Возвращение Королей

В зале было людно и шумно. Лорды переговаривались между собой, спорили, ссорились или, наоборот, договаривались. Джон собрал их всех для того, чтобы открыто объявить о смерти Сансы, в чем не было необходимости, так как именно эта тема сейчас активно обсуждалась всеми, кто находился в Великом чертоге. Еще Джону предстояло сказать, что сын леди Старк отправился вслед за матерью через несколько часов. Сам Сноу сидел в середине длинного стола. Рядом расположилась Арья, под стулом у которой лежала огромная лютоволчица. В отличие от Призрака, который знал Дени и даже стал ей другом, Нимерия не подпускала ее ни на шаг, как и сама сестренка Джона. Когда королева была в Винтерфелле до захвата Королевской Гавани, они с Арьей ладили, но теперь Безликая лишь изредка бросала на нее ненавидящие взгляды. Дени знала кое-что о прошлом этой девочки, и ей казалось, что та до сих пор не проткнула ее своей Иглой только от большой любви к брату. Кстати Призрак тоже был здесь, сидел около кресла Джона. Волк был настолько большой, что его голова находилась где-то на уровне плеча самого Сноу. Третьим сидящим за длинным столом был Брандон Старк. У него был отвлеченный вид, словно настоящая жизнь его совсем не интересовала. Удивительно, у него умерла сестра, а ему как будто наплевать. Хотя чему тут изумляться, пора бы привыкнуть к особенностям Трехглазого ворона. Сама Дени стояла у стены, стараясь быть как можно более незаметной. Хоть она и является королевой, в том числе и Севера, но ее здесь не любят. Зачем зря подливать масла в огонь и без того прекрасно горящего раздражения северян. Джон поднялся со стула и постучал кулаком по столу. Разговоры затихли. — Лорды и леди Севера! Вы присягнули на верность Сансе Старк! Вы назвали ее своей Королевой! Но она умерла прошлой ночью, рожая сына, — объявил Сноу. Эта новость ажиотажа не вызывала. Видимо все уже давно знали и лишь ждали, когда им, наконец, удастся узнать самое главное. — Где ребенок? — выкрикнул кто-то. — Отпрыск Ланнистеров! — послышалось с другой стороны. — Он наследник Королевы! — ответил первый. — Вы слышали, что о нем говорят? Волосы желтые, глаза кошачьи! Нам не нужен такой Король! — Ланнистеры — враги Севера! — прокричал третий голос. — Сын нашей Королевы! — Шлюхой она была, раз связалась с Ланнистером! Все снова начали спорить. С разных сторон раздавались гневные возгласы, некоторые уже схватились за мечи. — Тихо! — выкрикнул Джон, но они не перестали орать, только теперь переключились еще и на него. Джон еще раз призвал всех собравшихся замолчать, и споры в зале более-менее затихли. — Незаконнорожденный сын Сансы Старк скончался вскоре после смерти его матери! Снова поднялся гвалт. Джон ударил кулаком по столу. Какая-то женщина стремительно встала со своего места. Она была высокой и стройной, темные глаза блестели. Все взгляды устремились на нее. — Джон Сноу, позвольте вас спросить, — сказала она холодным голосом. — Почему это вы сейчас ведете собрание, если по праву наследником трона Королей Севера является ваш брат? — она бросила взгляд, в котором явно читалось презрение, на Брана. — Не значит ли это, что вы сами хотите занять его место? Тут поднялся кто-то еще. — Очевидно, леди Барбри, вы правы. Но согласитесь, мы ведь не хотим, чтобы нами правила подстилка Драконьей Королевы. Глаза Джона недобро блеснули. Дени подумала, что он сейчас набросится на этого неизвестного ей лорда. Но, к ее удивлению, у Джона лишь дернулись уголки рта. — К вашему сведению, лорд Рисвелл, я ей не подстилка, — холодным и спокойным тоном произнес Сноу. Взгляд его мимолетом проскользнул по лицу Дени, и ей показалось, что она заметила в нем лукавство. — Я ее жених! — продолжил Джон. Она вытаращила на него глаза. «Жених, значит, ну-ну! А мне он забыл сообщить!» — раздраженно подумала королева. Тем временем лорд Рисвелл не сдавался: — У-у, бастард-то — жених Драконьей Королевы! — засмеялся он, но никто в зале его веселья не разделял, и он немного притих. Джон медленно выпрямился и встал во весь рост. Теперь он действительно разозлился. Стальные глаза метали искры, желваки заходили на скулах. В этот момент он действительно выглядел устрашающе. А когда Призрак рядом с ним встал, оскалил белоснежные зубы и зарычал, распушив густой мех, Родрик Рисвелл совсем скис. Джон твердо и громко произнес: — Время, когда я был безымянным бастардом, прошло. Я Эйгон Таргариен, Шестой своего имени, сын Рейгара Таргариена и Лианны Старк, наследник Железного трона. И пока Брандон Старк, законный сын Эддарда Старка, — Джон покосился на Трехглазого ворона, — не захочет стать Хранителем Севера, править здесь буду я. Все молча смотрели на Джона, судя по всему, потеряв дар речи от такого стремительного заявления. Но тут неожиданно для всех заговорил Бран. — Этого теперь не требуется, — безразличным тоном произнес он. — Настоящий наследник уже в пути.

***

Собрание закончилось неоднозначно. Бран ничего больше не сказал про этого «настоящего наследника», лорды еще немного поспорили, но оскорблять Джона теперь никто не лез. В итоге этот совет не разрешил насущные вопросы, а лишь прибавил новые. Теперь Дени шла по коридору быстрыми шагами. Когда собрание кончилось, толпа вынесла ее из чертога, и она потеряла Джона. Сейчас Дени уже нашла его, и широкая спина мужчины в черном плаще маячила впереди нее. Наконец Таргариен догнала Джона и, схватив за запястье, остановила. Он повернулся к ней. — Ничего не хочешь мне сказать? — гневно произнесла Дейенерис. — А что такое? — Джон выглядел так, как будто изо всех сил старался сдержать улыбку, что еще сильнее бесило Дени. Он высвободил руку из ее цепких пальцев и пошел дальше, явно готовый выслушивать все обвинения, что были ему приготовлены. Дени засеменила рядом. — Жених, вот что! С какой это стати я твоя невеста? — А разве нет? — Ну, знаешь ли, теперь может и нет! — язвительно произнесла она. — Неужели ты хочешь, чтобы наш ребенок родился бастардом? — Джон произнес это, теперь уже открыто улыбаясь. Он отворил дверь в свою комнату, пропуская Королеву вперед. Дени и не заметила, как они дошли до его покоев, пока спорили. — Ну ладно, — теперь лукавая улыбка появилась и на ее лице, — пусть так. Но безнаказанным ты не останешься. Последние слова она произнесла, войдя в комнату и притягивая Джона к себе за камзол. Он без сопротивления поддался, обвил своими руками её талию и ответил: — Что ж, я заслужил, Ваше величество. Улыбка на лице Дени стала шире. Она приказным тоном произнесла: — Раздевайся! Джон, явно ожидающий чего-то интересного, начал снимать одну вещь за другой, смотря на возлюбленную голодным, волчьим взглядом. Когда с одеждой было покончено, он встал перед ней. — Исполнено, Ваше величество… — наигранно-официальным тоном произнёс он. Дени как бы критически осмотрела его, на самом же деле она наслаждалась видом его обнаженного тела, от которого внизу живота у неё росло напряжение. Она любила каждый его мускул, каждый его шрам, каждый его синяк. Сейчас все это принадлежало ей. Джон шагнул было к ней, но Дени толкнула жениха на кровать, создавая образ грубой и властной королевы, а не той нежной девочки, к которой Джон привык. Он послушно сел в ожидании продолжения, ему явно было интересно, что задумала его Королева. Протесты начались, когда она разорвала простыню и начала привязывать ей руки Джона к кровати. — Э-э, зачем это? — не понял Сноу, но она лишь усмехнулась. — Так надо. Когда он лежал на кровати, привязанный к задней перегородке, Дени отошла и, осмотрев эту замечательную картину, начала раздеваться сама. Но делала она это очень медленно, снимая по одной вещи, скользя пальцами по своему телу, чтобы Джона начало мучать ожидание. Очевидно, она добилась желаемого эффекта. Сноу весь напрягся, его член стал твердым, он смотрел на нее, не в силах отвести глаза. Наконец, вся одежда Дени оказалась на полу. Она залезла к нему на кровать и провела холодным пальцем по обнаженному торсу мужчины, от чего все его тело покрылось мурашками. Потом она приблизилась к его лицу и легонько поцеловала, однако, как только его язык уже начал сплетаться с ее, Дени оторвалась от губ Джона. Она начала целовать его шею, оставляя там розовые следы в таких местах, где он точно не сможет их спрятать. «Ничего, пусть постыдится», — думала она. Потом Дени перешла на грудь. Она целовала его легко и как будто не с полной страстью, не до конца. И видела, что Джона это раздражает и одновременно вводит в еще большее нетерпение. Что ж, это ей и нужно. Она опустилась к его члену и аккуратно прикоснулась к нему языком. Джон издал тихий стон. Напряженный орган явно его мучил. Ему хотелось разрядки, но нет, Дени так просто не остановится. — Дени, ты безжалостна… — выдохнул он. Она дразняще улыбнулась, глаза блеснули азартом, и Дени принялась дальше ласкать его везде, лишь ненароком задевая его член, еще сильнее разогревая в нем неприятное ощущение от возбужденности. Джон кусал губы, подавляя стоны. Он уже начал непроизвольно дергать бедрами вперед. Еще немного и он заскулил бы, как волчонок. Но тут раздался треск. Деревянные прутья кровати, оказавшиеся слишком слабыми, под напором Джона сломались. Он тут же высвободил руки, перевернулся так, чтобы оказаться сверху, посмотрел прямо в глаза удивленной Дени, которая увидела в них намек на торжество победы, и Джон вошел в нее, сразу, глубоко и до конца. Дени ахнула от неожиданности. Теперь была его очередь улыбаться. Он толкался в ней так стремительно, что многострадальная кровать скрипела, а Дени вскрикивала. — Джон… — простонала она уже в конце и сжала пальцы на его спине так, что на коже остались отпечатки от ногтей. А потом блаженство горячей волной поползло по всему телу, принося расслабление и сонливость. — Ты сломал кровать? — рассеянно произнесла она. — Так получилось. Джон положил руку ей на живот, Дени обняла его, и некоторое время они лежали молча, наслаждаясь моментом. Потом Дени тихо спросила, водя пальчиком по тыльной стороне ладони Джона, лежащей на ее чреве: — Как ты думаешь, кто у нас будет? Джон на секунду задумался, словно вспомнил что-то. — Девочка… Дени подняла на него глаза: — Почему? — Я видел её, она мне приснилась, — улыбнулся Джон, поглаживая ее округлившийся живот. — И какая она была? — заинтересованно спросила Дени. — Такая же красивая, как ты, — ласково ответил мужчина. У Дени слипались глаза, она замолчала и уткнулась носом в шею Джона. Они почти уснули, но из приятной дремоты их вывел стук в дверь. — Кого там опять принесло? — недовольно пробормотал Джон, еле открывая глаза. Из-за двери раздался неуверенный голос Сэма: — Джон, тут тебе письмо! Но если ты занят, я могу… — Сэм замялся и недоговорил, — но оно, наверное, очень важное. Джон нехотя встал и начал ходить по комнате, собирая валяющуюся на полу одежду и натягивая её на ходу. — Дени, прикройся, — попросил он, а потом громче крикнул: — Сэм, входи! Тарли неуклюже протиснулся в дверь. Его взгляд упал на растрепанную Дейенерис, которая сидела на сломанной кровати, завернувшись в одно одеяло, и Сэм тут же сконфуженно отвёл глаза, обращаясь к Джону: — Джон, помнишь, что Бран сказал на собрании? — Про настоящего наследника? — Сноу встрепенулся. — Ну да. Здесь написано, что письмо от Жиенны Старк. — Что за Жиенна Старк? Кто это? — Я не знаю… — Хорошо, Сэм, я сейчас прочитаю. Ты не мог бы выйти на некоторое время, а то моей невесте нужно одеться, — сказал он, бросив взгляд на кровать. У Дени тепло пробежалось по телу после слов «моей невесте». Сэм покраснел, кивнул и тут же исчез за дверью, а Сноу опять опустился на кровать. Дени прижалась к нему сзади, обвив руками мускулистую руку и положив подбородок ему на плечо. — Что это за девушка тебе пишет? — она произнесла это наигранно ревниво. Джон улыбнулся: — Не знаю. Может тоже какая-нибудь моя родственница… Дени хихикнула, её радовало, что Джон стал так просто относиться и к их родству, и к их отношениям. А Сноу распечатал письмо и начал читать. Заглянув в пергамент через его плечо, Дени выяснила, что записка очень короткая. Постепенно улыбка на лице Джона сменилась удивлением. Дочитав, он сказал: — Это жена моего брата. — Робба? Та, из-за которой его убили? — Судя по всему, да. Она пишет, что едет сюда и не уверена в скорости посланного ворона, поэтому, возможно прибудет раньше, чем мы получим письмо. — А зачем ей понадобилось сюда ехать? — удивилась Дени. — Не знаю, она написала, что объяснит все по приезде. — Странно, ты не находишь? — Нахожу. Надо бы расспросить Брана, хотя вряд ли он что-то скажет… Дени не хотелось идти с ним. Младший брат Джона странный, и глаза у него какие-то пустые. Как будто он вечно не здесь. Но оставаться одной тоже не стоило. — Я пойду проведаю Дрогона, — решила она. Когда Дени оделась, они вместе вышли в коридор, затем в заснеженный двор и отправились в разные стороны: она пошла к воротам, а Джон — в Богорощу.