Black & White

— Ты бредишь, Джен, — ткнула в подругу пальцем Малия, — отвечаю, бередишь. — Да, нет же! Это же так очевидно! — Ты сказала, для мифических существ, а оборотни, существуют! — их спор продолжался уже минут пятнадцать. — Но про происхождение оборотней, тоже есть миф! — блондинка раскрыла книгу по скандинавской мифологии, и ткнула в нее пальцем, — видишь? — «Ликаон и Зевс» — вслух прочитала шатенка, — ты серьезно? — Да! — её выражение лица, говорило о том, что не принимает возражений, — а откуда тогда, термин — ликантропия? Ликаон попытался угостить Зевса плотью младенца, а когда Зевс прознал это, то наслал проклятие, которое превратило Ликаона и его свиту в волков! — Джен, ты начиталась сказок, про богов, вот и все! Это ничего не доказывает! — Доказывает! Знаешь, почему из волка, Ликаон смог обратиться в человека? — И почему же? — Он обратился к друидам, которые с помощью силы священного дерева, смогли удержать его гнев. А ты случайно не знаешь, дерева, которое убьет любого студента, и которое было посажено в год, когда мы поступили в Хогвартс? — Гремучая ива? — вопросительно выгнула бровь Малия. — Именно! — Но, Джен… — начала шатенка, — ладно, на это мне нечего сказать. Хотя, я придерживаюсь мнения, что это лишь легенды. — Хорошо, — откинув книгу, произнесла Миллер, — я докажу это. — Как? — усмехнулась Малия, переодеваясь в сухую одежду, — пойдешь и спросишь? Или пойдешь к «священному дереву»? — Смейся, смейся, — недовольно протянула светловолосая девушка, — и не кури здесь! — резко добавила она, завидев, как шатенка потянулась за сигаретами. — Почему? Никого же нет, — Джонсон обхватила сигарету губами. — А я? Я, не человек? — Нет, — мотнула головой шатенка, прикуривая кончиком палочки, сигарету, — отныне, ты книжный червь с параноидальной идеей, доказать, что наш однокурсник оборотень-убийца. — Я не говорила, что он убийца, — закатила глаза Джен и, подойдя к окну, распахнула его. — Мы опять пропахнем куревом. — И когда ты, — смахивая пепел на чей-то конспект, Малия посмотрела на Джен, — превратилась, в такую зануду? — В тот момент, когда твою, воспаленную черепную коробку, — грозно приближаясь к подруге, начала блондинка, — сразила идея, «кто, мой биологический отец»! — она вырвала сигарету и выкинула в открытое окно. — О, Господи, ты что творишь? — возмутилась Малия, — у тебя, что, критические дни? Шатенка достала ещё одну сигарету, и прикурила точно так же, как и первую. — Сил моих больше нет! — воскликнула Дженис, — пусть, твой будущий муж, отучает тебя, от этой дурной привычки. — Знаешь, Миллер, — спокойным голосом произнесла девушка, смахивая пепел в окно, — я не выйду, за него. — Как будто, у тебя есть выбор, — усмехнулась блондинка, складывая все книги в одну стопку. — Вообще-то есть, — делая глубокую затяжку, произнесла Малия, — я узнаю, кто мой биологический отец, узнаю свою фамилию и сбегу. — Шикарный план. — В голове, это звучало лучше, — прищурившись, посмотрела на подругу шатенка. — Не сомневаюсь, — невесело усмехнулась Миллер, — зачем тебе, всё это? — Я не знаю, — пожала плечами, — это чувство, возникло после разговора с Блэком. Тогда в подземелье. — И о чем, вы говорили? — Он спросил об отце, я сказала, что Теодор — мой отчим. И тогда, он спросил о настоящем отце, а я понятия не имела, что ответить, — девушка выкинула окурок в окно, — я в том смысле, что, я даже не постаралась найти его. Или узнать его имя, фамилию. Понимаешь? Словно, у меня нет рода. Нет своей родословной. Я, словно сирота. — Надо проверить его родословную, — медленно проговорила блондинка, будто её осенило, что-то невероятное. — Чью? — Люпина, конечно, — девушка засобиралась, — вдруг в его роду, есть оборотни, и ему это передалось по наследству! — Ты меня вообще, слушала? — скрестила руки на груди Малия. — Да, прости, милая, — Джен, зачем-то чмокнула подругу в щеку и, схватив рюкзак, выбежала из комнаты. — И она ещё спрашивает, почему я хочу сбежать, — усмехаясь, покачала головой шатенка. *** Дни проходили быстро и незаметно. Это пугало. Особенно студентов седьмого курса, ведь для них это был последний год. И что будет дальше? Думать не хотелось. Сириус одиноко брел по одному из коридоров замка. Сразу после игры в квиддич, где Пуффендуй играл против Когтеврана, он проводил Китнисс в подземелья, затем заглянул на кухню на четвертом этаже, поднялся пару пролетов по лестнице, и вот сейчас бесцельно шел по пустому коридору. Из головы не выходило прошлое полнолуние, хотя прошла уже неделя. В ту ночь, Лунатик был особенно свиреп и зол. Словно с каждым полнолунием, он терял в себе человека, и все больше превращался в волка. Хотя на следующее утро, все было, как обычно, и они уверяли его, что ночь прошла спокойно. Но нелегко было врать лучшему другу, и скорее всего он догадывался о том, что друзья ему лгут. Так Блэк поднялся до шестого этажа и свернул направо. Картины провожали его многозначительными взглядами, или ему так казалось, ведь, он полностью был погружен в свои мысли. И, наверное, со стороны казалось, что он чем-то озадачен. Ему было плевать. Плевать, о чем думают картины. Плевать, как он выглядит. Он просто шел, не задерживая взгляда. Через пару шагов, он резко остановился. Ванная старост. Хорошо, что его друг староста. Сириус усмехнулся и, назвав пароль, вошел в огромное помещение. Может быть, то, что ему нужно, это повалятся в ванной, размером с бассейн и привести мысли в порядок? Он бывал здесь раньше. Как только Римуса назначили старостой, они часто устраивали здесь вечеринки. Наполняли ванну, проносили алкоголь, приглашали девчонок и веселились всю ночь. Это было шикарное времяпрепровождение. А что, изменилось сейчас? Ничего. Вроде. Он и сам, не был в этом уверен. Парень буквально подпрыгнул на месте, когда услышал шум воды. — Вот, чёрт! — выругался он. Ванная была уже занята. И меньше всего, он хотел встретить тут, какого-нибудь старосту. Он развернулся и пошел к выходу, пока его не оставил, знакомый голос. — Блять! Ну, нахера, вода такая горячая?! — полный негодования голос, вызвал в парне смешанные чувства. — Я же не сварить себя хочу! Проклятая ванна! О, дааа. Этот голос мог принадлежать только одной девушке, прекрасного пола. И как же его, так занесло? Сириус едва не засмеялся в голос, и вернулся к двери, откуда открывался вид на «бассейн». Он облокотился о дверной косяк, и без зазрения совести, начал наблюдать за Малией Джонсон, и её попытками, настроить воду. В конце концов, она его когда-то раздела, и оставила в коридоре. Тем временем, девушка, обернувшись в полотенце, села на холодный кафель и опустила ноги в воду. Из огромных кранов, лилась вода разного цвета, быстро наполняя огромную ванну и набивая её пеной. Через пару минут все было готово, и девушка, что-то бурча себе под нос, стянула с волос резинку. Блэк, наклонив голову в бок, продолжал наблюдать, чувствуя себя последним извращенцем, но не мог оторвать взгляда от шатенки. Её недлинные волосы, скрыли затылок, а она устало опустила голову, и он мог поклясться, что она прикрыла глаза. Затем её руки, легким движением сбросили с нее полотенце, но она продолжала сидеть на краешке ванной. А его взору, открылась обнаженная спина Джонсон. И теперь Блэк, прикрыл глаза и помотал головой. Что, он творит? Он больной? Очевидно, да. Парень открыл глаза и прищурился, и ему явно не привиделось. Что-то было нарисовано на её спине. На всей голой спине. Это татуировка? Сириус вновь помотал головой, пока не понял, что это, действительно, татуировка, на всю её чертову, спину. Крылья. Два крыла, на обе лопатки, были изображены на её белоснежной коже. И, кажется, теперь, он точно не мог оторвать от нее взгляда. Эти крылья. Словно, они были к месту. Словно, она должна была родиться вместе с ними. О чем, он думает? Проклятье! Парень резко отвернулся и быстрым шагом покинул ванную старост, захлопнув за собой дверь. Малия дернулась от неожиданно громкого звука, и повернулась к двери. Никого не было. Она нахмурилась, но решив, что ей могло просто показаться, медленно погрузилась в воду с головой. Вода оказалась намного теплее, чем она ожидала, и ей пришлось резко вынырнуть. Она начала хватать воздух ртом, в попытке выровнять дыхание и привыкнуть к температуре воды. — Вот же, дьявол, — шикнула она, подплывая к краю. Это был хороший день. Поначалу. Пока не начался, дурацкий матч, по квиддичу. И она не увидела, как на трибуне болельщиков, Блэк пытается залезть в трусы к Слизеринке, которая совсем не против этого. И это, у всех на виду! И чего она так бесилась? Она сама не понимала, и от этого бесилась ещё сильнее! Ведь она ничего не чувствует к нему, кроме ненависти! Почему ей не плевать?! С кем он трахается, и кому заглядывает под юбку?! Да. И тогда она ушла с матча. Во-первых, она не была ярой поклонницей спорта. Во-вторых, вся эта ситуация, страшно злила её. Так злила, что если бы она встретила Блэка где-нибудь в коридоре, она бы ему все высказала. Но этого нельзя было допустить. И она решила, принять ванну с пеной, пузырьками и приятными запахами. Но стало только хуже. Дементор бы побрал, этого бабника! — Спокойно, Малия, — тихо прошептала она, — все хорошо. Голос был уверенным и спокойным, и это придало ей немного сил. И девушка, набрав в легкие воздуха, вновь ушла под воду с головой. *** — Поттер, я сказала, нет! Нет! И ещё раз, нет! — Лили быстрым шагом поднималась в башню гриффиндора, а за ней увязался Поттер, со своим никчемным свиданием. — Да, брось, Эванс, — усмехнулся Джеймс, — чего ты ломаешься, как монашка? — Какая часть, в слове «НЕТ», тебе не понятна? — резко развернулась разгневанная девушка, — сказать на французском? Non et non! — Почему ты произнесла сразу три слова? — удивился парень, — и ты знаешь французский? Почему, ты раньше не говорила? — Как-то не было подходящего момента, — скрестила руки на груди староста, — теперь, ты от меня отстанешь? — Послушай, это даже не свидание, — развел руками парень, — просто, мне нужна небольшая помощь, в одном деле. — В каком деле? — выгнула бровь девушка, не веря ни единому слову. — Не могу сейчас сказать, — понизил тон парень, хотя рядом не было ни души, — это очень важно, правда. И мне нужен человек, который разбирается в туннелях библиотеки… и знает, другие языки. — Ты ужасно врёшь, ты в курсе? — Мне нужна твоя помощь, Эванс, пожалуйста, — взмолился парень, — и я отстану от тебя. Обещаю. — Ну, ладно, — сдалась рыжая девушка, — это в первый и последний раз. — Ты, просто золото, Эванс, — улыбнулся парень, — завтра в восемь, в библиотеке. — Хорошо, я приду, — закатила глаза девушка. Лили продолжила путь к гостиной, а Поттер, так и остался в коридоре, с чертовски довольной ухмылкой. На следующий день, Джеймс во всю готовился к встрече с Эванс, хотя и не понимал, почему это, его так радовало. Друзья говорили, что это, вовсе не свидание, потому что это — даже не прогулка! — Я позвал её в библиотеку, и она, наконец, согласилась, — развел руками парень, стоя у зеркала. — Не было других вариантов.  — Аллилуйя! — зачем-то воскликнул Хвост, затем засмеялся. — Тебе все равно с ней, ничего не светит, — хмыкнул Блэк, рассматривая друга и его нелепый наряд. — И почему, именно библиотека? — Римус, я воспользовался твоим одеколоном, надеюсь, ей понравиться, — пропустил мимо ушей, реплику Блэка, Поттер. — Взял из тумбочки? — выглядывая из-за книги, спросил Римус, сегодня он был притихшим. — Нет, в ванной, — большим пальцем Джеймс указал на дверь ванной, подходя к своей тумбочке, — такой зеленый флакон, рядом с шампунем. — Это не одеколон, — засмеялся Сириус. — Я в шутку купил Бродяге, средство от блох, — вместе с Блэком, засмеялся Люпин, — в магазине приколов. — Но, это нужная вещь, — истерически ухохатывался Питер. — Вдруг, у Эванс блохи. — ЧТО?! — Джеймс начал лихорадочно тереть рукой свою рубашку, и принюхиваться к ладони. — Я ненавижу, вас! Поттер стянул с себя рубашку, схватил полотенце и побежал в душ. А парни продолжили смеяться. Время было восемь пятнадцать, а Поттером и не пахло. Что, невероятно, злило Лили, которая пришла на пять минут раньше. Она не глядя схватила книгу с полки и углубилась в чтение, обещая себе, что больше никогда не согласиться, помогать Поттеру. Самодовольный придурок! Он думает, что ему все позволено? А вот и нет! — Привет, Эванс, — Лили резко подняла голову и увидела Джонсон, с подозрительной коробкой в руках. Она была странно одета, что было ей не свойственно. На ней были спортивные брюки в обтяжку, майка и серая джинсовка, которая была велика на несколько размеров. — Привет, Малия, — выдохнула рыжая девушка, — что это, у тебя? — указывая на коробку. — Ах, это, — шестеренки в голове шатенки крутились с бешеной скоростью, — это…из магазина приколов. Устраиваем сегодня вечеринку, не хочешь прийти? — Надеюсь, ничего противозаконного? — засмеялась Лили, — а то, мне и Мародеров хватает с их «приколами». — Нет, нет, что ты, — махнула рукой шатенка, — я на днях была в ванной старост, и в голову пришла отличная идея. Использовать её, как бассейн и устроить пенную вечеринку. — Звучит, на удивленье, неплохо, — хмыкнула староста школы, — а в библиотеке, что делаешь? — Я искала Дженис, ты её не видела? — вернулась к сути Малия, — который день пропадает, черт знает, где! — Здесь, её не видела, — помотала головой гриффиндорка, — но могу поклясться, что днем слышала, как она клянчит пропуск в Запретную секцию, у профессора Флитвика. — О, Мерлин, она опять за свое, — закатила глаза шатенка, и опустилась на стул, напротив старосты, — сколько можно учиться? Эванс засмеялась, ведь слышать это из уст Когтевранки, было непривычно. Хотя. Это же Джонсон. Тут в библиотеку кто-то забежал, круша чуть ли не все на своем пути. — Эванс! Ты всё ещё здесь! Слава богу! — это был Блэк, — ты знаешь, Джеймс, он немного опаздывает, и просит у тебя прощения! — А ты, вместо почтовой совы? — И тебе привет, Джонсон, — недовольно посмотрел парень на шатенку. — И почему же, он опаздывает? — требовательно спросила рыжая девушка, понимая, что зря согласилась на эту затею. — Он…у него просто… ну, ты знаешь, — пытался отдышаться парень, — у него диарея. Съел, что-то не то на ужине. — Без подробностей, пожалуйста, — хмыкнула Малия. — Ты-то, что тут делаешь? — раздраженно обратился к шатенке парень. — Заняться нечем? — Она приглашала меня на вечеринку, — ответила за шатенку, Эванс, — а ты… Малия, там твой братишка, — резко сменила интонацию, Лили, — кажется, он ищет тебя. Малия поднялась со своего места, и вышла из-за стеллажа. — Ох, Мал, вот ты где, — Слизеринец в порыве обнял сестру, и тут же отстранился, — во что ты одета? Ты ограбила секонд-хенд? Сириус, стоявший в метре от них, засмеялся, а Джонсон кинула на него злой взгляд. — Что случилось? — вновь повернулась к Джеку, — почему ты искал меня? — Мал, послушай, — понизив голос, начал парень, положив руки на плечи сестры, — отец написал письмо. И он пишет, что… — Что? — севшим голосом, спросила Малия. Сириус и Лили напряглись, потому что, отчетливо слышали каждое слово, сказанное Слизеринцем. — Он написал, что… что тетя Сильвия, умерла, — Джек опустил голову, продолжая сжимать плечи сестры. Послышался печальный вздох Эванс, хотя она и понятия не имела, кто такая тетя Сильвия, её сердце пропустило удар. Лили посмотрела на Сириуса, у него на лице ничего не отразилось, словно он и не услышал, что сказал Слизеринец. «Как можно быть, таким бессердечным?» — промелькнуло в голове рыжей девушки, и она кинула быстрый взгляд на Малию, которая стояла к ним спиной. — Да, — произнесла Джонсон, — Да! Да! Да! — она взмахнула руками, словно только что, выиграла лотерею. Девушка облегченно выдохнула, и повернулась к гриффиндорцам, на чьих лицах, застыло выражение полного непонимания. — Да, все потрясены, — добавил Джек, и осуждающе посмотрел на Малию, — ты могла бы радоваться, чуть менее очевидно. — Я что-то не так поняла? — в замешательстве просила Эванс. — Тётя Сильвия, — начал Слизеринец, смотря на Гриффиндорцев, — была, не очень хорошим челове… — Нет, — перебила шатенка, — она была, злобной, старой стервой! — Джек закатил глаза, — сожалею, о её кончине. — Да, я вижу, — кивнул он, — хотел сказать, что отец хочет, чтобы мы вместе написали письмо её семье. О том, что «искренне сожалеем, и сочувствуем их утрате». — Да, хорошо, — легко согласилась Малия, — её кстати, кремируют? — Она умерла вчера, так что, да, — вздохнул парень, — мне, кажется, что уже сегодня. Там какие-то проблемы с… — Не утруждайся, милый братец, — хлопнула по плечу шатенка, — мне плевать, — она поправила джинсовку, — надо же, ещё один повод для вечеринки. — Вечеринки? — оживился Блэк, словно только понял, где находиться, — и где будет проходить вечеринка? — В ванной старост, после полуночи, — попыталась улыбнуться девушка, — если придешь, захвати с собой Люпина, пожалуйста. Джек, и ты приходи, помогу тебе подписать конверт. И с этими словами шатенка, как ни в чем не бывало, покинула библиотеку, оставив в недоумении абсолютно всех. *** Время было за полночь, когда студенты начали собираться на вечеринку, поднимаясь на шестой этаж. Коридоры в эту пятничную ночь патрулировали девушка с Пуффендуя и парень с Когтеврана, которые тоже были приглашены, поэтому проблем не возникло. Малия и Дженис постарались на славу, преобразив ванную старост в неузнаваемое место. Под потолком парили светящиеся шары, стены украсили цветами и зелеными вьющимися растениями. С помощью магии, огромную ванную, сделали похожей на бассейн, с бортиками и ступеньками, чтобы спускаться в воду, а не нырять. Наложив парочку звукоизоляционных заклинаний, включили музыку, а пол укрыли ворсистыми коврами. Спасибо МакГонаглл, с её занятиями по трансфигурации. Пять высоких столиков с закуской и алкоголью, и кресло-мешки, которые они притащили из Выручай-комнаты. Один небольшой диванчик прямо у бассейна, и мыльные пузыри, которые не лопались, наполняя комнату свежим ароматом. «Бассейн» был наполнен разноцветной водой, и цвета не смешивались, придавая волшебную атмосферу. И целая куча пены. Сначала девушки думали, что переборщили с пеной, но посмотрев на свои труды со стороны, поняли, что все это невероятно балансирует. Первыми пришли три девушки с Пуффендуя и с ними их парни, затем старосты, что патрулировали коридоры. Потом однокурсницы Малии и Дженис, с которыми они не очень ладили, но все же пригласили, пришли пьяными, и завизжали от восторга, увидев комнату. — Я думала, будет человек восемь, — нахмурилась Дженис, — а их уже десять не считая нас с тобой. — Вообще-то, придет ещё Эванс, — вставила Малия, косясь на подругу, — и возможно Мародеры. — Ты пригласила их? — удивленно приподняла брови Миллер, — их всех? — Я сказала, возможно, — пожала плечами девушка, — не факт, что они придут… — А вот и мы! — крича за всех, в комнату ввалился Поттер, а за ним все остальные Мародеры, и Эванс с МакКинонн. — Боже, как тут красиво! — воскликнула Лили, подходя к девушкам, — как вы это сделали? — Мы со своей выпивкой, — потряс пакетами Джеймс, — хэй, Луни, неси сюда закуску. — Предлагаю, начать с пива, — послышался голос Сириуса, — потому что огневиски… Окончание предложения, Малия не услышала, так как, Дженис увела подругу в сторону. — Тут так много народу, что мне начинает казаться, что это лучшая вечеринка, которую мы с тобой, когда-либо утраивали, — довольно засмеялась она, — и тут практически все старосты, кроме Слизеринцев, конечно. — Да, тут практически весь седьмой курс, — несмело осматриваясь, ответила шатенка, — не хватает человек девять-десять. — Это точно, — Миллер протянула бутылку пива подруге, — держи, давай выпьем и расслабимся. — Да, давай, — согласно кивнула Джонсон, — хорошо, что занятия на завтра отменили. Девушки чокнулись жестяными банками, и отпили немного некрепкого алкоголя. Вечеринка проходила шумно и весело. Студенты пили, танцевали, а те, кто был уже пьян, начали нырять в бассейн, расплескивая воду повсюду. Кто-то начал петь, а вот Дженис изрядно выпив, начала подтанцовывать в такт музыке и строить глазки Люпину. На что Малия, очень хотела закатить глаза, но не успела, потому что Джен в это время, вылила половину своей бутылки в ванну, со словами: «Ебись, оно всё конем!». — Боже, Джен, — шатенка подлетела к подруге, оттаскивая к раковине, — что ты творишь? — Все, кто прыгнет в ванну, мгновенно опьянеют, — громко засмеялась блондинка, собираясь прыгать в воду. — Мне жаль тебя огорчать, дорогая, но нет, — остановила её Малия. — Но почему? — Потому что, ты хреново плаваешь, — развела руками Джонсон, — и мне придется прыгать за тобой, а на мне одна футболка, и я без лифчика, ясно? — Ахахах, — заливисто засмеялась Миллер, — поэтому, ты пригласила Блэка? — Что? Нет! Господи, конечно, нет! — быстро замотала головой шатенка, — я пригласила, ради приличия, и добавила, чтобы он притащил с собой Люпина. И кстати, пора бы тебе перестать пить, и споить его. Или ты никогда не узнаешь правды, поняла? — Мерлин, ты такая строгая, — давилась собственным смехом светловолосая девушка, — напоминаешь, свою тетушку Сильвию. — Ах, да, совсем забыла тебе сказать, — усмехнулась Малия, — она умерла. — Что? — лицо подруги вытянулось, — умерла? Ты уверена? — Ну, если нет, то кремировать её было большой ошибкой, — закивала шатенка, — всё иди к Люпину, он весь вечер на тебя смотрит, а ты ведешь себя, как… — То есть, как умерла? Когда? — Какая разница? — теряла терпенье девушка, — умерла и умерла, хрен с ней. — Так нельзя! — возмутилась блондинка, — она была… — Идиоткой, — закончила за подругу девушка, — больше моей матери, она ненавидела только меня. И я не собираюсь расстраиваться из-за неё. — Ну, ладно, — сдалась Миллер, всучив подруге недопитую бутылку, — хотела спросить, почему ты не позвала Лиама? — Он начинает меня бесить, — пожала плечами девушка, делая глоток, и тут же выплюнув все в ближайшую раковину, — что за дерьмо, ты пила? — Тут сидр с огневиски и апельсиновым соком, — хмыкнула блондинка, — я думала, ты считаешь Лиама, милым, разве нет? — Это и бесит, — все ещё сплевывая, ответила шатенка, — нельзя быть, дохуя милым и моим ухажером. Это слишком. — Поэтому, ты позвала Блэка? — Да, нет же! Иди уже отсюда! — корча недовольную мину, шатенка подтолкнула подругу к Мародерам. И Дженис, сексуально виляя бедрами, подошла к Люпину. Что-то прошептала на ухо, так что парень залился краской, и потащила его к диванчику у бассейна. Малия усмехнулась и, вылив бурду, которую намешала Миллер в своей бутылке, пошла к столику с пивом. Она схватила бутылку (уже пятую за вечер) и осмотрелась. Все веселились, как в последний раз. Вот пуффендуйка залезла на пустой столик и начала раздеваться, вот староста мальчиков Геллер, начинает пританцовывать рядом с ней, думая, что ему что-нибудь перепадет. Эванс сидит с МакКинонн и ухохатывается, смотря на поведение своих однокурсников, попивая со стакана светло-янтарную жидкость. Было похоже на огневиски. Это неожиданно. Но Малия отвлекалась от них и перевела взгляд на Мародеров. Питер пытался подкатить к девчонке Грин, с Когтеврана, и у него получалось. Люпин сидел рядом с Джен и что-то говорил, мило улыбаясь. Поттер и Блэк, видимо не успевали обсуждать своих друзей, развалившись на креслах в виде мешком, и быстро перекидываясь фразами. Они тоже пили виски, видимо сами его и притащили. Потому что, Малия и Дженис закупались только пивом и сидором. Малия сделала приличный глоток и отвернулась от всей этой суматохи. Она вытащила из кармана джинсов сигареты и закурила. Горький привкус оставался во рту, но ей это не мешало. Джек, так и не пришел, наверное, обиделся. Его-то, тетушка просто обожала. Малия тяжело вздохнула и покачала головой. Она вновь отпила пива, и продолжила курить. Все вокруг, казалось таким глупым. — Закусываешь дымом? — голос прямо за спиной, девушка дернулась и развернулась. — Ага, — просто ответила она. Шатенка рассматривала Блэка, который стоял, прямо перед ней, в расстегнутой рубашке и джинсах. Его растрепанные волосы, и упавшая на глаза чёлка. Он выглядел небрежно, а в его глазах не было видно, ни капли насмешки. Непривычно. Она перевела взгляд на его шею, и увидела пульсирующую артерию, которую ей, почему-то до ужаса, захотелось коснуться языком. Посмотрела на ключицы, голый торс. Он был в меру накачан, и она должна была признать, что выглядел он сексуально. Даже очень. Затем шатенка перевела взгляд на его лицо, и поняла, что он точно так же рассматривает её. Интересно, а к какому выводу придет он? Его взгляд задержался на её груди, и она вспомнила, что пришла без лифчика. И, похоже, он это понял. — Не хочешь искупаться? — чуть хрипловатым голосом, спросил гриффиндорец, глядя ей в глаза. — Не взяла с собой купальника, — поддельно сокрушилась шатенка, наклонив голову в бок. — Можешь, взять мою рубашку, — хмыкнув, предложил парень, и стянул сначала с одной руки, затем с другой. Сириус следил за реакцией девушки, подавая ей свою белую рубашку, держа указательным пальцем. Её нисколько не смутил его вид, и она, пожав плечами, приняла её. Потушила окурок о раковину, и оставила там. Малия сделала шаг назад, затем ещё один. Она не знала, какую игру он затеял, но выпитый алкоголь давал о себе знать, и она приняла его правила. Шатенка скрылась в кабинке, быстрым движением стянула с себя футболку, и надела его рубашку, которая была ещё теплой, и целиком и полностью пропахла гриффиндорцем. Её пальцы быстро сомкнули пуговицы, и она вышла из кабинки, и обнаружила, что он стоит на том же месте. Рубашка была велика, и свисала, однако грудь теперь заметно выпирала и просвечивала. Но ей было плевать. Его лицо надо было видеть, хоть, он и пытался скрыть свои эмоции. Алкоголь сдавал его с потрохами, как и хищный взгляд. Ещё чуть-чуть, и у девушки бы задрожали ноги, но она взяла себя в руки и вплотную подошла к нему. — Пойдем? — слегка склонив голову, спросила она. В нос ударил запах недавно выкуренной сигареты, и Сириусу снесло голову. Она стояла слишком близко, чтобы противостоять ей. Весь вечер, он твердил себе, что это все из-за огневиски, что они начали пить ещё в гостиной. Но сейчас, все было настолько очевидно, что противостоять этому чувству, больше не было сил. Она его возбуждала. Он её хотел. С того самого вечера, когда он увидел её здесь, в ванной старост. Её обнаженная спина, и татуировка. Он хотел её так сильно, что взял бы прямо здесь и сейчас. Даже силой, ведь через минуту, она бы и сама сдалась. Но её упрямый взгляд, и вопросительно выгнутые брови, вызывали в нем совсем другие чувства. Она играла с ним. Издевалась над ним. Словно, хотела что-то доказать. И чертики в его голове, начинали злиться из-за этого. И разве можно, все это чувствовать, к одному человеку? К той, которая стоит в его рубашке, выглядит чертовски соблазнительно и сексуально. Запах сигарет, перебивает, уже знакомый аромат духов. А она бросает вызов ему и его силе воли. Вот же сучка. Но она была хороша. — Пойдем, — твердо ответил парень, спустя минуту, и повел её к бассейну. Они по очереди спустились в воду, затем погрузились с головой, исчезнув с поверхности на секунд пять. Они одновременно вынырнули и смахнули воду с лица. Оба были мокрыми и не сводили друг с друга глаз, держась на плаву. Никто не обращал на них внимания, они были просто подростками, решившими искупаться. Сириус поплыл к дальнему краю бассейна, схватив девушку за руку под водой. Она, усмехаясь, поплыла за ним, хоть в глубине души и понимала, что если бы не выпивка, она бы этого не сделала. А сейчас, было плевать. Почему, вдруг, стало плевать? Она спиной коснулась бортика бассейна, и ногами уперлась о выступ, и так стало проще держаться на плаву. Сейчас получилось, что она просто стоит в воде. Сириус остановился напротив девушки и начал рассматривать её лицо. С волос и ресниц стекала вода, медленно скатываясь по щекам. Его рубашка, прилипла к её телу, и теперь уже грудь откровенно выпирала, что не осталось без его внимания. Он понимал, что хочет её до безумия, и понимал, что это лишь физическое влечение. Блэк подплыл ещё ближе, и коснулся своей грудью её грудь через тонкую ткань рубашки. Малия смотрела на парня, его лицо было на одном уровне с её лицом. И он был слишком близко. Слишком горяч был его обнаженный торс, что она чувствовала это через ткань. Его губы были слишком близко, и его дыхание касалось её щеки. Мокрая чёлка спала на лоб, и девушка, не отдавая отчета своим действиям, подняла руку и коснулась его лица. Она медленно убрала прилипшие волосы со лба, не отрывая взгляда от его глаз. Его ресницы подрагивали, а руки под водой обхватили её талию. Её влажные губы слегка приоткрылись, от неожиданного прикосновения, и Сириус, словно потеряв голову, припал к губам девушки. Мягкие, теплые губы, с едва заметной горечью сигарет. Он чувствовал её вкус на своем языке, и прошелся рукой по спине, задирая рубашку. Малия на мгновенье задержала дыхание, осознавая, что сейчас произошло. А затем, наплевав на все, ответила на поцелуй. Она хотела целовать его упрямые губы. И сводить его с ума. Чтобы ему до безумия хотелось целовать только её. Она хотела возбудить его до предела, чтобы он понял, с кем связался. Понял, что нельзя играть с ней. Что нельзя просто взять и высмеять её. Что нельзя при знакомстве, ставить её ниже своего достоинства. Ведь, она помнила ту встречу. Тридцать первого августа. Их официальное знакомство. Она держала все это в голове, ровно до того момента, пока его руки не оказались на её груди. Он сильно сжал её и, пропустив соски через пальцы, начал массировать их. Кажется, она не учла кое-чего. Того, что сама может возбудиться не на шутку. И то, что не сможет остановиться, если он пойдет дальше. Сириус продолжал целовать податливые губы, и блуждать руками по её телу. Как же он хотел её. Он был уверен, что она чувствует его возбуждение. Как он до этого дошел? Ведь, месяц назад, он был уверен, что ненавидит её всей душой. И тут в воду кто-то прыгнул с диким визгом. Они отпрянули друг от друга, и огляделись. Тут оставалось человек десять, а в воду прыгнул Поттер, и прямо за ним прыгнула Эванс. — Я же говорила, что не слабо! — выкрикнула она, и с довольным лицом поплыла к бортику. Малия и Сириус, вновь повернулись друг к другу. Зависла неловкая пауза, после чего шатенка, оттолкнулась от края. — Мне нужно найти Джен, — тихо сказала она, и поплыла к бортику, чтобы выбраться из воды. Сириус ничего не ответил, и сделал вид, словно ему плевать. Он всегда так делал. Так было проще. Хотя в этот раз, всё было по-другому. И один Мерлин, знал, почему.