Обратная сторона войны

Следующие дни слились для меня в череду бесконечно пронзающей мое тело и сознание боли. Ее тонкие острые иглы впивались в плоть, заставляя захлебываться собственной кровью. Ее длинные щупальца насильно врывались в воспоминания и мысли, вынуждая кричать и рвать себе горло. Раз за разом у меня пытались найти какие-то ответы, которых у меня не было. Для меня не существовали понятия дня и ночи, жажды и голода. Было только ожидание боли и противный шепот, который сопровождал меня повсюду, даже в темном омуте бессознания. Когда я впервые смогла вырваться из липкой темноты и ненадолго открыть глаза, то обнаружила себя в маленькой комнате с холодными и мокрыми стенами, в которой маленький лучик света позволял увидеть тонкий матрас и поднос с водой. На мне была длинная сорочка, прилипшая к телу из-за засохших пятен крови. Любое движение отзывалось резью в боку и спине и вызывало потемнение в глазах. Жжение в районе шеи оповестило меня о желании Лорда меня лицезреть: уже через минуту в комнате показалось двое незнакомых мне Пожирателей с прикрытыми лицами. Они подхватили меня под руки и выволокли из темницы. По коридорам я сразу узнала поместье Реддлов, по которым ранее часто ходила в качестве тюремщика. Направлялись мы в «любимую» всеми комнату, из которой и начался тот самый злополучный день с поимкой и упущением Поттера. – Моя дорогая Долорес, бывшая Кэтрин Ластрэд, – сухой высокий голос Лорда просочился прямо в мозг. У меня не было сил стоять, поэтому я рухнула на колени и откинулась назад, прикрыв глаза от яркого для меня света. – Как ты себя чувствуешь? – Вполне сносно, мой Лорд, – язык еле ворочался во рту, а из горла вырывался лишь еле слышный сип. Чтобы хоть как-то сосредоточиться на разговоре, я крутила на пальце единственное украшение – свое любимое кольцо со змеей. – Сожалею, что тебе пришлось так долго пробыть внизу, однако среди нас затесался шпион, и мне необходимо было удостовериться в тебе, – послышалось шипение Нагайны, значит Лорд как обычно сидел в кресле, а его любимица примостилась рядом. – К тому же за тебя просили, и я не мог не прислушаться. – Надеюсь, что я смогла чем-то помочь, – со смешком пробормотала я. – Ты доказала свою полную невиновность и непоколебимую верность, даже несмотря на едва видимые изменения памяти. – Это касалось моей семьи и только, мой Лорд, – я смогла разлепить тяжёлые веки и уставиться мутным взглядом на Волан-де-Морта. – Каковы будут ваши дальнейшие распоряжения на мой счёт? – Делай, что пожелаешь, – это было неожиданно, даже рядом стоящие маги вздрогнули от таких слов. – Считай это компенсацией за то, что сомневался в тебе, моя госпожа Смерть. Даю время отдохнуть и залечить раны. – Слишком много чести для той, кто провалила важное задание, – я давно уяснила, что ничего не даётся просто так. – С чего бы вам давать мне полную власть над подчиненными? – Ты вывела меня на Грин-де-Вальда и помогла увидеть пороки тех, кому я имел неосторожность довериться. А теперь иди, тебя проводят, – охранники схватили меня за плечи и потянули вверх, но я резко сбросила их руки, заставив мужчин упасть на одно колено рядом со мной. – Означает ли это, что у меня есть право устранять тех, кто встанет на моем или вашем пути без вашего непосредственного разрешения, мой Лорд? – раз уж дается власть, так я воспользуюсь этой возможностью и выжму из нее все. – Она опассссна, – раздалось шипение Нагайны, и каким-то образом я разобрала отдельные слова. – Ее боятся чуть ли не сильнее, чем меня. Она нужна мне, а мы нужны ей, – ответил змее Лорд на парселтанге, после чего обратился уже ко мне. – Разве ты в нем когда-то нуждалась? – Тогда я не думаю, что вы будете против моих действий. Мои пальцы резко сомкнулись на запястьях охранников, выжигая на коже темный рисунок: змея, обвивающая длинный стебель лилии. Тот же знак появился на моем среднем пальце правой руки. Это заклинание оказалось в моем арсенале не так давно, но только сейчас пригодилось. Несмотря на то, что мое тело было замучено пытками, мне удалось использовать эту магию. В ответ на эти действия, на лице Лорда появилась лишь понимающая улыбка, напоминающая властный оскал. Я же слегка наклонила голову в знак уважения: сегодня я и правда убедилась в том, что Лорд может быть справедливым, вот только ко всем ли? Мои новые подчиненные теперь обязаны были служить только мне, поэтому метки Пожирателей с их рук исчезли. Как только мы вышли в коридор, я тут же потребовала магическую клятву, после чего оперлась на их подставленные локти и поплелась на выход. Аппарировать я еще не могла, а Роберт и Николас скорее всего не знали моего адреса. Для приличия и чтобы немного скрыть пятна крови на мои плечи накинули плащ, однако мое состояние не осталось незамеченным для неожиданно встреченного в холле Снейпа. К тому моменту я уже была на грани очередной потери сознания, так как колдовство все-таки много сил у меня отняло, да и многочисленные раны давали о себе знать. На возмущенные вопросы к моим магам я успела пробормотать что-то про их новые метки и ускользнула в темноту. Мне снился давно забытый сон: столовая в поместье Малфоев, полная трупов, крови и пронизывающего до костей шепота Лорда. Только в этот раз Драко убил сам Лорд, просто свернув тому шею и отшвырнув тело в мою сторону. А над столом неподвижно висела другая фигура. С черными как тьма волосами. И более грубыми и мускулистыми руками. При виде зеленой вспышки я резко проснулась, подпрыгнув на кровати с бешено колотящимся сердцем. Но через пару секунд я блаженно прикрыла глаза и натянула повыше одеяло. Стоп, что? С трудом сев на кровати, я протерла глаза и оглядела комнату. Я явно была не в Шеффилде. Тонкий лучик света освещал маленькое помещение, заваленное какими-то книгами и коробками. Стены и потолок были окрашены в грязный коричнево-зеленый цвет, на которых еле-еле проглядывался какой-то рисунок. На мне была надета другая сорочка, а на ребрах ощущались бинты. Где-то на краю сознания ощущалось присутствие моих «отмеченных», причем довольно близко. Я металась между желанием позвать Грина или самой выяснить свое местоположение. В итоге, мой выбор пал на последний вариант, поэтому я аккуратно спустила ноги на пол, обернулась в одеяло, за неимением другой одежды рядом, и медленно двинулась к двери. Выглянув в коридор, я уловила голоса этажом ниже. На лестнице пришлось идти еще медленнее, придерживаясь за стену: мешали незажившие раны на спине и животе. Мужчин я нашла в столовой, если можно так назвать скромно обставленную комнату с парой шкафов для посуды и столом, за которым сидел Снейп с газетой. Он опустил ее при моем появлении в проеме. Роб и Ник, как я их мысленно назвала, стояли в двух углах – стратегически важных местах при внезапной атаке. – Очнулась? – всегда спокойный и холодный голос теперь чуть потеплел. – Где я? – немного суше, чем хотелось, спросила я. – И как давно я здесь? – Это мой дом. Можешь оставаться здесь так долго, как пожелаешь. Мне пора возвращаться, – директор Хогвартса отбросил газету на стол и подошел ко мне. – Мне жаль, Кэтрин. Если захочешь поговорить или задать вопрос, приходи. – Спасибо, Северус, – я проводила его фигуру до входной двери, возле которой произошла аппарация. Потом чуть увеличила стул, на котором сидел профессор, и с ногами разместилась на нем. – Грин! – Да, мисс, чем могу быть полезен? – домовик появился словно из ниоткуда. Остальные двое присутствующих даже не шелохнулись. – Сперва можешь приготовить мне кофе? Как я люблю, – эльф улыбнулся и поспешил к турке, тихо бурча себе что-то под нос. – Теперь вы двое. Садитесь за стол, – одного из мужчин я не могла видеть, так как он стоял фактически за моей спиной, но по реакции второго я поняла, что они боялись сделать шаг в сторону. – Расслабьтесь уже. – Как пожелает госпожа, – они произнесли это почти в унисон и, наконец-то, сели за другой край стола. Парни (я думаю, что уместнее называть их так) выглядели старше меня, но не сказала бы, что намного. Это если считать, что я – самая молодая среди приверженцев Лорда (мне всего-то семнадцать с половиной!), то многие годятся мне в отцы. Что-то в этих двух магах было такое, что одновременно роднило их и разнило. Русые волосы у обоих были забраны в хвосты на затылках, глубоко посаженные глаза отсвечивали синим и придавали их лицам какое-то немного хищное выражение. Однако внутри эти двое не успели огрубеть: их руки были такими же тонкими и довольно нежными, как у Драко, несмотря на грубо остриженные ногти и сбитые костяшки. Кого-то они мне смутно напоминали… Пока я занималась разглядыванием, Грин поставил передо мной чашку с кофе и спрятался где-то неподалеку. Любопытный эльф. – Для начала я хочу поприветствовать вас в рядах моих работников, – отпив немного из чашки, прервала я тишину, тем самым привлекая внимание магов. – Надеюсь на вашу верность мне и доверие. Все необходимые расходы на еду и жилье я беру на себя, при необходимости финансирую и иные. Я не изверг и не клеймю людей в качестве рабов. Да, вы получили новую метку, но лишь потому, что я часто отсутствую дома и связываться со мной порой очень трудно. К тому же теперь остальные будут знать, что вас трогать – себе вредить. Но прямо сейчас у вас есть выбор: остаться на службе у меня или вернуться к Лорду. – Если госпожа Смерть позволит, то нам бы не хотелось возвращаться, – ответил за двоих Роберт. Я запомнила их только благодаря меткам: у Николаса она была на правом запястье, у Роберта – на левом. – Тогда хочу ввести несколько правил: наедине я для вас не госпожа Смерть, а просто госпожа или Долорес, – на мне скрестились два недоуменных взгляда. В ответ я лишь приподняла бровь и продолжила монолог. – Не стоит относиться ко мне как божеству или к Лорду, я – обычная волшебница. Запомните это. Я не собираюсь требовать с вас того, чего вы не желаете делать или что-то аморальное. Я веду свою игру и преследую часто собственные цели. Мои действия не являются противозаконными и не идут вразрез с моральными ценностями, только если не являются приказами Лорда. Если можно избежать смерти, я выбираю жизнь. Любые возникающие вопросы, проблемы или слухи обсуждаете со мной. Ясно? – Да, госпожа, – парни явно расслабились после моих слов: напряженные спины чуть сгорбились, плечи опустились, с губ сорвался совместный выдох. – Ну а теперь рассказывайте: что произошло? Я ничего не помню с момента встречи с Северусом. – Как только вы начали оседать в наших руках, – повествования на себя взял Ник, – господин Снейп подхватил вас на руки и приказал нам также схватиться за него для аппарации. Так мы оказались в этом доме. – Вас тут же разместили в комнате наверху, а нам приказали найти тряпки и необходимые зелья, после чего господин исчез и вернулся через полчаса примерно. – Получается, мои раны обрабатывал Снейп? – с чего бы ему так заботиться обо мне? – Первый раз – да, потом научил нас с Ником, – Роберт нервничал, когда говорил это. – Сколько я была без сознания? – В темнице или здесь? – рискнул уточнить Николас. Им явно было стыдно за свои поступки, но надо отдать должное: вопросы они задавать умеют. – Везде. – Вас забрали на следующей день после Пасхи и сразу же поместили в камеру. С того момента прошло две недели с небольшим. – А здесь мы находимся четвертый день. – И все это время Северус тоже здесь жил? – удивленно спросила я. – Нет, – покачал головой Роб. – Только в первую ночь он остался, а на утро оставил инструкции и ушел. Понятно: помог мне пережить первую ночь и был таков. Вполне в его духе, кроме пункта о заботе. С момента моего ухода из Хогвартса он вообще стал странно себя вести в отношении меня. Словно и правда пытался заботиться, вот только зачем? – У вас есть родные или друзья, о ком нужно думать? – внезапно произнесла я. – Нет, – уверенно ответили они вдвоем, но потом о чем-то молча договорились и дополнили свой ответ. – Хотя… У троюродного брата есть семья в Шотландии, это единственные родственники, которые у нас остались. Несмотря на то, что с нами общается только брат, они все еще остатки нашей семьи. – А вашего брата случайно не Владом звать? – рискнула предположить я и попала в яблочко. – Встречалась я с ним несколько раз, пока в Министерство по делам бегала. Так что можете не бояться: он всегда был в курсе новостей. – Спасибо, госпожа! – своей бурной реакцией они напомнили мне близнецов Уизли. Тоска кольнула сердце, заставив поникнуть. – Что-то случилось? – Домой хочу, – призналась я и встала со стула, поправив одеяло на себе. – Ладно, мне нужно несколько дней, чтобы набраться сил для аппарации, так что пока остаемся здесь. Я устала и хочу отдохнуть, поэтому если есть вопросы, расспросите Грина. Грин! – большие глаза эльфа тут же показались из-за дверцы шкафчика. – Позволяю тебе рассказывать все, что посчитаешь нужным. После кивка домовика, я направилась в свою комнату, все также придерживаясь за стену. Было немного легче, но усталость брала свое, поэтому я сразу же отключилась, едва голова коснулась подушки. Так мы провели несколько дней: я много спала, еду приносили мне в комнату, здесь же обрабатывали раны на спине. Мне было немного стыдно оголяться перед парнями, но кому какая разница? На душе впервые за многие недели было пусто и как-то даже тихо: война отнимала у меня все силы. Приходилось куда-то бежать, кого-то выслеживать, а потом добывать информацию. Я думала, что настало время, когда меня уже ничто не выбьет из колеи, но я ошибалась. – Я думаю, что вечером мы покинем это место. Эти слова были произнесены в столовой в районе обеда, когда Грин как раз домывал тарелки, парни читали какие-то книги, а я рассеянно водила ложкой в чашке. Спина уже не болела, редко только чувствовался дискомфорт, когда я делала какие-то резкие движения. В доме профессора можно было применять магию, так что я свободно практиковалась и в аппарации, стремясь не потерять навык. – Госпожа… вы уверены? – осторожно спросил Ник. – Может не стоит торопиться? – Я. Хочу. Домой, – процедила я, устремляя на них злой взгляд. – Вы что-то скрываете от меня, так? Быстро выкладывайте. – Дело в том, что… – парни замялись. – Молодая мисс знает, что дом Грина там, где молодая мисс, – вмешался домовик, перетягивая мое внимание на себя. Его большие уши повисли еще ниже, а маленькие ручки сжимали тарелку. – Вот только дома у мисс больше нет. – Как это нет?! Что с ним?! – Его сожгли. Теперь там только развалины. От слов Роберта по спине пробежал холодок, а легкие забыли как дышать. Мысли о том, что у меня отняли последнее, вызвали приступ паники, переросшей в бесконтрольную злость. Я столько времени терпела, чтобы снова жить в Шеффилде на законных основаниях, в доме родителей, где выросла, и у меня даже это отнимают?! – Кто посмел такое сделать?! – мой шепот был громче крика. – Мы не знаем. Никто не знает, – по очереди сказали парни, вздрагивая от веящей от меня силы. Сейчас я была способна на все. – Грин сумел спасти, что мог, – послышался виноватый голос домовика. – Тот, кто совершил такое, ответит. Я обещаю, – мои губы расплылись в знакомой всем кровожадной улыбке. – Грин, мне нужны мои вещи. Я вихрем влетела в свою комнату, оставив растерянных магов на кухне и по пути собрав свои частично седые каштановые волосы в высокий хвост. На моей кровати уже лежала коробка с дневниками и любимой шкатулкой, а рядом примостились два чемодана с несколькими немного обожженными сумками. Из шкатулки я взяла связующее кольцо на цепочке, повесив его на шею, черную заколку, подарок от третьекурсников, и браслет с красными жемчужинками. Все они переливались оттенками красного, что не могло не радовать. Из чемодана я вытащила свое боевое платье, как я теперь его называла. Мягкий корсет плотно обтянул мои ребра, вызывая слабый дискомфорт в местах ранений. Юбку, на которой теперь был закреплен браслет вместе с еще парой цепочек (для красоты уже), я не стала использовать в качестве плаща, накинув на плечи черную мантию. Палочка, как обычно, уютно легла в рукав, а в подаренных близнецами сапожках уместились два кинжала: мой и Беллы. Красная помада на губах была похожа на кровь, оттеняя немного бледную кожу и подчёркнутые тушью черные глаза. Когда они стали такими, поменяв природный янтарный цвет, я не помнила. Да и не следила особо. Все, кто видел меня в таком облачении, знали: госпожа Смерть идет убивать.

***

Сумерки начали спускаться на слабо освещенные улицы Шеффилда, по одной из которых брел незаметный человек. Его знали все и в то же время никто не знал. Одинокий бродяга, потерявший многих в битве за город. Неожиданно, его взгляд зацепился за иллюзию знакомого ему дома, под которой уже несколько дней прятались обугленные руины. Он вновь задумался, знает ли об этом происшествии его хозяйка. Ее уже давно не было видно в этих краях. Вдруг его ушей коснулся шорох… – Стареешь, брат. За спиной молодого человека возникла темная фигура, а его шеи коснулось стальное заточенное лезвие. – Тебя давно не было, Кей Ти. Я волновался. – Не нужно за меня волноваться, – кинжал вернулся в ножны. – Ты сам как? Я слышала, что почти всех твоих повязали. – Остался только я из всей нашей банды, – парень грустно ухмыльнулся и присел на лавочку, стоящую почти напротив руин. Девушка последовала его примеру и тоже присела, откидывая капюшон назад. – Почему ты здесь? – Узнать, кто лишил меня дома. В тишине раздался звук зажигалки, а в воздухе появился белый табачный дым. Где-то вдалеке раздался чей-то крик, но тут же смолк. Комендантский час уже настал, но в этой части города никому не было дела до двух сидящих на улице друзей. – Когда ты начала курить? – прозвучал удивленный вопрос. – Тогда же, когда мне пришлось обменять честность на жизни людей, которые меня в конце концов предали и выкинули, словно ненужную вещь. К тому же, не тебе меня судить, Ким. – Я могу тебе чем-то помочь? – Ты всегда зришь в корень, – девушка потушила сигарету и развернулась к собеседнику лицом. – Знаешь, кто устроил пожар? – Не уверен точно, но я видел их, – парень ненадолго задумался. – Мужчина с сальными волосами и сильной щетиной в длинной накидке приказал двум другим с разных сторон и изнутри поджечь твой дом. Сначала им не удавалось это, но этот главный направил свою палочку и вызвал огонь, который потом полыхал много часов. Остановить этот хаос смог другой маг: он был похож чем-то на поджигателя – тоже был в черном, но лицо белое, словно снег, а в глазах печаль. – Под это описание подходят многие, – по лицу девушки пронеслась тень слабого узнавания. – Ты их знаешь? – юноша удивился и насторожился: он вынул руки из карманов своей куртки, приготовясь при случае бежать. – Я много кого знаю, – отмахнулась девушка и, прикрыв глаза, откинулась на спинку скамейки. – Мне будет нужна твоя помощь. – Ты ведь знаешь, что я на все готов ради тебя. – Прямо-таки на все, – темные глаза сверкнули в сгущающейся темноте. – Не веришь? Хочешь докажу? Рука юноши робко коснулась светлой кожи девушки, обводя большим пальцем немного выступающую скулу, а через секунду его губы накрыли ее в нежном поцелуе. Девушка почти сразу же ответила, перехватывая инициативу и углубляя поцелуй. Через мгновение его руки уже обнимали ее за тонкую талию, притягивая ближе, пока языки сплетались в страстном танце. И если кому-то и было дело до двух человек, пытающихся сбежать от реальности, в которой они потеряли все, то только фонарю, освещающему пустынную дорогу когда-то шумной улицы.

***

В Хогвартсе я появилась спустя неделю после моего ухода из дома Снейпа с относительно хорошим настроением. Редкость, как по мне. Так как это были выходные, то я не боялась встретиться с кем-то из учеников, но все-таки аппарировала прямо к горгулье перед входом в кабинет. – Темное не светлое, – прошептала я и поднялась по винтовой лестнице наверх. Из-за двери доносились голоса, значит у директора кто-то был. Если считать, что сегодня суббота и было позднее утро, то личность присутствующего мне так сразу определить не удалось. Выждав пару минут, я решительно открыла дверь и вошла в кабинет. – … но директор! – Я не могу отменить наказание профессора Кэрроу, мисс Харнесс! – устало повторил Снейп, сложив руки на столе. – Идите к себе, в любом случае его уже смягчили. – Профессор, но все же… – брюнетка не теряла надежды в чем-то убедить Снейпа. – Если даже директор не в силах отменить наказание, значит оно было заслужено, – вмешалась я в их диалог, подходя ближе к собеседникам и замечая у одного из них знакомую позолоченную цепочку. Капюшон скрывал мое лицо, но зельевар еле заметно кивнул в знак приветствия. – Поэтому прошу покинуть кабинет и приступить к своим обязанностям, мисс староста школы. – Идите уже, мисс Харнесс, – это было произнесено стальным голосом, от которого даже у меня появилось желание уйти. Однако после закрытия двери его интонация немного сменилась. – Я думал, вы придете раньше, Долорес. – Появились срочные дела, профессор. К тому же мне бы хотелось побеседовать в более уединенном месте, так как информация касается лично меня. – Могу предложить свою лабораторию. Я благосклонно кивнула и последовала за мужчиной вниз. При входе в помещение я испытала восторг: все скляночки и баночки были аккуратно расставлены по полочкам, свитки и книги на столе лежали как-то правильно, что ли. На самом деле я всегда восхищалась чувством порядка и аккуратностью профессора. – Так что привело тебя сюда сейчас? – задал вопрос Снейп, опираясь спиной на один из стеллажей и следя за моим восхищенным взглядом. – У меня несколько вопросов, – тихо произнесла я, присаживаясь на стул. – Почему ты так обо мне печешься, Северус? – Потому что ты достойна лучшего, Кэтрин, – я вздрогнула, услышав свое старое имя. – В твоей жизни всегда будут моменты, после которых хочется все бросить и убежать. Когда кажется, что мир рухнул и больше нет смысла оставаться здесь. Ты не была рождена мечом, но стала им. Ты все еще не одинока, твоя семья жива и есть люди, которые искренне переживают за тебя. – Только я не нужна своей семье, а остальные не посчитали нужным считаться с моими чувствами, – отрезала я, подавляя новую волну злости. Мне все еще было больно. – Мы все совершаем ошибки. – Но расплачиваются за них другие. Второй вопрос: какова роль Поттера в этой войне? – Умереть, – спустя паузу ответили мне. – Но не раньше, чем будут уничтожены все остальные крестражи. Лорд сам должен убить его. – Он знает об этом? – из множества появившихся вопросов я выбрала самый тупой. – Нет, но скоро узнает, – Снейп сел за свой стол и спрятал лицо в ладонях. Меня затопило чувство благодарности к этому человеку: он многое знал, но был вынужден скрывать свои знания и лгать, чтобы уберечь кого-то. Было легко догадаться, ведь я вела себя также. – Когда начнется битва, я не смогу защитить учеников, потому что буду вынужден либо просто наблюдать за этим, либо сражаться на другой стороне. – Не думаю, что меня оставят не у дел, – задумалась я, подпирая рукой голову. – Но я постараюсь что-нибудь придумать. К тому же гриффиндорцы точно провернут какую-нибудь идею, потому как даже с запечатанными тайными входами они давно нашли лазейку из замка. К тому же я прикрывала их от Пожирателей. – После твоего ухода стало еще труднее сдерживать Кэрроу, – обронил директор. – Я так устал за этот год, выполняя замыслы Дамблдора и сражаясь на оба фронта. А потом еще и тебя приходилось сдерживать. – Могли бы и не сдерживать, – фыркнула я. – Я и так не собиралась плясать под дудку Лорда. Мерлина мне в свидетели, страдали лишь те, кто заслуживал, а смерть лишь освобождала их от бренной жизни. И только скажите, что это неправда. – Но на твоих руках слишком много крови. – Как и на ваших, профессор. Крыть ему было нечем. Мы помолчали несколько минут, задумавшись каждый о своем, после чего я поднялась и направилась к двери. Перед тем как выйти, я пообещала защитить тех, кого смогу, и не дать Поттеру умереть раньше времени. Поднимаясь по лестнице, я захотела пройтись по соединяющему два здания школы мосту, но сделать этого в одиночестве мне не дали. – Значит ты считаешь, что заявиться сюда дважды и не сказать даже «привет» считается нормальным? – Криста налетела на меня и всем своим видом словно хотела испепелить на месте. На что я лишь тяжело вздохнула. – Простите, мы знакомы? Если нет, то прошу меня простить, я спешу. – Ластрэд! – ее окрик меня не остановил. – Ластрэд! Ты и правда хочешь исчезнуть из наших жизней и сделать вид, что мы никак не связаны?! Я остановилась, поправила манжеты на руках и послала мысленное сообщение при помощи легилименции: – А разве это уже не произошло? Не дожидаясь ответа, я продолжила свой путь. Где-то ближе к концу крытого коридора я присела на раму, незаметно вытащила из кармана уменьшенную метлу и «выпала» вниз. В те несколько минут свободного падения все мои мысли отступили, давая мне возможность почувствовать себя живой и свободной.