Вместо тысячи слов

      Не доехав до тротуара, Боша услышала вой сирен. Из-за угла выскочили три полицейских машины и остановились перед особняком. О'Брайан вылетела из «Audi» и подбежала к одному из полицейских.       — Кто у вас тут главный?       Мужчина в это время говорил с кем-то по рации. Патрульные полицейские машины, сверкая «мигалками», перегородили движение по улице в обоих направлениях. В распахнувшиеся ворота направились полицейские спецназовцы в полном вооружении и побежали по подъездной дороге ко входу.       Боша проследила за ними взглядом, нехорошее предчувствие охватывало её всё больше и больше. Что-то случилось. Она снова крикнула мужчине, пытаясь перекрыть творившийся хаос.       — Где ваш главный? — спросила она, холодея внутри.       — Вам нельзя здесь находиться. Сейчас производится арест...       — Вы, чёрт возьми, ворвались ко мне домой! — проорала девушка, сдержавшись от непредолимого желания кому-то врезать.       — …шеф Клоторн в главном зале.       Боша быстро направилась к особняку, минуя надоедливых копов, прошла по вестибюлю и вышла в большую комнату. Её прошиб холодный пот, а к горлу подкатила тошнота, когда она заметила фигуру матушки. Миссис О'Брайан, закованная в наручники, улыбнулась ей через весь зал, прежде чем повернуться к высокой темноволосой женщине, демонстрируя своё повседневное выражение изящества и авторитета.       Боша не успевает подойти к ним, до того, как её мать уводят несколько вооружённых мужчин. И она напряжённо встаёт перед шефом полиции, в её глазах отражается вся ярость, на которую только способна Боша О'Брайан. Лилит невольно отступает назад.       — Не припомню, что бы нам выставляли серьёзные обвинения.       — И вам здравствуйте, мисс О'Брайан. Мы действуем согласно закону. Ваша матушка была поймана на незаконной связи с опасной преступной группировкой.       — Такого не может быть. Нас подставили.       — Советую вам думать, прежде чем бросаться столь громкими словами. Доказательства неоспоримы. Или вы хотите их опровергнуть? — спросила Лилит, выгнув черную бровь. — Вам повезло, что ваше имя не числится ни на одном документе, в противном случае мы бы разговаривали по-другому.       — Вы правы, у меня пока нет доказательств, но я почти нашла того, у кого они есть! — саркастично выплюнула она. Розоволосая снова вздохнула и внимательно уставилась на женщину. — Жан-де-Плюм. Он поставляет те же вещества, что и были найдены в контейнерах нашей компании.       — Это вздор, — отрезала Лилит. — Прошу прощения, но у меня ещё много работы.       Клоторн заправила непослушную прядь волос за ухо и прошла мимо застывшей девушки.       — Советую вам не лезть в это дело, полиция со всем разберётся. До свидания.       Боша в отчаянии ущипнула себя за переносицу и в полном раздражении рассмеялась над собой. Она окинула взглядом вооруженных охранников, преградивших вход в главный вестибюль, откуда только что вошла.       О'Брайан поняла, что сейчас связана по рукам и ногам. От неё мало что изменится. Боша всё ещё сохраняла спокойствие и была этому рада. Она не могла позволить себе испытывать боль. Допусти она это хоть ненадолго – она бы сама сломалась.       Она уже не могла рационально рассуждать и анализировать все детали задержания. Сейчас ей хотелось просто доползти до постели и хорошенько выспаться, прежде чем что-то предпринимать. Девушка слишком устала даже для мыслей.       Но здесь Боша остаться не могла, потому она сняла комнату в первой попавшейся гостинице.       Какое-то время она провела в душе, позволяя горячей воде смыть с неё воспоминания об аресте. Девушка словно оцепенела, у неё даже не было сил, чтобы включить холодную воду. Так что она просто стояла под потоками горячей воды, отчего её кожа горела, пока Боша смотрела вниз на завихрения воды, исчезавшей в трубопроводе.       Как и ожидалось, проходит несколько часов до того, как ей удаётся убедить своё тело отдохнуть, и даже тогда её сон чуткий и беспокойный – она просыпается каждый раз, когда раздаётся чей-то топот по коридору, испуганная и дезориентированная.

***

      Когда Боша встретилась с Уиллоу взглядом, её защитные стены начали рушиться от мыслей, которых она пыталась не допустить всю прошлую ночь.       Стоило ей только выйти из гостиницы, тело само собой, особо не осознавая, доставило её на порог небольшого дома.       — Прости... — вдруг опомнилась Боша. — Я не... не должна была… беспокоить…       Должно быть, страх отразился на её лице, потому что Уиллоу внезапно обнимает её. Они стояли так некоторое время, и О'Брайан чувствует, как расслабляется в этих объятиях.       Немного отстранившись, Уиллоу нежно коснулась пальцами щеки девушки и убрала со лба волосы. Это не слишком помогло: непослушные пряди по-прежнему беспорядочно падали на уши, лоб и щёки, поэтому она достала из кармана заколку и закрепила ею капризную челку.       От прикосновения Парк сопротивление розоволосой рассыпалось, как солома от сильного ветра. Безотчётная нежность пробила броню, что не удалось даже боли, и стала заполнять сознание девушки, пока единственной реальностью для Боши не стали зелёные глаза Уиллоу и пьянящий аромат её духов. Объятья возлюбленной были нужны ей больше всего на свете.       То, как Боша боролась сама с собой, разбивало цветочнице сердце. Она безумно хотела помочь девушке, которая была ей небезразлична. Она медленно выпустила её из кольца рук и показала:       Ты молодец, что приехала. Я так этому рада.       Уиллоу взяла лицо Боши в свои ладони, мягко поглаживая у той синяки под глазами. Парк смотрела с горьким беспокойством, всем своим видом говоря:       Я знаю, что произошло. Мне так жаль.       — Со мной всё в порядке… правда, — у Боши перехватывает дыхание, и она наклоняет голову и упирается лбом в ключицу Уиллоу. — Теперь, когда увидела тебя, я в этом уверена.       — Кхм-кхм.       В то же время, когда она осознаёт, что они на крыльце не одни, О'Брайан мгновенно отскакивает от девушки. В дверях стояли двое взрослых мужчин с хитрыми ухмылками. Один из которых пихнул другого в бок за то, что тот прервал этот душевный момент.       — Не обращайте на нас внимание.       Её сердце ухнуло вниз. Она уже встречалась с отцами Уиллоу, но тогда её мысли были совершенно о другом. Теперь же она предстала перед ними в роли девушки их дражайшей дочурки.       Однако от неловкой паузы её спас обладатель густой бороды, прервавший их ранее.       — Ты ведь Боша, верно?       — Д-да, это я, — нервно проговорила девушка и поспешила пожать руки в знак приветствия. — Боша О'Брайан.       — Мы в курсе, про твою семью СМИ не перестают болтать всё утро, — чуть нахмурился другой мужчина, поправляя свои очки.       Боша резко вдохнула, только сейчас осознав, в каком затруднительном положении она оказалась.       Они могли подумать, что Уиллоу встречается с потомственной преступницей.       Теперь пришла очередь мужчины с бородой толкнуть своего мужа.       — Не беспокойся, он просто недоволен тем, что его любимое кулинарное шоу постоянно прерывается срочными новостями, — говорит он, и его улыбка такая же тёплая, как и у Уиллоу. — Ну, в общем, мы рады наконец-то с тобой познакомиться.       — Я тоже рада, мистер Парк.       — Прости, что так неожиданно и сумбурно, но мы бы хотели попросить тебя об одолжении.       — Да, конечно, что вы хотели?       — У моего супруга проблемы со спиной, и мы вынуждены будем уехать, чтобы поправить здоровье, — он внимательно наблюдал, не сводя с Боши глаз, как будто что-то искал, но О'Брайан не знала, что. — Нас не будет дома несколько дней, поэтому, ты могла бы присмотреть за нашей Уиллоу?       Глаза Боши расширяются, и её сердце тут же начинает биться ещё быстрее.       — Вы серьёзно? — произносит девушка, и её горло практически пересохло, чтобы нормально выговорить это. О'Брайан вздохнула и почесала затылок, сильно смутившись. Она не хотела ударить в грязь лицом и постаралась выглядеть более соответствующе, чем могла сейчас быть. — То есть… мы с вашей дочерью встречаемся. И я в любом случае… присмотрела бы за ней.       С каждым последующим словом её голос терял решимость и стихал. Боша не могла даже предположить, как на такое заявление отреагируют папы её любимой девушки. Но, несмотря на все её опасения, мистер Парк ответил следующее:       — Вот и отличненько, значит, вопрос решен, — На этот раз в голосе мужчины явно слышится удовлетворение. — А теперь мы оставим вас.       — До скорого, Боша, смотри, не обижай нашу девочку.       — До свиданья, мистер и мистер Парк.       Как только они попрощались, мужчины снова сверкнули хитрыми улыбками в сторону Уиллоу и скрылись за входной дверью, оставив их наедине.       Боша посмотрела на Уиллоу впервые с тех пор, как их поймали, и с облегчением улыбнулась, ожидая увидеть ответную улыбку на лице девушки.       Парк повернула голову в сторону розоволосой и бросила на неё смущённый взгляд.       Боша протянула руку и, пальцем прикоснувшись к подбородку цветочницы, приподняла её голову.       — Твои родители просто нечто, — понизив голос, произнесла она, задумчиво глядя на лицо брюнетки.       О'Брайан сокращает дистанцию между ними и прикасается губами к губам Уиллоу. Смущённое выражение той мгновенно исчезает, сменившись улыбкой, и Боша прижимается ближе. Она вздыхает от ощущения тёплых рук, обнимающих её и притягивающих к себе, мягкой линии челюсти под своими пальцами и нежных губ, отвечающих на поцелуй.       Уиллоу отстраняется, и это несправедливо, как мило она выглядит.       Останься сегодня со мной.       Это предложение ошарашивает Бошу, её щёки краснеют ещё больше, а Уиллоу смотрит на неё серьёзным взглядом.       — Твои отцы не будут против?       Они уже дали тебе своё согласие.       О'Брайан чувствует, что может растаять от самого лёгкого её прикосновения. Когда Парк смотрит на неё, она делает это так, словно девушка очень важна. Боша чувствует, что смогла бы отказаться от всего ради неё.       — Мне надо бежать. Когда закончу все свои дела, я приду к тебе.

***

      Боша объехала квартал несколько раз, пока, наконец, не увидела её. Она стояла одна у входа в магазин для взрослых. Длинные ноги были оголены до середины бедра, хотя на улице было довольно прохладно. О'Брайан подъехала к бордюру и опустила боковое стекло.       — Залезай, — скомандовала она тихо – так, чтобы услышать могла только Бу и никто более.       При виде дорогой машины на лице девушки проступили удивление и надежда. Но как только она узнала старую подругу, они сменились восхищением.       — Эй, Чертовка, моё время не резиновое. Ты испортишь мне бизнес.       — Поверь, общение со мной намного выгоднее, чем с твоими обычными клиентами, — сказала Боша, распахивая дверь.       — Знаю, — соблазнительно улыбнулась девица и быстро юркнула на низкое переднее сиденье, при этом её юбка сильно задралась.       — Пристегнись, — сказала О'Брайан, отъезжая от тротуара.       Бу фыркнула:       — С каждой нашей встречей ты удивляешь меня всё больше и больше. Из-за тебя народ начинает думать, что я торгую не только телом, но и информацией. Ведь и надавать могут.       — Какой народ? — безразлично спросила Боша, глядя на дорогу.       Девушка была права в том, что её могли побить, и ей совсем этого не хотелось. С Бу они были знакомы давно. Время от времени Боше казалось, что в её взгляде мелькала мягкость, проступавшая сквозь браваду. Нетипичная для этих мест человечность, которая не до конца ещё умерла в ней.       — Что за народ?       — Просто народ. Как у тебя, кстати, прошла встреча с торговцем? Получила то, что хотела?       О'Брайан медленно повернула голову и встретилась взглядом с Бу, сидевшей на соседнем сиденье. Глаза её казались чёрными, – как часто бывало с девочками на улице – в них была горечь и годы: она казалась намного старше своих лет.       — Да, узнала кое-что. Вот только с выбитыми зубами он не много мне рассказал.       На лице Бу мелькнуло удивление, но она быстро вернула равнодушное выражение:       — Тогда о чём ты хочешь поговорить со мной?       — Тибблс произнес имя – Жан-де-Плюм. Ничего не говорит?       — Допустим, в последнее время фамилия этого французика всплывала довольно часто, — вид у девушки был безразличный. — Вроде как большая шишка...       Боша быстро помотала головой:       — Где я могу его найти? — она посмотрела Бу прямо в глаза. Та опустила голову, смотря вниз, на свои руки, и теребила сломанный ноготь.       — Он умер, Чертовка... Говорят, что застрелился, но ты же знаешь. Просто слишком много маячил перед более влиятельными людьми, — она проговорила всё это, не поднимая головы. Голос её звучал отстранённо.       — Чёрт! — Боша вдруг резко со всей силы ударила по рулю, вызвав при этом оглушающий сигнал клаксона.       Она явилась не затем, чтобы потерять единственный шанс оправдать матушку и восстановить их честное имя. И она знала: если поползет слушок, что она разнюхивает то, что не должна, – закончит также как и Жан-де-Плюм.       — Ладно, поспрашивай ещё на этот счёт. Глянем, что из этого выйдет.       — А что, если я откажусь? — бросилась Бу с вызовом, недовольная таким раскладом.       — Проверяешь меня на вшивость? — грубо отозвалась Боша, и сверкнула своими глазами на девушку. Та сжалась от такого.       — А может, договоримся? — вдруг проговорила Бу томным голосом. Она развернулась к О'Брайан и положила руку ей на колено. Мускулы были твёрдыми, как камень, но девушку это не смутило, рука скользнула по бедру, нырнула в промежность и стала гладить внутренний шов джинс.       — Я могу быть твоей тайной любовницей. А информацию получай от кого-нибудь ещё. С тобой, и правда, заниматься любовью будет куда приятнее, чем с большинством моих клиентов. И куда более безопасно.       О'Брайан посмотрела вниз, на руку Бу у себя между ног; мелькнула белая кожа голого бедра – девушка наклонилась ниже.       Сейчас Боша была на диком взводе, но она не хотела, чтобы этот бикфордов шнур дёрнула Бу.       — Ты вся горишь, — прошептала девушка, почти касаясь губами уха Боши. — Могу поспорить, если бы сейчас поласкала тебя ртом, ты бы сразу кончила.       У О'Брайан запульсировало между ног от прилившей крови, и она вздрогнула. Склонив голову, она отвернулась в сторону, чтобы остудить знакомую и не дать ей поставить в неловкое положение их обеих. Но только Боша открыла рот, чтобы заговорить, язык Бу проник между её губ. И, когда до неё дошло, что происходит, она отпрянула: «Что ты творишь?!»       — Тебе же нравится, — рассмеялась девушка, а Бошу как холодной водой окатило.       — Информация. Больше мне от тебя ничего не надо. А сейчас, убери руку.       — Да ладно, мы так давно не были вместе, неужели я тебе наскучила?       — У меня появилась девушка, с которой я состою в отношениях, — она делает паузу, переключает скорость, а затем улыбается так нежно, как это делают люди, думающие о том, в кого они безумно влюблены.       Бу вздохнула и откинулась на спинку кресла, она не могла не рассмеяться над нелепостью ситуации:       — Тебя слишком сложно понять, Чертовка.       — Это точно, — О'Брайан подрулила к тротуару. — А теперь дуй домой: на то, что тебе удастся заработать за остаток ночи, особняка на Лазурном берегу не купишь.