Часть 12
25 июля 2021 г., 00:00
— Мы нашли лекарство.
Цзэу-Цзюнь только моргнул, глядя на Цзинь Лина:
— …Лекарство? — повторил он, и Цзинь Лин подавил желание закатить глаза. Но… он должен был, по крайней мере, объяснить Цзэу-Цзюню — в конце концов, формально Глава Ордена позабыл о правилах своего уединения ради Цзян Чэна.
— Вэй Усянь и я нашли лекарство для А-Чэ… цзю-цзю. Если всё получится, он должен вернуться в нормальное состояние сегодня, — ответил Цзинь Лин с кивком, крепче сжимая руку Цзян Чэна.
Цзэу-Цзюнь выглядел удивлённым и ошеломленным этой новостью.
Цзинь Лин действительно не мог понять, почему.
— Но… значит ли это, что я больше его не увижу? — мягким голосом спросил Лань Сичэнь, и Цзинь Лин, прищурившись, посмотрел на него.
— …Возможно? — в конце концов он ответил, пожав одним плечом. — По крайней мере, в этом состоянии.
Что-то промелькнуло на лице Цзэу-Цзюня, но исчезло прежде, чем он смог это расшифровать:
— А. Я… понимаю.
Цзинь Лин мгновение неловко постоял, прежде чем вздохнуть:
— Хорошо. Ну, до свидания, Цзэу-Цзюнь. Еще раз спасибо.
И с этими словами Цзинь Лин направился обратно в библиотеку, все еще крепко сжимая руку Цзян Чэна.
— Куда мы идём? — тихо спросил Цзян Чэн, и Цзинь Лин замялся, прежде чем ответить.
— Это сюрприз, — загадочно ответил он, и рот Цзян Чэна раскрылся в маленькой букве «О».
Вскоре они прибыли в библиотечный павильон, где Вэй Усянь устанавливал все талисманы, необходимые для обратного превращения. Им потребовалось довольно много времени даже для того, чтобы найти упоминание о проклятии, подобному тому, с которым столкнулся Цзян Чэн. Но, наконец, они наткнулись на старый свиток, перечисляющий свойства проклятия — по-видимому, то был мифический зверь, который, будучи убитым, заставил нападавшего превратиться в ребенка. К счастью, Вэй Усянь смог создать своего рода лекарство, используя нарисованные от руки талисманы, но они не были полностью уверены, сработает ли это.
И все же попробовать стоило.
Цзян Чэн мгновенно насторожился, увидев разбросанные по комнате талисманы, крепче сжал руку Цзинь Лина и спрятался за его одеждой. Цзинь Лин поднял Цзян Чэна на руки, запоминая лицо ребенка — он никогда не увидит его снова, если все получится. Цзинь Лин оставил легкий поцелуй на лбу мальчика так, как его цзю-цзю делал, когда юноша был мал, прежде чем поместить его в середину круга, который нарисовал Вэй Усянь.
— Я боюсь, — тихо признался Цзян Чэн, все еще обнимая Цзинь Лина за шею.
Цзинь Лин тихо выдохнул, убирая челку с лица:
— Ты мне доверяешь?
Цзян Чэн энергично кивнул, затем прикусил губу:
— Хорошо.
Цзинь Лин сглотнул и помолился всем богам, чтобы всё сработало. Он взглянул на Вэй Усяня, который был свидетелем всего этого обмена репликами с непроницаемым выражением на лице.
— Давай сделаем это? — спросил Цзинь Лин, выводя другого мужчину из оцепенения.
Вэй Усянь слабо улыбнулся:
— Давай сделаем это.
Цзинь Лин вдохнул, затем двинулся к одной стороне круга, а Вэй Усянь двинулся к другой. Вместе они начали наполнять талисманы духовной энергией. Хотя духовная энергия Вэй Усяня была не самой мощной, с его новым телом и тому подобным, они рассчитали, что если они сделают это вместе, то энергии должно хватить.
Талисманы начали светиться желтым; тонкий, туманный дым заполнил комнату. Цзинь Лин прикрыл нос и рот, стараясь ничего не вдыхать, и вскоре дым начал рассеиваться.
Это…
Это сработало.
Всё получилось.
Цзинь Лин недоверчиво рассмеялся, когда дым начал рассеиваться, открывая знакомую фигуру его цзю-цзю, скорчившегося на земле. Он побежал вперед, чтобы поддержать его, когда Цзян Чэн застонал, потирая лицо тыльной стороной ладони.
— Что…? — спросил он, рассеянно оглядываясь по сторонам. — Где я нахожусь?
Цзян Чэн посмотрел на себя, затем сильно покраснел:
— И какого чёрта я голый?!
***
После того как они доковыляли до помещения целителей (и принесли ему кое-какую одежду), Цзинь Лин помог своему цзю-цзю забраться на койку, которую они освободили для него. Одетый только в тонкую мантию Гусу, его цзю-цзю выглядел таким… маленьким. Довольно иронично, на самом деле. Как только он устроился на кровати, его дядя повернулся к Цзинь Лину, в его глазах ясно читался вопрос. — Ты… эм… —начал Цзинь Лин, внезапно занервничав по какой-то необъяснимой причине. — Ты был проклят и превратился в пятилетнего ребенка. Сейчас мы находимся в Облачных Глубинах. Дядя только бесстрастно моргнул, глядя на него. — Ты не… — начал Цзинь Лин, нахмурив брови. — Ты ничего не помнишь? — Нет, — это слово было первым, что сказал Цзян Чэн с тех пор, как он вернулся в изначальную форму. — О-о, — сказал Цзинь Лин, проводя языком по губам. — Н-ну, ты был ребенком на протяжении… целой недели, я полагаю. Что-то промелькнуло на лице Цзян Чэна, но в одно мгновение исчезло. Вместо этого он промолчал, по привычке потянувшись рукой к безымянному пальцу. — Цзыдянь и Саньду? — спросил его цзю-цзю, наконец повернувшись к нему, и Цзинь Лин почувствовал, как у него дрогнуло сердце. Его глаза… Его глаза были тусклыми. Лишенными жизни. Лишенными того блеска, который он видел всего несколько секунд назад. Цзинь Лин с трудом сглотнул. В последний раз, когда он видел этот взгляд… — Эм, — Цзинь Лин прервал свои собственные мысли. — Я, просто, гм. Пойду и принесу их сейчас же. Цзинь Лин замешкался в дверях, ожидая ответа, любого ответа, но его цзю-цзю только повернулся и тупо уставился в окно. Это… напугало Цзинь Лина. Он думал… Он думал, что все будет хорошо, как только его цзю-цзю вернётся. Возвращаясь в свою комнату, он столкнулся с Вэй Усянем, который беспокойно расхаживал по комнате. — С ним все в порядке? Как он там? — спросил Вэй Усянь, как только увидел Цзинь Лина, заламывающего руки. — Он… — нерешительно начал Цзинь Лин, не зная, как описать ситуацию. — У него не всё в порядке. — Оу, — неуверенно ответил Вэй Усянь, снова начиная расхаживать туда-сюда. — Хорошо, тогда мы будем присматривать за ним! Убедись, что он этого не сделает… убежит или что-то в этом роде? — Вэй Усянь слабо пошутил, пытаясь разрядить обстановку. Цзинь Лин слегка усмехнулся на это, и вскоре они разошлись в разные стороны, немного позже Цзинь Лин появился перед своей комнатой. Он толкнул дверь, вытянув Саньду и Цзыдянь с того места, где они были спрятаны — под его кроватью — вероятно, не самое безопасное место для хранения двух духовных оружий, но у Цзинь Лина не было идей получше. Он возвращается в лечебные помещения, осторожно оставляя два оружия рядом с кроватью. Он взглянул на лицо своего цзю-цзю, но не смог прочесть ничего из того, что он мог чувствовать. Был ли он зол? Цзинь Лин не мог сказать. Цзинь Лин тихо выдохнул, прежде чем сесть рядом с кроватью. — Я знаю, что ты не хочешь оставаться здесь надолго, но я думаю, что было бы лучше остаться в Облачных Глубинах на некоторое время. Ты все еще выздоравливаешь, — тихо сказал Цзинь Лин и увидел, как его дядя слегка напрягся при этих словах. Но… Плохая реакция лучше, чем никакой реакции, верно? Цзинь Лин некоторое время сидел молча, борясь с желанием умолять дядю сказать что-нибудь, что угодно. Цзинь Лин понял, что это очень нехороший знак, когда его дядя молчит. — Я рад, что ты вернулся, — вместо этого сказал Цзинь Лин, прежде чем встать со своего места. — Мне нужно идти сейчас, но… дай мне знать, если тебе что-нибудь понадобится. Цзян Чэн, опять же, даже не отреагировал, даже не кивнул в знак признательности, и Цзинь Лин покинул комнату с тяжелым сердцем.***
Несколько часов спустя начался дождь. Темные, клубящиеся облака двигались по небу, время от времени гремел гром. Цзинь Лин со вздохом выглянул в окно, затем решил, что с него хватит переписывания свитков. Он потянулся, борясь с зевотой, и через мгновение встал со своего места, чтобы пройти по коридору к целителям. Просто, чтобы… убедиться, что с его цзю-цзю всё в порядке. Он постучал первым, но, не получив ответа, медленно толкнул дверь. Может быть, он заснул? Кровать была пуста. Цзинь Лин застыл, как раз когда вспышка молнии расколола небо, осветив остальную часть комнаты. Саньду и Цзыдяня не было. Окно было открыто. Вот дерьмо.
