Обратная сторона войны

– Я пришла. – Молодую госпожу ожидают в гостиной. – Давно? – Около получаса, мисс. – Скажи, что я приду через час и приготовь мне ванну. – Как пожелаете, мисс. Лестница на второй этаж располагалась справа при входе в дом, в то время как гостиная (она же выполняла иногда роль столовой) и кухня были прямо и налево. Довольно классический дом конца двадцатого века. Первый этаж был окрашен в светлые тона, а на кухне шкафчики были сделаны из светлого дерева. Однако жилые комнаты на втором этаже приобрели более темные тона: темно-зеленый, глубокий синий и даже бордовый. Девушка, владелица дома, устало поднялась в свою комнату, где сбросила испачканную одежду прямо на пол, после чего прошла в ванную. Измученное лицо вмиг разгладилось при соприкосновении тела с теплой водой, а темные глаза закрылись от явного удовольствия. Для девушки принятие ванны стало неким ритуалом, когда можно отпустить свои мысли и отдохнуть от дел. Ее не была дома уже несколько дней, и она порядком вымоталась. Спустя час в шелковом халате и с мундштуком с зажженной сигаретой в руке, женская фигура показалась в бежевой гостиной. «Надо бы поменять цвет», – подумалось ей перед тем, как занять свое любимое зеленое кресло возле камина. – Темных ночей, – поздоровался сидящий на диване мужчина, одетый во все черное. – И правда, темных, – ответила девушка. – Я не собираюсь менять своего решения. – Необходимо твое присутствие, – голос гостя был спокоен и холоден, даже принесенный чай в чашках остыл быстрее. – В качестве кого? – Моего помощника, – глаза двух людей встретились: в одних было безразличие, а в других желание помочь. – К тому же нужны подписи для необходимых документов, которые ты запросила. – Я могу прийти, но только за подписями, – девушка со вздохом встала, потушила сигарету и подошла к окну. На темной улице фонари горели через один, но это не мешало увидеть пролетающие темные фигуры в небе. – Зима скоро закончится. – Тебя ищут. – Я знаю. – Ты изменилась. – Как и вы. – Но у меня есть веские причины, ради чего и кого я это делаю, – мужчина тоже поднялся, но не повернул головы к окну, продолжая смотреть прямо перед собой. – У меня тоже. – Ты помнишь? – в голосе промелькнула надежда, но такая незаметная, что можно и прослушать, сославшись на слабый треск поленьев в камине. – Лишь то, что нужно. – Береги себя и не позволь темноте окончательно поглотить тебя. – Я уже это сделала, – прошептала девушка в пустоту, прикрывая глаза.

***

несколько недель назад На платформе 9 и 3/4 как обычно было довольно шумно – ученики возвращались с новогодних каникул. За прошедшие полгода им изрядно досталось от новых преподавателей и введенных правил, но никто не вешал нос и не пытался пойти против нового режима, так как работа старостата была поднята на новый уровень, позволяя сделать учебу более благоприятной. Возле одного из вагонов стояли две фигуры во всем черном: их рыжие волосы поблекли и отливали не солнечными бликами, а темной медью. Девушка невидящим взглядом смотрела в сторону поезда, сжимая в руках небольшую сумку. Рядом стоящий парень в утешающем жесте положил свою руку ей на плечо. – Ты уверена, что справишься? – Если останусь дома, то будет еще хуже, – девушка печально вздохнула и обняла парня на прощание. – Береги Димми, Макс. Ему очень тяжело. – Тебе было тяжелее, организация похорон оказалась на твоих плечах как главной хозяйки обеих семей, – Макс перевел свой взгляд в толпу, поверх рыжей головы собеседницы. – Вот и Кристен. Берегите себя, обе. И попытайтесь простить вашу подругу. – Не обещаю. Девушка зашла в поезд вслед за черноволосой ученицей и заняла вместе с ней отдельное купе. В глазах обеих плескалась тоска и боль. Разговор завязался только после того, как мимо них проехала тележка со сладостями. – Ты связывалась с Драко? – первой спросила рыжеволосая, подбирая под себя ноги и пристраиваясь спиной к углу. – Нет, даже на поздравление не ответила – не до того было, – Кристен перевела взгляд со снежного пейзажа за окном на лицо подруги. – Рэн, ты не надела сережку? – Не вижу смысла, да и не хочу разговаривать с ней. К тому же ты ведь носишь, – девушка пожала плечами и повернулась на звук открывающейся дверцы купе. – Привет, Драко. – Мы вас везде ищем, – блондин впустил в купе еще двух человек: темноволосого мулата и девушку с каре. Они оба были полностью одеты для школы вплоть до накинутых на плечи зеленых мантий. – Здравствуй, дорогая, – Малфой поцеловал брюнетку в висок и сел на ее место, пересадив девушку к себе на колени. – Приветствую, рыжая. Рассказывайте, что у вас произошло и почему такие нарядные едете. – На похоронах давно не был, Малфой? – съязвила Рэна, кося холодными зелеными глазами на поправляющую маникюр старшую слизеринку. – Я могу рассказать, каково там. – Рэн! – попыталась прикрикнуть на подругу Кристен, ловя три недоуменных взгляда. – А что сразу Рэна? – возмутилась рыжая девушка. – Я что ли виновата в том, что пришлось готовить твои могилы, а?! Разве я направляла палочку на Макса и держала окровавленный нож?! Это я забыла о своей семье и друзьях, хотя обещала ровно противоположное?! Ты говорила простить ее, вот только за что?! – За то, что она предупредила, но информация не успела дойти, – подала голос девушка с каре. – Она сказала Владу про район, но не знала о городе. К тому же, она просила не говорить ваше местоположение, ведь так? – Панси права, – блондин кивнул в знак подтверждения сказанных слов. – Лорд очень силен в чтении мыслей и не пренебрегает этим, поэтому Кэтти решила дополнительно защитить вас. Не думаю, что она пришла в ваш дом, чтобы убить ваши семьи. Как она вообще там появилась? – Отец рассказал, что их атаковали егеря, – задумчиво ответила брюнетка на вопрос, немного хмуря лоб. – В тот момент, когда отец Рэны вслед за своей женой погиб, защищая своего сына и моих родителей, появилась девушка, которую егеря называли «Госпожа Смерть». Она обвела всех своими черными глазами и атаковала егерей, убив всех до последнего, кто находился в доме. Потом уже мы аппарировали на крыльцо и Рэна первой увидела Кэт посреди лежащих тел. – И вы обе сразу подумали, что во всем виновата она? – глухо спросил мулат, сложив руки на груди и опустив голову. – Забини, ты ведь знаешь: она в их рядах слишком долгое время, только Драко может знать, что там на самом деле случилось, – иронично подметила Панси. – Ты разговаривал с ней на этот счет? – в голосе Кристен просквозила надежда, но была уничтожена вмиг потемневшим лицом Малфоя. – Нет. И не смогу еще очень долго, – на нем скрестились сразу четыре пары глаз. – Она ушла из мэнора и стала правой рукой Лорда. Я не знаю как она и где она. В купе повисла ледяная тишина: все осмысливали только что сказанные слова. – Она не могла просто так уйти, не в ее стиле, – задумалась старшая слизеринка. – Паркинсон, ты же ее недолюбливаешь, чего тогда печешься? – Стрейтфор, помолчи, ты вообще ее обвинила в убийстве родителей и наверняка наговорила обидные вещи. – Паркинсон права, – Забини обвел всех тяжелым взглядом. – Кэтрин никогда не делает что-либо просто так или по своему желанию. Для всего есть причина, и если мы ее найдем, то сможем спасти нашу подругу. До самого приезда в Хогвартс в одном из многочисленных купе не стихали разговоры и шуршание пергамента.

***

Прошло два месяца с тех пор, как я отказалась от прошлой жизни. Можно было подумать, что я все еще не простила тех, кто отвернулся от меня и предал, но это не так. Простить проще, чем забыть. Они вычеркнули меня из своих мыслей, и я сделала то же самое. Отныне мы шли разными путями. Получив документы на свой дом в Шеффилде, я тут же переехала туда вместе с домовиком Грином, полученным мной в качестве моральной компенсации. Домашний эльф был только рад новой хозяйке. Однако я бывала в доме нечасто из-за новых обязанностей. Отныне я имела право курировать любые задания Лорда, а также подключилась к поискам бузинной палочки и Поттера, частично. Перед разговором с Северусом я как раз вернулась с очередного рейда, в котором узнала местоположение последнего мага, который мог помочь в поисках искомого. Крики допрашиваемых магов все еще легким звоном стояли в ушах. Меня пытались сравнивать с Беллатрисой, но никто их этих людей не выжил. Я – это я. Госпожа Смерть. И называют меня так потому, что после меня редко кто остается в жизни или в здравом уме. Даже Пожиратели стали меня опасаться, а Долохов так вообще обходит за много миль, скрывая от всех свою ненависть ко мне. Только Северус иногда пытался достучаться до прежней меня. Вот только возвращаться к постоянной обеспокоенности за тех, кого уже нет в моей жизни, мне совершенно не улыбалось. Документы на смену старосты Хогвартса я подготовила в течении новогодних праздников, тогда же и заявила о досрочном окончании шестого курса. Снейп документы принял, но договариваться с преподавателями самолично не стал. Некоторые, узнав об этой ситуации, сразу выставили мне оценки, не желая откладывать свое решение. Но не все. Поэтому мне все же пришлось аппарировать к ступеням школы на следующий день. Я успела немного подзабыть расписание курсов, поэтому в аудитории ЗОТИ меня ждала моя группа вместе с грифами. Это все выглядело бы довольно мило, если бы мне не нужно было именно к Амикусу, а не ко всем остальным. В общем, плевать. И вот, я без стука открыла дверь, и на меня тут же все уставились. В том числе и Пожиратель. – Кэтрин Ластрэд, – протянул стоящий возле преподавательского стола Амикус, кровожадно улыбаясь, в то время как я закатила глаза. – Вы снова взяли в привычку прогуливать мои уроки. В этот раз я тремя минутами не обойдусь. – А я не на урок пришла. Документы подпишите, и вы меня больше не увидите. Не смотря по сторонам, я прошла мимо оторопевших студентов и хлопнула ладонью с бумагой по столу. Сегодня на мне была светлая рубашка, застегнутая на две пуговки с черным корсажем поверх и бриджи. Плащ, накинутый на плечи, с капюшоном, закрепленным на маленьком пучке на голове. В один из сапогов был вставлен кинжал, чья ручка чуть сверкала на свету. На правом бедре при каждом шаге вместе с распущенными волосами подпрыгивали и позвякивали две цепочки: одна простая, серебряная, и преобразованный браслет, подаренный Рэной, с семью красными сферами. Если присмотреться, то там можно заметить маленькую серьгу-гвоздик, закрепленную особым образом на одном из составных колец. На ее месте в ухе было вставлено магловское украшение. Связующее кольцо, кстати, я носила в выемке на ключицах, поместив то в один из своих кулонов. – Так что, подписывать будете, профессор? – оторвала я мужчину, который уставился в мое декольте. – С какой стати? – Кэрроу меня недолюбливали, и если раньше я не могла ничего сделать из-за связанных обязательствами рук, то сейчас я была свободна. – Плохая посещаемость, из рук вон плохо выполненные задания, неправильная отработка наказаний… Мне дальше перечислять? – Жаль, твоя сестра была сговорчивей, – поцокала я языком, и уже более громко сказала, не отрывая глаз от Амикуса. – Вы все давно хотели посмотреть, как выглядит правильно использованное заклинание подчинения, не так ли? – Ты не посмеешь… – ого, неужели Кэрроу умеет бояться? – Империо*, – произнесла я, вытащив палочку из закрепленных держателей в рукаве. Спустя несколько секунд борьбы, воля Амикуса пала, давая мне широкий простор для действий. – Сейчас ты сядешь и подпишешь все необходимые документы, а также поставишь высшие баллы для Кэтрин Ластрэд, – один из достаточно сильных магов покорно поставил свою подпись и даже печать в нужных местах. На этом можно было закончить, но я не я, если все так оставлю. – Теперь выйди на середину комнаты и попроси меня наказать тебя. – Накажите меня. – Думаю, трех минут будет достаточно. Сняв подчинение, я применила круциатус и буквально наслаждалась тем, как Кэрроу корчился на полу и кричал от боли. Все-таки мстить, хоть и мелочно, доставляет некое удовольствие. Кажется, кто-то меня звал, но я более не откликалась на старое имя, поэтому проигнорировала. Все ученики были в шоке от происходящего, некоторые даже спрятались за других или отвернули свои лица. После «экзекуции» я подошла к трясущемуся на полу мужчине и присела на корточки, разглядывая. – Не стоит меня злить, а также перечить моим словам, Амикус, – усмехнулась я и поднялась на ноги. – Теперь вы знаете, что отказать можно любому, но не мне. Бывайте. Шок студентов можно было ощутить наравне со страхом Кэрроу. Мой плащ развевался за спиной словно тень, закрывая меня от взглядов и брошенных в мою сторону слов. Я не нуждаюсь ни в ком, кто обязательно причинит мне боль. За каждую пролитую мной каплю расплачиваться буду не я. Так что пусть трепещут и боятся. По дороге к кабинету, где должен был проходить урок у Макгонагалл, я заметила третьекурсника, куда-то спешащего. Кажется, это был кто-то из друзей Аскольда. – Стоять, – мой голос эхом прошелся по пустому коридору и заставил мальчишку застыть на месте. – Не оборачивайся. – Староста… – слизеринец попытался то ли поприветствовать меня, то ли попросить пощады, но трясло его знатно. – Молчать, – я подошла вплотную к нему и наклонилась к темной макушке. – Передашь это Харнесс и Стрейтфор, – ему в руку легли уменьшенные коробочки. – Если узнаю, что ты ослушался или сказал, от кого это, больше не ступишь на территорию Хогвартса. Понял? – Д-да. – А теперь забудь об этой встрече, но помни о своем задании. Легкий блок на памяти не позволит мальчишке разболтать об этой ситуации всем и каждому. Щелкнув пальцами для снятия ступора, я спряталась в нише, пока третьекурсник тряс головой и пытался понять, что только что произошло. Спустя минуту он все-таки вспомнил об уроке и умчался. Я же покрутила палочку меж пальцев, сунула документы в карман мантии и направилась к Большому залу. На удивление, там было тихо: все ученики склонили головы над свитками. Значит проверочная работа… Хотя бы понятно, почему не кабинет трансфигурации. – Как вовремя я зашла, профессор Макгонагалл, – протянула я, накинув оглушающее заклинание на учеников и отводящее взгляд на себя. – Весь седьмой курс в сборе. – Вы больше не староста школы, поэтому не имеете право без причины врываться на уроки к другим курсам, мисс Ластрэд, – довольно сдержанно отреагировала на мое появление бывшая замдиректора, отрывая взгляд от бумаг на своем столе и направляя его на меня, стоявшую в проходе. – У меня не было другого времени, а вопрос важный, – я в несколько шагов достигла преподавательского стола, создав маленький ветерок между рядами, на который никто не отреагировал. Лишь Драко на секунду застыл и словно прислушался. Сердце предательски кольнуло при виде довольно измученного блондина, но я заставила себя переключиться на причину своего появления здесь. – И помочь можете только вы. – Только из-за того, что ваши действия на посту старосты позволили многим ученикам спокойно продолжить свою учебу, – женщина словно скривилась от своей «доброты», но все же отложила перо и уставилась на меня. Спустя меньше четверти часа я уже направлялась к директору в смешанных чувствах: с одной стороны меня одолела злость, так как узнанная информация была связана с тем, что меня держали на коротком поводке, с другой – удовольствие от полученной власти. Я все больше становилась похожей на Темного Лорда: власть пьянила хуже самого крепкого алкоголя. Только у меня уже не было цели и причины для обладания этой властью. Иногда, бессонными ночами, когда нырять в вязкую темноту или тонуть в бесконечной толще воды было невмоготу, в мыслях возникали смутные образы. Я заставила себя многое забыть, однако что-то внутри меня неустанно твердило: ты не должна так жить. У всего есть мотив. Но я так далеко ушла от своей «человечности», что перестала понимать цель своих действий, своей жизни, своего участия в этой войне. Я не просто утонула в черном омуте своей боли, ненависти, обиды, я потерялась в бесконечном лабиринте попыток понять себя. И рядом не было никого, кто бы помог мне, поэтому в какой-то момент я перестала бороться и просто отпустила себя. Я стала безжалостным убийцей, великолепным охотником, змеей, которая может проникнуть куда угодно и стать кем угодно для своего хозяина. Вот только бывают моменты, когда моя рука останавливает клинок в миллиметре от кожи, а с палочки не срывается обездвиживающее заклинание. Я позволяю невинным уйти, за что наказывают других вместо меня. Не думаю, что Волан-де-Морт не знает об этом, но пока мне все сходит с рук. – Мой Лорд, мы снова в тупике, однако мне удалось установить личность вора. На мое появление в комнате Лорда в особняке Реддлов первой среагировала Нагайна, чуть оскалив клыки. Ей не нравилось присматривать за мной, равно как и мне ее присутствие. – Надеюсь, твои информаторы были честны? – скрипучий и глухой голос раздался со стороны любимого кресла темного мага. – Я лично допрашивала всех. – Тогда надеюсь ты не против провести еще один магловский праздник со мной? – Буду только рада, мой Лорд, – низкий поклон был сопровожден немедленной аппарацией в нужное место. Бузинную палочку Волан-де-Морт искал довольно давно, еще до моего официального вступления в ряды его помощников. Это было моей основной миссией помимо отслеживания местоположения Поттера, который довольно хорошо маскировался и часто передвигался с места на место. Я знала, что Уизли нашел своих друзей, так как не очень давно получила письмо от него со скупыми словами благодарности по поводу координат меча Гриффиндора. Мне вспомнился разговор со Снейпом на этот счет в начале года, когда я честно призналась, что помогала грифам выкрасть его копию. На вопрос «зачем» я ответила, что «было интересно посмотреть на то, как их поймают». Кстати, отчасти, это было правдой. В итоге я узнала, почему святая троица покинула Хогвартс и мотается по всей стране. Ответ был простым: Поттер искал крестражи, являющиеся частицами души Волан-де-Морта и позволяющие убить бессмертного волшебника. Тогда же профессор отдал мне запечатанный конверт, чтобы передать его в нужный момент кому-то из этих троих. В нем, скорее всего, содержалась информация не только про местонахождение истинного меча, но и еще какие-то сведения по крестражам. В принципе, меня это сильно не волновало, я передала его рыжему Уизли и благополучно забыла. Уничтожение каждой частицы души Лорда отдавалось и мне в виде нестерпимого жжения татуировки змеи на шее. В первый раз я несколько дней лежала в беспамятстве, пока Грин снимал жар и накладывал мазь на ожоги. Потом стало полегче, по крайней мере мне почти не приходилось взывать к силе знака, что позволяло ранам заживать. В темнице, на допросе один Мерлин знает насколько старого мага, которого я нашла для Лорда, я стояла в темном углу с закрытыми глазами, воспринимая реальность через остальные органы чувств. Я не была привычна слушать чужие разговоры, но и прогонять меня не стали. Послушать беседу было интересно. Внезапно кольцо, висевшее на шее, резко заиндевело – со мной не просто пытались связаться, а фактически заставляли ответить. С той самой ночи, когда я покинула мэнор, я не прикасалась к кольцу, чувствуя периодически исходящую от него магию. Со мной хотели поговорить, вот только я не желала слушать. В этот раз что-то заставило меня отстегнуть цепочку и надеть кольцо на мизинец. – Что заставило тебя применить свои навыки легилименции? – мой ледяной голос явно полоснул сознание Малфоя, потому что ответ пришел с паузой. – Он здесь, – Драко был взволнован: ощущалось дрожание его мыслей. – А мне какая разница, вызывайте Лорда. – Внизу гоблин, Олливандер и Полумна. Белла мучает грязнокровку из-за меча. Они их убьют. – Повторяю: какая мне разница? Я на задании, – я собралась уже стянуть кольцо с пальца, но Малфой остановил меня. – Стой! – крик отдался в сознании слишком сильным эхом, заставляя поморщиться. – Спаси их. Он не должен умереть сегодня. Я не могу этого сделать, иначе сам окажусь в могиле. Взамен проси что хочешь. – Это ваш шанс подняться в глазах Лорда, почему не пользуешься? – Я больше не уверен в правильности действий отца. Это заставило что-то внутри меня сжаться, вызывая забытые чувства, но я быстро это «что-то» заткнула. Как минимум одному человеку из всей компании в мэноре я была должна. Свое дальнейшее решение я обосновала именно чувством долга. – Позволь им уйти, – коротко и сухо приказала я. – Дальше я сама. Ответ я уже не услышала, сняв кольцо и засунув его между складками юбки любимого платья. Я лениво поправила манжеты на руках, вытаскивая палочку ближе из рукава, и принялась дальше ждать. Допрос был в самом разгаре, когда шею обжег вызов по метке, которая красовалась на правом предплечье каждого Пожирателя. Злость Лорда на старика в камере перекинулась на Люциуса, совершившего вызов. – Как он посмел снова совершить вызов?! – тихо возмутилась я, в то время как маленькую комнатку озарило зеленое сияние, и найденный мной информатор мешком рухнул на кровать. – Уходим, – прошипел Лорд, обращаясь в черный вихрь и вылетая в окно. Мне же пришлось схватить черенок своей метлы и вылететь следом. Огромное здание Нурмергарда, тюрьмы в Альпах, осталось позади вместе с темными фигурами дементоров, которых я все еще недолюбливала. Спустя несколько минут нам удалось аппарировать прямо в столовую Малфой-мэнора. Картина была плачевной, но предполагаемой: разбитая люстра, чуть довольная Белла, испуганный Люциус и Нарцисса, склонившаяся над Драко, прижимающим окровавленные руки к лицу. Остальных присутствующих я не успела разглядеть, уловив слабый запах перемещения и прикрывая глаза для лучшего распознания места. – Они аппарировали, мой Лорд! – выпалила Лестрейндж. – С помощью свободного эльфа Люциуса! – Долорес, найди их. – Да, мой Лорд. Мои ноги привели меня к камину, откуда, видимо, и совершилась аппарация. Спустя один вдох я уже скрылась в водовороте магии. Место выхода меня встретило запахом крови и моря. – Что ты здесь делаешь?! – направил на меня палочку Уизли, после чего еще четыре головы обернулись на меня. Страх. Удивление. Решительность. Стандартный набор чувств гриффиндорцев, если честно даже скучновато. – Добби… не умирай… – Поттер же не замечал меня, укачивая чье-то тело на руках. Не обращая внимания на враждебно настроенную зазнайку и рыжего, я оказалась напротив черноволосого избранного. – Молодая мисс тоже здесь… – прохрипел эльф, поворачивая на меня свои большие голубые глаза. Из его груди торчал кинжал Беллы. Так вот откуда металлический запах. – Не смей убивать его! – прошептал Поттер, сдвигая брови вместе и сильнее прижимая эльфа к себе. Я впервые видела Поттера в слезах, и это только сильней убедило меня в правильности своих действий, за которые я поплачусь сполна. – И не собиралась, – ответила я и приложила свою палочку ко лбу Добби, шепча старинное заклинание. Кровь перестала хлестать из глубокой раны, тонкая кожа покрылась инеем, а грудь эльфа перестала вздыматься. – Это позволит транспортировать его туда, где его смогут спасти. – Ты знаешь, где это, не так ли? – фальцетом спросила Полумна. – Знаю, – я тяжело вздохнула и забрала неподвижное тельце. В нем еще билась жизнь, но очень слабо. Следующие слова я произносила, направив взгляд прямо на Полумну. Она должна была понять. – Моя просьба: отойдите от этого места на шагов пятьдесят и аппарируйте снова куда угодно, но подальше отсюда. Когда я появлюсь, ослепите меня и атакуйте. Я не должна видеть этого места и иметь возможность вас поймать. У вас есть двадцать секунд. Время пошло. В следующее мгновение я оказалась в столовой Хогвартса, перепугав половину домовиков. Мне сыграло на руку хорошее с ними отношение в течении учебы, поэтому от меня не потребовались объяснения, и я смогла даже попросить одного из эльфов забрать мои воспоминания вплоть до аппарации из мэнора. Потом он должен был передать их Снейпу на хранение. Спустя положенное время я вновь аппарировала. Я оказалась явно на пляже, распознав запах мокрого песка даже с закрытыми глазами. Учуяв новые следы аппарации, я поспешила туда и осуществила перенос. Я не успела увернуться от оглушающего и ослепляющего заклинаний, прилетевших одновременно и лишивших меня возможности ориентироваться в пространстве. На войне я научилась быстро реагировать даже в таких ситуациях, поэтому уже через мгновение темнота сменилась густой пеленой перед глазами, а вакуум в ушах – тихим гулом. Вот только мне не дали возможности оклематься: мое тело пронзило лезвие, прямо под сердцем. От неожиданности я покачнулась и упала на какие-то камни, прижимая руку к... кинжалу? Становилось труднее дышать, во рту появился металлический привкус. Я не могла больше преследовать их, поэтому поставила маячок и с огромным усилием аппарировала в мэнор. – А вот и наша Долорес вернулась, – где-то вдалеке услышала я голос Лорда, так как заклинания все еще не были сняты до конца. Кажется я упала коленями на стекло. – Я не справилась, – слова тяжело срывались с губ вместе с кровью. – Они ушли. Я оставила маячок. Я заслуживаю наказания, мой Лорд. – Хоть кто-то понимает цену своим действиям, – оглушение почти прошло, поэтому шипение Нагайны я сумела расслышать, а перед глазами вместо пола появились черные круги. С каждой секундой оставаться в сознании становилось все сложнее. Левую руку я прижимала к ране и торчащему из нее кинжалу, в то время как правая опиралась на усыпанный стеклом пол. – Можешь идти, с тобой я разберусь позже. – Благодарю, мой повелитель. Собрав все оставшиеся силы и максимально сконцентрировавшись на своем доме, я совершила еще одно перемещение, которое «выплюнуло» меня в бежевой гостиной и позволило наконец-то потерять сознание.