Вместо тысячи слов

      Боша, поднимаясь на второй этаж, снова и снова мысленно возвращалась к тем мгновениям, когда обнимала Уиллоу, и прокручивала в голове свои ощущения. Приятно. Очень приятно.       Слишком приятно.       Нервы её звенели, как струны, от пары мимолётных поцелуев. Девушка улыбается, наконец чувствуя себя настоящей, как будто с её груди спала тяжёлая ноша, как будто впервые за всю жизнь её легкие могут наполниться и расшириться до их полного объёма.       Когда О'Брайан переступает порог своей комнаты, её взгляд натыкается на мужчину, который стоит, вальяжно облокотившись на её рабочий стол, и просматривает какой-то документ.       — Дядя? — Недоумение скользнуло во вздохе девушки. Её удивило не его присутствие, а скорее его внешний вид: слегка помятая после рабочего дня белая рубашка, торчащие во все стороны волосы, обычно уложенные в идеальной причёске, и отсутствие верхней части строгого костюма. Всё выбивалось из картины, к которой привыкла Боша.       — О, Боша, ты наконец-то вернулась, — Санда, улыбнувшись своей племяннице, оттолкнулся от стола и положил листы, накрыв их своей широкой ладонью. — Твоя мама просила передать тебе это.       — Ах да, спасибо.       Высокий мужчина пересёк комнату, похлопал девушку по плечу и с серьёзным видом сказал:       — Я горжусь тобой. — Снова по-отечески ухмыльнувшись, он обошёл Бошу, оставляя за собой шлейф дорогого мужского парфюма, и уже на выходе кинул через плечо, — Хоть это и твоё первое задание, не перенапрягайся.       Санда выходит, оставляя её одну, и младшая О'Брайан тут же хватает принесённые им документы, однако останавливается и прикусывает нижнюю губу, размышляя, стоит ли ей прочесть сейчас, или это сможет подождать до завтра. Она напряжённо размышляла, но всё же открывает, когда любопытство перевешивает усталость. В отчётах были описаны анализы из их личной лаборатории.       Довольно неутешительные, потому что оказывается, что содержание контейнеров было не просто «химическим» мусором, а самыми настоящими отходами производства наркотиков.       Это было опаснее, чем они могли предположить. Возможно, Боша была не единственной, кому это показалось, по меньшей мере, странным. И опасным: опасными кажутся любые вопросы, связанные с криминалом. О'Брайан терялась в догадках.       Компания «Cerberus Corp» с самого её основания специализировалась исключительно на создании качественных лекарств. Естественно, среди огромного перечня препаратов, производимых в лабораториях, были и психотропные вещества, но они были в рамках закона.       Вот только те наркотики, что описаны в отчётах, было трудно найти даже в самых злачных уголках. Человек, желающий потопить их, настроен серьезно и, теперь Боша в этом более чем уверена, у него есть возможность сделать это.       Это уже не просто шутка.       Пора было навестить пару мест. О'Брайан, даже не присев разок, снова направилась к двери.

***

      Тишину теплой ночи прерывали лишь плавные аккорды легкой музыки, что лилась из автомобильных колонок музыкального центра.       Боша медленно поехала к северу, по Тринадцатой улице к арке, самому центру Адского райончика. Ночные клубы, бары, магазины для взрослых, обшарпанные гостиницы - всё это находилось в одном месте и освещалось кричащими неоновыми вывесками. Двери заведений были распахнуты, приглашая принять участие в развлечениях. На тротуарах даже сейчас, в два часа ночи, было людно – проститутки, их клиенты, торговцы наркотиками, сутенёры, наркоманы, попрошайки – все, кто оказался за бортом.       Проститутки в обтягивающих топах и мизерных юбочках из искусственной кожи облокачивались на стене или томно прогуливались по улицам, заваленным мусором. Многих из них О'Брайан, к сожалению, знала в лицо, а некоторых даже по имени.       Она затормозила у бара со сверкающей розовой табличкой «Греховный Рай» и на мгновение задумалась, одна ли она понимает абсурдность этой надписи.       Она направлялась в другой бар, но внимание её привлекла полненькая шатенка, стоявшая у самого входа. Девушка была не очень высокая, с плохим макияжем, ноги её были расставлены так широко, что додумывать ничего не приходилось. Она болтала с другими женщинами, но краем глаза следила за проезжающими машинами. Если бы О'Брайан её не знала, то с трудом смогла бы определить её возраст – ей могло быть двадцать или двенадцать… При виде Боши, вылезающей из машины, лицо девушки вытянулось.       — Приветик, Бу, — спокойно проговорила Боша, подходя к ней.       — Господи, Чертовка? — поражённо вздохнула девушка. — Это, правда, ты?       — Да, собственной персоной, — О'Брайан сделала ещё несколько шагов, сокращая расстояние. — Я как раз тебя искала. Мне нужна помощь в очень деликатном деле.       — Конечно, дорогая, для тебя всё что угодно. Только, давай поговорим внутри, — бодро ответила она, игнорируя прожигающие и завистливые взгляды её подруг. Ну конечно, отхапать такую андрогинную красотку, да ещё и в первой половине сегодняшней ночи – настоящая удача.       Бу указала на здание, около которого они стояли. Подпольный бар выглядел ничем не лучше улицы, на которой он находился. Окон не было, много круглых, потрепанных столов, за которыми сидели посетители. Надо сказать, что гости этого заведения были более-менее приличными. Не было наркоманов или дебоширов. Даже были бизнес-леди и работяги в костюмах с кейсами наперевес. Но в основном, это были рокеры, бородатые мужики и ярко накрашенные женщины в соблазнительных сверкающих топиках.       Боша кивнула и вслед за девушкой села за столик подальше от небольшой сцены, на которой устало изгибалась и неуклюже подпрыгивала какая-то девочка, развлекая немногочисленных клиентов. Бу сделала знак, чтобы им принесли выпить. О'Брайан положила на стол скрученные купюры.       — Так что тебе надо, Чертовка? — с обидой в голосе спросила Бу, смотря на деньги. — Я не любительница орального секса в полцены. Или будешь делать вид, что тебя интересует что-то другое? — она сделала большой глоток и быстро оглядела бар, пытаясь понять, есть ли вокруг знакомые: весть о возвращении девушки, сидящей рядом, должна быть распространена мгновенно.       — Ты права, сегодня мне нужно кое-что помимо секса, — с сарказмом обратилась Боша, не притрагиваясь к своему напитку. — Я интересуюсь дилерами самой дорогой дури, что можно найти в округе. Что ты об этом знаешь?       Бу покрутила в руках стакан и холодно посмотрела на Бошу. Она питала неповторимый интерес к этой симпатичной девушке. Вообще говоря, Чертовка была одной из немногих, за секс с которыми согласны платить даже проститутки. Как-то раз она даже помогла Бу сбежать из-под тирании одного сутенёра, тогда она разукрасила лицо мужчины как следует.       И всё же она не хотела, чтобы у девушки возникла иллюзия, будто она стала её личным информатором. Это чревато серьезными последствиями.       Но сегодня было что-то особенное в этой высокой розоволосой хулиганке. В ней будто появилась какая-то искра. Словно за время, которое они не виделись, произошло в её жизни что-то такое неординарное.       — Вряд ли я смогу чем-то помочь, — наконец, изрекла Бу. И это было почти правдой. Разумеется, все проститутки были в курсе, где можно достать коку, но напрямик с поставщиками не знакомились.       — А как насчёт мелких торгашей? — не унималась Боша.       Девушка поморщилась. Она считала таких отбросов самыми мерзкими, мало того, что до них из рук в руки товар доходит самый низкокачественный, но и сами ведут себя не лучше сутенёров. И, как и большинство её подруг, держалась от всех от них подальше.       Задумчиво постукивая ногтем по столику, Бу всё-таки сказала:       — Даже знать не хочу, зачем тебе это, но расскажу про одного, он тот ещё мудак.       — Лучше и не придумаешь, — оживилась Боша и приняла бумажку со всей необходимой информацией.       Она посмотрела на девушку напротив. Циничную. С окостеневшей душой. О'Брайан ничего не могла сделать, чтобы изменить судьбу старой знакомой. Она отодвинула стул и бросила на стол ещё несколько крупных купюр.       — Спасибо, Бу. Держи ухо востро. Я ещё вернусь.       — Эй, Чертовка, — окликнула её Бу, быстро запихивая деньги в карман, — будь осторожна, я ещё тешу себя надеждами видеть твоё смазливое лицо как можно чаще.       — Ты же меня знаешь.

***

      Боша быстро проехала через всю улицу, хотя в даже ночное время движение здесь всегда было плотным.       Она знала это место. Отель «Белый Змей», когда-то это была нормальная гостиница, где многие жильцы арендовали комнаты на длительный срок. Бывали тут и туристы, но, когда этот район города обнищал, под окнами стали бродить шлюхи, наркоманы, сутенёры, и каждый, кто мог, отсюда съехал. Теперь отель был местом встреч проституток с клиентами и пристанищем одиноких алкоголиков, которым удалось наскрести денег на то, чтобы провести ночку-другую под крышей на нормальной кровати.       О'Брайан толкнула двойные двери и оказалась в тускло освещенном холле. Комната с высокими потолками когда-то была изящной: своды обрамляли молдинги со сложным орнаментом, на полу лежала дорогая плитка, но сейчас всё было облезлым и грязным. На выцветших шерстяных ковриках неопределенных цветов стояли потёртые стулья; на ободранных столах высились стопки старых журналов. В дальнем конце вестибюля находилась стойка дежурного, за ней сидел худощавый мужчина, администратор неопределённого возраста. Он опирался на локти, лицо его ничего не выражало. Боша подошла к нему.       — Мне нужен мистер Адигаст.       — Второй этаж, третья дверь слева. Заодно скажи этой свинье, что его оплаченные сутки закончились.       — Не стоит беспокоиться, — она благодарно кивнула и направилась к лестнице, ведущей на второй этаж.       Пройдя по коридору, О'Брайан наконец отыскала потрёпанную дверь, чей замок был сломан уже давно, и девушке не составило особого труда попасть внутрь.       Помимо мужчины, которого искала Боша в комнате были ещё две девушки, что поочерёдно ластились к нему. Адигаст, вздрогнув от её появления, не сводил с неё глаз с того момента, как она переступила порог.       — А ты ещё кто?       Боша одним движением поставила перед кроватью стул, села на него и спросила безо всяких вступлений:       — Ты Адигаст?       — Да, — от него несло ликёром, он не брился уже много дней.       — Отлично. Мне нужно знать, у кого ты берешь гашиш, — как ни в чем не бывало, осведомилась Боша и окинула его презрительным взглядом.       Было видно, что костюм его некогда был куплен за большие деньги, но сейчас он был жутко мятым, грязные засаленные брюки подстать лицу, слишком плотно обтягивающие бедра, выставляя напоказ выпячивающийся член. Было видно, что хозяин не проявлял к своей одежде решительно никакого интереса.       — Ты что, коп? — его большие круглые глаза уставились на неё, вот-вот норовя выпасть из глазниц. — Пошла вон!       — Было бы всё так легко. Ты начал работать на неправильного человека, который перешёл дорогу очень важным людям, — гулкое эхо ее мощного голоса раскатилось по всей комнате. Ей совершенно не нравилось блефовать, но она не видела смысла устраивать из этого кровавый спектакль раньше времени. — Мой босс желает мести, а ты оказался на его пути. Тебе же будет лучше, если я получу то, за чем приехала.       О'Брайан, закинув ногу на ногу, сняла куртку и небрежно повесила её на спинку стула. Боша казалась расслабленной и отрешённой.       Адигаст наморщил лоб. Он поддавался сомнениям насчёт её слов, но с каждой прошедшей секундой в глазах мужчины всё отчётливее появлялся страх за свою никчёмную жизнь.       — Д-да ладно вам, что может быть известно такому жалкому человеку, — он попытался разыграть святую невинность. — Тем более, мы же здесь не для того, чтобы допускать ненужные жертвы?       — Нет, Адигаст, мы здесь вовсе не для этого. Но, пока мы не начали, дай я объясню тебе кое-какие вещи… И если будешь хорошим мальчиком, то мы очень быстро закончим с этим.       — Вот и славно. Я же уже сказал, что ничего не знаю, и вообще понятия не имею, к чему всё это.       — Понимаешь, — протянула Боша и, кинув взгляд на застывших девочек, сделала жест рукой, чтобы те убирались, — ты ведь уже мне лжешь. Думаю, ты вряд ли захочешь знать, что бывает с теми, кто мне врёт.       Мгновенно последовавший удар в лицо был довольно болезненен, мужчина тут же полетел с кровати на пол. Когда О'Брайан за лоскуты пиджака подняла его вновь на колени, лицо Адигаста, и до того уродливое, было разбито. Он орал во всё горло.       — Теперь просёк правила игры? — уточнила Боша с недоброй улыбкой. Он энергично покивал.        — Вот и хорошо. Очень хорошо. Недавно в академии Хексайд один нарик спалил половину здания, у него нашли довольно редкое вещество. Так откуда у простого студента такое сокровище?        — Не знаю… — Не успел Адигаст закончить фразу, как второй удар пришелся в круглый живот, и он с грохотом упал. Боша снова подняла его с пола, встряхнув.       — Знаешь, не люблю тугодумов, — скованно хохотнула она. — Ну, если «откуда» – это слишком сложный для тебя вопрос, может быть, ты сможешь назвать имя того, кому это было выгодно?        Мужчина покачал головой. О'Брайан ударила его ещё раз, но тот не проронил ни слова, только скулёж побитой псины доносился из его грязного рта.        — Даю тебе ещё один шанс. На кого ты работаешь? Говори! Я хочу закончить с этим быстрее. Тебе чертовски повезло, что тебя нашла пока только я.       Адигаст собрал все силы. Стараясь выглядеть внушительно и даже угрожающе, он произнес:       — Неужели, твой босс настолько жалок, что доверяет такую пыльную работёнку мелкой сошке вроде тебя? Не думай, что я такой идиот, чтобы поверить тебе.       — Выходит, неправильно думаешь тут только ты. Впрочем, ничего удивительного. Ты делал большие ставки на третьесортную коку и, какая досада, ты попал ко мне, — она подалась вперёд, наклонилась, чтобы взглянуть ему в глаза. — А я могу по щелчку пальцев стать твоим самым страшным кошмаром. Итак, твой ответ?       — Тибблс. Он снабжает меня и ещё нескольких дилеров. Семь к трём, — Адигаст расправил плечи, к нему начала возвращаться уверенность, что его отпустят. — Этот торгаш сказал мне, что он выступал как посредник со стороны производителя.       — Знаешь, кто делает наркотики?       Он снова начал вертеть головой из стороны в сторону, искренне не ведая этой информации. Боша с протяжным вздохом отпустила Адигаста и, отряхнув руки, молча вышла из комнаты.       Она быстрым шагом пересекла «Белый Змей» и, ударив в газ, отправилась домой. Боша больше всего сейчас желала принять холодный душ, чтобы смыть с себя неприятный осадок, оставшийся за эту долгую ночь.        Немного, но с этим уже можно работать.