Проклятие тётушки Ма

Магия. Чёртова магия хранила их, оставляя в живых, даже если они оба сейчас умерли, не перенеся повреждений. Даже Зимний Солдат не был бессмертным. — Кто? — прохрипел Баки. — Убью... — Ради бога, молчи, — взмолился Стив, чувствуя, как потихоньку отпускает напряжение. Он прижал к себе Баки, гладя его по голове, спине, плечам. Снова потерять друга Стив просто не мог себе позволить, не тогда, когда они только-только обрели дом, людей, которым они важны. Джек же подхватил на руки тяжёлое тело Брока, донес до воды, уложил его так, чтобы набегающие волны слизывали с начавшей снова розоветь кожи красные кровавые разводы. — Баки… — прохрипел он, вцепился когтями в руку Джека. — Жив твой Баки, жив, — прошептал Джек. — Кто стрелял? — не унимался Баки. Магия быстро восстанавливала тело, он уже даже мог говорить, а голос Брока дал понять, что и тот тоже жив. Плох, но жив. Хорошо. Пришло время убивать. — Бак, не знаю, — качнул головой Стив, оглянулся на тихо плачущую Мэй. — Я не видел. Вырубил кого-то по дороге сюда — и все. Не до того было. — Да хватит надо мной трястись, — Баки ещё не пытался встать, было больно, страшно. Пострадал Брок, и Баки обязан был выяснить всё, что случилось, и покарать виновного. — Я жив, иди, посмотри, кто там что. Сам Баки тяжело перевернулся и, загребая песок бионикой, пополз к Броку. Стив не стал наблюдать за тем, как эти двое щупать друг друга будут, живы — и хорошо. Он, проходя мимо, кивнул Джеку и поцеловал Мэй, погладил ее по голове, надеясь, что успокоится она быстро. Там, где он видел человека, и правда кто-то лежал, тихо постанывая, и просил помощи. Приблизившись Стив расслышал что-то об акульем боге, исчадие из глубин и все понял. Он не знал этого мужика, видел среди рабочих, но не более. И не мог и предположить, что кто-то из суеверных местных все же попадет на пляж, когда там будет Брок или Баки во второй своей ипостаси. Да и не думал, что кто-то возьмётся всерьез за ружье. — Рыбка-Рыбка-Рыбка, — нежно, едва слышно говорил Баки, подползая. — Моя Рыбка. Баки подполз к Броку, прижался к нему, обнимая, уткнулся лбом в висок. Солёная вода разъела раны, не давая им заживать достаточно быстро, красила кровью пляж, сама была красной от крови. Они искали мира, а война пришла к ним сама. — Булочка, — одними губами прошептал Брок. Почему-то было очень больно, плохо. Раны вроде уже должны были затянуться, но продолжали кровить. Мощный хвост почти не двигался. Брок чувствовал, как вместо крови его вены холодит соленая вода. — Хорошо… ты живой… это хорошо… ты должен жить... — Даже если ты умрёшь, никуда от меня не денешься, — прошептал Баки. Спроси его кто, верил ли он в магию в этот момент, или же собирался сам шагнуть за Броком, если тот умрёт, Баки бы не сказал. — Действительно, — тускло улыбнулся Брок, хоть уже и не верил, что выкарабкается, слишком холодно было, слишком быстро взор затягивало темнотой, ослепляя. — Да, никуда… люблю тебя… моя булочка. Брок захрипел, пытаясь вдохнуть, но лёгких в груди словно и не было. Дернулся и провалился в ничто. Боль. Боль рванула тело, и Баки ощутил смерть. Её холод, липкими тенетами оплётший внутренности, сдавил сердце, неприлично здоровое, бьющееся сердце суперсолдата. — Рыбка, — наверное, Баки плакал, казалось, этот момент был невозможно длинный, просто невозможный, потому что как можно было потерять, только обретя? Неужели вот оно условие — смерть? Полюбить и потерять? На это Баки был не согласен, потому что полюбил. Ещё неделю назад мог отпустить, испытав лишь грусть, но сейчас — нет. Не сейчас. Пусть он умрёт, но Брок будет жить. Яркий свет обжёг сетчатку, зажмуриться Броку не получалось, так как шёл он откуда-то изнутри. Внутренности лизнуло огнём, обняло сердце, сжало раскалённой лапой один-другой-третий раз, заставляя его снова биться, накачивать организм кровью. Брок закашлялся, вцепился в Баки, хватанул губами солёный воздух, заскрёб ногами песок… ногами? Ведь рано! Ещё пара дней с хвостом… — Баки… Баки, хвост!.. — прохрипел он. — Брок! Ты жив? — рука Баки всё ещё не зажила, но ему было плевать, потому что перестало болеть. Совсем. — Господи, ты живой. Брок... Баки прижал к себе Брока, ему было плевать, что там у него с хвостом, потом, всё потом, а сейчас просто лежать и знать, что человек, которого любишь, рядом, живой, и ему больше не больно. — Баки, — повторил Брок, за шею притянул его голову к себе, легко коснулся губ. — Баки, соберись. Нет хвоста! Нет щупалец! Пусть дышать и было пока тяжело, но Брок прекрасно чувствовал собственное тело и понимал — что-то изменилось. Только вот что? Баки включил мозги, отвлёкся от почти зажившего плеча и шеи и глянул на них с Броком. Оба были с ногами. — Та-а-ак, — протянул Баки и попытался сесть. — У тебя ноги и у меня ноги. Брок!!! Мы сделали!!! Сделали!!! Радоваться сил не было, но это только пока. Брок снова притянул Баки к себе, поцеловал жадно, жарко, стараясь разделить всё, что было на сердце, рассказать об этом без слов, а потом попросил: — Помоги подняться, жопе холодно. — Пять минут ещё свою жопу поморозь, — попросил Баки. — Рука болит. Но Баки всё равно встал и помог Броку, прижал к себе и поцеловал уже сам. — Я люблю тебя, — тихо сказал он, касаясь губами виска Брока. — Пошли, дадим в морду и под дых. Пойдём, нас ждёт наша ванна и спальня. — Погоди, — Брок улыбнулся Баки, высвободился из его объятий, сам дошёл до шезлонга, сел, выдохнув. На пляж как раз начали сбегаться и остальные работники, прислуга, рабочие, показались и Лукас с дворецким. Женщины, завидев лужи крови, запричитали, заохали. Мужчины напряглись. Из-за кустов показался Стив, он пихнул в спину упиравшегося и лопотавшего что-то о духе моря мужичонку в строительной спецовке. Едва завидев вполне живых и здоровых Брока с Баки он повалился на песок. — Чего собрались?! — рявкнул Баки. — Рыбу мы ловим, на мясо. Вот и кровища. Никогда не видели, что ли? Баки постарался выглядеть как можно более возмущённо. — А этот деятель промахнулся, стреляя из своей берданки. Выпороть бы его, как в былые времена. — Мистер Лукас, — оживился дворецкий, — это ваш человек. И ваш просчёт. — Доминик, займите уже людей работой, — попросил Брок, стараясь вложить в голос всю возможную твёрдость. Не хотел он учинять расправу здесь и сейчас, хотя, по-хорошему, утянуть бы этого мужика на дно да показать ему настоящих подводных демонов. Столкнувшись взглядом со всё ещё молчавшим Лукасом, Брок увидел нужное — тот понял про них с Баки без слов, а значит, и объясняться излишне. Доминик заговорил на испанском, быстро построив слуг и направив их деятельность в нужном направлении. Женщины ушли почти сразу, убедившись, что несчастья не произошло, а садовник попререкался с дворецким, что этот остолоп испортил изгородь, но тоже ушёл. Доминик задержался, кивнул самому себе и удалился, хлопнув по плечу Лукаса. — Мясо сгорело, хвоста нет, всё пропало, Брок, — и Баки рассмеялся. И плевать, что это было нервное, он смеялся и смеялся, притискивая Брока к себе, целовал и снова смеялся. Лукас ушёл последним, глянув напоследок через плечо, едва слышно выматерился и пропал за кустами. Оставляя хозяев самих разбираться с причитающим и явно сошедшим с ума рабочим. — С этим-то что делать будем? — спросил Брок, всё же усадив Баки рядом. — Пристрелить его, а тело в океан, — предложила всё ещё очень бледная Мэй, подошла к Броку с Баки, оглядела каждого по очереди и снова посмотрела на рабочего. — Но теперь нельзя. Все всё видели, все в курсе, что мы нашли виноватого. Пропадёт — слухи пойдут. — Власти вызвать и всё, — предложил Джек. — Покушение на убийство — не шутки. — Тем более сколько бабла мы вложили в их остров, — согласился с ним Брок. Баки отцепился от Брока, наконец-то успокоившись, поднялся и, подойдя к бедолаге, схватил его за ухо. Работяга страшно заорал, словно его резали по живому, и схватился за ухо, когда Баки его отпустил. — Стив, можешь без нас с Броком сдать этого хоть куда-нибудь? — сейчас хотелось остаться с Броком наедине, поверить, что оба живы, что происходящее реально. — Господи, ступайте, конечно! — замахал руками Стив, которому тоже хотелось прийти в себя и желательно без лишних глаз. Этого пока можно было закрыть в подвале, вызвать власти и оставить разбираться Доминика, а самому ухнуть в любимых и забыть этот день как страшный сон. Брок тяжело поднялся и поманил Баки к дому. — Пойдём, Урсула, покажешь, что там сделали и как. — Рыбка, — нежно произнёс Баки, подхватывая Брока на руки. У него самого уже ничего не болело, магия всё восстановила, и именно поэтому Баки подозревал, что их хвост и щупальца ещё вернутся. Вопрос в том, когда и как. Но об этом не сейчас. Сейчас ванна, тёплая, с пеной и без соли, без всякой соли, просто обычная пресная вода, и Брок в руках. А потом и не только в руках. Баки нёс Брока по территории, с которой все внезапно словно рассосались, и был счастлив как никогда. — Ванна, а потом кроватка, — сказал Баки. — Ванна — это прекрасно, — хохотнул Брок, дёрнул несильно Баки за ухо. — Но давай ты меня на ноги поставишь и я сам дойду, а то Ариэль из меня такая себе получилась. Наконец они совпали фазами. Брока не особенно волновала судьба хвоста, он умел радоваться тому, что имел. — Поставить тебя? — Баки нервно хохотнул. — Да я тебя от себя вообще отпускать не хочу, а ты про поставить. Господи, Брок... Главное было не бежать по широкой, выложенной плиткой дорожке, и Баки очень старался, но всё равно шёл быстро, широко шагая со своей драгоценной ношей. Бардак, который он оставил после себя, давным давно забыв, что значит прибираться, складывать по местам вещи и прочие мелкие хитрости порядка, был уже ликвидирован кем-то из девушек, и Баки спокойно пронёс Брока в ванную, положил в чашу джакузи и включил воду. Забавно, они так давно этого ждали,что Баки даже растерялся. Да и обстоятельства не располагали к бурному воссоединению. Баки сел на бортик и погладил Брока по плечу. — Так не пойдет, — возмутился Брок, потянул Баки к себе, уложил на грудь, хоть тот и не отбивался, не противился, позволил себя прижать, погладить по голове. — Не надо обо мне заботиться, булочка, словно я тяжело болен. Просто побудь со мной, а? Разве мы не этого с тобой хотели? Разве не этого ждали? Будь проще и не запаривайся там, где оно того не стоит. Вода быстро набиралась, согревала теплом, ласкала тело, но Брок обнимал Баки и чувствовал только его, дышал его запахом. Не хотелось двигаться, думать, хотелось просто быть. Всё же стянув шорты, Баки соскользнул в чашу к Броку, свернулся тёплым тяжёлым комом на нём, устроив голову на плече, и затих. Вот они, двое в одной ванне, два человека. Теперь можно жить как все обычные люди, а их проекты реализовывать с помощью амулета Стива. Если тот, конечно, даст. Но сейчас это было совершенно не важно, сейчас важен был Брок рядом, его ровно бьющееся сердце, и Баки закрыл глаза. Погладил живой ладонью по груди, легко касаясь. Брок водил пальцами по спине Баки, гладил его совершенно бездумно, не представляя даже, как они будут жить дальше. Как-нибудь да будут. Разве оно теперь важно? Да и хвост со щупальцами не сильно мешали, приноровились же они за ту неделю, научились чувствовать друг друга, и тут справятся обязательно. Чего уж там? Главное — вместе. И дом у них теперь есть, и друзья под боком. Под ласковой ладонью Баки почти заснул, убаюканный шумом воды и теплом Брока рядом. Хорошо, что он не видел выстрела, иначе это бы стало его ночным кошмаром, а так он даже успел забыть о том, что что-то сегодня произошло. Не убил человека, хотя очень хотел, смог отпустить. — Я всё равно есть хочу, — вздохнул Баки, не открывая глаз. — И я хочу, — поддержал его Брок. — Давай ещё немного вот так полежим и посмотрим, что можно сделать с пустыми желудками? Ногой он дотянулся до крана, кое-как закрыл его, чтобы вода не переливалась через край, и наконец выдохнул, успокаиваясь, отпуская весь пиздец произошедшего. Ведь магия могла и не сработать, да Брок был и готов к этому, готов был отдать собственную жизнь и, скорее всего, отдал, искупил их общий с Баки грех, да и у Урсулы, скорее всего, тоже что-то забрали, раз у него щупальца не полезли, стоило хвосту смениться ногами. Но и это тоже всё потом. Сейчас — немного покоя. — Мясо всё ещё на пляже, гриль включён, — тихо говорил Баки. — Если мы за полчаса обернёмся, то, думаю, ничего там не случится. Но куда-то бежать и что-то делать прямо сейчас Баки не собирался, слишком ему было хорошо. Он наслаждался Броком, впитывался в него, прорастал, и хотя за такое время это было невозможно сделать в полной мере, Баки просто начал. — А ещё у нас есть прислуга и не обязательно всё самим делать, — поддержал его Брок, коснулся губами виска. Но просто так лежать не вышло, деятельная натура и прямо-таки зверский голод взяли своё, и Брок начал шевелиться. Сначала он усадил Баки, по запаху нашёл самый приятный гель для душа, вылил на губку, взбил пушистую шапку пены и принялся намывать любовника. — Дурилка, — рассмеялся Баки, отбирая мочалку и плюхая Брока в ванну. — Я мылся минут сорок назад, а вот тебя мы сейчас искупаем. Баки, смеясь, дёрнул Брока за ногу, следя, чтобы он не захлебнулся в ванне, и стал намывать ступню, вплетая пальцами живой руки в пальцы на ноге. Положив намытую конечность себе на плечо, Баки повторил процедуру со второй ногой, и стал намыливать уже голени и бёдра. — Так моешь, будто прям сейчас ебать собрался, — расхохотался Брок, барахтаясь. — Я, конечно, весь твой, но сначала еда. Для пущего эффекта он ещё и форсунки у джакузи врубил на полную, чтобы веселее было. — Я мою как своё, — гордо сообщил Баки, подтащил Брока к себе поближе и прошёлся скользкой ладонью по члену. — А своё надо мыть тщательно. Баки мыл Брока, тут же целуя. Он даже забыл про еду от этого веселого плюханья в огромной джакузи, над которой начала громоздиться пена, но всему наступает конец, и Брок оказался вымыт, по мнению, Баки очень быстро. Выбираться пришлось едва ли не с боем, да и не особо-то Брок отбивался от ласковых, но сильных рук. Но мысль о том, что теперь торопиться никуда не надо, грела. Вытирались тоже в четыре руки, хотя Брок больше щупал Баки, гладил его по бокам, тискал круглую задницу, а в какой-то момент и вовсе стёк к ногам, обхватил губами член, забирая сразу до горла. — Нет-нет-нет, — взмолился Баки, поднимая Брока на ноги, попутно отбирая у него свой член, пока тот ещё можно было усмирить. — Иначе вместо обеда я утащу тебя в кровать, и тогда хер нам, а не пожрать, до самого вечера, если не до утра, потому что просто так я тебя из койки не выпущу. Прижав к себе Брока, Баки нежно поцеловал его, проведя руками по спине от шеи до задницы, обхватил упругие половинки, сжимая, разводя в стороны. — Пошли оденемся, — выдохнул Баки. — Иначе никакой еды. Пришлось согласиться. Умом Брок понимал, что действительно не до еды им будет, но и просто так отпустить Баки не мог, слишком вкусным и желанным тот был. А потому дёрнул на себя, вжал сильное тело так, что и самому дышать сложно сделалось. — Но потом ты мой. Ни Стив, ни кто либо ещё не отберут, понял? Я хочу с тобой всё! Всё сразу! Чтобы проснуться утром или днём и охренеть. Понял? — Твой, — рассмеялся Баки. — Только смазку у них надо будет отобрать. Или попросить, как получится. Одежды у них обоих было... Баки только сейчас обратил внимание, что все их полторы шмотки сиротливо притулились по разным углам огромной гардеробной комнаты. — Стыдно даже как-то, — вздохнул Баки, беря последние чистые шорты. — Дом, прислуга, ремонт и остальное трали-вали, а одежды как у бомжей. Вот только на кой хер здесь нам больше, я не знаю. Но обязательно куплю себе смокинг. Пусть висит и создаёт иллюзию хер знает чего. — Мда, с одеждой и правда делать что-то надо. Тем более раз оба на берег вылезли, — чесанул затылок Брок, сунулся в ящик с нижним бельём, но и там всего пара на брата нашлась. Хотя он помнил, что вроде бы привозил свои вещи, а куда они делись, даже представить не мог, но точно видел те три коробки. Желудок напомнил о себе голодным урчанием. Пришлось натягивать первое попавшееся и идти на пляж в надежде, что хоть там дадут поесть и хоть кто-то догадался убрать кровавые пятна от греха подальше. Как выяснилось, догадались. Тот песок прислуга сгребла и унесла куда-то, шезлонги оттёрла, а мясом вовсю занимался всё такой же невозмутимый Джек, пока Мэй попивала молочный коктейль в стороне. Стива видно не было. — Уже можно, да? — Баки подцепил пальцами лежащий на большом блюде кусок мяса и сразу впился в него зубами, и плевать он хотел, даже если нельзя. — Спасибо, Джек. Баки посматривал на Мэй, которая была словно не в себе, хотя видела и смерть, и разорванные минами тела, и прочие прелести войны. Но, похоже, она оставалась девушкой, как ни крути. Брок подошёл к Джеку, получив от него покровительственный хлопок по плечу, только усмехнулся. Ну да, Мэй нужна, он-то вон уже почти женат или замужем, Брок не знал, как правильно, а у них с Баки только началось, зато с какой помпой и вон с выстрелами. Жаль, не в воздух, конечно. От воспоминаний сделалось неприятно, но запах мяса очень быстро вернул в мирное русло, а уж когда на пляже появился Стив с огромным салатником, то и вовсе вспоминать ничего не хотелось. — Отправил я этого идиота куда следует. Там его на вменяемость проверят и тюрьма или психушка ему обеспечены. Брок показал ему большой палец и тоже утащил с блюда кусок мяса. Баки жевал идеальное мясо и ни о чём не думал, просто разглядывал Брока в одних шортах, на двух ногах, ласкал взглядом идеальную линию спины и предвкушал, как весь Брок будет его, только его, и теперь уже не на каких-то там пару дней на пляже в яме, а в кровати, на мягких простынях, где нет вездесущего песка, который забивался в каждую складочку, в каждую присосочку осьминожьих щупалец. Да и щупалец теперь нет, и Баки, честно сказать, расстраивался, потому что привык к ним, сросся со своей второй ипостасью, но, как и ко всему прочему, он привыкнет и к этому. К тому, что теперь он просто человек. Человек, которого не только хотят, которого любят. И он сам любил, вот только понял это в такой трагичный момент, когда мог потерять так и не обретённое. — Стив, мы у вас смазки утащим, — поставил он перед фактом друга. — Нам, знаешь ли, очень надо. Стив подавился молочным коктейлем под громогласный хохот Брока с Джеком. — А свою завести не вариант? — со смешком поинтересовалась Мэй, а потом милостиво махнула: — Забирайте, у меня на мальчиков сегодня свои планы, они пока ещё не в курсе. Снова коктейль пошёл не в то горло. Стив вернул стакан Мэй, как-то косо глянул на нее, но ничего говорить не стал. — Но сначала еда, — пробубнил Баки с набитым ртом. — Брок, иди ко мне. Баки похлопал по матрасику широкого лежака, на краю которого сидел. Посмотрел на всех собравшихся. — Так, мужики и Стрекоза, ну что такое-то? Ничего не случилось, все живы, — Баки посмотрел на каждого внимательно. — Мы сейчас все возьмём и об этом забудем. Отберём у вас смазку и будем развлекаться каждый в своей спальне. Или все вместе будем сидеть и пить, если хотите. Всё закончилось. Точка. — То есть всё? — тихо спросил Стив, поглядел на своих, потом перевёл взгляд на Баки. — Думаешь, больше нам небо на голову не свалится? — Свалится. Обязательно, — фыркнул Брок, закурил, но до Баки дошёл, сел рядом. За плечи приобнял. — Только это будет всё потом, а сейчас… действительно всё закончилось. Баки прав. Сейчас мясо, овощи, хорошее вино, музыка, а ночь у каждого своя, но без гнёта событий. Никто не погиб. Все живы. Баки прижался к Броку, облизывая пальцы, поглядывал на еду, но больше не покушался на неё, хотя есть хотелось неимоверно. Как ещё успокоить друга, да и Мэй с Джеком, он не знал. Самим бы пережить этот сложный день. А потом ещё много-много других дней, в чём-то тоже сложных. Баки был уверен, у них с Броком будут и ссоры, и примирения, и много ещё чего. И думать сейчас хотелось о том, как им будет хорошо вместе, а не о том, что случилось. — Стив, давайте уже есть, а? — попросил Баки. — Или ты о чем-то хочешь поговорить? Разговаривать прямо здесь и сейчас ни у кого желания не было, а потому расселись за стол, Брок сходил в погреб за вином и на кухню за чистыми стаканами. Мэй включила музыку погромче, чтобы окончательно разрядить обстановку. Мясо было действительно выше всяких похвал, вино ударяло в голову, пьянило сегодня как-то особенно сильно. Брок вместе со Стивом вслух орали песни, Джек объяснял Баки, как надо жарить мясо, чтобы “не было жесткой подошвой, а так, как надо… с кровью!”, а Мэй просто улыбалась, налегая на салат и не притрагиваясь к алкоголю. Баки поглядывал на Мэй и у него в голове зародилась догадка, почему это Мэй не пьёт, но он решил промолчать и ничего не спрашивать. Если что, узнает завтра, нет — спросит потом. Когда всё было выпито и съедено, Баки потянул за руку Брока. — Пойдём, Рыбка, я хочу уложить тебя в кроватку, — шепнул ему Баки жарко. — Всем пока, где смазка, я знаю! — Тогда чего спрашивал? — Мэй показала ему язык и прижалась к боку Стива. Брок потянул Баки в дом, но ненадолго завис, любуясь небольшими водопадами бассейнов, подсвеченных сейчас всеми оттенками синего, да и весь дом был словно с картинки. — Ты такой дом хотел, булочка? — тихо спросил он у Баки, притянул его к себе, обнял со спины, устроил голову на плече. — Такую жизнь? — Если честно, то я не знаю, — вздохнул Баки, не отреагировав на “булочку”. — Я хотел дом, мирную жизнь и чтобы Стив был счастлив. А для себя… Если честно, я не знаю, что хотел для себя, потому что, когда мы всё это задумали, у меня снова отросли щупальца, и я просто хотел, чтобы было куда приплыть. Вот и всё. — А сейчас ты чего хочешь? Ну кроме как натянуть меня? — фыркнул Брок ему на ухо. — Сейчас тебе хорошо? — Сейчас я растерян, — признался Баки. — Мне хорошо, но я растерян, потому что больше нету важной части меня, но у меня теперь есть ты, и это всё искупает. Брок молча обнял его крепче, коснулся губами шеи, щеки, уха и закрыл глаза, загадывая ещё одно желание и снова на двоих, надеясь, что где-то сейчас падает хоть одна звезда, способная услышать и исполнить его. То самое, последнее…