12 глава
15 января 2021 г., 02:33
Задали мне задачку Кадисы. Такую задачку, что пришлось мне вытаскивать из лаборатории Сая, где теперь тот помогал что-то сроить и вершить Тао. А после и упрашивать эннэшше сходить со мной по мирам. В этот раз я Ольгу брать не собирался. У нее и без того дел было много, да и не хотел я, чтобы она еще раз встречалась с Серкассом. Явно же, что она его недолюбливала. А мне надо было с ним поговорить. Да и узнать, как проходит социализация Ирины. А еще поговорить с братишками Шанасс и, если те свободны, то закрепить за ними миры. К моему удивлению, Гэсс напросился со мной. А так как он без Сергея никуда не ходил, то пришлось взять и его. Точнее, я был рад их присутствию, да и не мешали они мне, но все равно было как-то странно, что те напросились.
Перед самым уходом, но еще до того, как успел предупредить Лёльку, что на какое-то время покину ее мир, ко мне на встречу напросился Риналь. А так как его вопрос ко мне, скорее всего, касался той работы, которую они должны были делать с Франки, но не сошлись характерами, пришлось его тут же навестить.
– Привет, ребенок, – я поцеловал Риналя в макушку, а потом тепло прижал к себе Никиту, давая понять, что и его присутствию рад. – Ты чего такой озабоченный?
– Потому что все идет не так, как я хотел, – тяжело вздохнул сын, а после и повернулся ко мне, с какой-то досадой убрав все свои эксперименты со стола. – В общем, я думал, что Франки немного перебдел, что не может решить твою проблему, но теперь считаю, что это я виноват в том, что так поспешно взялся за ее решение, не осознав всей многогранности того вопроса, который ты мне задал.
– А точнее? – я присел напротив него, а Никита устроился за спиной своего эннэшше, осторожно разминая ему плечи.
– В общем, как бы я не хотел тебе помочь, но у вас с Араланом не получится потомства. Никак.
– Интересно... – я прищурился. – И с чего такие выводы?
– С того, что крылатые сайнары – искусственно выведенная раса. Да, первичная, с которой и началось заселение миров. Да, выродившаяся, потому что у них начали рождаться бескрылые. Но однозначно искусственная. Притом, как я понял, для нормального воспроизведения потомства, у каждого сайнара должна быть его пара. Самка, которая идеально подходит ему по генотипу. Вот смотри, – Риналь кинул конструкт зеркала, где оказались два вида ДНК. – Ты замечаешь что-то странное?
– Ну, если брать биологию, которую я изучал в школе, то, по-моему, эти цепочки несовершенны, – озадачился я.
– Именно. И вот так они должны выглядеть при слиянии, – он свел оба элемента воедино, создав полную гармонию, как, на мой взгляд, так и по ощущениям. – Сам сайнар, как и его женщина, имеют полный набор ДНК. Но только не в своих половых клетках. Я тебя хотел попросить сходить на Адарон, но подумал, что справлюсь и сам. И договорился с Хассаром, чтобы он мне позволил изъять одну из яйцеклеток у половозрелой самки. Не бойся, я действую твоими методами, так что это на самке не отразилось никак. В общем, я изъял, и осознал, что Франки прав. Нужно иметь пару. Притом, чтобы эта пара подходила друг другу, так как у разных самцов случайным образом подобран осколок этого кода, как и у самки. И только идеальная пара может вырастить здоровых и полноценных детей.
– А искусственно создать этот набор? – нахмурился я.
– Можно. Но это будет совсем не то. Это будет та же искусственная оболочка, в которой не проснутся силы рожденного сайнара. Кстати, у тебя именно такие. Не пробужденные. Все. То ли они разучились искать пару, то ли не заморачивались этим. Хотя, более-менее все пары подходят друг другу, как крылатые, так и бескрылые. Но... Ты, например, видел их коллективный разум? – я кивнул. – Вот. Но самцы это умеют делать только в присутствии самок, которые их подпитывают. Пробудившиеся же самцы, как крылатые, так и нет, должны были уметь это делать самостоятельно. Как я услышал из историй Хассара, то раньше они ментально общались друг с другом, на огромных расстояниях. Им даже связь межпространственная была не нужна. Вот, как ты с нами говоришь, так и они могли делать. А самки могли лечить на таком же расстоянии, поддерживая в своих идеально подобранных самцах жизнь, даже когда это было бесполезно. То есть, их раса обладала полным бессмертием.
– Вот как...
– Именно. И тот щит, которым мне Сай хвастался, и который ты хотел поставить над мирами, точнее, подобие такого щита, самки держали сами. Ну, те, которые пробудились.
– Ладно, я понял, что они в чем-то не уступали богам, – согласился я. – И понял, что стоит Франкенштейну дать отбой. Так? – Риналь развел руками. – Ясно. Так и сделаю, – я погрузился в себя, пытаясь понять, что же делать. – То есть, для того, чтобы Аралан получил своих детей, ему нужна самка. Притом, идеально ему подходящая, так?
– Ну... это не совсем так... – Риналь поморщился. – По большому счету, можно сделать закладку в яйцеклетку именно тех частей кода, которого нет у твоего сайнара... но мне кажется, что проще попросить его самого найти себе самку. Идеально ему подходящую. Ну, или ждать ее рождения. Потому что таких вариаций, как ни странно, довольно мало. Всего около шестидесяти. Так что, одна из шестидесяти самок, может ему подойти идеально. И дать ему потомство. Но, как я понял, ситуация осложняется тем, что ты его перевел в энергетический конструкт. И осталась только его сперма. То есть, сам по себе Аралан просто может не найти себе свою даму сердца, как это должны делать сайнары.
– Именно... – согласился я с ним, понимая, какую свинью подложил своему эннэшше. Но, как раз в момент, когда думал, как сообщить это Аралану, очень осторожно ко мне в разум постучался Филлис.
«Прости, я обещал не вмешиваться, но у меня есть предложение, как это сделать».
«Говори», – согласился я, тут же присоединив Риналя к нашему ментальному разговору.
«Так как я долго находился в мирах сайнаров, то, в большинстве случаев, от нечего делать, создавал их генетические карты. И я знаю, как именно, и с каким геномом в мужских половых клетках, создавал Аралана и Хассара. Они идентичны. Полностью. До единой молекулы. Все, что я изменил, это внешность, чтобы они не были схожи как близнецы. А Хассара ты не изменял. Так что, можно ему дать право выбрать самку себе по вкусу, их совпадение проверит Риналь и, если те подходят друг другу, то попросить ее выносить детей Аралана. Точнее, заняться искусственным оплодотворением. Ну, или позволить Хассару сделать работу за двоих».
«Интересное замечание, – согласился я, – а как определить, какая из самок подходит? Брать у всех сайнар яйцеклетки на анализ?..»
«Можно и так. Но я считаю, что куда гуманнее будет дать им почувствовать друг друга».
«Спасибо за совет», – я перевел взгляд на сына.
– Твой искин прав, можно сделать так, – согласился он. – Кстати, ваших детей, если ты хочешь именно ваше личное потомство, тоже можно заделать. Именно так, как ты сделал с эннэшше. Конечно, это будет энергетическая особь, с душой, которую захочешь именно ты, но это будет ваш ребенок.
– Спасибо, но я как-то обойдусь. Да и Аралану надо не простую сущность, а именно его потомство. Он мне сам это сказал. Да и ревновать его к матери его детей, не буду ни в коем случае. Да и душу могу вселить именно ту, которую захочу. Я много их захватил с планет.
– Что ж, – Риналь виновато улыбнулся. – Иди, решай свою проблему. А я, наверное, пойду просить извинения у Франкенштейна. Реально, именно он эту проблему заметил первым, и он над ней работал, когда я пришел, и сказал, что это все фигня, и что я могу это сделать быстро и качественно. Оказалось, что не могу. И, у него хотя бы был ответ, почему именно он не сможет этого сделать, а у меня вообще никаких данных не было. Можно сказать, что я забыковал, как на Земле говорят, и послал его с его теорией в эмпиреи.
– Но ты понял свою ошибку, и осознал его правоту, – согласился я. – Так что, если будет надо, я вас примирю. Главное, постарайся не драться с ним, стараясь проиграть, чтобы дать ему понять свою вину. Дядя обезбашенный, и очень взрослый. Да, тебе его копье не навредит, но бока он тебе точно помнет.
– Отец, ты же прекрасно знаешь, что в отличие от Эшшери я не воин. Я ученый. Так что, могу с ним поделиться своими наработками. Хотя бы конструктивными. Он очень желает получить себе в безраздельное владение зеркала и предметную репликацию. Кстати, хотел попросить тебя об этом. Но, так как не справился с задачей, то считает, что не достоин такого дара.
– Чушь какая! – отмахнулся я. – Во-первых, он нашел то, что нам мешает, и скажем так, выполнил свою задачу. А во-вторых, они с Ольгой сделали для меня достаточно, чтобы я мог им приподнести мелкие подарки просто потому что захочу. Ну, или ты можешь, если пожелаешь. А ко всему прочему... Ольга, конечно, еще этого не знает, но они боги. Оба, – Риналь удивленно посмотрел на меня. – Именно. Они – одна и та же искра, разделенная на двоих. И, по своим параметрам, Ольга хоть и выше, благодаря вмешательству Лакрицияра и Вэрриана, но силы и возможности у них одинаковые. Франки просто не развивал себя как божество. Так что, ему пригодится многое, если не все, из того, что умею я. Вот только не знаю, как это сказать ему... – я задумался. – И не просто сказать, что он бог, а то, что он полная противоположность Ольги. Вместе они полностью синхронизированы, как тандем, не будут противостоять друг другу. В этом я уверен. Но Франки... Темный. А Ольга – Светлая.
– Знаешь... вот я думаю, Ольге это совсем не надо знать. Сейчас, – покачал головой Риналь. –Она любит мужа. Точнее, они эннэшше друг друга. И в определенный момент, твоя сестренка поднимет своего мужа на тот уровень, на котором тот должен находиться. То есть, умения ему дать можно, а вот рассказывать, что он бог, да еще и темный – не стоит. Сами разберутся.
– Да я тоже так думаю, – я кивнул.
– Кстати, я могу заняться обучением Франки конструктивному подходу к магии, – улыбнулся Риналь. – В качестве извинения за то, что посчитал его ниже своего уровня.
– Хорошая идея, – я улыбнулся. – Тем более, что он у меня подобное просил. Но у меня все времени нет. Только его приоткрыть надо, чтобы он видел нити силы. Ты это сможешь сделать?
– Поверь, там все не так и сложно. Его копье, излучающее энергию смерти и поглощения, при небольшом открытии эманаций, дает тот же эффект, как и другое вмешательство. Так что, открывать его не следует. По большому счету, он уже открыт. Просто немного не понимает этого.
– Что ж, удачи, сын, – я улыбнулся, после чего, напоследок, обнял обоих. – Надеюсь, что когда я приду, Франки сможет мне показать несколько усвоенных конструктов. Вот, только бы его умение открываться сделать бы чуть более светлым... Нет, я понимаю, что он воин, что у него есть возможности оперировать этой энергией... Но, Рин, это, то же самое, что я бы все творил на энергии деструктора, – Риналь передернул плечами от отвращения. – Вот.
– Тогда создадим ему кокон энергии, настроенной на нейтраль. В мире ее много. Очень много. Я на Земле такого не встречал. Так что, пополнение, как таковое, можно будет перевести в автономный режим. Ну, или начинать любую работу с конструктами, с того, чтобы притягивать к себе нить энергии мира, на которой и строить конструкты. В общем, думаю, что разберусь с ним.
– Прекрасно, – я кивнул. – Не скучайте без нас.
– А ты что, надолго?
– Теперь – да, – я нахмурился. – По большому счету, если вы не сумели мне дать возможность заполучить детей от Аралана... мне, в общем-то, не обязательно быть привязанным к этому миру.
– Что ж, я тебя понял, – кивнул Риналь. – Удачи, отец.
– И тебе, малой, – улыбнулся я, открыв портал к себе.
– Идем? – тут же встрепенулся Богдан.
– Погоди. Сейчас Лёлю предупрежу, и сразу, – кивнул я.
– Хорошо. Ждем, – кивнул тот.
«Лёлик? – я постарался быть беспечным. – Сестренка, я на некоторое время покину твой мир? Мне по делам надо сходить».
«А чего ты меня спрашиваешь? – удивилась Ольга. – Это твоя жизнь. Распоряжайся ею как хочешь. Знаешь ведь, что я тебя рада видеть здесь, но удерживать не буду».
«Это скорее акт приличия, – ментально рассмеялся я, а после перешел к не очень приятной части. – Видишь ли, так получилось, что Франки мне не может помочь с детьми от Аралана. Вообще не может. Так что, сидеть здесь в ожидании, когда он найдет выход – уже не имеет смысла. Эта задача не решаема на уровне смертных, или даже богов нашего с тобой уровня».
«Андрей, я сожалею...» – попыталась выказать мне свое сочувствие Ольга.
«Ничего страшного. Мы нашли другой способ. Именно для того, чтобы Ар получил потомство. А если мы с ним захотим, чтобы у нас был собственный ребенок, то это сделать куда как проще. Но в нем не будет ни его, ни моей крови. Так что... Бессмысленно. Хотя... кто знает, может у него такое желание и появится со временем... В общем, я, как и сказал, ухожу. Временно. Оставляю здесь всех, кроме эннэшше и Гэсса. Они мне понадобятся. Тебя с собой не беру, потому что иду на грязные делишки, и не хочу, чтобы тебе снова крышечку снесло...»
«Севретов! Не беси меня! – рыкнула Ольга. – Я же уже извинилась! Такого больше не повторится!»
«Не, солнце, это реально дерьмовые дела. Я потому и беру эннэшше, что они меня откачивать будут. Мне крышечку снесет. Что уж о тебе говорить?.. Так что, нет. Мы потом, на Ваарру сходим, на Урею... Если захочешь. Но вот сейчас... Не хочу тянуть тебя в миры, полные смерти, притом довольно новой. Короче, я в миры сайнаров».
«Оу... – Ольга задумалась. – Да, мне там точно делать нечего, – согласилась она. – И, надеюсь, что тебя не сильно это подавит».
«Точно не так, как это могло бы подавить тебя, моя светлая звездочка», – ментально послав ей воздушный поцелуй, я отключился.
– Все, пошли.
– Просто так? – удивился Ридан.
– Да, просто так, – кивнул я, кинув на всех конструкты скафов. – И вообще, вы боги, или где? Должны же вы обучаться ходить по межзвездному пространству? Ну, вот и сходим. Посмотрим, как вы себя чувствуете в нем.
– И мне тоже можно? – удивился Ридан.
– Тебе это даже нужно, – согласился я. – Пора уже расти. Такой выход, позволит тебе ощутить жизнь немного полнее.
– Тогда я согласен, – кивнул тот.
Открыв портал за пределы планеты, я вывел свою четверку эннэшше, Сая, и Гэсса с Сергеем, в планетарное пространство, давая им привыкнуть к тому, что мы все находимся в бездне. А после, чтобы они видели наше перемещение, проложил им под ноги тропы.
«Короче, сейчас мы идем к Земле, – повернулся я к Богдану. – Мне там проявляться нельзя, поэтому снизойдешь ты. Надо найти одного охшарра. Его зовут Серкасс».
«Мне его убить?» – деловито произнес Богдан.
«С ума сошел?! Нет, конечно! Это моя темная половина, так сказать. Я тебя наполню своей энергией, так что он сразу почувствует, от кого ты. Заберешь его с собой, если его подруга Ирина готова к переходу».
«А если нет?»
«Ну, тогда подождем еще. Время есть. Но, я думаю, он все сделал для того, чтобы быть готовым к уходу».
«Понял», – кивнул Богдан, и я шагнул на нужную тропу, сразу переместившись к Солнечной системе, остановившись на поверхности Луны.
«Все, отсюда можешь скакать, – указал я ему на Землю. – А мы пока расположимся здесь».
Я уселся прямо на поверхность, предложив ребятам располагаться рядом. Но Сергей, как завороженный, замер, смотря на свой мир. Я только улыбнулся. Было немного грустно, что я забрал у этого человека его мир, но, судя по тому, как тот влип в Гэсса, ему этот мир больше не был нужен.
– Вот зачем ты меня взял? – Сай, в это время, от нечего делать, подкидывал большой камушек, как футбольный мяч.
– Мне твоя помощь нужна будет, – я открыл диалог всем, так как мои ребята тоже должны были участвовать в этом. – Я хочу собрать свой народ, ну, для общей попойки, или еще для чего, чтобы снять с них поведенческие матрицы. Этим займешься ты. Потому что надо будет максимально отфильтровать все ненужное, оставив только боевые качества и их отношение ко мне.
– Как я понимаю, именно хорошее отношение? – переспросил Сай.
– Вообще-то любое. Мне тоже интересно, кто и что ко мне испытывает. Но да, влить в общее пространство матрицы, нужно будет только хорошее отношение. Я просто кое о чем договорился с Ольгиными полукровками, эмпаны которые, и мне нужно создать что-то вроде духовного оружия. Но есть проблема. Это оружие требует в себя душу. А я не хочу туда никого заключать. Для меня это неправильно. Поэтому буду делать усредненный вариант. Матрицы на кристаллите.
– Ну, и задачку ты себе создал, – покачал головой Сай.
– Ну, что есть, – кивнул я. – Но, думаю, справлюсь. По большому счету, это хоть и сложно, но возможно. А мне такая мощь очень нравится. Хочу ее использовать, – я скинул всем наше противостояние, показав птичку Кадисов. – Иметь под рукой такого феникса, ну или подобное ему существо, которое рвет само пространство, очень хорошая идея. Особенно в сочетании с моим дестабилизатором нитей силы. Ну, или с глефой... мне она ближе по духу.
– И будет у тебя твой убийственный питомец, – фыркнул Сай.
– Ну и будет, – пожал плечами я. – И че?
– Да ниче! – отозвался тот. – Оружие на то и оружие, чтобы им управляться. А ты с ним дружить будешь.
– Ну, мне сказали, что так и надо, – не понял я.
– Знаешь, Дрюх, вот все в тебе хорошо. Даже идеально. Кроме одного, – Сай встал напротив. – Если твою птичку, или кого ты там создашь, кто-то обидит, то ты сам потом и пойдешь на его защиту. Первый. Не свое оружие будешь использовать, а себя. Ты же... спаситель угнетенных и несчастных! А твой питомец станет именно твоим питомцем, а не силой, способной тебя защитить. Ты заметил, что феникс значил для Кадисов? Это атака, которая оформлена в птичку.
– Да все я заметил! – отмахнулся я. – И знаю, что пока у меня есть сила, то эта моя зверушка будет жить. А когда я буду истощен...
– Вот. Именно!
– Когда я буду истощен, – повысил я голос на полтона, – то эта зверушка будет прятаться во мне! Вот что я имел в виду. Она не умирает, в отличие от питомца. Она напрямую использует силы создавшего ее. А после того, как Адарон снабдил меня всей имеющейся у меня силой, но настроенной на нейтраль, я сейчас охеренно сильный. Считай, что все, что хранилось в загашниках, и что я не мог использовать, теперь в моем полном распоряжении.
– Я не буду тебя разубеждать, папаша, но ты явно не прав. Сколько миров ты можешь создать и оживить, с нуля, со своей этой силой? Два? Три?..
– Ну... Где-то так, – не понял я.
– Ты считывал замеры используемой атаки у Кадисов своих?
Я перешел в воспоминание, осознав, что да. Для убийства и развоплощения бога, защищенного, как я был защищен тогда, требовалась уйма энергии. Но так же понял, что если перевести свое создание на конструктивный план использования энергии, то, по большому счету, мне хватит той силы, что я имел, надолго. Очень надолго. А я же еще от пространства подпитываюсь. Да и Звезды... их энергию я пить тоже могу. Направленно. Так что, если мне получится создать подобное существо, то три года непрерывного боя, без остановки и без подпитки, я выдержать смогу.
– В общем, не все так и плохо, – передал я Саю свои умозаключения.
– Неплохо, это если твое оружие будет обладать собственным разумом. А кристаллит, если ты его не собираешься пробудить как меня, а ты явно не хочешь этого делать, ничем не будет отличаться от программы. А программа берет или ровно отмеренный ей кусок силы, или же использует всю доступную. Так что, не по Сеньке шапка.
– Я придумаю что-нибудь, – нахмурился я.
– Да, придумаешь. Я тоже подумаю, – согласился Сай. – Потому что ты этой идеей загорелся, и без нее точно не захочешь дальше работать.
– Почему? Можно и без нее, – пожал я плечами, удивляясь, почему Богдан задерживается, но пока не связывался с ним ментально.
А еще меня очень волновало то, как я Аралану расскажу, что я его подвел своим обещанием. Нет, я понимал, что мы эннэшше, и так далее, что он не бросит меня, узнав, что я не способен решить проблему продолжения его рода... Но, получается, что я пообещал то, что исполнить не смогу. А Ар, если быть честным, принял меня, как часть себя, только ради потомства. Не, потом уже сошлись, то да, но это было начальное условие.
Правда, именно Аралан меня и научил не держать в себе все. Делиться проблемами и чувствами. Именно он раскрыл меня настолько, что я перестал себя забивать и делать вид, что у меня все и всегда хорошо, пока крышу не сносило. Но, как он отнесется к этой новости, даже не представлял.
Нет, вот если взять меня, когда я еще был женат на своей первой жене, и даже не задумывался о своем будущем гействе, то, если бы она не смогла иметь детей, я бы ее не оставил. Ну, пока у нас были хорошие отношения. Ну, так бы и жили, так бы и относились друг к другу... Хотя я понимал теперь, что она меня никогда не любила. Просто посмотрел в ее душу однажды, сильно разочаровавшись. Ведь, даже когда мы жили вместе, когда я зарабатывал достаточно для того, чтобы она могла заниматься тем, чем хочет, она уже изменяла. Притом, не могу сказать, что потому, что я ее не устраивал как любовник. Даже тогда, будучи еще молодым, и тем более, будучи человеком, наш секс был не в пять минут, и кончала она от меня неплохо. Но ей было меня мало. Не как мужчины даже, а как собеседника. Как человека.
Да, я был еще тем говнюком. Приходил с работы и заваливался у телевизора с пивом. Не обращал на нее внимания, вел жизнь самца-добытчика, а не мужа. Не, когда было нужно, то мог по дому сделать все. Без проблем. Но для меня она была... Ну... Как частью системы... Вот сейчас я даже осознавал, что не любил ее. Это как бы, была дань обществу. Красивая девчонка, которая стремилась к стабильности, и пацан, который эту стабильность имел. Не те времена были, чтобы искать себе по интересу пару. Просто сошлись, осознали, что нам вдвоем довольно неплохо, и поженились. А после я просто расставил приоритеты обязанностей, и забил на все. Жена и есть жена. Родительница, хранительница очага, но не добытчица.
Это сейчас, ощущая своих эннэшше, как самого себя, я понимал все их проблемы и желания... И все равно на большую часть забивал. Едва Багу не потерял со своим этим ощущением, что мое никуда от меня не денется. Денется. Еще как. Просто любить и трахаться, даже просто общаться – это еще не все. Должен быть контакт. А я на него постоянно забиваю. Да вот, хотя бы на то время, как щит творил. Звали же меня. Ощущал, но отмахивался. А нельзя так. И понимал вроде, уже споткнулся на этом, и не раз. Родиона так на Земле чуть не потерял, когда тот свободы захотел, подавшись в свободные художники... И все равно, те же грабли...
Сильная затрещина вывела меня из собственных мыслей.
– Тебе сколько раз говорить?! Не загоняйся! – рявкнул Грайб. – Нам же тебя потом из этих загонов и вытаскивать!
– Да я как бы не... – кисло улыбнулся я.
– А что сейчас сделал?! Ощущение было, будто в помойке оказался. Тебе сколько раз говорили, что думать опасно. Особенно тебе.
– Прости, – я повинился, смотря на Аралана и Ридана, что тоже ощутили этот поток дерьма. – Но вообще-то мне есть с чего загоняться в этот раз.
– Не с чего! – припечатал Богдан, внезапно проявившись передо мной, с парочкой охшарров. Притом, Ирочка сбросила с себя человеческий конструкт, как ни странно. То ли Бага помог, то ли Серкасс это сделал.
– Рад вас видеть, ребята, – улыбнулся я, но их кислые моськи меня не обрадовали. – Что-то случилось?
– У Иранды спроси, – повел плечами Серкасс. – Мать ее сегодня хоронили.
– Бля, сочувствую, – попытался я передать эмоции, увидев, как скуксилась девушка.
– А ты не сочувствуй, – бросил Серкасс. – Она же ее и убила.
– В смысле? – не понял я.
– В коромысле! Когда жрать некого стало, она начала мать выжирать. Я ей объяснял, что так делать нельзя. Что есть другие способы подпитки. Что можно брать понемногу ото всех, вампирить, так сказать. Весь народ! – рявкнул он на Иранду. – Но той показалось, что она голодна до невозможности, и выпила собственную мать. Дура!
– То есть, она и моих ребят будет пить? – удивился тому, что Серкасс ее все же привел ко мне, зная, что его подруга неуправляема.
– Нет. Взбесился, и закрыл ей внешний канал подпитки. Теперь только через меня. Но я не думал, что мне какая-то наркоманка достанется. Обычно, даже молодые охшарры пьют медленно. Смакуют. Я бы увидел, удержал. Но нет. Она высосала ее буквально за полчаса. Я даже не успел прийти, чтобы наладить поток энергии, и остановить ее.
– А чего она меня выбесила? – фыркнула девушка.
Честно говоря, после этих слов, я ожидал, что Секрасс ей залепит пощечину, так резко он к ней повернулся. Но тот только посмотрел ей в глаза. А после посмотрел на меня, с каким-то разочарованием.
– Андрей, я пойму, если ты откажешься ее брать. Дура еще та. И обучать ее долго.
– Но?.. – вскинул я бровь.
– Но, это молодой, только пробужденный охшарр. Искать второго подобного мне придется очень долго. Именно такого, который меня бы принял. Я буду держать ее в узде. Без меня она никого не сможет пить. Это я гарантирую. То, что предстоит мне, чтобы ее научить жить в обществе, это мои личные проблемы. Эту дуру из своего внимания я выпускать не буду, пока не научится понимать, что и как делать. То есть, тебе проблем или вреда она не причинит.
– То есть, ты за нее ручаешься, так?
– Ручаюсь, – рыкнул Серкасс. – Я знаю, как учить. Мрис мне показал, что можно сделать.
– Вообще-то и я могу немного помочь, – согласился я. – У меня есть умения менять приоритеты сознания. Могу ее с желания жрать переключить на желание познавать.
– А я смогу с ней побеседовать, и научить задумываться над своими действиями, – улыбнулся Аралан.
– А я – показать, где можно жрать невозбранно, – согласился Гэсс. – До насыщения.
– Значит, мы ее возьмем с собой? – посмотрел на меня Серкасс.
– С одним небольшим условием, – я создал браслет, который нес в себе ограничение на поглощение. На Земле уже давно создали препараты, которые уменьшали голод. Я с ними столкнулся уже давно. И на основе такого препарата, убирающего голод, создал его ментальный аналог. Чтобы сознание не ощущало этот голод по силе. – Твоя пассия наденет это на руку. После активации, его невозможно будет снять. Это подавит ментальный голод твоей спутницы, и она не будет вечно в поисках еды. Я просто знаю, что такое ощущение голода. Когда все мысли направлены на его утоление.
Мы общались, не обращая внимания на Иранду. Она нас просто не слышала.
– Что ж, если это поможет, то я не против, – согласился Серкасс, и я подошел к девушке, протянув ей простой, кожаный браслет.
– Я не буду такое носить! – фыркнула та. – Это некрасиво!
– А жрать других, красиво? – я прищурился, понимая, что Серкасс прав. Дурочка еще та. Не открытая пока, в сознании человечки, притом, очень ограниченном.
– Я не виновата! Она меня выбесила! Я не знала, что могу так! А если бы знала, то еще бы раз так сделала! Мне жалко мамочку, но она должна была меня понять! Я же тоже человек...
– Ты не человек. Ты – высшее существо, – взглянул я в ее глаза. Вот, точно говорят. В рот посветишь, и в глазах этот свет отразится, потому что черепная коробка пуста. – Ты должна была понимать, какие в тебе силы. Серкасс, я уверен, тебе это рассказывал.
– Вот именно! Высшее! А какое-то низшее существо...
Я, наотмашь, хлестнул Иранду по лицу, заставив ее чуть подлететь над поверхностью Луны, ошарашено смотря на меня. Но я притянул ее конструктом поводка.
– Слушай меня сюда, мразь! – рыкнул я ей в лицо. – Твоя мать – это все, что ты должна была любить в этом мире! Все, ради чего ты должна была жить! Тем более, я знаю, как эта женщина к тебе относилась! Охшарр ты, человек ли, да хоть гнида на корне волоса! Твоя мать – это твое первозданное существо, к которому ты должна была испытывать любовь и притяжение! Ты должна была жить ради нее! А не жрать ее! Ты не дура! Ты – пустышка! И я не знаю, нужно ли тебя отдавать Серкассу, чтобы он на тебя силы тратил! Тварь!
От ярости и негодования, как и всегда, я перетек в свою ипостась яга, и теперь возвышался над ней, держа ее за шею своей когтистой лапой, и осознавая, что это недосущество испытывает только удивление и непонимание. И страх, касающейся лично ее жизни. И ни капли раскаяния. Ни единой, блядь, капли!..
– Я не виновата!.. – прохрипела Иранда. – Она меня вывела...
– Серкасс, ты понимаешь, кого себе хочешь? – повернулся я к охшарру, что тоже был немного удивлен моим изменением.
– Мы, молодые, все такие, – пожал он плечами. – Все, от первого, до последнего. Мрису пришлось биться со мной десятилетиями. Я обладаю терпением, достаточным, чтобы ее обучить.
– Надевай, сука! – кинул я девчонку на поверхность Луны, зарядив ей браслетом в лоб, придавив его конструктом, чтобы тот не улетел в космос. – И знай! Ты, хоть и принадлежишь Серкассу, но твоя жизнь и свобода – в моих руках!
– Оставьте меня в покое! – плаксиво начала та. – Дайте жить так, как жила!.. Я же никому не мешала!.. У меня все было!..
– Ша! – подошел ко мне Богдан, когда я снова хотел зарядить этой твари по морде. – Не стоит. Малолетка. Она бояться будет и ненавидеть. А ее надо обучить. Серкасс, как я понял, неплохо справлялся. Просто мало времени прошло.
– Хорошо, – все еще клокоча от гнева, согласился я, заметив, как девчонка, всхлипывая, застегивает на себе браслет, тут же начав менять ее жизненные приоритеты. Не сильно. Сразу не получится. А так, чтобы заинтересовалась чем-то помимо жратвы. А после и обернулся к Серкассу. – Мы пойдем на планеты сайнаров. Помнишь, ты мне говорил, что надо уметь поглощать энергию? – тот кивнул. – За это время я посмотрю, как будет себя вести Иранда и, если она не изменится, то я твою подружку на время закрою в тюрьме богов, – Серкасс отшатнулся. – Я не вижу другого выхода. Только так. У меня совсем нет времени и желания учить эту нелюдь минимальному подчинению таким существам как я. А не осознавая, кто здесь главный, она и дальше будет вести себя как идиотка.
– Как? – нахмурился охшарр.
– Именно. Как. За то время, пока она была с тобой, многое в ее памяти отложилось. Вот только никаких плюсов жизни с тобой она не видит. Пока не видит, – отвел я его в сторону. – Да, она потреблядь. Но умная, и прохаванная. И на данный момент ты ей показал только свои положительные стороны, как я понял. Приручал, – Серкасс кивнул. – И зря. Таким надо вбить подчинение, а уже после показывать, что может быть и другое. Она не питомец, которого надо приручать любовью. Она...
– Но Мрис именно любовью и приручал, – не согласился тот. – Менял меня под свои стереотипы мышления, давал понять, что правильно, а что нет...
– Будь у меня столько же времени, как у него, я бы тоже так делал. Я бы вообще не вмешивался в ваши дела. Но не в этот раз. Так что, или ты ее за это время переучиваешь, или же, на обратном пути она остается здесь, и сидит, пока не поумнеет.
– Это твое условие? – после долгого молчания спросил Серкасс, и я кивнул. – Хорошо. Я займусь ее обучением.
– Изволь, – согласно кивнул я, после чего открыл портал на Бакун.
– Такое ощущение, что тебе на месте не сидится, – обнял меня Мрис, когда мы оказались на поверхности, с улыбкой кивнув всем присутствующим. – Ведь совсем недавно здесь был.
– «Я пришел к тебе с приветом», – ответил я строчкой из стихотворения, и рассмеялся. – А точнее, с подарком. Филлис полностью готов к работе.
– И ты не боишься его запускать назад, в уже измененное вместилище большого аллара? – пригласил нас Мрис пройти к нему в керр.
– Нет. Уже не боюсь. Над ним хорошо поработал Сай, изъяв часть конструктов, которые считались опасными. К тому же, он дал мне обещание работать только на моей энергии. Так что, пока проходит подстройка искина под новый формат Аллара, можешь присоединить его к своей информационной сети Бакун, чтобы он напитывался силой звезд, как это обычно делаю я, – скинул я ему конструкт своей подпитки.
– Я не стану тебя отговаривать или пытаться повлиять на твое решение, – Мрис покачал головой, а после с улыбкой посмотрел на Серкасса. – Потому что вот мой «Филлис»... И я не жалею, что дал этому охшарру шанс. Кто знает, может быть, ты и прав.
– А может, и нет, – легко согласился я. – Не проверишь – не узнаешь. Кстати, отбери мне команду, – сразу же попросил я. – Пару десятков наиболее сильно израненных душой ребят из черного отряда, для которых война еще не закончилась. И СМЕРЧ. У СМЕРЧа не будет права отказаться. Скажи, что это мое веление, видеть их рядом с собой.
– Ребята, кстати, здесь, – вмешался Мрис.
– Да? Ну, так, тем лучше, – я дал понять, что хочу видеть Богомола, Стила и Николая.
– Теперь он – Катар.
– Ух ты, – удивился я, но согласился. Вся троица была под стать. – Хорошо. Пусть будет так. В общем, я их заберу с собой. Пусть немного вникнут в то, что им предстоит. А ребят отбери. Думаю, что там, в темных мирах, они получат успокоение и излечение.
– Даешь мне право самому подобрать? И согласишься с моим выводом? – переспросил Мрис, и я только кивнул. – Хорошо. Тогда около двух десятков у тебя будет. Как я понимаю, ты так же забираешь всех эмпанов.
– Естественно. Что ж, пошли, покажешь, что ты уже сумел сделать с алларом.
– Думаю, ты вполне сам разберешься, – отказался меня сопровождать Мрис, и я увидел, что он смотрит на наш довесок в облике девочки.
– Да, ты прав, разберусь. Ребята, вы как, со мной? – обратился я к эннэшше.
– Я пойду, – Аралан, взглянув на всех и, осознав, что никто даже не попытался напроситься мне в спутники, решил это сделать сам.
Нет, по большому счету, мне не нужно было присутствие, кого бы то ни было. Я скорее рассчитывал на любопытство но, если никому не интересно, то и заставлять не собирался. Это чисто рабочий момент, а не попытка покрасоваться своим изделием, так сказать. Тем более, что его больше делал Мрис. Но и отказать Аралану не мог. Тем более, что мне все равно надо было с ним поговорить до того, как мы прибудем на Адарон. И, видимо, это тоже скользило в моих мыслях. Так что, нам только пожелали хорошенько прогуляться.
– Идем, – согласился я, открыв портал прямо на борт аллара, и немного завис.
Корабль древних изменился. Пропало большинство кают и ненужных хозяйственных помещений, образовав в середине аллара огромную пустоту, на которой стоял пространственный конструкт, притом такого объема, что я немного не поверил. Если я правильно понимал то, что сделал Мрис, то он хотел сюда, в центр аллара, загнать едва ли не планету. Такое громадное пространство мне было ни к чему, но я не стал сразу решать, прав Мрис или не прав. Возможно, он не успел доделать аллар, и теперь я смотрел на незавершенную работу. А вот центр самого этого пространства я сразу признал. Это было место для ядра, где до сих пор пульсировала моя энергия, питающая все системы. Только уже отсоединенная от большинства узлов. Скорее, являясь даже остаточным явлением, а не потребностью. Так что, проверив еще раз, что именно питает мой энергетический кокон, я его свернул, поместив в пространство Филлиса, подключив его к системам жизнеобеспечения аллара.
– Мне нужно около пятнадцати минут, чтобы проверить работоспособность корабля, – тут же отозвался тот.
– Работай, – согласился я, выгрузив рядом с ним тот кокон энергии, что стоял вместо него. – Можешь подпитываться этим.
– Принято. Кстати, когда произойдет заполнение энергией всего данного пространства? – сразу же задал мне вопрос Филлис, и я понял, что он говорит за то пустое пространство, которое было вокруг него.
– Ого... – я ошалел. – Да в общем, его и не заполнить просто так... Во-первых, надо знать, чем, а во-вторых, такой объем ненужной энергии еще найти надо.
– В смысле, чем? – не понял меня Филлис. – Загрузи его космическим мусором. Всякими астероидами, хламом, который находится вокруг главных планет... Именно хламом. То, что больше не нужно будет никому из представителей этой расы. Я буду работать на расщеплении материалов до энергии. Ну, а оставшееся пространство можно будет заполнить любой энергией.
– Уверен? Или, может, дашь мне именно элементы, которые тебе нужны?
– Если элементы, то мне нужно как можно больше углерода, металлов, и воды. Если все пространство будет заполнено именно этим, то я в обиде не буду. Именно эти элементы нужны будут для починки аллара, в случае его атаки.
– Он энергетический, – попытался объяснить я.
– Именно. А эти три вида элементов лучше всего распадаются в конструктах, – с этим я не мог не согласиться.
– Хорошо. Притащу тебе руды с Ваарры и Адарона. Там руды более насыщенны. Да и можно получить довольно редкие элементы.
– Отлично. Еще, – пока я не ушел, потребовал от меня Филлис. – Мне нужны все матрицы вашего экипажа. Не души, а ментальные матрицы. Если ты идешь к Древним, то тебе надо иметь запасную армию. Меня Сайлас научил, как делать копии. Но копии всегда легче и быстрее делать на уже готовом сознании.
– Ладно, будет тебе и это, – согласился я. – Только ты же понимаешь, что управление этой армией я тебе не дам?
– Конечно понимаю. Потому и прошу матрицы твоих людей. Я всего лишь источник творения, а ты – хозяин. Сай сказал, что так будет проще.
– Я сейчас его сам вызову, и спрошу все, – буркнул я.
– Спрашивай, – остался спокойным Филлис. – Мы с ним обговаривали многое, пока он меня воссоздавал с помощью человека. Он решил создать меня по своему подобию, внедрив умение размножения копий, и руководства ими, как механикой. Так же, матрицы, будучи отделенными от носителя, могут быть размножены во множественном количестве, и могут быть как отрядом воинов, так и пилотами истребителей. То есть, имея сто матриц, я смогу тебе сделать многомиллионную армию. Правда, для этого нужна энергия.
– Хорошо. Я подумаю, как это сделать.
– Еще! – снова остановил меня Филлис. – Нам не нужны продукты и вода, кроме как для заполнения моего энергетического кокона. Все конструкты по обеспечению, Сай в меня тоже загрузил. К тому же, Мрис установил нужные конструкты репликации во всех требуемых отсеках. После того, как я буду заполнен энергией, мой размер уменьшится. При желании, вес может быть уменьшен так же. Это позволит меньше тратить сил на разгон и торможение.
– Да у тебя двигатели тоже изменены! – возмутился я.
– Да. Они переделаны, – не стал отрицать тот, – но куда как проще будет останавливать, и разгонять малую массу. Как и уходить от атак. Не вижу смысла тратить энергию на такие мелочи.
– Хорошо, – согласно кивнул я. – Примерно, каков твой размер будет? Это притом, что сейчас ты сам едва ли не с планету? – я перестал разделять аллар и Филлиса, понимая, что тот решил полностью встроиться в структуру корабля.
– Четыре кубических километра, – легко отозвался Филлис.
Я икнул.
– Нихуя себе, сказал я себе... А нахуя-то так много?..
– Что имеем, – хмыкнул тот. Но большее сжатие уже опасно.
– Ладно, – согласился я. – Но ты так же сможешь уменьшить и все корабли на своем пространстве?
– Именно. С разверткой конструкта в пространстве до нужного размера. Портал перемещения на нужную дистанцию тоже есть.
Я задумался, понимая, как это будет выглядеть, если сам этот блинский кораблик, в четыре километра, будет выпускать десятикилометровые корабли. А их у него, как я понял, штук семь. Да и тех, что поменьше, достаточно. Нет, точно, Сай был прав, дав ему конструкт репликации копий.
– Слушай, а ты все эти матрицы, что изымешь у моих ребят, сам обучишь пилотированию? Или как?
– Я создам конструкты энергетических копий тел, – терпеливо начал он мне объяснять, – в них загружу все данные, и на эти данные буду накладывать поведенческие матрицы твоих людей. То есть, ощущать, как своего предводителя они будут тебя, но механика их действий будет моя. Я дам тебе миллионы ботов, с сознанием тех, кто тебе предан. В их матрицы я вмешиваться не буду.
– Очень... щедрое предложение, – осторожно вмешался Аралан.
– Настолько же щедрое, как предложение мне жизни, – парировал Филлис. – Сайлас переподчинил меня Андрею так полно, что без его согласия я не смогу сделать ничего. Свобода собственной воли у меня распространяется только на его защиту и на помощь ему в мирах Древних. Все остальное Сайлас посчитал за гранью разумного, не нужного мне. Так что я не имею права ни на что более, пока наш контракт не будет завершен.
– А когда он завершится? – полюбопытствовал я.
– Когда ты скажешь, что в моих услугах более не нуждаешься. А сотни лет, или же миллионы – это не столь важно. Кристаллиты живучи.
– Сделайте контракт не только словесным, – потребовал Аралан. Я не совсем понял, для чего, но кивнул, соглашаясь. – И пусть копия, имеющая такое же действие, как и оригинал, хранится в моем разуме, а еще лучше – в разуме моей копии. Искина, который будет находиться все это время рядом с Сайласом.
– Ну, если контракт с самим Сайласом не имеет такой ценности, как тот, что подпишем мы, то... – Филлис показал контракт с Саем, который мы оба внимательно прочли.
– Пусть слова Андэра не имеют значения, – прочитав, отошел Аралан. – Пусть только завершенный подписью с моей копией искина и с самим Сайласом, контракт может быть расторгнут.
– Не имею ничего против, – согласился Филлис, изменив последние данные, и Аралан кивнул, давая мне понять, что его можно заверить, и обязательно взять еще одну копию, для его искина. И хранить такую же в себе.
Для меня это было лишним, но я не стал сопротивляться. Пусть будет так. Поэтому, переподписав контракт, сразу направил его копии Саю и искину Аралана.
– Теперь все? – вопросил я.
– Теперь все. Мое подключение завершилось. У меня есть пару вопросов к Мрису, которые мы можем решить совместно, без твоего вмешательства. Так что, я жду заполнения энергией, как мне и было обещано. А пока ты, как и сказал, будешь доставать руду, то можно меня снабдить мусором с орбит главных планет.
– Я еще посмотрю, что вы здесь наворотили, – буркнул я и, взмахнув рукой, пошел на выход.
– Ты доверчив, – стоило нам покинуть пространство, где обосновался искин, тихо произнес Аралан. – Я понимаю, что боги имеют свое право воздействия, но стоит ли так доверять врагу?
– Он больше не враг, – качнул я головой. – Сай, а я своего мальчика знаю, никогда бы не дал Филлису все то, что дал, не будь он в нем уверен.
– И доверие твоему искину, превосходит все нормы, – не согласился Аралан.
– А вот это уже личное, – мягко осек его я. – Сай – мой. Весь. С потрохами. До тех пор, пока я не нанес ему обиды, а обидеть искина очень сложно, он не станет искать другого покровителя. Это притом, что он меня вообще своим отцом назвал... – я осекся. Аралан, например, меня родителем своих детей назвал, а я ему не смогу подарить его расу... Его потомков... Да и вообще... Если меня предаст Сай или кто-то из моих эннэшше, не просто уйдет, а именно предаст... То какой вообще смысл жить и бороться? – Если я не прав, то мне просто плевать, что будет потом, – буркнул я, вернувшись в жилое пространство, что отстояло от сердцевины корабля на многие сотни километров, осознав, что каюты растянуты вокруг него полукругом.
Каких-то пять десятков кают, правда, довольно роскошных. А когда представил визуализацию Филлиса, так как для меня аллар теперь имел имя именно моего темного искина, то понял, как они расположены. Фил выглядел как капля. Острый нос, ощетинившийся оружейными дулами, которые прятались в его утробе, после – его собственный энергетический кокон, за ним – полукругом каюты, за каютами, да и по всем стенам, отсеки с алларами меньшего размера, и двигатели. То есть, как он, так и пространство экипажа было защищено. А так как не было рубки, как таковой, то верх и низ этой капли тоже занимали орудия.
Броню я тоже просмотрел, согласившись, что три метра компонентных конструктов идеально защищают от всего. Тем более, если их перемежают пространства нанитов, таких же энергетических. А так же увидел щиты, которые Мрис нацепил конструктами. Идеально. Не знаю, конечно, насчет прохода в черную дыру, так как там никогда не был, даже поблизости, но уязвить вот это, не смог бы никто.
М-да... После создания первого малого аллара, который уничтожили едва ли не вместе с нами, что я, что Мрис, мы продвинулись как в защите, так и в атаке. Я, задумавшись, даже вышел на поверхность, на пару километров удалившись от аллара, попытавшись понять, как это можно уничтожить. И в разум ничего не приходило, кроме временной деструкции. Но, это мне не приходило, а кому-то может и придет... Так что вернулся к Филлису, дав ему понять, что броню еще укреплять и укреплять. Но сейчас делать ничего не стал. Просто дал задание подобрать все по мелочи, чтобы максимально облегчить работу мне и Мрису и, простившись, вышел на его поверхность, устроив нам пространственный защитный кокон, в котором освободил Аралана от скафа.
– Ты дозрел для разговора? – мягко улыбнулся тот.
– Нет. Не дозрел, но поговорить надо, – сквозь купол я смотрел на звезды. – Ар, я тебя неосознанно обманул. Не знал, что все так сложно.
– Ты насчет наших детей? – Ар, тихо рокотнув в усмешке, прижался ко мне со спины. – Не переживай. Твой сын мне все объяснил. Он так и сказал, что ты будешь загоняться по этому поводу, ощущая себя немощным, – он поцеловал меня в шею. – Не переживай. Я все равно не буду спать с этими самками. Это лишь оплодотворение.
– Ар... – я зажмурился. – Да не в этом дело! Даже если бы пришлось тебя делить не только с самками, но и с другими самцами, не из эннэшше, это ничего бы не значило!.. Проблема в том, что я тебе пообещал, и оказался не в состоянии выполнить это обещание!
– Почему? – удивился Аралан, давая услышать его спокойный стук сердца. – Ты его выполнил. Ты нашел выход. Ты узнал, пусть и не сам, как я могу продлить свой род. Так что, свое обещание ты выполнил. А когда ты пожелаешь, у нас будет и свой ребенок, – он уткнулся мне подбородком в макушку. – У меня изначально не было стремления, чтобы всех моих сыновей и дочерей выносил ты. Я искал выход продолжить расу крылатых. Способ, как это сделать. И Риналь, твой сын, рассказал, что для этого надо. Я не вижу причин в том, чтобы ты корил себя. Все твои действия были направлены на поиск нашей, даже, я бы сказал, моей проблемы. И ты его нашел. За что ты просишь у меня прощения?
– За то, что оказался не способным к простому действию.
– Знаешь, – Аралан повернул меня к себе, а после и подхватил на руки, позволив оплести ногами его талию. – Если говорить совсем уж честно, то для меня было бы большим шоком, увидеть тебя, носящим мой плод. Ты – мужчина. Притом, не только телом, но и духом. Ты не приспособлен к этому. Нет, я не говорю, что не способен. То, что у тебя две линии жизни, я тоже знаю. Твой сын рассказал мне многое.
– Уши ему надеру, – буркнул я.
– Не надо, – рассмеялся Аралан. – Он просто рассказал то, что до этого рассказывал мне ты. И я понимаю, что у нас может быть плод нашей любви. Но, то, что ты не будешь сам, с помощью своей оболочки, возрождать мой род, меня только радует, – он уткнулся своим лбом в мой. – Ты можешь, я знаю. Ты создан миром Уреи, чтобы делать это. Но ты не хочешь. И я тебя прекрасно понимаю, так как сам не представляю себя на твоем месте. Быть плодоносной особью, желающей получить детей... скажем так, тебе не дано. Ты это делаешь по той причине, что это надо. Скажи, какой мне смысл заставлять тебя страдать морально, если для этого имеются самки, которые тоже это могут сделать, и которые для этого предназначены? Морально предназначены? Или, ты думаешь, мне было бы приятно наблюдать, как ты делаешь то, что обязан, не испытывая любви к своим детям?..
– Но даже к тем, что уже имею, я не испытываю любви... – повинился я, но Аралан рассмеялся.
– Ложь!.. Ты их любишь. Ты даришь им каждую крупицу себя. Другое дело, что ты не хочешь их воспитывать... но это не имеет значения. А любовь каждый из них получает равную. И, если у нас будет ребенок, я хочу, чтобы ты ему дарил свою любовь так же. И ты будешь это делать, я уверен, если он тебе будет дорог, как часть меня. А будучи воспроизводителем, как ты мне обещал... я думаю, что им бы не досталось ни капли твоей любви. Обязанность, да и только.
– Они бы были частью моего клана, – пожал я плечами. – Частью меня. Я не смог бы их не любить.
– Хорошо, пусть будет так, – Аралан мягко поцеловал меня в губы. – Просто, давай примем то, что ты будешь их дядей, а не отцом. И я согласен, чтобы ты их любил, как часть меня, как часть своего клана. Ничего не имею против такого дяди, – он рассмеялся, смотря мне в глаза, показывая свою мудрость и свое приятие, и я просто не мог не ответить, прижавшись к нему всем телом, ощущая, что меня отпускает.
– Ты – охуенный, Ар... – шепнул я ему. – Твоя любовь, твое приятие меня, настолько бескорыстны, что я просто не знаю, как показать тебе свою любовь, как дать понять, что ты для меня значишь так много...
– Я это знаю, сердце мое, – проурчал Аралан. – Я это вижу. Я просто наблюдаю за тобой, за тем, как много возле тебя друзей, родных, которых ты опекаешь, которые стали частью тебя просто потому, что оказались тебе близки, и понимаю, как же ты великодушен. Твоя чистая и беспредельная любовь ко всем, кто тебя окружает, не имеет границ. Ты отдаешь себя, раздаешь по крупицам всем и каждому, кто достоин этого. А тем, кто тебе близок, ты себя даришь полностью.
– А разве можно любить иначе? – мягко улыбнулся я, потершись щекой о его скулу. – Для меня иное ощущение любви просто невозможно. Как плотской, что между эннэшше, так и дружеской, что между теми, кого я считаю своей семьей.
– Думаю, что у нас иначе и не получится, – улыбнулся Аралан, вздохнув глубоко и чисто, давая понять, что ему, моей любовью хочется дышать. – Оставайся таким, мое сердце. Продолжай любить так же. В этом, как мне кажется, и есть цель истинного бога.
– Вот вы где, – к нам под купол скользнули Константин, Василий и Николай. – А мы вас в алларе искали. Благо, искин подсказал, что вы на его поверхности.
– Да, – я мягко уперся в грудь Аралана, и тот выпустил меня из рук. – Знакомьтесь. Мой четвертый эннэшше. Ар, это СМЕРЧ. Одна из плеяд. И та плеяда, которую я возьму с собой.
– Я пока еще не знаю, что значит плеяда... – осторожно отозвался Аралан. – Если не считать родство душ.
– Единый организм, имеющий право на слияние, но имеющий окончательное количество душ в этом организме, – отозвался Николай, точнее Катар. – При слиянии этих душ, этот организм получает большую площадь воздействия и умения всех особей, которые годами практикуются в магии конструктов и душевной магии.
– Какой еще такой, душевной? – не понял я.
– Дрюх, ты что, совсем Урею забыл? – удивился Константин. – У нас у всех была так называемая магия духа. Собственная сила, которая, при слиянии, только увеличивалась.
– А, вы за личностные возможности говорите!.. – осознал я.
– Именно, – согласился Василий. – А каковы возможности у Аралана?
– Он – сайнар. Крылатый сайнар, – объяснил я, но не увидел понимания. – Ар, сердце мое, ты мог бы показать нашим друзьям себя?
– Кокон держит? – озаботился тот, и я кивнул. – Ну и отлично. А твои друзья выдержат мое превращение?
– Вполне, – отозвался Константин, и я тоже кивнул.
А после только улыбнулся этому демону, вспыхнувшему во всей своей настоящей, истинной красе собственной силы огня и разорванных энергетических нитей, которые тот подминал под свои крылья. СМЕРЧу пришлось сразу же уйти в защиту плеяды, чтобы не развоплотиться, так что, наблюдали они за изменениями Аралана уже в измененном виде.
– Пока что, только так, – снова восстав в своей ипостаси человека, произнес Аралан, наблюдая, как плеяда распадается.
– Пока что, – хмыкнул Костя. – Неплохо это твое «пока что». Мы до этого шли годами.
Аралан виновато склонил голову.
– Моего эннэшше никто не обучал, – попытался защитить его я. – Это – природная трансформация. Хотя, ему, на данный момент, три тысячи лет. Но я обучу, как сливаться с плеядой.
– Ты Ридана еще не обучил, – довольно жестко вмешался Николай. – Он ваш всадник, всего лишь.
– Простите мне мое вмешательство, – мягко произнес Аралан. – Но кто вам сказал, что «всего лишь»? Всадник, как я знаю, это одно из умений плеяды. Именно дочь Андрея обладает этой силой.
– Она сливается, – прищурился Николай.
– Ша, бля! – вызверился я, понимая, что ребята заигрались. – Охуели, сволочи! У меня четверо эннэшше, и эти четверо – моя команда! И да! В плеяду я их пока не сливал! По собственному разумению! Но, каждый из них – часть меня! Че взъелись-то?
– Да потому что ты с Олегом и то полнее сливался, – произнес Константин. – Так что, эннэшше, это не более, чем любовник.
– А в морду? – буркнул я.
– Могу дать, – отозвался тот.
– Придурки...
Вся троица расхохоталась, давая понять, что это наш обычный, но чуть жесткий стеб.
– Не переживай, – улыбнулся Костя. – Твой облик будет еще сильнее и мощнее, когда сольешься с Андреем. Вот только как вы теперь называться будете? БРАГА? – все трое снова разоржались.
– Суки, – буркнул я на раскатистый хохот друзей.
– АБГАР, – внезапно властно, и как-то величаво даже, произнес Аралан. – Полулунный меч, – мягко улыбнувшись мне, расшифровав название. – По-вашему – коса. Только редкий сайнар, обладающий крыльями, умеет обращаться с данным мечом. Так что, не вижу ничего смешного.
– Ар, расслабься, – улыбнулся я. – СМЕРЧ не хотел нас обидеть. Я просто всегда брал имя плеяды по первым буквам имени своего состава. А брага, это некачественный напиток, сброженный из злаковых. Ну... шутка такая.
– Я понимаю шутки, – улыбнулся тот. – Но только в том случае, если те, кто их рассказывает, уверены в том, что их поймут все. Мое знание вашего языка не настолько хорошо, чтобы понять эту шутку. Твой СМЕРЧ... Довольно ядовит.
– Отнюдь, – мотнул я головой, приказав ребятам открыться. – СМЕРЧ – одни из тех, кто шутит очень редко. Я бы даже сказал, что они это сделали, ощутив приятие к тебе.
– Именно, – Костя теперь уже без улыбки смотрел на Аралана. – Ты располагаешь к шуткам. К духовному общению.
– Простите, – расслабился тот, ощутив настоящее отношение к себе, то, что с ним попытались установить связь, а не издевались. – Я недостаточно пробыл в ваших мирах, чтобы понимать все, но да, я ощущаю души. Я вас понял и осознал. Больше у нас не будет недопонимания.
– Я рад, что Андрей теперь полон, – Костя улыбнулся. – Меньше заебов будет.
– Хватит! – рявкнул я. – А то ведете себя, как Стрижики!
– Хуижики! – буркнул Николай. – Короче, в чем наша задача?
Мы с Араланом переглянулись.
– Оу, как я понял, задача у нас сложная... – буркнул Василий.
– У вас – нормальная, – отозвался я. – Веду вас в мир, где придете в себя, все вместе.
– Да мы и так пришли, – не понял Костя.
– Как говорит Андрей, и его сын, – вмешался Аралан, – перестанете загоняться.
– Да мы не... – начал Василий, но оба смерча его остановили.
– Точнее, – попросил Николай.
– Точнее? Придется поработать, но скорее всего, ваше дерьмо душевное, перестанет вас волновать. Со мной СТРИЖи пойти хотели, но у них не такой дисбаланс. А у вас... – я покачал головой... Полный распиздец. А мне там нужна хоть одна плеяда, кроме моей. Так что – вы.
– Мы синхронизированы, и полностью адаптированы к этому миру, – тихо, но грозно произнес Константин. – Мы готовы ко всему. Мы можем себя держать в руках. Нам не нужно себя познавать! Мы уверены в том, что можем дать отпор любому...
– Андрей неверно сказал, – вмешался Аралан. – Ваше присутствие, тех, кто вы есть, ему необходимо. Таких, как вы: уверенных в своих силах, ярких, четких, осознающих. Ему нужна защита и стража. Ему нужны те, кто будет его прикрывать. Вы, со своей силой и умением, сможете это сделать. А он сможет позволить вам избавиться от гнета вашей ненависти к миру. Нам нужна ваша помощь.
– Андрей? – приподнял бровь Константин.
– Ар верно сказал. Я хотел сказать то же самое, но, видимо, не сумел, – я пожал плечами. – Вы идеальны для помощи нам. Да. Именно из-за того, что вы все еще так и остались в войне. Я не вижу там ни одну из других плеяд, что тоже верно. И то, что вам пребывание там, поможет – тоже верно. То ли даст войну, то ли даст покой, – попытался объяснить я.
– Короче, Дрюха, – прищурился Константин. – Мы тебе там нужны?
– Очень.
– Вы сможете нам помочь во многом, – улыбнулся Аралан.
– Так хули разводить все эти сопли? Так бы и сказал. Все, идем. Когда собираться?
– Ну... – я пожал плечами. – Думаю, завтра. Сегодня я хотел попойку устроить. Общую.
– Нахуя? Прощаешься с эти миром? – хохотнул Константин.
– Не совсем, – я замялся.
– Нужно получить ваши искренние и бесстрастные матрицы, – отозвался Аралан просто и безыскусно. – То, как вы готовы биться за Андрея, и как готовы повиноваться ему.
– А пьянка нахуя? – не понял Николай. – Это же будет не искренне. Это будет возведено в квадрат. Как приятие, так и неприятие. Мы и так, те, кто ему повинуется, кто считает его главой, готовы скинуть свои матрицы. Зачем поить?!
– Действительно, зачем? – согласился Аралан.
– Получить больше позитивных эмоций, – пожал я плечами.
Ар, Николай и Костя переглянулись, и Костя повертел пальцем у виска.
– Идиот. Однозначно. Иди, и лови всех, кого хотел видеть, считывай их, на трезвую голову, и с пояснением, зачем ты это делаешь. А поить и потом можешь. Придурь. И это наш бог, – обратился он к Аралану. – Как его еще терпят-то?..
По совету Богомола, я так и сделал. Пригласил по порталу всех, кого знал, кто был моим кланом. Просто пригласил, чтобы впоследствии, те остались на пир, и спрашивал их матрицы. Можно ли скачать или нет. Как ни странно, отказавшихся не было. Они отвечали просто, и ясно. Давали себя считать, давали осознать, что так, что не так. Давали взять их умения, и, или оставались на пир, что я обещал, или уходили. А я получал все большее количество умений и эмоций, касающихся меня.
Через час я пропустил через себя всех, включая Мриса, эннэшше, и брата. Кстати, последние остались на попойку, которую я устроил, но не пили, а просто наблюдали. А я перебирал в себе эти матрицы, понимая, что по большому счету, все были положительные. Да и возможности были неординарные. Так что тоже не напивался, а компанию поддерживал.
Гулянка завершилась уже за полночь, а я осознал, как был прав Константин. Пьяные дебри отношения ко мне не были и в сотую часть так же правильны, как трезвые.
– Пошел я дальше, – подошел я к Мрису. – Мне еще с Уреи надо снять...
– И с Адарона, – согласился тот. – Но ты спешишь.
– Не, я вовремя, – попытался я качнуть головой, упершись в Аралана.
– Хорошо, – согласился Мрис. – Девочку тогда, с Серкассом, оставь на орбите.
– Мне выделить им малый аллар? – спросил Сай.
– Было бы неплохо, – Мрис кивнул. – Они не должны попасть на Ваарру, и на Адарон.
– Будет сделано, – согласился Сай.
– Я – на Урею, – буркнул я, ощущая, что слегка пьян. – Кто со мной?
– Иди уже, – отмахнулся от меня Богдан, удержав Грайба. – Можешь с Араланом.
– Не, не хочу, – буркнул тот, тоже явно превысив свою дозу алкоголя.
– Буки и бяки, – буркнул я, рванув в просторы мира Уреи один, тут же дав понять, что я здесь есть.
– О, только хмельного Высшего нам здесь и не хватало, – Эгъясс, как всегда, на мой призыв проявился первым. – Андрей, ты в курсе, что ты пьян?
– Я? Нет. Скорее расслабившийся, – хохотнул я. – И я, как бы, за обещанными мне богами. Пора раздавать миры, так сказать.
– Ты в этом уверен? – обосновался рядом с Эгъяссом Васшисс.
– Более чем.
– И уверен в том, что не заберешь их, когда вернешься?
– Я похож на того, кто готов взять свои слова назад?! – обиделся я.
– Ты – пьян.
– Я – по-человечески пьян! – возмутился я. – Но божественно трезв! Эгъясс! Я тебе передаю Бакун! Окончательно и полно. Вот! Только над моим Мрисом, ты не имеешь власти. Я сказал. А, и да! Мой кораблик – мой. Без обиняков. То, что на планете – твое. И все – твои.
– Принял, – властно и гордо произнес тот.
– Васшис... Короче... Ваарра. Твое там все. Почти все. Я приду, заберу часть... ну... короче... Что мое, то мое. Я там... Черт, – пришлось трезветь. – Часть ископаемых заберу, но небольшую. Яшшир, то же самое. Заберу, но немного. Миры живые. Мне не позволят много брать.
– Принимаем, – отозвались те в унисон.
– Ты бы координаты дал, что ли, – Шанасс, что казалась рядом со мной, хихикнула. – А то они даже не знают куда идти.
– Плевое дело! – открыл я порталы, дав братьям Высшей разбрестись по вселенным.
–Ты чего такой пьяный и добрый? – Шанасс свернулась вокруг моего человеческого тела змеей. – Кто тебя снова избил морально, что ты так поступаешь?
– Избил? – я откинулся на ее кольца тела, расслабившись. – Скорее иначе. Понял. Я не избавляюсь. Я – дарю.
– Имея что-то большее? – прошипела Шанасс.
– О, да, имея в разы большее, – согласился я. – Я дарю управление, но я знаю, что я всегда могу оказаться в этих мирах. Как гость. Я снимаю с себя право власти. Я просто не хочу быть выше, чем я есть. Чем хочу быть. А вообще, я люблю тебя, змеючка моя, – послал я ей воздушный поцелуй, прежде чем переместиться на Ваарру, где надо было снять матрицы со своих ребят.
Как я это делал, не помню, потому что очнулся на Адароне, точнее в Адароне, в его плазме, почти на самом дне, ощущая его негодование.
– Ты чего бурчишь? – вопросил я.
– А ты чего передоверил меня другому богу, который не в состоянии в моем огне плавать?..
– Яшшир не в состоянии? – удивился я.
– Лучше бы Гэсса моим богом сделал. Яшшир не может. Ему много меня.
–Епть... Ладно. А я здесь как оказался?
– Влез. Впал. Внедрился, – буркнул Адарон. – Плюхнулся сверху. И забрался в самое чрево моего огня. Ты неправильного бога выбрал.
– Это ты его неправильно принял, – отозвался я. – Он – огненный. Плазменный.
– Ничего подобного! – буркнул Адарон. – Сидит на краю камня, дышит через раз, плазму не воспринимает.
– Это ты его не принял, и ты его травишь, – буркнул я.
– А потому что не хочу никого, кроме тебя! И травить буду!
– Он заместитель! – рявкнул я. – Кого, если не его?! Того, кто меня знает?! Я надолго ухожу, а этот меня заменит! – вынырнув, я увидел Яшшира, что поджал хвост, ощущая себя в этом мире пленным, а не богом. И, пламенным ягом, взобравшись на камень, где тот сидел, обвил его хвостом, давая понять, что мир принимает его. – Идем, Яшшир. Я буду твоим проводником, – прошипел я, ощущая, как он загорается рядом со мной, начинает пылать, свернувшись огненным ящером, что начал плавить камень. – Идем. Это твой мир. Новый, и добрый. Просто он тебя опасался...
Следуя за мной, Яшшир нырнул в плазму, будучи раскален так же, как и огонь камня, ощутив себя в своей стихии, и Адарон успокоился.
– Обещай, что ты вернешься ко мне. Пусть не как правитель, но как друг, – встав огненным големом рядом с нами, пророкотал он.
– Обещаю, – согласился я. – Ну, или в самом крайнем случае, я просто заберу тебя с данной орбиты, и переселю туда, где ты и будешь жить в дальнейшем.
– Андэр, а не резво ли ты взялся? – осторожно спросил Яшшир. – снять с орбиты мир, переместить его...
– Резво, это, в каком смысле? – немного удивился я. – Эти миры, который я отдал вам, мне подарены Высочайшим. Полностью и безоговорочно. Так что, я имею право с ними делать все, что хочу. На них не претендует никто. Или ты о том, что я не смогу этого сделать? Так не переживай. Кое-кто меня научил вкладывать планету в собственный пространственный кокон. Да и... кораблик у меня есть, который в себя спокойно, может вместить его.
– Это не кораблик, это монстр какой-то, – удивился Яшшир.
– Технология Древних, из миров Сайнаров. Я загреб этот кораблик себе, и мы, вместе с Мрисом, его немного переделали.
– Не вижу причин отказываться, – согласился Адарон. – Мне будет приятно быть рядом с тобой. А если ты нас с Вааррой поместишь еще в одной вселенной...
– Если система, которую я под себя подомну, позволит, то и рядом вас устрою. На соседних орбитах, – подмигнул я ему. – Но это в будущем. Пока я даже не думаю все это затевать.
– Что ж, я принял твое стремление, и буду ждать, – согласился Адарон. – Ты пришел только для того, чтобы предоставить мне нового бога? Или у тебя есть ко мне какие-то просьбы? А то я чувствую, что ты мечешься.
– Какой ты у меня чувствительный, – хмыкнул я, а после скинул проблему с оружием духа, которое мне нужно создать. – Вот. Вроде и все сделал, а что-то все равно не получается. Может, зря я даже матрицы снимал.
– Попробуй взять часть меня, – Адарон протянул мне на своей ладони искрящийся вихрь. – Это – моя осмысленная духовная сила. Точнее, часть ее. Совсем небольшая.
– Странный мир, – пробормотал Яшшир. – Насколько я знаю, живые миры не могут делить свою душу.
– Это не душа. Это – часть сознания. Мое признание Андрею за то, что тот сделал, и как помог мне восстановиться после пребывания на моей поверхности базы Древних. Так что, я не вижу причин отказывать ему в такой помощи. Андрей, используй эту силу по своему усмотрению. Я более чем уверен, что она осознанно и полно будет подчиняться тебе, как душа разумного.
– Я благодарен тебе за столь щедрый дар, друг мой, – чуть склонил я перед ним голову. – Если это не душа, а духовная сила, обладающая сознанием, то я с радостью приму ее.
– Бери-бери, – ткнул Адарон мне ее в руки. – От меня не убудет. Это даже не одна тысячная того, что во мне есть. А тебе, по всей видимости, именно это и нужно.
– Если честно, то я еще не знаю, – пожал я плечами. – Парочка эмпанов хочет обучить меня свойствам работы с духовным оружием, но у них есть одно требование. Это оружие должно быть сознательным. Сам понимаешь, что никого я туда поместить не смогу. Разве что молодой зародыш кристаллита... но, это скорее программа, которая не даст матрицам, скачанным с моих людей, распасться на составные. А вот получить нечто разумное связующее... – я улыбнулся. – Вот этого мне и не хватало. Так что, я тебе безумно благодарен.
– Да иди уже, – хмыкнул тот. – Видно же, что ты спешишь.
– Вообще-то да, – виновато пожал я плечами. – Надо смотаться на Бакун, забрать своих ребят, поговорить с Хассаром... Кстати, он тебя не обижает?
– Очень мудрый сайнар, – подтвердил мое мнение о нем Адарон. – Любит свой род и свое племя. А я все делаю для того, чтобы он не чувствовал себя здесь одиноким. За то время, пока находится на мне, уже дважды улетал.
– А вот отчеты по нему мне не нужны. Я ему дал полную свободу, – подмигнул я ему. – Так что, пусть летает. Ему миры восстанавливать после моего вмешательства. Ладно, пошел я на Бакун.
– Стой! – гаркнул на меня Яшшир, чего не позволял себе никогда. – Вот правильно сказала Шанасс, только хмельного Высшего и не хватало. Ты их уже сюда перенес!
– Мда? – я попытался ощутить энергию своих эннэшше, Сая и брата, уловив, что вся моя команда находится на орбите. – Вот уж точно, напился, так напился, – буркнул я. – И не хотел же...
– Судя по тому, что ты это сделал, то еще как хотел, – проворчал Яшшир. – И, насколько я знаю, когда у тебя возникают подобные состояния, то у тебя назревают большие проблемы. Понимаю, что я для тебя никто, разве что твоя заместитель на поверхности этого мира. Но, может, все же расскажешь?
– К Древним он собирается, – с потрохами выдал меня Адарон. – Потому и копит силу, и ищет возможности все оставить под контролем.
– Была бы здесь Шанасс, ты бы свой хвост отсюда не унес, – качнул головой ярдан. – Она бы выбила из тебя эту дурь. Хочешь, я сообщу ей об этом?
– А не боишься, что эта змеючка сама без хвоста останется? – хмыкнул я.
– Ты – юн, а она – мудра. Неужели до сих пор не понял, что мудрость куда как сильнее юности? Или ты думаешь, что конструкты Мриса дадут тебе право ее победить?
– Конструкты Мриса? – я расхохотался. – Нет, Яшшир, не они. У меня сила куда как интереснее будет. Правда, мне ее развить немного надо, но, думаю, я справлюсь быстро. А, да, еще, – я сразу же скинул ему разработку щита, который мы с Саем сделали. – Обязательно раскрой над миром. Я не знаю, справлюсь я или нет, но, судя по тому, как меня треплют все эти Высшие, Высочайшие, и присутствие Древних, то могут полюбопытствовать, что это за мир такой. А мне Адарон нужен цельным и полным, а не истощенным. Мне, из-за этих гребаных Древних пришлось расу почти уничтожить. Я о сайнарах. Здесь, на Адароне, только их остатки. Из нескольких десятков миллиардов!
– То есть, ты просто переел. У тебя и на Урее были такие срывы, когда ты слишком много поглощал энергии. Перебор. Нужно сбросить.
– Давай, – Адарон протянул руку, и я ухватился за его кисть, давая выпить себя до полного опустошения. – Как раз закину ее в кристаллы, – когда закончил, буркнул он. – Вот только одного понять не могу. Где ты так... нажрался?
– В двух местах, – я поморщился от легкой слабости. – Во-первых, сейчас живу в энергетически полном мире, и просто неоткуда взять пустоту. А во-вторых, при снятии матриц со своего клана, я получил от них еще и силовую поддержку веры и любви.
– А, ну да, помню, как ты здоровался со своими, когда у нас находился, – хмыкнул Яшшир. – Чуть щит не снес одним «доброе утро». А если это была еще и просьба...
– Вера, Яшшир, вера, – я вздохнул. – Пусть у меня клан не большой, всего в несколько миллионов особей, но каждый из них увидел, что я для него сделал в этой жизни. Мои урры, которые понимают, что я спас Ваарру от уничтожения. Мои люди... Даже на Бакун, где я отменил рабство как таковое, и куда переселил многих из тех, кто должен был оказаться мертв в будущем, тоже сквозит благодарность. Я претворяю мечты и желания в реальность. Нахожу общее в разумных и даю им это. Позволяю исполнять то, что скрасит их жизнь. Или ты думаешь, что просто так со мной по материкам мои яги с яргенами путешествовали? Нет. Я для них был путеводной звездой. И я таким и остаюсь... – я помрачнел, и присел на камень. – Я просто знаю, что мне останавливаться нельзя. Если я не буду двигаться, замру, перестану работать над собой и мирами, то в определенный момент все завершится, причем очень нехорошо. Да, есть те, кто уходит. Есть те, кто выбирает собственный путь, и я считаю, что так им лучше и проще, даже если этот путь оказывается в сотни раз длиннее и жестче. Никого за собой не тяну, так сказать. Но вот тем, кому я нужен, я должен давать не только задания, но и развивать их.
– Развил уже, – согласился Яшшир. – Не знаю, как ты это все воспринимаешь, но ты создаешь расу богов, подчиненных тебе единому. Очень сильных и властных богов, у которых достаточно возможностей и умений, чтобы подчинить себе вселенную. Если ты когда-нибудь попытаешься сразиться за право ею управлять, то я более чем уверен, что противников у тебя не будет.
– Это еще почему? – удивился я.
– Не почему, а из-за чего. Твоим учителем является наставник богов. Твоей искрой является Страж создателя. А это, поверь, очень много. Твоя сила – деструкторство, распространяется не только на жизнь разумных, что уже, само по себе опасно, так как лишает богов силы и поклонения, но и на сами миры, и на их хранителей. А если ты так же будешь развивать свой клан, то в конце получишь действительно армию сильных и агрессивных богов, которые подомнут под себя треть, а то и больше, всего пространства. И ты, вот уж прости, но еще малек, но уже обладающий такой силой, захочешь большего. И каждый новый бой, каждый новый мир, будет давать тебе все больше сил и умений. Так что, когда Старшие Высшие и иже с ними, осознают, в кого ты превратился, будет просто поздно хоть что-то делать. А ты прекрасно знаешь, что самое главное во вселенной – гармония. Ее нельзя схлопнуть, нельзя лишить стабильности. Так что... – он развел лапами. – Все, кто хотел здесь жить и питаться, просто уйдут в другую вселенную. Правда, я не исключаю, что какой-то из боев лишит тебя всего, что ты имеешь, и твой поход закончится вничью, а то и твоей смертью, или заключением.
– Знаешь, а я это понимаю, – я хохотнул. – Прекрасно понимаю. И Вэрриан мне, то же самое говорил... Или ты думаешь, я просто так хочу в Темные миры? Совсем нет. Там, в темных, не так как здесь, – начал я говорить словами Серкасса. – Там я могу создать свою расу, и те, кто правит этими мирами, будут только рады получить еще один вид энергии, так сказать. А я не жадный. Нет, мои миры выпивать не дам, сам истощаться не буду, но отдавать сильному, умелому и умному управителю часть себя, как плату за проживание – почему бы и нет? Просто, – я улыбнулся, решив Яшширу открыть правду. – Я безумно устал руководить и стремиться куда-то. Я хочу не глобальных приключений, а местных. Вот, до тех пор, пока Адарон со мной играл я, хоть и не мог выбраться с поверхности, но ощущал себя счастливым. Я был частью игры, а не ее создателем. Я повиновался возможностям старшего и высшего существа, и это мне нравилось. Всегда нравилось, Яшшир. Потому я не возбухал на Урее слишком сильно, давая вам право играть мной, правда, вы часто палку перегибали, но все равно. И именно поэтому я хочу туда.
– Если я тебе скажу, что ты все неправильно понимаешь, и что Темные миры не более чем ловушка для разума, ты мне не поверишь, так?
– Да оглянись! – повел я рукой. – Все это, все то, что окружает нас, это и есть ловушка разума! Мы – части единого и неповторимого целого, которому дали задачи и умения! Каждый из нас следует только своей цели, заложенной в него изначально! Я просто хочу, млять, смотреть другой сон! Не постный, и полный сибаритства, а другой!
Яшшир смотрел на меня как на идиота.
– Ты понимаешь, что сказал? Что мы все – чья-то воля?
– Ага, – я закурил. – Мы – давно написанные книги, которые известны тем, кто их написал. Все наши действия, стремления, возможности, уже описаны и сочтены. Если ты чего-то добиваешься, то ты по жизни должен был этого добиться. Потому что нет свободы воли. Изначально нет. Нас придумали, создали, дали нам правила игры, и строят так, как это требуется данному дерьмовому игроку. Ну, ты же Высший, Яшшир! Ты же должен знать, как это все делается!.. Или вас, в вашем университете богов, подобному не обучают? – я хмыкнул. – Мы все – части Абсолюта. Все, что есть. Мы – его мысли, действия и решения. Его, а не свои. Смирись с этим.
– Ты, я вижу, не смирился, – покачал головой Яшшир.
– Я? – пришлось задуматься. – Скорее всего, не в этом дело, а в том, что моя книга, уже написанная, все же немного интереснее остальных. Вот и все, – я пожал плечами. – И мой поход в Темные миры, и мои метания по вселенным, это не более чем сюжет Абсолюта. Притом, не пишущийся, а уже готовый и закрепленный.
– А у него, этого абсолюта, хоть что-то новое бывает? Ведь невозможно знать все наперед. Мы же все когда-то появились. Все. Включая его.
– Ну да, когда-то появился, – я рассмеялся. – Только как? Может, и он является только частью чего-то большего? И мы видим только одну миллиардную часть того, что существует? Все эти вселенные, создатели, боги... Ты никогда не думал, что это бесконечно и непознаваемо, независимо от того, кто ты есть? Что если Абсолют, который мы считаем первоначалом всего, не более чем клетка огромного организма? И тогда вполне естественно, что эта клетка прекрасно знает все процессы, что творятся внутри нее. Знает, что в ней умрет, что родится. Что изменится... Знаешь, вот ты говоришь, что я не смирился, но у меня такое ощущение, что я осознал. Первопричину истока, так сказать. Что как бы ты ни хотел стать лучше и выше, проживая свою жизнь, есть кто-то кто куда сильнее и мощнее тебя. И, как бы долго ты не шел к совершенствованию... – я развел руками. – В этом и заключается твоя цель. Идти. Просто идти и подниматься. Ничего более. А если устанешь, то распадаться на части, и собой, своим духом, частицами своих искр поднимать вверх тех, кто ниже тебя.
Выкинув бычок в плазму океана Адарона, услышав его недовольный фырк, я встал с камня и, махнув рукой, переместился на поверхность, вздохнув свежий, насыщенный запахом зелени воздух. Пусть так, пусть я не знаю, что будет, и чем закончится мой путь, хотя этот путь давно известен, я буду пытаться и тыкаться во все дыры, чтобы найти что-то новое, неизведанное, удивительное. То ли потому, что, как и сказал, все это уже написано, и нет смысла искать, то ли потому, что именно так написана моя жизнь, и смысла нет замирать в самом себе. Уверен, что подобное тоже имеет место быть. Если замру, перестану двигаться, то никто меня не тронет. Просто сотрут в свое время, и дадут точно такой же путь. Может быть, просто с другими разумными и другими богами. Может, более тяжелый, или наоборот, легкий... Например, я еще не выяснил, чем именно жил до Земли. Кем был, и о чем мечтал. Вдруг я не первый раз иду по этому пути? Точно так же, как идет Вэрриан, который себя на определенном этапе, понимая, что путь один и тот же, просто распадается на искры? Кто скажет?..
Посмотрев в звездное небо, я вздохнул, и дал понять своим ребятам, что можно спускаться на Адарон. Что я жду их, чтобы завершить эту эпопею.
