа Смерть? – Да, помочь умереть. Я расправилась с егерями собственными кинжалом и палочкой, вырезая смерть на их телах. Да, я брезговала пользоваться смертельными заклинаниями, потому как это было довольно скучно, да и вообще не очень-то хотелось тратить так много сил на такое. Выжившие члены семей сначала пытались меня атаковать, но после первого упавшего тела егеря ушли в глухую защиту от остальных заклинаний. Когда последний подчиненный мне маг был мертв, из моего рта вырывалось лишь редкое, но тяжелое, дыхание, с левой руки и кинжала капала кровь, капли которой скорее всего были и на лице. Я скорее почувствовала, чем увидела, прожигающие яростью глаза выживших. Палочки все еще были направлены на меня. Краем глаза я успела частично увидеть печальную картину: двое братьев с волосами цвета меди склонились над трупом женщины и лежавшего рядом с ней мага. Другая же пара стояла возле погибшего сына, чьи остекленевшие глаза уставились в потолок. Женщина была ранена: она прижимала руку к кровоточащему боку. Внезапно напряженную тишину прервал крик. – Мама! Папа! – рыжий вихрь пронесся мимо меня прямо к двум рядом лежащим телам. – Нет! Нет! Нет! – Отец… – Криста медленно приблизилась к погибшему брату, закрывая рот рукой и глуша рыдания на груди отца. Я не знала, что делать: с одной стороны, меня ждали с отчетом о зачистке и нужно было уходить, пока остальные не просекли мою выходку, но с другой стороны… Извинениями тут не поможешь, да и объясниться надо бы. На звук моих шагов первой отреагировала Рэна, набросившись на меня с кулаками. – Это все ты виновата! – кричала слизеринка, обрушивая на меня удар за ударом. Уворачиваться я не смела. – Ты обещала защищать нас! Почему ты допустила такое! Почему ты вообще оказалась здесь?! – Зачистка, – обронила я, опуская голову ниже. Меня прекратили бить. – Меня назначили главной для зачистки этого города сегодня утром. – Но… как же… Ты ведь… – даже Криста выглядела ошеломленной, хотя ее сложно было чем-то удивить. – Ты знала… – прошептала Рэна, падая на пол. – Ты знала и ничего не сделала?! Ты даже не сказала ни о чем, ты просто пошла на задание! Ты обещала защищать, а что в итоге?! Я враз потеряла мать и отца! У меня больше нет дома! Я нигде не буду больше чувствовать себя в безопасности! И это ты называешь своей холеной защитой?! – я подняла голову и встретилась с ее зелеными глазами, в которых плескалось море из боли и утраты. Оно грозилось меня поглотить. – ТЫ ПОКЛЯЛАСЬ НАМ! ТЫ ОБЕЩАЛА, СЛЫШИШЬ?! – Рэн! – подал голос один из ее братьев, обнимая вырывающуюся девушку за плечи. – Я НЕ ХОЧУ ТЕБЯ БОЛЬШЕ ЗНАТЬ, СЛЫШИШЬ?! УБИРАЙСЯ ИЗ ЭТОГО ДОМА И МОЕЙ ЖИЗНИ! У МЕНЯ БОЛЬШЕ НЕТ ПОДРУГИ! УХОДИ!!! Рэн зашлась в истерике, всхлипывая и рыдая в голос над телами своих родителей. Ее братья тоже не сдерживали слезы, но хотя бы не обвиняли меня в смерти их матери и отца. Я хотела было сделать шаг, чтобы как-то оправдаться, но была остановлена тихим голосом Кристы. – Кэт, уходи. И столько боли было в двух словах, что я не нашла в себе силы остаться и объяснить ситуацию. Вместо этого я быстро достала кусочек бумаги и нацарапала несколько слов на нем, после чего оставила его на частично уцелевшей тумбе и в молчании вышла из дома. При виде крови на моих руках и лице, егеря и сопровождающий отшатнулись от моей фигуры, но нашли в себе силы выслушать мой приказ уходить и отметить это место как зачищенное. После этого я на глазах у всех аппарировала в неизвестном направлении. Меня выкинуло в каком-то лесу, где я упала коленями на снег, окрасив тот в красный, и провела несколько часов, кромсая ни в чем не повинные деревья. Меня злила своя невнимательность. Меня бесила эта война. Меня раздражало отсутствие достаточной власти. Будучи приближенной к Лорду, я все еще не видела полной картины происходящего. Вымотавшись, я перенеслась в один из городков, который был в обучающей программе Снейпа, и зашла в одну из таверн. На душе было пусто, поэтому я заказала огневиски и залпом выпила сразу же две стопки. С третьим стаканом в руках я лениво оглядывала зал, привалившись к барной стойке. Неожиданно, сюда же ввалилась компания незнакомых мне егерей, среди которых затесался какой-то рыжик. Они вразвалочку прошли к одному из дальних столиков, где практически швырнули беднягу на скамью и начали что-то обсуждать, тыча в него пальцами и палочками. Заметив, что компания настроена крайне подозрительно и даже враждебно к магу, я встала со всего места за столом и направилась к ним. – … что-то мне не верится, что он Стэн Шанпайк. – И мне тоже, может убьем его, а? – Я его знаю, он мой, – грохот от кружки со сливочным пивом эхом раздался по всему залу, привлекая внимание посетителей. – Так что лучше не приставать, ясно? – Да, госпожа Смерть. Двое егерей, похожих больше на троллей, молниеносно покинули здание. Я же тяжело вздохнула и присела напротив рыжего. – Зачем знаменитой Ластрэд заступаться за проходимца? – спросили меня явно недружелюбным и даже чуть обиженным тоном. – А зачем Уизли, которого ищут вместе с остальной тройкой все, кому не лень, шляться по второсортным тавернам, ища приключений на свою голову? – парировала я и откинулась на спинку. – Я сглупил и ушел, а теперь найти их не могу, – повинился Рон, внимательно изучая древесину стола перед собой. Моя жизнь становится все интереснее. – Дурак, – раздался мой комментарий, после чего щелкнула зажигалка и в воздух поднялся белый дым. – Скоро Рождество. – Мама обычно готовила большой праздничный ужин и позволяла пропустить стаканчик наравне со старшими. – Как они? – Нормально, насколько это возможно в сегодняшней ситуации. – Простите, мисс, – нас отвлек голос одного из официантов. Это был мужчина в возрасте в белом переднике с подносом в руках. – У нас не принято здесь курить. – Меня это не касается, – никто не смеет мне запрещать что-либо делать. – Тогда я вынужден попросить вас покинуть заведение, – продолжал настаивать на своем назойливый мужичок. – Я и так собиралась, но не закончила разговор. – Но мисс… – Я сказала, что уйду, что непонятного?! – мои глаза тяжелым взглядом уставились на дрожащего мага. – Или ты смеешь перечить мне? – при виде легшего на стол кинжала с еще виднеющимися кровавыми разводами официант лишь поклонился и поспешил удалиться. – Твои глаза… – неожиданно пробормотал Уизли. – Они, кажется, изменились. – Тебе нужно восстановиться и не показываться несколько дней, – я не обратила внимания на его слова, туша сигарету и протягивая сложенный лист бумаги. – Это – адрес, где ты можешь остановиться, не вызывая подозрений. Вам нужен меч, что хранится в озере на севере Англии. Тебе нужно успеть туда вовремя. Координаты будут позже. – Зачем ты мне все это говоришь? – гриф был удивлен моей «добротой». – Мне нужна ответная услуга: добудь мне его каплю крови, – я провела пальцем по лезвию кинжала и слизнула выступившую кровь. – Если обманешь, пожалеешь. Бывай. На столе осталось лежать несколько монет, а в воздухе еще пару часов ощущался сигаретный дым. Утром я привычно разглядывала потолок в своей комнате в мэноре. Проникнуть в дом незамеченной было довольно просто, если ты знаешь все входы-выходы. В этом году, как и в предыдущем, особняк особо не украсили, зато ожидались гости: сам Лорд собирался посетить свою штаб-квартиру. На завтрак я вышла в закрытом наглухо платье черного цвета и с темным макияжем. События предыдущего дня все еще заполняли все мои мысли. – Давно не виделись, дорогуша, – пропела Беллатриса, напротив которой я села. Слева оказался Драко с Нарциссой, Люциус не появился. – Как твои дела? – Превосходно, дорогая Белла, – улыбнулась я, намазывая тост джемом. – Слышала, тебя все чаще оставляют в тылу? Не скучно? – Предпочитаешь быть на поле боя? – Малфои переводили испуганные взгляды с меня на Лэстрэйндж и обратно. – Жаль. Тут так интересно, а какие звуки… Слушала бы и слушала. – Так наслаждайся, раз дают возможность, не то и это отберут. Мой смех отскочил от стен и заставил Беллатрису вскочить со стула и выйти из столовой. Я же продолжила свой завтрак чтением одной из газет, обнаруженной возле чьей-то двери, после чего молча вышла из-за стола и направилась в свою комнату, откуда не выходила до самого вечера, банально завалившись спать. Незадолго до ужина меня разбудили чьи-то руки, которые нагло лапали меня во всех местах. – Ты издеваешься, Корбан?! – прошипела я, пытаясь оттолкнуть мужчину. – Это уже переходит все границы! Я не собираюсь ублажать тебя здесь! – Ты обязана выполнять мои желания где угодно и когда угодно, дорогая Ластрэд! И не надейся добраться до своей палочки, я ее убрал, – коварная улыбка появилась на губах мерзкого министра, показывая темные зубы. Я застыла в попытке осознать, что значат его слова. – Так ты не знаешь… Люциус Малфой подписал снятие опеки после того, как продал тебя мне! – Чего?! – мои руки с немыслимой силой уперлись в грудь мужчины так, что он слетел с кровати. – Объясни! – Тут объяснять нечего, – поморщился Яксли, потирая ушибленный бок. – Для Люциуса главное получить высокую позицию среди всех нас, но о его махинациях с запрещенными артефактами и зельями знают многие. Он влез в долги, соразмерные примерно полумиллиону галеонов. – Это сумма, что ты выставил мне за дом… – Малфой знал, что не сможет выплатить долг, поэтому перекинул его на тебя, заключив со мной договор на владение, – в ответ на мои расширенные от удивления глаза министр лишь усмехнулся. – Тебе давно нужно было понять, среди кого ты теперь живешь. Поэтому либо ты выплачиваешь долг, либо выполняешь роль моей персональной шлюхи еще примерно год, – повисла пауза, в течении которой я сжимала и разжимала кулаки в ярости. – Так что ты выбираешь? – Я выбираю свободу. К ужину мы с Яксли присоединились с небольшим опозданием: все уже приступили к трапезе. Чета Лестрейнджей уставилась на нас со скептизом, Малфои – с удивлением, Долохов – с равнодушием. Лишь Лорд, стоящий поодаль от стола, улыбнулся привычным образом и пригласил к трапезе. Снейпа не было. Нам оставили два места напротив друг друга почти во главе стола. Не знаю, как у остальных, но у меня проснулся аппетит, поэтому я наслаждалась едой и вином, которое я приказала подать вместо дешевого от Люциуса. Сегодня все должно быть на уровне. Я даже принарядилась: короткий корсет подпоясывал белую рубашку, которая была частично заправлена в облегающие брюки, оканчивающиеся любимыми сапожками. Палочкой же я привычно заколола темные волосы с проблескивающим средь них серебром. Кажется, моих седых волос сильно прибавилось, ведь седеть я начала еще после смерти родителей. Говорят, это провоцируют сильные эмоциональные потрясения или последствия сильных заклинаний. – Почему такие кислые лица? – неожиданно раздался глухой голос Лорда. – Разве сегодня не праздник? – В этом доме не принято придавать праздникам большое значение, – ответила я, откидываясь на спинку стула и лениво покачивая бокал в руке. – И я очень рада, что более не принадлежу этому месту и этим людям. – О чем ты говоришь? – довольно правдоподобно удивилась Беллатриса. – Министр Яксли? Введите присутствующих в курс дела, я настаиваю, – по лицу Пожирателя пробежала судорога, но мужчине удалось взять себя в руки. – Почти четыре года назад Люциус Малфой подписал документ об опеке над Кэтрин Ластрэд вплоть до исполнения ей восемнадцати лет, – сухо и безэмоционально начал маг. – За три месяца до окончания срока опекунства им же был подписан с Министерством магии документ, согласно которому долг семьи Малфоев в размере полумиллиона галлеонов переходит на мисс Ластрэд в качестве выкупа дома семьи Ластрэд в Шеффилде. В случае неуплаты долга материальным способом совершеннолетняя девушка должна выплатить его любым другим способом в течении года, согласуя свои действия напрямую с действующим министром магии. В противном случае мисс Ластрэд лишается всех счетов и недвижимости. – Спасибо, министр, – я поднялась со своего места и наклонилась в сторону сидящей во главе стола темной фигуре. – Темный Лорд, я искренне прошу прощения за весь этот театр, но позвольте мне завершить это маленькое представление? В честь праздника, так сказать. – Мне и самому интересно на все это посмотреть, мисс Кэтрин. – Спешу заявить, что о долге я узнала на следующий день после исполнения мне восемнадцати лет, – я медленно обходила стол, водя рукой по резным спинкам. Мистер Лестрейндж старался не поднимать взгляда от своих сложенных рук. – Мне дали месяц на сбор денег, которого мне, естественно, не хватило. И вот уже сколько… больше месяца, да? – скупой кивок Яксли послужил мне ответом. – Да, около пяти недель я являюсь персональной шлюхой. А все потому, что некоторые из здесь присутствующих сделали неправильный выбор. – Кого ты обвиняешь?! – взвизгнула Белла и даже подскочила, но была остановлена холодным взглядом Лорда. – Я обвиняю Люциуса Малфоя в превышении своих полномочий как опекуна и продаже человека как собственности, – протянула я возле длинных белых прядей лорда, выдержка которого уже трещала по швам. – Это не может быть правдой, – неожиданно сказала Нарцисса. – Дорогой, скажи, что это ложь. – Кэтрин не лжет, – тихо пробормотал Драко, отворачиваясь от отца. – Повтори, что ты только что сказал, – потребовала Белла. Она вытянула свою шею, отчего напоминала скорее кобру, чем человека. – Кэтрин не лжет, ибо все сказанное является правдой, – сломанным голосом повторил Малфой-старший, стараясь прекратить трястись. – Конечно, все является правдой, – со смешком подтвердила я все выше мной сказанное. – Ибо я самолично видела документы, подписанные лордом Малфоем. А еще я подала жалобу на Люциуса в Министерство, и ее уже одобрили! – мои слова сопровождались моими же аплодисментами. – Так что вся сумма долга, за исключением уже уплаченной за полтора месяца благодаря мне, возвращается обратно, к своему «владельцу». Я позже пришлю документы для расторжения договора о передачи собственности. То есть меня. – У отца не было выбора! – внезапно выкрикнул Драко, не отрывая взгляда от стола. – Но я смог придумать выход из этой ситуации, вот только меня даже не захотели слушать! Отец... – Ты знал, – мой шепот прозвучал как раскат грома в повисшей тишине. – Ты знал и ничего мне не сказал! Ты даже не попытался мне как-то помочь! – Ты постоянно была занята… – попытка оправдаться не засчитана. Я пятилась в сторону Лорда, неверяще качая головой. Поступок Драко полоснул меня словно ножом, обнажая все то черное, что я пыталась сдерживать в себе. На тот момент я не задумалась, что мое присутствие на зачистке города с родными девочек в их глазах тоже выглядело как предательство. Я всегда думала, что одна в этом большом мире, потому что еще с детства люди приходили в мою жизнь и вскоре покидали меня. На меня разом навалились одиночество, боль от утраты друзей и бесконечные страдания души. – Ты мог попросить о встрече, ведь я всегда тебя выслушаю, – по моей щеке скатилась слеза. Лишиться всех родных людей всего лишь за два дня… – Это предательство, Драко Люциус Малфой. Отныне у меня нет брата. Теперь я осталась одна. – Какая драма, – на слова Лорда мы все обернулись в его сторону, в то время как маг медленно и тихо аплодировал. – Я не пожалел, что решил навестить вас. Слишком много я дал вам воли. Отныне я ограничиваю все контакты поместья со внешним миром, обо всем докладывать поверенному, которого я выберу. Что же касается Кэтрин Ластрэд… – Мой Лорд, – я впервые назвала так темного мага, сев на одно колено и низко склонив голову в жесте глубокого уважения и признания его власти надо мной. – Я бесконечно признательна вам за то, что вошла в ряды ваших подчиненных. Однако сейчас у меня нет никого, кто кроме вас имел бы надо мной власть и влияние. Прошу позволения стать вашим оружием, целиком и полностью. – Ты мне так напоминаешь одного человека… Она была такой же волевой и бесстрашной, – впервые Лорд что-то рассказывал о своей жизни. – Я надеюсь, что ты оправдаешь даруемую мною власть надо всеми. Внезапно меня пронзила боль, а плечи обожгло так, что я даже рванула рубашку, обнажая собственную метку. После тренировок со Снейпом и его заявления о моем даре Лорду меня «наградили» темно-серым изображением змеи, обвивающей шею и покоящейся на моих чуть выпирающих ключицах. Через нее я могла чувствовать «зов» Лорда и перемещаться в нужное место. Конечно же, без легилименции* тут не обходилось. Теперь же змея стала черной, как ночное небо перед бурей, и даже могла шевелить языком и кончиком хвоста. Но не только это увидели все присутствующие: под змеей между лопатками красовался темный знак лилии и косы, заключенных в круг. Разбитое же сердце и порванную душу мягко обволокла тьма. – Кэтрин… – кажется, возглас принадлежал Драко. – Кэтрин Ластрэд больше нет! – выкрикнула я и зашлась в истерическом хохоте, после чего с трудом поднялась на ноги. – Отныне зовите меня Долорес, госпожа Смерть. Я исчезла вслед за Темным Лордом с надменной улыбкой на лице, оставляя прошлое в прошлом вместе со всеми теплыми чувствами и попытками наладить свою жизнь. Во мне уже давно все было сломано, разорвано и порезано, а раны загноились и устали болеть. Но я не стремилась снова окунуться в ледяную воронку безразличия, наоборот – моей целью стали чувства. Гнев. Ярость. Наслаждение властью. И мое желание исполнилось.