Ты - моя замена

Пик… Пик… Пик… Звук доносился неподалёку. Это было моё сердце, которое всё ещё бьётся. Я медленно моргала и смотрела в окно, прислушиваясь к остальным звукам. Небо было затянуто тучами, а ветки ударялись о стекло, громко при этом трескаясь. Пик… Пик… Пик… Я перевела взгляд на двери, кто-то подошёл к ним. Макс? Может это он? Пик. Пик. Пик. Пик. В комнату зашёл доктор. Пик… Пик… Пик… — Здравствуйте, юная леди. Как ваше самочувствие? -Здравствуйте. Хочу домой. Чувствую слабость, а так — в порядке. — Вот и отлично. Смотри, я назначил тебе химиотерапию, она будет вечером, а сейчас, я позвоню твоим родителя и они приедут за тобой. — врач с улыбкой посмотрел на меня. — Так, тогда сейчас пришлю медсестру, она ещё раз возьмёт у тебя кровь, и можешь быть свободна, до вечера. — Хорошо. Простите, я даже не знаю вашего имени… — Алексей Николаевич. — Спасибо, Алексей Николаевич. В дверь постучались, затем она открылась и высунулась темноволосая голова. Макс! Пик. Пик. Пик. Пик. Доктор посмотрел на меня и на аппарат. Я лежала с улыбкой смотря на брата, а он на меня. В руках он держал бананы. — Извините, что я так врываюсь, но я проходил рядом и не мог не зайти. — почесал затылок парень. — Да всё в порядке, я тогда не буду вызывать родителей, раз уж к тебе родственник пришёл. Только, молодой человек, пойдёмте, вы кое что подпишите и можете забирать Анастасию. — Да, конечно. — Макс подошёл ко мне, вручил бананы и пошёл за доктором. Не мог не зайти? Больница не так уж и близко находится, по отношению к нашему дому. Куда это он шёл? К друзьям? К девушке? Хотя, какая мне разница. Пришла медсестра, отключила меня от аппаратов, взяла кровь и я неспеша начала собираться, так как всё ещё чувствовала слабость. Выйдя в коридор, меня уже там ждал брат. — Ну что, Настюх, ты как? — Привет, — с улыбкой сказала я, — Хорошо, а ты как? Мы пошли к выходу. — Да вот только освободился, решил к тебе заскочить, а тут оказалось, что могу забрать тебя. — он приобнял меня за плечё. — А что за дела? — Дима, он позвал меня прогуляться. Школу затопило, уроки отменили, так что ты ничего не пропускаешь. Кстати, не хочешь зайти в кафе? — Кафе? — Да, я плачу'. — Я не могу так. — Почему? — удивился тот. — Когда за меня платит парень, это бьёт по моей самооценке. — И часто за тебя платят? — Никогда. — Вот и всё. Не переживай по поводу денег, — он нагнулся и поцеловал в лоб, — Я нашёл работу, по этому я могу позволить накормить и напоить тебя твоим любимым кофе. Мы же одна семья! — Ладно, только с условием, что и я потом тебя накормлю и напою. — Ха-ха-ха, как скажешь. — он взъерошил мои волосы. Выйдя из больницы, мы пошли в сторону кафе. Мороз был сильный, но без ветра. Улицу припорошил иний, но не смотря на сильный холод, Макс был в чёрном пальто, лёгких чёрных джинсах и чёрных сапогах с высокой подошвой, от чего был ещё выше, чем обычно. — Стой! — крикнул Макс, от чего я резко замерла и подскользнулась на льду. Брат успел меня схватить под руку и я благодаря ему — не упала. — Я же сказал — стой. — раздраженно произнес Макс, обхватил моей рукою свою и мы пошли дальше. Боже, мы шли как парочка. Я в миг почувствовала как загорелись щеки. Мы молча шли, нога в ногу, моя рука покраснела от холода. Увидев это, брат остановился, вздохнул и запихнул мою руку со своей к себе в карман. Он был такой тёплый… А на дне звенела холодная мелочь. Дойдя до кафе, Макс открыл двери, пропустил меня. Я зашла не вытаскивая руку из кармана его пальто. Он зашёл вслед за мной, потопав ногами — обтрусил лёгкий снежок на его сапогах. Я вздрогнула от холода, хотя в помещении было даже жарко в куртке. — Холодно? — удивлённо спросил Макс. — Та уже лучше. Он вытащил наши руки, снял свое пальто, я своё и он повесил оба на вешалку. Мне стало ещё более неловко. Я прошла по залу и села за стол с мягкими креслами по бокам. Рядом было большое окно, в которое я уставилась. — Солнце! — прозвучал у меня над ухом ласковый баритон. Я подпрыгнула от неожиданности. Макс улыбнулся и поставил две чашки кофе. — Как ты меня назвал? — с недоумением спросила я, понимая что горело теперь всё моё лицо. — Солнце. — промурлыкал тот, глядя мне в лицо и хитро улыбаясь. — Дурак. — кинула в него салфетку. — Почему? — Потому что. — повернула я голову к окну и облакотила её на руку. Но смотрела я вовсе не на пейзаж за окном — на отражение молодого человека, сидевшего рядом со мной. А перифирическим зрением видела как он пялился на меня, открывая при этом стики с сахором и мешал кофе. Я закусил губу. — Не делай так. — посерьёзнел парень. Я перевела на него взгляд: — Почему? — Потому что. — изобразил мой голос брат. — Так что это у тебя за работа? — теперь я открывала стики с сахором и мешала кофе. — Тату мастер. — кратко ответил Макс. Я подняла бровь и скептически спросила: — В семнадцать лет? — Какие-то проблемы? Хороший парень — хорош во всём. Так что как-то так… Я хорошо рисую, да ты сама видела мои рисунки, а теперь я решил зарабатывать своим творчеством. — И как? Уже были клиенты? — Ещё в интернате. А теперь я купил новую, профессиональную машинку, и ещё вчера начал бить татухи. — пожал плечами он. — А мне набьешь? — Нет. — Почему? — Ты слишком красивая для татуировки. Я бы хотел, что б твоё тело так и осталось светлым и не тронутым. — тихо произнёс Макс. — Тебе не кажется, что «моё тело — моё дело»? Он недовольно посмотрел на меня и закатил рукова чёрного свитера. — Эту, — Макс показал на свою руку, где был изображено кладбище и ворон, — Я набил, когда от меня отказалась третья семья, а эту, — он показал на другую руку, татуировка которая была на всю руку, — Когда меня бросила девушка. Я не хочу, что б и у тебя были такое «клеймо» на всю оставшуюся жизнь. Да сколько её там осталось. — Я так понимаю, ты это бил не на трезвую голову? — Угу. Все разы я помню только как просыпался, а тату уже были на мне. — Ты не рассказывал, что встречался с девушкой… — А разве тебе интересно? — с лёгкой надеждой спросил он. Я даже немного замялась, хотя мне действительно было интересно. — Да. Всё же, ты мне — близкий человек. — Да? Я не знал. Меня его мотылянии в наших отношениях уже начинают пугать. То он меня «солнышком» называет, то вот такое. Ничего не понимаю. Я обхватила чашку обеими руками, что б почувствовать тепло. Макс посмотрел на это и сделал так же. На его лице все ещё был румянец от перепада температуры на улице и в кафе. Его чёлка спадала на глаза, а они — бегали по моим рукам. Макс прищурился, застыв взглядом на одном месте. Потом взял одну мою руку и потянул за рукав, оголяя мои порезы. — Что это? — с резкой яростью спросил он, — Когда в последний раз? — Вчера… — Чем? Я вытащила другой рукой телефон, а под чехлом — лезвие. Зачем я это сделала? Не знаю, ему мне хотелось рассказать, что меня тревожит, что не так со мной и открыть душу. Я не понимала, почему мне он стал не безразличен, ведь… Он мой брат. Между нами ничего не может быть. И точка. Он провел большим пальцем по шрамам и порезам. Я машинально сжала зубы. Вздохнув, тот забрал лезвие, встал и выкинул в мусарник, что стоял неподалёку. — Ты хоть обработала его? — Да… — Ну хоть тут с умом сделала. — Не поняла. — меня охватила какая-то ярость, которая взялась с не от куда. — Забудь. — Нет уж, давай, выкладывай. Он молча закатил рукава ещё раз и поднёс руки ближе. Теперь я видела, что запястья под тату были полносню в рубцах и шрамах. Брат вздохнул. — Я понимаю тебя, как никто другой. — отвёл в сторону взгляд Макс. На миг, грустно улыбнувшись и посмотрев на меня, он встал, сел рядом со мной и обнял. Я почувствовала запах его одеколон, и тепло, которое исходило от него. Шёлковистые волосы касались моего лица, а его голова коснулась моего плеча. — Не делай так больше. Пожалуйста. Это хуже тату… — Макс, ты преувеличиваешь. Это не смертельно, это — не рак. Он поднял в голову, посмотрел мне в глаза, приблизился так, что я могла почувствовать его дыхание на своих губах. — Ты не умрёшь. И точка. Не в мою смену, а я буду с тобой всегда. Так что, не в этой жизни. Ты меня переживаешь, вот увидишь. Я задержала дыхание, сама этого не заметив, потом отвела взгляд и сказала: — Ошибаешься