Вместо тысячи слов

      Лицо Луз Носеды вытянулось в немом шоке. Она зажмурилась и помотала головой в надежде развеять это неприятное видение. Однако, осознав тщетность своих попыток принимать желаемое за действительное, девушка настороженно задала вопрос.       — Что ты здесь делаешь?! — явное недоумение слишком громко прозвучало в её резком голосе, настолько, что даже девушки за столиком у окна повернулись на шум.       — Зашла отдохнуть в довольно неплохой бар. И Я крайне опечалена грубым поведением персонала, — хищный оскал был направлен прямо на Луз. — Клиент всегда прав, не так ли? Так что, советую вести себя должным образом.       Видимо, эта ситуация забавляла только Бошу, поскольку непокорный взгляд искристо-карих глаз Луз выражал особое презрение к ней. Напряжённая атмосфера, воцарившаяся вокруг девушек, могла с лёгкостью напугать простодушных слабаков. По этой причине, парни за баром отсели подальше от музыкального аппарата, чувствуя, как назревает конфликт.       Луз, секунду колеблясь, набрала в лёгкие побольше воздуха и постаралась взять себя в руки. Натянув слащавую улыбку, она приторно сладко заговорила.       — И что бы Вы хотели заказать?       Так-то лучше.       — Думаю, мне следует взбодриться в такой поздний час, — Боша облокотилась на стол, подперев руками голову.       Всё то время, пока шёл диалог, она ни на секунду не отрывала пристального взгляда от Луз.       — Принеси мне двойной эспрессо. Надеюсь, он окажется не настолько ужасным, как в уличных забегаловках.       Носеда была крайне оскорблена таким сравнением. «Совиный Дом» славился не только достойным алкоголем и разнообразием авторских коктейлей, но и кофе, что так мастерски, вкладывая всю душу, готовил Хути, и ради которого хотелось принести себя в жертву кофейному богу, чтобы только снова вкусить этот превосходный напиток.       — Поняла, один двойной эспрессо, что-нибудь ещё?       Луз особо не думала над тем, почему у неё сложилась такая неприязнь к О'Брайан, с которой толком и не сталкивалась, за исключением случая с Уиллоу, но она точно знает, что ненавидит таких людей. Невыносимых людей, самоутверждающихся за счёт других, которые считают, что мир крутится вокруг них. Такие люди могут делать всё, что хотят, и, при этом, с лёгкостью выйти сухими из воды, не получив должного наказания.       И Носеда была бы безумно рада сказать Боше всё, что она о ней думает.       Но сейчас надо потерпеть.       Сейчас Боша – клиент. Ей нельзя грубить.       — Нет, это всё. И постарайся не плюнуть мне в стакан. Здесь довольно уютно, мне хотелось бы сюда ещё вернуться.       — Не думаю, что потеря одного клиента так сильно пошатнёт нашу прибыль, — выплюнула Луз.       Сжимая свой блокнот для заказов так, что даже костяшки побелели, она развернулась и направилась к бару, передать заказ невыносимой клиентки бармену. Молодой мужчина с каштановыми волосами, что буквально секунду назад оживлённо разговаривал с посетителями, ответил официантке глупой улыбкой и принялся делать кофе.       Луз Носеда – интересная и наглая девчонка, позволяющая себе так прямо дерзить О'Брайан. Она не боится Боши и вполне готова дать ей отпор. Такой энергичный характер, вкупе с дикой испанской внешностью и огнём в глазах, заставляет окружающих тянуться к ней.       Любопытство пересиливает О'Брайан, и она невольно ощущает заинтересованность в юной доминиканке.       Конечно же, не в романтическом смысле. Это было бы слишком муторно.       Боша уже успела отвыкнуть от эгоистичных чувств превосходства над другими, которые так ей нравились раньше, которые могли поднять ей настроение в любое время дня и ночи, но в этот момент девушка ощущала что-то сильнее, что-то, что могло добавить легкую искру в её подавленную жизнь, что-то необъяснимо азартное и незнакомое.       Она почувствовала достойного соперника.       Мысли её прервал резкий стук и звон керамической посуды.       — Не подавитесь.       Грубое замечание официантки только рассмешило Бошу.

***

      Когда же достаточно активный день дал о себе знать, О'Брайан почувствовала усталость в теле и накатывающую сонливость, и она собралась возвращаться в родное поместье. Девушка подозвала Луз, чтобы расплатиться за кофе, сожалея о скором уходе из этого уютного места.       — Я, как клиент, осталась довольна. Возможно, найду минутку, в будущем, заскочить ещё разок.       — Не стоит, мы как-нибудь справимся и без тебя, — Носеда проводила её злорадной ухмылкой.       Выходя из кафе-бара «Совиный Дом», Боша впервые почувствовала себя прекрасно, и постоянная головная боль наконец-то отпустила её.       Она точно ещё вернётся сюда.

***

      Академия Хексайд представляет собой территорию в форме шестиугольника, огороженную красивыми кованными решётками. Крупные витражи, изображающие различные сцены из истории и преданий академии — это создаёт неизгладимое впечатление на новичков. Всё же, Хексайд имеет некоторую схожесть с замками из-за высоких остроконечных тонких башенок характерной формы, которые венчают здания общежития для приезжих студентов.       Хексайд является самым красивым местом в столь богатом районе, благодаря своим ухоженным садам, которым не отказывают в заботе. На территории академии, в западной части, разбит растительный лабиринт, а в юго-восточной — находится небольшое озеро с островом, к которому идет изящный мостик. На острове расположена беседка, где всегда приятно отдохнуть и почитать интересную книгу.       О'Брайан расположилась на берегу водоёма со стороны зелёных насаждений. Раскидистые ветки огромного дерева, под которым находилась девушка, легко колыхались порывами ветра, создавая приятный шелестящий шум, и закрывали Бошу от лучей палящего солнца. Ранняя весна в этом краю не такая уж и редкость, самое время насладиться красотами природы и дышать свежим воздухом.       Журчание озёрной воды по-своему расслабляло Бошу. Это тихое местечко, подальше от раздражающей суеты, она нашла сравнительно недавно, гуляя по парку и стараясь скрыться от доставучей Скары с её безумными идеями насчёт того, как «классно» провести время.       Неспешно приводя своё душевное состояние в порядок после изнуряющих лекций и противных лиц профессоров, О'Брайан чувствовала себя подавленно. Она надеялась на спокойный отдых этим чудесным днем, на то, что бы ни один смертный не смел её потревожить, но…       — И чем, по-твоему, ты занимаешься?!       Её спокойное времяпрепровождение было нагло прервано высоким бархатистым голосом.       — О, посмотрите, кто решил навестить меня. Не слишком ли вы далеко забрались? А, мисс Блайт?       — Не время ехидничать, Боша. Я задала тебе вопрос.       Сведённые у переносицы брови делали лицо Эмити устрашающим. Боше кажется, ещё чуть-чуть, и девушка перед ней будет скалиться и рычать от гнева. И, конечно, она знает, чем вызвано такое поведение.       Ну, помучила я немного твою зверушку, зачем злиться-то?       Но Боша была бы не Бошей, если бы не довела температуру до точки кипения.       — Я что делаю? Хм… По-моему, я лежу под деревом, и отдых мой был только что прерван тобой. Ты…       — Я не об этом! Зачем ты издеваешься над Луз? — Эмити глубоко дышит, стараясь успокоиться и взять себя в руки. — Скажи честно, ты опять взялась за старое?       — За старое? — от неожиданного вопроса О'Брайан села и облокотила напряжённую спину о ствол дерева. Её брови недоумённо поползли вверх, а руки начали нервно теребить края рубашки.       Неужели я опять перестаралась?       Удивлённая таким поведением, Эмити опешила и слегка умерила свой пыл. Что она могла такого сказать, что заставило Бошу так трепыхаться?       — Ты изводишь мою девушку на её же работе, зачем тебе это? Я слышала, ты бросила такие развлечения, — Блайт была настороже, однако всё же села на зелёную траву, надеясь разобраться в сложном поведении бывшей подруги.       О'Брайан лишь подтянула свои ноги и обняла их. Она взглянула на Эмити бездонно голубыми глазами, полными печали.       Они были лучшими подругами чуть ли не с младенчества, благодаря тому, что их семьи так тесно сотрудничали, да и сейчас сотрудничают друг с другом. Сначала это было навязанное общение, но потом оно переросло в настоящую дружбу.       Она скрывает своё лицо в коленях. Не время проявлять слабость, но по-другому не получится.       Боша с грустью иногда вспоминает те беззаботные деньки, когда отец ещё не слёг со страшной болезнью, а матушка не закрылась в себе, когда их дом был наполнен смехом и радостью, когда маленькая девочка могла расти беззаботно, не зная грусти и печали.       И что же случилось? Чем она такое заслужила?       Когда её счастливая тропинка свернула в овраг?       Когда не стало отца и отстранилась мать?       Когда Боша повзрослела и узнала, что волшебства из сказок на самом деле не бывает?       Или же когда она в первый раз почувствовала удовольствие от власти?       О'Брайан не знает, когда это произошло, но это точно то, из-за чего ушла Эмити.       Они были очень близки, и, наверное, Боша стала настолько невыносима, что Блайт больше не могла терпеть.       Эмити ушла тихо, лишь попросила одуматься и начать жизнь с чистого листа.       Будто она могла.       Раньше, из-за своего взрывного характера, она винила во всём доминиканку, теперь же, потеряв горячий запал, ослеплявший её непозволительно долго, О'Брайан наконец-то поняла, что ни Эмити, ни её девушка не виноваты.       От осознания этого легче не стало.       И при всём этом, Эмити здесь, она считает Бошу нарушителем спокойствия, врагом номер один…       Она считает меня полной сукой.       О'Брайан поднимает голову, снова смотрит в сторону собеседницы, чтобы перевести всё в шутку, ответить сарказмом, посмеяться и уйти от этой удушающей боли, вызванной чувством одиночества, к колючим объятьям которого она так и не смогла привыкнуть. Но тут же отдёргивает себя.       Она видит человека, что когда-то был надёжным плечом, на которое, без сомнений, можно положиться.       Человека, который терпел её скверный характер и помогал выбираться из передряг.       Человека, которого она обидела, и он ушел из её жизни.       Нет, не просто человека.       — Эмити…       Она увидела Эмити Блайт. В прошлом – маленькая девочка, любящая читать книжки и мечтать, плакса, что постоянно распускала сопли на ровном месте, идеальная дочурка, хорошая подруга и младшая сестрёнка. В настоящем же – прекрасная девушка с педантичным характером, покрасившая волосы в мятно-зелёный наперекор родителям, любящий, доброй души человек.       И Эмити смотрит на неё с ярко выраженным беспокойством. Из-за долгого молчания она наверняка напридумывала всякого.       — Боша, у тебя проблемы? — искреннее волнение в тихом голосе вырывает почву из-под ног.       О'Брайан задыхается. Она борется с собой. Хочет снова кому-то довериться. Но сможет ли?       — Нет, не думаю, что они есть, но раз ты настаиваешь, я, так и быть, больше не появлюсь в «Совином Доме».       Трусиха.       — Чего ты хочешь? — этот вопрос не был грубым и не нёс в себе ничего обидного, скорее наоборот, он был наполнен тревожностью. Эмити не слепая, она явно видит, что с Бошей что-то не так. Видит и не может это просто так оставить.       На этот раз… может, у меня всё-таки получится… спасти тебя…       А Боша лишь вздыхает, запускает длинные пальцы в розовую чёлку, убирая непослушные пряди с лица, задумывается, а потом отвечает с грустной улыбкой:       — Не знаю.       — Такого не может быть, все чего-то хотят, — мягко подталкивает Эмити.       — Может быть, но я… возможно, хочу, чтобы это прекратилось…       У Блайт сердце щемит, она боится того, что может последовать за этими словами.       — Прекратилось что?       — Головные боли и всё, что с ними связано, — Боша на миг замирает, обдумывая свои слова.       Сколько на этот раз ты выдержишь мои проблемы, а, Эмити?       — Они начались после того случая, четыре месяца назад, — Боша была напряжена, она смотрела на кристально чистое озеро, но мысли её были далеко отсюда. — Понимание, что я была всему тому виной, сжирает меня. И я, если честно, уже устала.       — Но ведь тот случай завершился без жертв…       — Не будь дурой, ты же знаешь, как это работает. «Без жертв» — это для СМИ и общественности, а настоящую трагедию замяли деньгами и влиянием.       Эмити была шокирована, но постаралась скрыть своё состояние. Она всегда считала продажность ужасным явлением. Однако, сейчас важно не то, что было, а то, что есть сейчас, и как это можно использовать для хорошего будущего. Так учил её отец, и младшая Блайт ни на мгновение не сомневалась в его мудрости.       Сейчас, прямо здесь, есть Боша, которая несёт непосильное бремя вины за что-то ужасное.       И Эмити не допустит ещё одной трагедии.       — Ты хочешь поговорить об этом?       — Нет.       Боша ещё не готова вернуться в тот день. Эмити это понимает, она уважает чувства Боши, всегда уважала.       Поэтому и ушла.       Горькие мысли заполонили голову девушки. И тут её отвлекла горячая рука, что несильно сжала плечо.       — Ты не обязана что-либо делать. Я как-нибудь и сама справлюсь, — сказав это, О'Брайан снова устремила свой взгляд на ровную гладь водоёма.       Блайт лишь покачала головой, легонько размахивая маленьким зелёным хвостиком и показывая, что теперь от неё точно не избавиться. Она вернула своему лицу непринуждённую улыбку и с детской хитринкой в глазах ударяет кулаком по плечу собеседницы. На возмущённый вскрик и недовольный взгляд голубых глаз, мечущих злые искры, Эмити наигранно невинно начинает говорить, не спеша, поднимаясь с земли:       — Видимо, твой характер немного поостыл, теперь я могу пригласить тебя выпить без вреда для моей нервной системы. Давай, я угощаю.       — Ты уверена? — Боша поражена таким приглашением.       Она сомневается в правильности того, что сейчас происходит. Но, увидев твёрдый кивок, девушка одним рывком крепко встаёт на ноги. Поплакаться ещё успеет, а сейчас, разве она не может вновь научиться радоваться?       — Хорошо, но предупреждаю сразу – я много пью!       — Я и не сомневалась.       — Так куда мы идём?       — В «Совиный Дом».