Импринтинг миров - 5 (три шага до Олимпа)

      Все, как говорится, завертелось. Но я честно предупредил свою спасательную команду, что желаю их видеть при пробуждении меня как части этого мира, на пире в Лукедонии, предложив остаться. Шива отказался. Лутиз – тоже. А вот Филлис согласился явить свою форму, в виде гуманоида, взяв за основу конструкт Мриса, созданный мною для Сая. Остальные же, с удовольствием остались, решив посмотреть, что же, и как будет. Но это завтра, а сегодня мне надо было привязать своего дракошу к себе, не через энергию мира Ольги, а через себя. Так что, еще раз вызвав своих эннэшше, я предложил пройти на необитаемый остров, который мне подсказал Франки по ментальной связи, и приготовился к работе.       – Сюда ходи, туда ходи, нет, чтобы посидеть на материке оборотней, – буркнул Богдан, но, был явно счастлив меня видеть снова. – С чего тебя понесло там, в зале? – внимательно осмотрев меня, произнес он.       – Честно? Или соврать? – расстелил я поляну на нас пятерых.       – Ну, соври, а потом давай честно, – согласился Аралан.       – После тюрьмы богов, у меня небольшой перекос. Я слишком долго был один. Отвык от обмена энергией, отвык от ее объема... Ну, еще и этот Родерик меня взбесил.       – А если честно? – спокойно произнес Аралан.       – Запаниковал. Не смог вовремя сделать то, что нужно: открыть пространственные карманы на поглощение, и закрыться пространственным щитом. Просто... я реально работал не над защитой и не над распределением. Я работал над тем, чтобы создать его, – указал я на Адарна, что мирно дрых на руке Богдана. – И просто забыл, что такое закрываться и защищаться. Там меня, в моем пространстве, никто не трогал. Я был предоставлен собственной работе. И, блядь, как это было охуенно... – я, сожалея, что все закончилось, грустно вздохнул. – Да, вас не хватало. Факт. Мне приходилось пользоваться имитаторами, чтобы не сойти с ума от недотраха, но состояние того коллапса энергии... Я считаю очень неплохим. Я проработал кучу конструктов, создал много нового, и все на основе нитей энергии Мриса, – сгрузил я им пакет данных, осознавая, что мой способ работы привел эннэшше в состояние прострации.       – Нихуя себе... – икнул Богдан. – Ты же усилил, минимум в десять раз, все, что у тебя было!..       – И укрепил, – согласился я. – А вот теперь, я бы хотел услышать, что у вас нового.       – Да ничего, в общем-то, – отмахнулся Богдан.       – Почти ничего, – не согласился Аралан. – Обе сайнары носят моих детей. Риналь нам помог с этим. У него оставался образец моей спермы, и ему хватило этого, чтобы оплодотворить моих женщин. Так же, сам Риналь носит плод от твоего внука. А Александр скинул три яйца.       – Отлично, пополнение потомства, – хмыкнул я. – А еще?       – По твоему желанию мы нашли Альтана. Точнее, его нашел Олег. Тот находился близко к его мирам. Пока он не встречался с Кадисами, только пообщался с Риданом...       – И я считаю, что его можно допустить к обучению моих братьев. Он... адекватный и умный Лорд, – кивнул Рид.       – Уже хорошо, – улыбнулся я. – Не придется его искать. Но что-то я его не видел.       – В кармашке, – постучал Богдан себя по груди. – Он сам решил пока быть там, потому что ценит свое время, и хочет его проводить с пользой. Выпустить?       – Да, давай, – кивнул я, тут же получив перед собой Альтана. – Привет, Лорд.       – Привет, бог, – оглядевшись, Альт присел на свободный стул. – Как я понимаю, скоро стоит приступать к обучению доверенных мне эмпанов?       – Именно. Если ты этого хочешь.       – Скажем так, мне это не помешает в поисках совершенства, которым я и занимаюсь. Все равно, моя магия крови больше не имеет силы, а в твоих эмпанах ее можно будет возродить. Да и ты, я вижу, немного занялся нашими техниками. Духовная сила, духовное оружие... – протянул он руку к Адарну, но тот коротко плюнул в него небольшим сгустком пламени. – Смотри-ка, разумный... и привязанный.       – Привязанный, только не через мою энергию, – скривился я. – Надо перепривязать.       – Сделать подобное довольно легко, – согласился Альтан. – Напои его своей кровью.       – Я – чистая энергия. Где я свою кровь возьму?..       – Уплотни конструкт. Ты же помнишь, как ты Ридана привязывал кровью?       Я ошалел. Во-первых, Альтан не мог знать, что я Ридана поил кровью, а во-вторых, я не знал, что я его этим привязал.       – Все хорошо, – улыбнулся мне Ридан, положив ладонь на мою руку. – Если эмпан не хочет привязываться, он и не привяжется. Коннета, и его команду ты своей кровью поил постоянно. Но они, как не были твоими, так и не будут.       – В смысле?..       – Они тебе служат, они тебя принимают как командира, а не врастают в тебя душой, как я. Привязка кровью – это твой шаг добровольной отдачи себя им. Только когда они дадут тебе свою кровь в ответ – это будет обоюдная привязка. Это будет врастание.       – Но ты же мне себя не давал тоже, – прищурился я.       – Душа моя, – улыбнулся Ридан. – Я отдал тебе все. Себя, свою душу, свое тело, свою жизнь. Если тебе этого мало – возьми мою кровь, – уплотнил он конструкт, сцедив в стакан из-под виски немного крови. – Но это сущая мелочь, по сравнению с тем, что ты от меня получил.       – Хм... – я выпил предложенную кровь, не ощутив никаких изменений. – Получается, что и Адарн должен будет напоить меня собой во время привязки? Спасибо за доверие, Ридан, – улыбнулся я, увидев его теплую улыбку, ощутив, что для него эта церемония по какой-то причине значила больше, чем для меня.       – Адарн может дать часть себя тебе, не поя своей кровью, – спокойно согласился Альтан. – Но, если захочет. Если поймет, что это нужно. Он и так твой, как Ридан и сказал про себя.       – Я не хочу делать его пленником собственных эмоций, как никогда не хотел делать это с Риданом, – вздохнул я. – Понимаю, что это искусственное существо, созданное мной, но так же понимаю, что имея в себе конструкт души, и силу одного из моих живых миров, Адарн разумен и полностью самодостаточен. Я сделал его сильным, я смог вложить в него все то, что хотел... Но... я ощущаю его, скорее, своим созданием, своим ребенком, как Сая... А не своим защитником.       – Сай... – разоржались мои эннэшше.       – Блядь, Андрей, ты просто уникум тупости! Кстати, как и мы! – добавил Богдан, лыбясь, как тот кот. – Ты в курсе, что твой Сай – Древний?       – Естественно в курсе, – не понял я. – Он мне сам сказал...       – А то, что Эрран – Древний? – уже чуть нахмурился Богдан. – И что оба они – Высочайшие?       – Ну... Как бы... да. В курсе... Не то, что они Высочайшие, а то, что Древние. Я это знал. Их миры относятся к комплекту тех миров, где эти Древние и обитают. Так что, оба – довольно серьезные личности.       – Ясно, – Богдан нахмурился. – Я думал, ты не в курсе...       – Совсем меня за придурка считаешь?.. – хмыкнул я. – Окстись. Я не все говорю, не всегда вас держу в курсе, но кое-что все же понимаю.       – И твои срывы на Вэрриана, тоже в числе того, что ты делаешь осознанно? – полюбопытствовал Аралан.       – Нет. Он меня просто бесит, – буркнул я. – Но он знает, что я прав, и знает, что без моей помощи ему не обойтись, как и мне без его знаний. Так что – стерпит. Короче, я знаю, что эти двое – Древние, а так же знаю, что Мрис так же Древний. Еще вопросы?       – У матросов нет вопросов, – согласился Богдан. – Но все же, почему для тебя Сай – твоей ребенок? Потому что он так захотел?       – Потому что так захотел я, ответив на его притязания на эту роль, – спокойно ответил я, смотря ему в глаза. – А Адарн мой ребенок, потому что я его сотворил. Сам. От и до. Из ваших эмоций дружелюбия, из ваших умений, на конструкте души, который творил очень долго, и с частью силы Адарона. Когда создавал, то думал, что это будет идеальный конструкт. Как бездумное оружие, – вынул я переделанную, активированную глефу, услышав вздох восхищения. Притом не красотой, хотя я проработал и древко, и лезвия, не просто сплетая нити, а создавая узор. А силой. На данный момент, это было мое самое идеальное оружие. – Вот. Это мой ответ врагам. А Адарн... Я его вырастил. Я его учил, создавал, кормил... Он спал на моей груди... Поэтому, он – мое создание. Да, если будет что-то невероятно сложное, с чем он не справится, он не умрет. У него есть собственный карманчик, с привязкой, куда он уйдет, копить свою силу, если его сумеют развоплотить. Да, это существо невероятно сильно. И умеет думать, а не действовать только по приказу. Да, это – часть меня. Я знаю, что на данный момент, он – в разы, нет, в десятки раз сильнее меня. Я его тренировал. Я его готовил быть идеальным защитником. Но... я буду за него всегда бояться, несмотря на то, что это бессмертное существо.       – Тогда, тем более, дай ему часть себя, – спокойно произнес Альтан. – Напои его своей кровью. Пусть он знает, что ты готов за него отдать жизнь так же, как он готов это сделать ради тебя. Это единение духа, единение плоти, единение разума. Часть твоей души. И ты прекрасно знаешь, что он достоин этого.       – Да, ты прав, – согласно кивнул я, создав блюдечко, в которое нацедил своей крови. А Богдан сгрузил Адарна со своей ладони на стол. Дракоша тут же, ощутив незнакомый запах, но явно приятный, принюхался, и прошагал к блюдцу, припав к нему. – Ты – наш, – тихо шепнул я, ментально передавая ему, что все пятеро – его часть.       – Да, наш, – согласился Богдан и, взглядом испросив моего разрешения, уплотнил свой конструкт, резанув себя по запястью, добавив своей крови.       – Наш защитник, – тихо произнес Ридан, добавив и свою кровь.       – Наше дитя, которое сможет нас защитить... – Аралан сделал то же самое.       – Наш маленький воин, – улыбнулся Грайб, добавив и свою кровь.       Из рябенького, с серебристой грудкой, Адарн, пока пил кровь, стал чисто черным, а гребень, померцав, стал серебристым. Так же серебром окрасились его когти, а глаза стали похожи на расплавленную амальгаму. Но по моему ощущению, Адарн не ослабел. Наоборот, словно усилился. А когда, вылизав плошку, расправил крылья, тоже серебристые изнутри, и черные снаружи, издав тонкий писк, я понял, что он принял не только кровь, но и силу моих эннэшше.       Я проследил за ним, когда тот отлетел от нас метров на двадцать, решив проявиться в полной ипостаси, осознав, что мой, точнее теперь наш драконыш, стал еще красивее. Мордочка вытянулась, тело стало изящнее, крылья чуть изогнулись... Вся его форма стала совершеннее, словно из подростка Адарн перешел во взрослую форму. Да и... Размер его увеличился едва ли не вдвое.        «Вы – мои, я – ваш!» – услышал я рык в своей голове, и чуть поморщился. А Адарн, словно понимая, что слишком громок, произнес чуть тише: – «Нет, и не будет в мире других, кто мог бы мною повелевать. Мой дух, моя сила, мои умения – ваши. Все, что прикажете – сделаю», – склонившись к лапе, он, поочередно, оторвал от нее пять черных чешуек, выплюнув их на стол. И мы разобрали этот дар, для которого я тут же создал пять цепочек, что могли бы вливаться в общий конструкт, при создании плеяды. И уловил от Адарна тот факт, что при нашем единении, они будут становиться нашим щитом, броней, что будет задерживать время, замедляя удар у самой нашей груди.       – Благодарю тебя, Адарн, – тепло шепнул я, уловив те же эмоции благодарности от эннэшше, только ментальные.       – Я знал, что можно создать подобного питомца, – уважительно сообщил Альтан. – Но никогда такого не видел. Он... Роскошен. Но, что он умеет?       – Убивать для нас, – пожал я плечами. – И хранить то, что ему дано под охрану. Возможно, чуть позже, разовьется, чтобы уметь еще что-то. Я его не ограничиваю. Я хотел друга, когда создавал его. Не подвластную мне силу, а вот такого, как он. И я его смог получить. Но... я понимаю, что моя власть над ним эфемерна.       Адарн подошел, положив мне голову на плечо, давая понять, что он мне предан до последней чешуйки. И я это принял, расслабившись. Несмотря на то, что он был почти живой, почти разумный, почти осознающий себя, он оставался моим. Нашим, потому что я увидел немое обожание в глазах своих эннэшше, осознав, что Адарн транслирует им, что мы – единое целое.       – Альт... – заглотив еще один стакан виски, попросил Богдан. – А ты не мог бы уйти к нашим богам?.. Мы тебе и портал откроем?..       – Я и сам могу, – согласился тот, но перед этим посмотрел на Ридана. – Я жду тебя у Кадисов, когда мы начнем обучение.       – Я жду тебя на церемонии посвящения меня, – перебил я его. – Когда я тебя с этими Кадисами и познакомлю.       – Отлично. А пока я пообщаюсь с Олегом и Яной, – открыв портал, напоследок махнув нам рукой, он исчез.       И почти сразу за этим, Адарн вернулся в малую форму, потопав по мне по столу, явно требуя, чтобы я его поместил в пространственный карман. Что и сделал.       – Теперь, надеюсь, мы можем заняться нашей синхронизацией? – буркнул Богдан, прямо на камни кинув толстый матрас, три на три метра. – Или тебя еще упрашивать надо?       – Да нет, не надо, хмыкнул я, скинув конструкт своей одежды, заодно и очистив тело. – Я, как и сказал, полностью ваш.       – Ага, полностью, – Грайб протянул мне возбуждающую настойку Мриса, – Без этого ты точно не наш, а бревно, которое мы иметь будем.       – С этим, увы, тоже, – отозвался Аралан. – Андрей забыл вкус секса.       И он был прав. Даже, несмотря на то, что я принял данную настойку, возбуждения не было. Никакого. Да, мне было приятно вторжение в мое тело, поцелуи и ласки, но по большому счету, я ничего не ощущал. В смысле, того состояния искристого и острого удовольствия, которое сквозило между нами ранее. Я даже возбудиться не смог. Так, иногда проскакивали искры, но такие слабые, что я, в конце концов, просто отстранился, давая им самим сбросить свой жар страсти. Даже наблюдать за тем, как мои эннэшше ласкают друг друга, как любят, было и то приятнее, чем то, как имели меня.       – Это временно, – отдышавшись после секса с Грайбом, в его яргеновском обличье, выдохнул Аралан, томно и сладко размазывая свою сперму по животу, не желая переходить в энергетический вариант своего тела. – Ты просто забыл, что такое – наше присутствие. Но вспомнишь. Обещаю.       – Не особо и парюсь по этому поводу, – хмыкнул я, понимая, что член так и не встал. Даже на их секс. – Знаю, что приду в норму. Просто...       – Много всего и сразу, – согласился Грайб.       – Именно. Я... перенапрягся.       – Скажешь, когда захочешь... – шепнул Ридан. – Или мы тебя просто... Залюбим, когда ощутим, что ты этого хочешь.       – Ага, – согласился я, и отвернулся, смотря на то, как волны бьют в камни островка.       Не то, чтобы я переживал о том, что случилось, но это было неприятно. Да, мои эннэшше правы. Я перенапрягся. С утра – из тюрьмы богов вызволили, потом – с Кадисами поссорился. После – Пробуждение. За ним – связь с Адарном поменял... Не, ну как бы, много всего. Расслабиться можно было бы... А вместо этого – закрылся. И… было обидно. На себя обижался, и на своих эннэшше тоже. За то, что они друг под друга подстроились еще лучше, а я...       Но когда ощутил, как к моей спине прижался Аралан, чуть попустило. И еще легче стало, когда вперед, не перекрывая мне, вид океана, перелез Ридан, обняв, и прижавшись головой к груди. Это было уютно, и я довольно быстро сумел себя заставить заснуть. Просто заснуть, чтобы не испытывать эмоций, которые не имели смысла.       Проснулся я от осторожного проникновения. Причем не членом, и не пальцами, осознав, что кто-то из эннэшше, придерживая мою левую ногу на весу, ласкает меня губами. И не один. Второй явно тоже был, так как мои яички и член тоже не остались без внимания. Но решил все же сделать вид, что сплю, позволяя им ласкать меня. Когда в анус ткнулись пальцы, я просто расслабился, давая возможность меня приласкать, уверенный, что будет то же, что вечером, но проиграл своим мыслям. Ощущения были острыми и желанными. А прикосновения языка и губ – сладкими и возбуждающими. Так что, даже не желая того, дернулся и застонал, насаживаясь то на пальцы, то вбиваясь в рот того, кто меня ласкал, ощутив, как пальцы сменились членом, осознав, что это Аралан. Застонав от удовольствия, подался назад, всхлипнув, когда он вошел в меня полностью, удивившись тому, что мою левую ногу задрали еще выше, буквально сразу после того, как вошел Аралан, ощутив в себе член Богдана, в теле яга, охнув от двойного проникновения, ощущая, что по длине они практически равны. Было немного больно, так как конструкт тела был почти в физическом аналоге, но при этом и хорошо. Приятно. Не до того состояния, чтобы биться на их членах в сладкой конвульсии, но до того, чтобы можно было расслабиться.       А эти двое, не спеша меня возбуждать, медленно двигались, проникая довольно глубоко. Аралан целовал мне шею, лаская руками бедра, а Богдан оставлял свои поцелуи на моих скулах и глотке, чувствительно зажимая соски, и лаская член.       Довольно быстро они ускорились, притом вдвоем, словно поддерживая ментальную связь, и я ощутил, что мне больно. Не удовольствие, а неприятная боль. Что и дал им понять.       – Прости, – Богдан вышел, оставив меня на Аралана. – Ты всегда возбуждался от подобного. Мы решили, что тебе понравится.       – Не понравилось. Но вы правы, это временно, – я дернул бедрами, и Аралан тоже вышел. – Я не психую, и не бешусь. Я... нервничаю. Это немного разное. Давайте закончим все с миром моей сестренки, и я буду полностью ваш.       – Прости, мы думали, с утра у тебя изменится настроение, – шепнул Аралан.       – Не изменилось, – хмыкнул я, а потом и приподнялся на руках, смотря на всех четверых. – Ребят, я понимаю все. Вы меня долго не видели, и тому подобное... Но у меня рил проблема. Я не хочу вас сейчас. Я не могу даже дать понятный ответ: почему. Вы изменились, я изменился. Для кого-то и двух недель не прошло, для кого-то полтора года, а для меня – три с половиной. Мне надо снова войти в тот ритм энергий, который у нас был.       – Скажи, – Аралан прижал меня к себе, целуя. – По энергии, что мы тебе дарим, твое ощущение нас не изменилось?       – Нет, – улыбнулся я, понимая, что если меня не трахают, то само слияние энергий идеально. – Как было, так и осталось.       – Ну, и слава яйцам. А желание вернется, – чмокнул меня в губы Богдан. – Извини. Просто решили попробовать еще раз.       – Это вы меня простите... – ощутил я свою вину. – Просто... Так получилось.       – Ша, креветка, море наше, – буркнул Богдан, прижавшись ко мне, давая понять, что его восприятие осталось таким же.       Не совсем таким, как было, но схожим. У всех оно было не таким. И я осознал, что рядом со мной вроде и мои эннэшше, но не мои. Именно по этой причине нормального секса и не получилось. Мы стали чужими за это время. Нам надо было познакомиться заново, чтобы желать друг друга так же. И это дал им понять, ощутив, что прав. Меня они тоже перестали воспринимать так ярко, как было ранее. А ведь, для них прошло куда как меньше времени...       – У нас все будет, – Аралан поочередно поцеловал все пальцы на моей руке. – Мы тебя научим любить нас, как ты любил до своего заключения.       – Какого хуя ты его вообще допустил?! – взорвался Богдан.       – Отказался убить инквизиторов, – хмыкнул я.       – Нет! Ты не понял! – взвился Бага. – Ты мог вообще не допустить своего пленения! Ты мог перевесить свою вину на Вэрриана! Ты мог отказаться идти в отсек! Как я узнал, то ты, признав свою вину, туда пошел! Если бы воспротивился, то никто не смел бы тебя задержать! Млять! У инквизиторов есть сознание вины, и право невиновности. Если бы ты себя не принял, как виновного, тебя никто не имел бы права закрыть!       – Я не знал, – пожал я плечами. – Филлис мне этого не сообщал. Да и... посидел я, работая, а не просто скучая.       – И вернулся гребаным импотентом! – рявкнул Богдан, получив по лицу от Аралана.       – Если ты был с ним ради секса – уходи сейчас, – прошипел Ар. – Если ты с ним ради души – жди, пока вернется! И не смей говорить подобного! Никогда!       Богдан, залечивая кровавые царапины, просто молчал, а я ощущал себя паскудно. Они правы. Гребаный импотент. Но не физически, а моральный. Я отвык от эмоций, от проявления чувств. От того, как можно проявлять себя, и от того, что можно чувствовать. За все, то время, пока был в камере богов, я всего раза три, или четыре пользовался системой щупалец харборило, чтобы удовлетворить себя. Было не до этого. Было много всего, что мне надо было переделать, изменить. Адарна растил... Я реально перестал воспринимать секс, как что-то важное... и слова Богдана были правдой. Я реально ощущал себя импотентом.       – Прости, – глухо произнес Богдан. – Но ты сейчас не открываешься никак. Вообще. Ты с нами, но тебя нет среди нас. Ты – сам в себе! Я сорвался.       – И ты прости, – виновато улыбнулся я. – Мое уединение наложило свою печать на мои эмоции. Я все еще там, все еще... узник того мира, в котором был. И Аралан прав. Если хочешь – уходи.       От Богдана хлестнуло отчаянием и бездной одиночества, и Грайб переполз через нас, обняв его, а потом и Ридан присоединился к объятиям, а Аралан, осознав, что не прав, поцеловал его в щеку, но прижался ко мне, давая понять, что осознает мою проблему.       – Мы все рядом с тобой, Андрей. Все, – поцеловал он меня в шею, а после слегка прикусил ухо.       – Знаю, – согласился я. – И верю.       Предаваться сентиментальности мне не дал вызов от Ольги. Как и обещала, она поторопила всех в Лукедонии, как сумела, так что благородные подготовили все к празднику в рекордные для них сроки. И дала мне знать, что к десяти часам утра меня ждут. Так что пришлось идти на материк оборотней, и готовить всех к церемонии.       – Я нервничаю, что даже удивительно, – пробормотал я, смотря на свой конструкт фрака. Я, конечно, хотел пойти в камзоле и плаще, чтобы выглядеть еще пафоснее, но передумал, понимая, что и без этого удивлю всех.       Мои эннэшше так же были вынуждены быть во фраках. А вот боги, которых я приглашал, смогли от этого отвертеться, каждый выбрав себе свое одеяние. Но, придя к общему знаменателю, мы выбрали общую цветовую гамму для всех: Золотисто-белую. Хуже было с плеядами. Те хотели выбрать себе каждый свою гамму, на что я махнул рукой. Клоунами никто не был, разноцветности не ожидалось, и я даже не удивился, когда каждая плеяда, что должна была присутствовать на моем празднике, выбрала себе монохромные цвета. Белые рубашки, и черные костюмы.       Призвав своего дракошу, я усадил его на плечо, завершая собственный образ, и посмотрелся в зеркало, что повесил тут же.       Мелкий, совсем не мужественный... да, я все же проиграл Родерику, так как причинил ему вред, и теперь вынужден был выглядеть молокососом. Янка мой облик таким сделала, что эннэшше мурчали от него, иногда требуя такого внешнего вида. Большие глазенки, пухлые детские губки, миловидное личико, тонкая немощная фигурка... Тьфу! Но Баге нравилось, тот буквально слюной исходил, когда я таким перед ним ложился на кровать. Да и Родерик почему-то решил, что таким я буду правильнее, хотя от него похоти не исходило. Так что похер. Пусть будет так.       – В общем, так, – повернувшись к народу, произнес я. – Первым иду я. За мной, чуть ближе, идут Аралан и Ридан. Справа от Ридана – Богдан. Слева от Аралана – Грайб. Вы все равны передо мной, но впятером в одну линию, думаю, просто не выстроимся. Далее. Боги, – перевел я взгляд на тех, кто решил присутствовать. – Входите позже, тогда, когда Лёлька скажет. И размещаетесь среди гостей, как гости. Черный отряд, – перевел я взгляд на своих ребят. – Вы встаете так, чтобы быть позади богов. Простите, так надо.       – Да без проблем, – хмыкнул Гном. – Установимся.       – Отлично. Теперь ждем Ольгу.       Портал, сделанный богиней, открылся сразу у керра. Та, коротко, мысленно возвестив о своем прибытии, для приличия постучала и вошла в керр, держа в руках цветы. Именно свободно собранные цветы, а не праздничный букет. Коротко посмотрев на нас, Ольга улыбнулась.       – Вижу, вы почти готовы, – самой себе кивнула она, протянув руку с букетом. – Еще только цветы, и будет идеально. Богдан, Аралан, вы – выберите себе по одному бутону и в бутоньерку засуньте. Грайб, Родион, вы – в волосы себе. Ну а все что останется, будем вплетать Андрею, – богиня еще раз посмотрела на меня, но не придирчиво, а скорее задумчиво, оценивая. – С тем обликом, что ты выбрал, даже лучше будет вплести прямо в волосы, чем шляпку надевать.       – Какая нахуй шляпка? Лёля? Я тебе что, блядь непонятного пола, что ли? - охренел я. – И какие цветы? Я не кобыла, чтобы мне в гриву это дерьмо вплетать. Если ты забыла, то я как-никак мужик. Так что придумай что-нибудь, что не будет меня в глазах других выставлять придурком. Если тебе обязательно меня этой травой украсить, то максимум, на что я соглашусь, это венок. Не более. То, что я со своими ребятами ебусь, афишировать всей Лукедонии, не собираюсь!       – Эй-эй, не горячись, – Ольга от такого выпада даже немного растеряла весь свой энтузиазм. – Это не ты такой особенный, а традиция такая немного отбитая, – примирительно подняла она руки, а потом тут же стала ловко и по очереди скручивать цветы. – Венок так венок. Сейчас будет сделано, – как и сказала, она довольно оперативно соорудила из цветов венок, который тут же надела на мою голову, оценивая внешний вид. – Вот и хорошо, вот и прекрасно. Красавцы. Что же... Кто еще идет на церемонию? – спросила она у меня, оглядываясь.       – А вот это все кодло, – мстительно хохотнул я, показывая на богов, и на мой отряд. – Мои стражи, мои эннэшше, мои боги, мой брат... Древние, Высочайшие… Короче, полный комплект. А еще, вот этот, – указал я на Альтана. – Эмпан, который будет обучать Кадисов       – Как вас много... – Ольга задумалась. – Но ничего, зал большой.       – Я свое оружие духа явить там собираюсь, если что, так что пространство нужно, – предупредил я ее.       – Сделаем, – согласилась богиня. – Раз все гости с твоей стороны уже на месте, то выдвигаемся? В Лукедонии тоже уже все готово.       – Прекрасно, – буркнул я. – Лёль, ты мне сразу скажи, когда вот это уродство снять можно будет, – потрогал я венок. – Терпеть ненавижу все эти странные и ненужные вещи. А, и да, еще расскажи, как именно будет проходить церемония. Как обычный банкет? Или есть свои отличия?       – Да вот сразу как Раскрея скажет, что официальная часть окончена, так сразу, – коротко сказала богиня, пройдя порталом в коридор перед тронным залом. – Значит так. Официальная часть. Когда забьет колокол – ты, и твои эннэшше заходят. Ваши гости сейчас пойдут со мной в зал, – деловито стала отсеивать их богиня, и когда закончила – вновь повернулась ко мне. – Раскрея тебя будет опять пробуждать. Только это будет сильнее того, что делал Родерик, так что будь готов. И оружие проявишь. Потом она задаст тебе три вопроса, я самолично их подкорректировала, так что просто ответишь "клянусь". Ну, или что-то похожее по смыслу, если не захочешь клясться. И, по сути, конец официальной части, потом бал, но там – гуляй душа, можно делать что хочешь.       – То есть, вот это общество, будет там присутствовать? – указал я на богов.       – А тебе это очень надо? – прищурилась Ольга.       – Ну, как бы да, – согласился я.       – Тогда устроим.       – Понял, принял, – согласился я.       – Начинается, – тихо произнесла Ольга, убежав со всеми моими ребятами, включая богов, а я услышал мелодичный звон колокола, после которого открылись двери и мы, всемером, включая Сая и Гэсса, что шли позади нашей пятерки, шагнули на ковровую дорожку. Вдоль ковра стояли вазоны с цветами, а за этими вазонами, как ни странно, я заметил довольно большое количество народа. И Лёлькины ребята, и каджу местных вампирчиков, что не пили кровь, и много кого других. И даже удивился, что моих богов не пустили в это сосредоточие... А потом заметил, что мои ребята, и мои боги встраиваются в эту толпу. Видимо, Лёлька провела их другим путем.       Но мне некогда было разглядывать эту рокировку, я шел по дорожке, и за мной шли мои эннэшше. Шли к трону, пока еще пустому. Но, когда до трона оставалось три шага, из-за него выступила миловидная женщина, застыв как изваяние.       Было немного стремно. Не, за свои годы жизни я бывал на многих мероприятиях, но, то ли меня подкосило пребывание в тюрьме богов, то ли пробуждение моей силы действительно было чем-то значительным, но я ощущал какую-то торжественность, так что и вел себя соответственно. Как на приеме у английской королевы. И, подойдя к женщине, стоящей у трона, низко склонил перед ней голову, приветствуя. А после выпрямился, готовый слушать ее.       – Приветствую вас, – кратко склонила голову та, явно нервничая и не зная толком как обращаться к стоящими перед ней. – Так же приветствую всех собравшихся нынче. Это великий день, который своей торжественностью войдёт в историю Лукедонии навсегда, – Лорд успокоилась, начиная вести свою речь спокойно. – О том, что сегодня произойдет, наш народ будет рассказывать долго, вечно, об этом дне будут слыть легенды. Точно так же, как и сейчас слагают легенды, о великом...       – Раскрея, умоляю, – проныла Ольга, которой очевидно пофигу были удивлённые взгляды других каджу. – Второго полуторачасового рассказа об увлекательной истории Лукедонии я не выдержу, – на удивленный взгляд Раскреи то лишь выдохнула. – Просила ведь тебя, короче, подруга, короче. А то снова будет, начали за здравие, кончили за упокой!       – Кхм, да. Прошу прощения, – понятливо кивнула Лорд, сосредоточившись. По залу, будто сквозняк, пронесся импульс энергии, и в руке благородной появился длинный, полутораметровый меч. Махнув им, она ловко воткнула его в выемку в полу, что-то бормоча себе под нос. Ольга внимательно посмотрела на меня.       Не зря я сидел в застенках тюрьмы богов. Ох, не зря. Мне еще в самом начале, когда я увидел трезубец Олега, с прошлым, будущим и настоящим на зубцах, захотелось создать со своей глефой что-то подобное. И, на зов меча, что держала Лорд, явил свое оружие, поставив его горизонтально, дав нитям времени, перевитым синтропией и энтропией, свободно свисать, подобно лентам, что с хрустальным звуком прошелестели по полу. И в этот же момент за моей спиной, точнее за нашими спинами, трубно, но довольно тихо проревел мой Адарн.       Благо, Раскрея держалась за меч – иначе точно бы присела. Впрочем, сделай она так, никто бы не обиделся и не возмущался. Дракоша пугал даже больше, чем невероятно сильное оружие духа. Было заметно, что мало кто связал факты и осознал, что причудливое животное – атака духа, но вот Родерик и Ольга, что были в курсе, коротко переглянулись, и улыбнулись. Притом Родерик, что стоял ближе к Раскрее, явно ментально обратился к ней, так как Лорд благородных пришла в себя только после короткого взгляда, брошенного в сторону отца. И посмотрела на меня, стараясь сосредоточиться именно на мне, а не на драконе за моей спиной.       – Стоящий передо мной Андрей Севретов, готов ли ты поклясться, что слышишь голос своего оружия так явно как мой голос?       – Готов, – торжественно отозвался я. – Мое оружие – и есть я. Мы – едины и синхронны!       Раскрея чуть заинтригованно посмотрела на меня и мою глефу.       – Клянешься ли ты, что душа твоего оружия согласна на то, что ты стал главой клана? – сказав это, благородная чуть замешкалась, но потом решила свой интерес утолить, что явно не являлось частью торжества. – И какое ты имя дал своему оружию?       – Клянусь, – гордо отозвался я. – Мое оружие никогда не причинит вреда моему роду, и моему клану. Каждый, кто под моей защитой, имеет полное право стать его частью, как и была собрана единая душа его, всеми, готовыми дать часть себя в его плоть, – провел я рукой по древку глефы. – А зовут его – Адарн, – я обернулся на дракошу, что, чуть раздвинув эннэшше, положил мне свою голову на плечо. – Неминуемая гибель, – я мягко улыбнулся. – Сама душа, сама частица духа этого оружия – это часть души живого мира, который пожертвовал ею для того, чтобы мое оружие жило. Имя этого мира – Адарон. Но он, как и мой красавец, – почесал я под нижней челюстью дракоши, – согласились с тем, что Адарн – истинное имя его воплощения.       По моему кивку, все четверо моих эннэшше, а так же Сай и Гэсс обнажили такие же глефы, как у меня, разнеся по залу хрустальный перезвон нитей времени и, гордо вскинув головы, замерли, являя собой наше единство и нерушимость плеяды.       Ольга в ответ на массивы энергии вздохнула, Раскрея же, глядя на это, чуть раскраснелась. Против подобного могущества она, глава всей нации, казалась мелкой сошкой. Но, тем не менее, держалась она достойно, гордо вскинув голову и кивнув на объяснения бога.       – Достойное имя для подобного оружия. Клан Ландегре, – повернулась она, глядя как на чинно приодетого Региса, так и на ни живого, ни мертвого Геджутеля. – Вашей обязанностью будет списать в книгу нашего народа всю ту информацию, что получили сегодня здесь.       – Да, мой Лорд, – упал на одно колено Регис, в то время как Геджутель не сдержал себя.       – Как возможно пятерых сделать одновременно главами одного клана? – его голос приговором разнёсся по залу, сея после себя тишину.       – Они все пятеро – как одно, – не согласилась Ольга. – И не нам разделять то, что вселенная сделала единым.       – И не нам определять иерархию между теми достойными мужьями, – подхватила Раскрея, посмотрев на меня. – Андрей Севретов. Клянешься ли ты в своей лояльности Лукедонии, посильной помощи ее жителям и не нападении на нее?       – Истино клянусь! – я встал на одно колено, и эннэшше повторили мой жест. – Отныне, с сего дня, и до того времени, как не перестанет существовать этот мир, хотя бы часть моего клана будет служить Лукедонии, как самая преданная стража. Я сам, хоть и не смогу бывать здесь часто, как и мои собратья по оружию, но я оставлю своего заместителя, который верно понимая мои приказы, будет беззаветно предан вам, и вашему роду, Лорд!       – Номинация на главу клана прошла успешно, – немного подрагивающим, от осознания мощи трёх клятв, а особенно последней, голосом произнесла Раскрея. – Ответственность за божественный клан отныне несёт Андрей Севретов и его эннэшше Аралан, Богдан, Грайб и Рэйдан. Распределение обязанностей, а так же распределение земель и передача полномочий заместителю произойдет потом, на следующем собрании каджу. Возрадуемся, братья и сестры! – поднесла она руки, Рагнарёк слевитировал на уровень ее глаз и рассеялся. Судя по округленным глазам Лордессы, подобное типичным не было. Но стоило ей отдать должное, та лишь на секунду замешкалась, а после, ощущая, что ее оружие в порядке, выпрямилась. Чуть запоздало прозвучали колокола, и все благородные, что присутствовали, припали на колено. – Андрей, – едва слышно обратилась Раскрея. – Ты, твои друзья, и твои эннэшше могут покинуть тронный зал. На этом официальная часть окончена. Теперь можно отправиться на бал, в честь появления нового каджу.       Как только официальная часть завершилась я, кивнув Лордессе, подошел к Ольге.       – Странно, ты говорила, что будет еще одно пробуждение, но я ничего такого не заметил. По силе никто меня не пытался будить, да и никакой дополнительной энергии, кроме самой силы Рагнарока, я не заметил.       – Именно, ты не заметил, – улыбаясь, подошел ко мне Вэрриан. – Но всплески силы были, и не слабые. Но то, что явил ты... – он задумался. – Ты вообще, где подсмотрел вот эту связь?       – Придумал, – хмыкнул я. – Но, мне кажется, она хорошая, – я погладил по головке уменьшившегося дракончика, что уютно устроился у меня на плече.       – Да я сама прифигела от того, что произошло, – фыркнула по-доброму Ольга, подхватив меня под локоток, а своему мужу лишь подмигнула. И повела за собой. Все кто находился в зале устремились в одном направлении, а кто смелее – ещё и пытался заговорить по пути с моими эннэшше и гостями. – Ты же так силушкой своей богатырской плеснул, которой в нашем мире даже Ноблесс не обладают. Не удивительно, что ты даже не заметил благородного пробуждения.       – Я его первый раз заметил,– хмыкнул я. – Это было... сильно. А сейчас, вообще никак. После того, что я получил первый раз... Это уже не было пробуждением. Это было законным основанием, так сказать, – я задумался. – В общем, когда я был в заключении, я провел много времени в самом себе. В самосозерцании. И понял одну великую вещь, – я создал стакан с виски, понимая, что сейчас будет что-то вроде фуршета, и можно расслабиться. – Нити, которым меня научил Мрис – довольно толстые, – чуть ближе наклонившись к ушку Ольги произнес я. – И их можно расслоить. А значит, что конструкты можно получить куда более тонкими, и совершенными. Еще более точными, так сказать. И при этом силы тратится ровно в десять раз меньше, чем при манипуляции нитями. Это меня немного удивило, конечно. Но на их основе, точнее, на основе волокон, как я придумал их называть, можно создать такое, что раньше мне просто и не снилось. И все это, как ни странно, на таком минимальном объеме энергии, который даже человеку будет доступен, – я пожал плечами. – Или даже того меньше. Точнее, сейчас я вовсе не задеваю энергетику миров своей работой.       – Ну ты и зверь, Андрей, – покачала головой Ольга. – Зверь-ювелир, – тихо рассмеялась она от того, что сказала. А потом посмотрела с шальной улыбкой мне в глаза. – Твоему могуществу скоро не будет предела.       – Ты удивишься, сестренка, но на данный момент я все еще нахожусь в рядах низших богов, – улыбнулся я. – По той простой причине, что они мудрее, и могут использовать то же самое, или даже более громоздкое, но куда как более ювелирно, чем я свои огрызки нитей, – я с горечью хмыкнул. – Ведь, со всеми своими умениями, я даже против инквизиторов – никто. А они – всего лишь стражи порядка, который могут задерживать не самых сильных богов. Ты же видела Иварта? На первый взгляд практически никто. А вот на второй... Скажем так, все то, что я умею, бесполезно, и не даст его даже ранить. Я до сих пор удивляюсь, как вам удалось штурмом захватить тюрьму. Не иначе, как ему надоели ваши атаки, и он просто вскрыл двери, чтобы вы забрали такого беспокойного гостя.       – Спорить не буду, возможно, – кивнула Ольга с улыбкой блуждающей в уголках губ. Те воспоминания явно доставляли ей удовольствие. Правда потом ее лицо чуть разгладилось – они дошли до банкетного зала, не меньшего, чем тронный, но более аскетичного из-за отсутствия колон и парящих кристаллов. Да и количество народа по сравнению с площадкой было больше, что только увеличивало визуально помещение. – Вот, это банкетный зал, – махнула рукой Оля, знакомя меня с убранством замка Лорда. – Я, конечно, настояла на том, чтобы Тао посадили за диджейкой, а оркестр отозвали, да и большинство каджу довольно раскрепощенные, но не гарантирую, что будет весело, – чуть приуныла богиня. – Иногда мне кажется, что вся сила благородных берется от того, что очень энергосберегающие в части развлекательных мероприятий и проявления эмоций. Прям, очень, – прискорбно добавила она.       – Я с тобой полностью согласна, – подошли к нам Шанасс с Яной, и Шанасс тепло сжала руку Ольги. – Андрей, поздравляю тебя с новой ступенью могущества, – улыбнулась она мне. – Видно, не зря чалился, если я правильно употребляю слово с Земли.       – Правильно, но не нужно, – я улыбнулся в ответ. – Еще раз хотел выразить вам благодарность за свое спасение. Не то, чтобы мне там было плохо или скучно...       – Могу посодействовать твоему дальнейшему заключению, если тебе там было не скучно, – ядовито произнесла Шанасс.       – Спасибо, но обойдусь, – отказался я, смотря на Вэрриана. хотелось с ним парой слов переброситься, но он явно давал понять, что пока со мной говорить не собирается. То же, как ни странно, делал и Олег, скользя по залу белоснежным нагом. Сай тоже куда-то смылся, как ни странно, да и Эрран сразу после посвящения ушел куда-то в космос. Братишки Шанасс сразу разбежались по своим мирам, Филлис тоже дал понять, что ему здесь больше делать нечего. Так что, рядом со мной, помимо Ольги, оставались только мои эннэшше и Гэсс. Ну и на грани восприятия я ощущал Серкасса, который не желал появляться в видимости Ольги по непонятной причине.       – Лёль, а где твои Кадисы? – я поискал их взглядом. – Я же обещал их познакомить с учителем из эмпанов, но что-то они куда-то задевались. Видимо, не хотят знакомиться.       – Все они хотят, как миленькие, – заверила меня Ольга чуть смущённо, явно в то самое время используя ментальную связь. И заметно расслабилась, когда братья Кадисы появились на пороге зала. Один с ее мужем, второй – в компании Идиан. Бросив красноречивый взгляд на своего контрактора, богиня тут же заозиралась. – А сам Альтан где?       – А вон, стоит, – указал я на приютившегося у стены эмпана, который выглядел как самый среднестатистический человек. И поманил его к себе. – Альт, это Ольга. Местная богиня. Оль – это – Альтан. Обычный эмпан Древний Лорд, разве что только бестелесный, энергетический, так сказать.       – Польщена знакомством, – чуть кивнула Ольга, выражая уважение в небольшом книксене. А потом активнее позвала Кадисов. – А это мои Ноблесс, Раймонд и Рейзел.       – Рад знакомству, – коротко поклонился Альтан. – Постараюсь так же быть максимально корректным. Но не думаю, что у нас выйдут какие-то разногласия. Я не наставник, я скорее советчик. Для них, – он коротко посмотрел на Ридана. – А вот его я возьмусь обучать жестко.       – Да и их обучайте, как заблагорассудится, – хмыкнула Ольга, – даю вам своё божественное разрешение гонять этих двоих как сидоровых коз.       – Нет, ну вы посмотрите на нее, – хмыкнули со стороны и Ольга повернулась в сторону говорящего донельзя удивлённая. – Уж с чем-чем, а с ролью богини ты сжилась идеально. Только получила права, а уже такие умные решения принимаешь, дочь, – произнес молодой, невысокий, странной внешности мужчина, приближаясь к нам, и тут же склонился в пояс. – Мое почтение, бог Андрей. Я безумно польщен вашим посещением мира моей дочери и той чести, что оказали ее миру.       – Па-а-ап, – чуть протянула Ольга, не до конца понимая, как ей реагировать. Было странно видеть, как ее отец кланяется перед ее друзьями. А иначе как друзей она собравшихся не воспринимала, хоть и понимала, что те сильнее нее. А некоторые – в разы.       – Не папкай, я тебе пример подаю, – по-отечески проворчал он, а потом выровнялся и тепло обнял Ольгу. – А ты, козявка, могла и сообщить мне, что тут у вас происходит. Я чуть не поседел когда почувствовал ту энергию из другой галактики, – покачал он головой, мотнув при этом волосами, в которых будто прожилки были видны розовые просветы. И глаза так же были розовыми.       – Ну... Упс? – произнесла Ольга со смешком, но встретившись с укоряющим взглядом Лакрицияра, тяжело выдохнула. – Ну, прости. В следующий раз тебя уведомлю.       – Надеюсь, следующий раз не я устрою, – я рассмеялся, а после протянул Ольгиному отцу руку. – Приятно познакомиться. И хочу вас поблагодарить за то, как отлично вы воспитали в духе богов свою красавицу.       Альтан только хмыкнул, смотря на бога с прищуром.       – Я так понимаю, здесь все свои? – взглянул он на меня и, получив кивок, повернулся к Лакрицияру. – Вы мне не скажете, тогда, как так получилось, что часть крови нашей расы каким-то образом ожила в вашем мире? Почему эмпаны оказались у вас? – по тому, как вел себя Альтан, я понял, что тот разговаривает с богом как с мальчишкой, но только плечами пожал, осознавая, что он прав. Вина Рица в том, что эмпаны родились в его мире, была не доказана. А то, что он помог им выжить, в этом я не сомневался. Но так как Альт считался «моим человеком», то слегка напрягся, готовый его защищать.       – Эмпаны? – не веря, переспросил он. – То есть как, эмпаны?       – А вот так, – Альтан показал на Ридана. – Это - чистый, но молодой представитель нашей расы, правда, уже Лорд, как ни странно. А вот эти двое, – указал он на Кадисов, – полукровки. Я даже больше скажу. Они братья данному эмпану, притом, я бы так сказал, кровные.       – Двоюродные, точнее, – мягко вставил я.       – Да. Двоюродные, – кивнул Альтан. – Но, думаю, этот вопрос больше не к вам, а к тому существу относится, – посмотрел он на Вэрриана. – Такие связи он обычно любит устраивать. Но, вот что мне действительно интересно, так это то, как наша кровь смогла мало того что развиться в чужом мире, чего не может быть априори, но и эти двое не сошли с ума от собственной жажды.       – Не знаю, говорит ли вам что-то слово «вампиры», – сделал я кавычки пальцами, – но эмпаны – самые что ни на есть вампирюги. Они питаются только кровью, ультрафиолет их ранит, ну а убивает только особый вид воздействия. Ну, и ко всему прочему, эти вампиры – маги крови. Так что да, мне как бы тоже интересно, как и что можно было сделать с эмпанами, тем более полукровками, чтобы они остались в полном и здравом уме, и смотрели бы на кровь, как на какие-то нечистоты. Мне эннэшше рассказывал, как им отвратительно одно упоминание крови... Если, конечно, они ею не дерутся.       – Я понимаю, кто такие вампиры, – мягко, но с едва заметным беспокойством вставил Лакрицияр после минутной заминки. – Вся группа моей когорты обучалась тщательным образом в этой теме. И адаптация Ноблесс многого мне стоила, но... Я никогда бы и не подумал... Я был уверен, что это последствия судебного заключения, – он с искренним непониманием смотрел как на меня, так и на Альтана. А после его явно осенило. – Разве что... Возможно, мой друг, с которым я поделился разработками, предоставил мне генный материал не своих созданий.       – Хочешь сказать, что Викириэль при создании своих существ использовал гены эмпанов? – несколько шокировано спросила Ольга.       – Это вполне возможно, – кивнул ее отец, взглянув в ее сторону лишь мельком, будто не смея отводить взгляда от Альтана. – Мой товарищ – тип охотника за знаниями. Он путешествует по мирам, собирая все доступные данные, стараясь придерживаться политики невмешательства. И вполне вероятно, что получив генетический код эмпана, решился на создание по его подобию существ своего мира. Только почему он этим поделился со мной, а не генами своих созданий, я ответить затрудняюсь.       – Боюсь, Лакрицияр, вам просто несказанно повезло, что твари, гены которых вы получили, не вышли на пик своей силы и безумия, а стали вполне адекватными и духовно стабильными личностями, – произнес Альтан, а Ридан нахмурился. Уж кто-кто, а он какое-то время жил и скрывался среди безумных особей, готовых выпить даже своих собратьев. – Если бы вам не удалось заложить в них часть человечности, то мир перестал бы существовать, превратившись в пустыню с подобием резерваций для рабов, которых растили бы для питания полукровок. А размножаются эмпаны, даже с помощью обычных теплокровных, очень быстро.       – Я понимаю, – кивнул тот, нахмурившись. – В некоторых альфа тестированиях подобное происходило. Приходилось с каждой попыткой адаптации удалять возможные опасности подобного исхода путем жёсткого контроля и дисциплины. Устройство Кадисов в этом мире просто не обошлось, – Ноблесс, слыша подобное, насторожились, а вот Ольга задумалась, поглядывая то на братьев Кадисов, то на отца. Но пока что не комментировала этого.       – Это был не оправданный по риску эксперимент, – покачал головой Альтан. – До первой тысячи лет, которая исполняется нашим эмпанам, они даже не рассматриваются как разумные особи. Просто хищные организмы, которые учатся выживать. Если же брать полукровок, то даже после тысячи лет жизни, они не становятся стабильными. У вас же получилось создать некий гибрид Лорда, притом истинного, с жителями вашего мира. Разумный, и очень качественный гибрид, который сложно было ожидать от такого существа как вы. Такое по силам только... – Альтан взглянул на меня, давая понять, что я в его градации богов все еще остаюсь не слишком серьезной личностью. – Только Высочайшим, у которых есть право изменение личности.       – Спасибо за подобное, – чуть язвительно произнес Ридан, напрягшись, – но Асур сделал все, чтобы я, и мои друзья отличались от хищных организмов, как ты нас назвал, Лорд. Взросление ускорилось...       – Да? – неправдоподобно удивился Альтан. – А сколько времени Дерех закармливал тебя собой, чтобы ты не кидался на всех, кого видишь, ощущая голод? Сколько учил себя контролировать? Даже твой перевод на частично искусственную особь, тоже связан с контролем пожирательства. И еще долгие годы ты не мог бы справляться с собственной сутью, с голодом, если бы он тебя не изменил. Не пресытил бы! Не переделал.       – Я вижу, вы тут отношения выясняете? – подполз к нам Олег, протянув руку Рицу. – Не стоит. По большому счету, все ваши молодые эмпаны – психи не по своей способности, а от безнаказанности. Стоило их взять в оборот, и заставить контролировать себя, и ни единого случая злоупотребления пищей, именно как пожирательства, не было зафиксировано.       – Конструкты, Олег, конструкты, – вздохнул я. – Ты же переделывал эмпанов с самой юности. Растил их под себя, чтобы создать Ридану штурмовой отряд, а ему дать друзей, – я улыбнулся, увидев, как мой эннешше нахмурился, и прижался к нему, – Да, прости, не тот отряд ты своим назвал, увы.       – А Коннет хотел того, что с ним сделали? Как изменили его судьбу? – чуть жестковато произнес Ридан.       – Не знаю, чего хотел Коннет и остальные эмпаны, воспитанные мной, – спокойно отозвался Олег, – но с тобой пошли те, кто захотел. Кому ты оказался нужен. А те, кто остался на Осоре, выживут и так. И поднимутся выше остальных гораздо быстрее. Так что, не считай, что ради тебя им жизнь испортили. Скорее даже, наладили. Именно ради тебя.       Слушая эти разговоры, Лакрицияр все больше бледнел, от чего его глаза ещё больше контрастировали с лицом. Видимо, понимал, какая тонкая пропасть была между мирным существованием рас и полным провалом, крахом его мира. Внимания Ольги это не обошло, и в этот раз она решила вмешаться, внимательно глядя на своего родителя.       – Пап, а ты уверен, что Викириэль твой друг? – несмотря на немного издевательский тон, ее глаза были полны сочувствия.       – Да вот знаешь... Уже не уверен, совсем, – чуть расстроено произнес он, поджав губы.       Было понятно, что подобная подстава должна была быть продумана давно, со всей тщательностью.       – Ладно, вы пока идите, поговорите, – подтолкнул я в спину Олега с Риданом, дав понять Кадисам и Альтану, что у всей пятерки найдутся общие темы для разговоров. А мне бы надо было кое-что с Рицем и Ольгой перетереть, – увлек я парочку за собой. – Риц, я видимо, не понял, как так получилось, что братья моего эмпана здесь. Но ты же понимаешь, что если их отец здесь был, и не улетел, то должен был остаться корабль. А если улетел... То мне тем интереснее, почему до сих пор ваша земля не занесена в список перспективных миров по будущему порабощению, ради питания?       – На наших землях никогда не было эмпанов, – уверенно заявил Лакрицияр, чуть поджав губы. – Мать Кадисов была оплодотворена другим образом.       – Дух святой к ней спустился? – съязвила Ольга, но не заметив реакции со стороны ее отца, удивленно округлила глаза. – Да ладно, правда что ли?       – Оля, у богов свои методы, – чуть снисходительно отозвался Лакрицияр. – Я просто наделил существо, которое та возлюбила, нужными генами. Увы, этот мужчина того не выдержал, и в приступе ярости убил ее. А потом я уничтожил и его.       – Жестоко, – покачала та головой.       – Но необходимо, – заверил ее бог.       – Не жестоко, – покачал я головой. – Я видел эмпанов и полукровок, которые сходили с ума. Поверь, с этим сложно справиться даже богу, один на один. Только убийство на расстоянии. Да такое, чтобы не возродился. Но, с другой стороны я спокоен, что есть еще время, чтобы свои щиты переделать под ваш мир максимально плотно, – улыбнулся я, понимая, что эта тяжесть с моих плеч все же спала. – Альтан уже в свои миры не ходок, и никому из высшей древней знати не расскажет, что где-то обитают создания с их кровью. Ридан тем более, никогда не пойдет туда, ему миры эмпанов и даром не сдались. Он человек душой, и его туда просто забросили, чтобы я подольше искал... Но защита все равно нужна. Просто, чтобы была.       – Согласен, теперь, когда я узнал какими генами одарил Ноблесс и под какую опасность подставил свое же детище, – говоря это, Лакрицияр мельком взглянул на Ольгу, будто намекая, что имел ввиду не только мир. Но в основном смотрел только в сторону Андрея. – Спасибо тебе за помощь. Благодаря тебе я не только осознал масштаб проблемы, но и получил шанс на исправление всего. Точнее, Ольга получила.       – Мне тут кое-что интересно стало, – чуть улыбнулся я, понимая, что и сам на Лакрицияра смотрю как на не очень сильного, местечкового божка. – Например, я хотел бы знать, почему у вашей Земли всего два бога, – ощерился я, – тогда как у Земли, у которой искр, не меньше, чем у вас, десятки богов. Не расскажете?       – Наш мир не до конца полноценен, – рассеянно ответил Лакрицияр, но потом мотнул головой. – Прошу меня извинить, я сейчас отвечу на все вопросы, но мне надо... Немного переварить то, что узнал. То, что мне сообщил Альтан, немного пошатнуло мое равновесие.       – Что ж, не буду вас удерживать, – склонил я голову перед Лакрицияром. – Мне тоже надо с одним индивидом поговорить, – прищурившись, я посмотрел на Вэрриана. – А то я только узнал, что мой дорогой друг – изгнанник, из-за которого я полтора года просидел в застенках тюрьмы богов. Хотелось бы ему хоть морду набить... – Адарн яростно зашипел, солидарный с моим решением.       – Я через пару минут буду в вашем распоряжении, – кинул божество, намекая Андрею, чтобы далеко не отходил.       – Пап, да что с тобой? – как-то растерянно спросила Ольга, было заметно, что в подобном состоянии отца она видит впервые.       – Понимаешь... Если бы наши с Викириэлием судьи узнали, что я ращу полукровок эмпанов, – покачал тот головой, достав из складок одежды, маленькую флягу, и тут же из нее отпил. – Таким наказанием, что я получил, я бы не отделался.       – Боюсь, что еще и не отделался, – кинул я в его сторону. – Инквизиторы никогда ничего не забывают. Просто иногда зализывают свои раны, полученные в бою с другими, – я погладил своего дракончика по черной чешуе, ласково почесав ему под подбородком.       – Это тоже, увы, возможно, – согласился Лакрицияр, испив еще немного. – Но я надеюсь, этот мир они не тронут. Во-первых, он уже не в моей власти, а во-вторых, этот мир, как я уже вспоминал, не совершенен. Можно сказать, что это резервная копия основного мира Земли, с привнесенными уже мною изменениями. Души здесь не заперты, искры приходят и уходят, но вот боги... В этом мире они не заинтересованы, – как-то растерянно ответил на мои вопросы отец Ольги. – Даже молитвы верующих не всегда находят отклик, иногда, раз в пару столетий, приходится звать гонцов богов из определенных эмпирей, чтобы те донесли все молитвы живущих тут искр. Но такое происходит лишь тогда, когда что-то нарушается в канале связи, которые удерживаются богом мира, то есть, раньше мной, а теперь Ольгой. Так они напрямую отправляются к желаемому богу, вместе с вложенной энергией.       – Ну, этот мир точно никто не тронет, – немного хищно улыбнулся я. – Ведь на днях, я готов буду поставить свой щит, который навсегда закроет путь в этот мир всем, кроме его истинной хозяйки. А посылы... Скажем так, они будут доходить до адресата едва ли не первыми. Скажем так, есть у меня среди богов Земли несколько приятелей из высшей пятерки. Так что, за данный мир можно не бояться. А вот за собственную шкурку... – я качнул головой, после чего скинул Рицу конструкт полного развоплощения, в котором энергия в тюрьме богов не тратится совершенно. – Считай, что это полная нирвана, в которой не сложно пребывать годами. Лично мне это помогло там.       – Истинное развоплощение, – выдохнул Лакрицияр стоило ему только разобраться в том, какой он получил дар. Ольга наблюдала за всей ситуацией, не скрывая своего удивления.       – Хочешь сказать, что отец может попасть в тюрьму богов? – разозлившись, произнесла Ольга, сжав кулаки. – В тех судах сплошные долбоебы, что ли? Это же очевидная вина этого Викириэля, отец даже не понял, что растит эмпанов!       – Именно, что не понял, – попытался остудить пыл дочери бог. – Это ещё больший промах, чем осознанное желание их выращивать. Я _должен_ был понять.       – Долбоебизм, – покачала головой Ольга, прикрыв глаза. – Похоже, я все-таки нанесу визит Фурии и Викириэлю. Что одна, что другой, уже давно напросились на то, чтобы получить по мордам!       – Ольга, не вздумай даже, – не согласился Лакрицияр. – Ты только меня опозоришь.       – Никто не будет спрашивать, понял или нет. Сделал, – я рассмеялся. – Я же тоже действовал по приказу, а не сам. И был уверен, что этот приказ не должен был быть отдан. Но отказать Высочайшему не мог, – я развел руками. – И все равно оказался виновен. Потому что сделал. Отношения между богами еще более ебанутые, чем между богами и смертными. С ними они хоть правил каких-то придерживаются, а друг с другом нет.       – Да уж... Увеселительная программка жизни вырисовывается, – насмешливо фыркнула Ольга. – Хорошо хоть что не все такие поголовно ебанутые. Но ты, отец, не переживай, – похлопала его по плечу Ольга. - Если что вдруг, я тебя отобью. Опыт уже имеется.       – Олега и Янку возьмешь, – подумав, кивнул я. – Моих сыновей и Мриса. Сая. А они уже сами решат, кто еще нужен, если понадобится еще кто-то. Думаю, что даже этой команды хватит. И не переживай. Я и так вне системы, как и мои детки. Правда, пока еще не изгои, так что их силами можно будет пользоваться.       – Видишь, папа, со мной не пропадешь, – хохотнула Оля, передав мне одной улыбкой такую благодарность, которую невозможно было выразить словами ни одного языка, придуманного мирами.       – Надо за это благодарить Высочайшего, – заметил Лакрицияр. – Если бы не Вэрриан, вы бы вряд ли с Андреем пересеклись.       – Нет, папа, – с едва заметным волнением сказала Ольга. – Думаю, нас бы судьба свела в любом случае. Рано или поздно.       – Высочайшего?! – я зашипел, не сдержав преображения, встав перед Лакрицияром золотым ягом. – Этот ублюдок мне много крови попил. И не его заслуга в том, что мы с Ольгой познакомились и сошлись характерами! Его заслуга в том, что он стащил ее от детей и мужа. Так что, если хотите поддерживать со мной хорошие отношения, не упоминайте его!       Лакрицияр заметно напрягся, глядя, как сильно задел меня, на что Ольга лишь вздохнула. И, приблизившись, поймав мою ладонь, чуть сжала.       – Андрей, не стоит. Отец не в курсе. Притом, слишком привык уважать каждого, кто по силам его превосходит. Но больше так не будет, верно, папа? – посмотрела она пытливо на отца, что растерявшись, закивал, будто на минуту поменялся с Ольгой в ролях родитель-ребенок. – Кстати, у меня будет к тебе небольшая просьба-вопрос, Андрей, но это уже после бала, – красноречиво посмотрела она на его яговскую ипостась.       – В том-то и дело, что уважать надо не по силе, а по тому, кто достоин уважения, – ворчливо отозвался я, а после нахмурился. – Вообще-то я Эррианнэра уже давно простил. Хотя бы за то, что он не побоялся прийти за мной в тюрьму богов вместе с вами. Жуткое это место. Реально, – я посмотрел на данного субъекта. – Но то, что он сделал, ему очень долго заглаживать. Это я ему слово даю, – поднял я стакан с виски, чокаясь воздушно с названным. – Ну, а насчет просьбы, сестренка, это всегда пожалуйста. Самое главное, чтобы я успел все сделать до того, как покину этот мир, – я улыбнулся, вновь вернувшись в привычный облик человека, а не тот мелкий и слащавый.       Лакрицияр чуть удивился, глядя на меня в моей истинной ипостаси но, тем не менее, смолчал касательно Эррианнэра. Видимо, понимал, что в не свои разборки лезть ему не стоит. А после и вовсе откланялся.       – Извините, но я уйду. Мне было безгранично приятно и познакомиться с вами, Андрей, и узнать, что вы решили присоединиться к роду благородных.       – Ты уже уходишь? – насторожилась Ольга. – Совсем времени нет?       – Я буду в Забвении, нужно там немного подкорректировать потоки энергии и передать немного знаний Тесаму. Мне просто, – бог чуть повел плечом. – Ну не привык я в этот мир сходить надолго. Все время паранойю ловлю, что пространство без присмотра.       – А, тогда иди, – кивнула Ольга, явно понимая метания отца. – Когда позовем, то снизойди, ладно? Я ночью приду к тебе.       – Конечно, дочь, – бог прижал к себе Ольгу и, мягко поцеловав в голову, рассыпался снопом ярких искр.       – Да уж, да уж, – я покачал головой, проследив за тем, как исчез Риц. – И как он, вот такой, управляет целым миром?.. Хотя, если вы действительно только присматриваете за ним, не изменяя, то тогда да, справиться не сложно. Прости, солнце, это мои личные заморочки, – тут же повинился я. – Против твоего отца и системы вашего управления я ничего не имею. Просто привычка работать в полную силу, и быть в каждой бочке затычкой. Да и еще, думаю, мои ребятки просто не смогут без меня. Так что, я еще и этакий военачальник нашей небольшой, но очень крепкой армии, – я оглядел зал, стараясь увидеть каждого из своих, а после перевел взгляд на пожилого лорда, который возмутился тем, что мы все пятеро входим в клан как единое целое. – Лёль, а вот этот хрыч, он как? Достойный человек? Ну, или благородный? А то так на меня своими алыми глазищами сверкал, будто я совершаю что-то непотребное, – я снова погладил своего дракончика, который переполз ко мне в ладонь, уютно свернувшись в клубок. – Блин, и вот с ним не знаю, что делать, – кивнул я на своего фамильяра. – Вот не таким он получился, каким должен быть. Что-то в нем... Естественное, что ли. Одухотворенное. Это не просто атака духа, как мне сказали Кадисы, а... личность. Правда, невероятно преданная и спокойно имеющая возможность выйти против любого врага, против которого я, конечно, позволю ему выйти...       – А, этот, – Ольга посмотрела на благородного, что отметив, что на него обратили внимание, вскинул бровь. Богиня издевательски ему улыбнулась и помахала ладошкой. Тот тут же передёрнул плечами, и снова вернул все свое внимание своему собеседнику. – Это старина Геджутель Ландегре. Ворчание это его вторая натура, так что абсолютно не обращай внимания. В общем, безобидный зануда, – сказав это, и удовлетворившись покрасневшим от злости лицом благородного, та повернулась ко мне, смотря то на меня, то на дракончика. – Вот знаешь... Я думаю, этот дракончик именно такой, потому что его хозяин – ты, – легко и непринужденно ответила Ольга. – Подозреваю, развивай благородные и оборотни свои атаки, они тоже стали бы для них более живыми. Он просто следующая ступенька эволюции, на которую нашим расам только предстоит взойти. А ты полумерой удовлетвориться не мог, потому так быстро этого и достиг. Но это только мое предположение, – тут же сказала Ольга, поднимая руки в защитном жесте, а потом, рассмеявшись, опустила их. – Кстати... А ты Стрижей не видел? У меня к ним есть небольшой интерес.       – Сейчас...- я осмотрел зал, а после потянул Ольгу к Стасу. Где два остальных Стрижа, не знал. – Пошли, сразу поговорим, а то я вижу, что он скучает. Не его статуса мероприятие, скажем так. А что, именно они тебе нужны? Тогда, у меня большая просьба, – чуть склонил я голову к Ольге. – Займи их так, чтобы они даже не заметили моего отлета. А то дуются, придурки, что я их с собой не беру. А им нельзя. Сашка детьми обзавелся, а ты сама знаешь, что три няньки лучше, чем две. Да и когда их головы будут заняты работой то, что у меня там происходит, их точно интересовать не будет.       – Поняла, – едва слышно прошептала она, а потом обратилась к Стасу. – Привет, слушай, у меня была бы к тебе небольшая просьба, – улыбаясь, произнесла та с заговорщицким видом. – Видишь рыжего пацана и того в очках? – указала она на Шинву и Ик-Хана, что бодро общались с Тао. – Эти придурки малолетние наделали дел. Если не вдаваться в длинную историю, которую ты точно услышишь от них, то они в своем юном возрасте взяли на себя ответственность за всю армию бывших подопытных союза. С ними – хуже, чем с зеками. Совсем к нормальной жизни не приучены. И вот я, на нервах, пообещала, что вмешиваться в это не буду, и что как хотят, то пусть разбираются. Но блин, жалко мне ребят, – она с тоской посмотрела на подростков, что даже на первый взгляд казались уставшими и вымотанными. – А вмешиваться, коль пообещала, что не буду, не комильфо. И вот, о чем я хотела бы попросить... Можешь с Сашей и Сергеем как-то с ними заговорить и предложить помощь в приведении этого бедлама в относительный порядок? Ну, так чтобы не выдать, что я лапку к этому приложила. Обязана буду.       – Почему бы и нет? – Стас прищурился, с улыбкой смотря на подростков. – В свое время, я долго проработал в колонии для малолетних преступников, и не забыл, что такое не социализированный народ, – задумчиво произнес тот. – Но вот знаешь, я бы еще одного человека взял. Вадима. Тоже довольно бойкий мальчик. Да и заняться ему чем-то здесь надо, чтобы не скучал. В общем, мы с Сергеем этим займемся, если надо. Да и тебя никто подставлять не будет. Ты только объясни, какие у нас границы воздействия на этот контингент, а то, сама понимаешь, кому нужна забота и ласка, а кому неплохо и плюху отвесить при надобности.       – Думаю, ты уже разобрался в том, что так и надо действовать, – хмыкнул я. – А социализацию начинай с легкого ментального вмешательства, которому я тебя учил. Смена приоритетов сознания.       – Без тебя разберусь, – чуть ядовито, но с улыбкой произнес Стас. – С твоими же архаровцами проблем не было. Все кошаки как на подбор были. Один к одному. Так что и здесь не облажаюсь. А договориться с парнями не сложно, – Стас улыбнулся. – Ты же вроде как объясняла, что у нас есть доступ ко всему? Так что, можно просто напроситься на прогулку к ним, а там уже и предложить помощь. Вот только, – он откровенно разулыбался. – Очень боюсь, что я их не только социализации обучать буду. Смотри, чтобы у тебя потом не появился свой собственный Черный отряд. Отряд магов, которые будут тебе преданны, как мы преданы Андрею. Ну и еще... Сама знаешь, при большом физическом перенапряжении, как и при ментальном, открываются такие возможности, как, например, у нас. Я о слиянии в плеяды.       – Ты только смотри, перед тем, как их сливать, разберись с тем, что именно они хотят, – предупредил я. – Чтобы у Ольги не оказался отряд усиленных магией противодействующих ей лиц, да еще и слитых в плеяды. А то знаешь ли, мне совершенно не хочется такой расклад видеть.       – Вы мне только из этих юных умов не делайте воинов, – нервно хохотнула Оля, а потом выдохнула и стала объяснять. – Они просто совсем недавно приобщились к тайнам этого мира и все ещё очень взбудоражены. Даже забыли, что они – выпускной класс и им об экзаменах стоило бы подумать! – возмущённо взмахнула руками богиня. – Так что в молодежи развивайте только умение руководить. Кроме парней ещё две девушки замешаны, но те хоть не забывают о своих прямых обязательствах. А вот воинов можете делать из этих вот, – указала она на четверку модифицированных, – и из красноволосого благородного, отзывается на Урокая. Но главная цель, конечно, бывшие подопытные, – Ольга слегка задумалась. – Если любите различные вызовы, то это прямо то, что доктор прописал. Недоверчивые, как собаки, которых постоянно избивает рука, что держит их на цепи. Не обжитые, так как не помнят своей прошлой жизни, до опытов. Только жизнь в застенках. По мне, так это хуже чем рецидивисты, так как они вечно хотят сознательно или подсознательно обратно в тюрьму. А тут, обратно в лаборатории не хотят, но и жить с социумом у них получается плохо.       – А вот тут, Лёлька, я с тобой не соглашусь, – я покачал головой. – Развитие личности всегда идет комплексное. Другое дело, что прежде чем творить из человека воина, его надо обучить осознанию своей силы, и дисциплине. И только потом давать умения.       – Кто бы о дисциплине говорил, – буркнул Стас, но достаточно тихо, так что я только качнул головой, давая понять, что не вовремя он эту тему поднял.       – Так что, – я улыбнулся Ольге. – Первым их уроком будет обучение, которое они запустили. Вторым – осознание и мировосприятие в новой для них среде, и только потом, если они окажутся достойны – обучения искусствам воина. И, то же самое, думаю, Стас предложит и твоим модификантам. А вот чтобы те не рвались назад, как ты говоришь, «в тюрьму», и их социализация проходила довольно мягко, то, думаю, им нужен покой и уединение. А еще личное замкнутое пространство.       – И правила, – мягко добавил Стас. – Обычное руководство, которое поможет им чувствовать себя немного зависимыми и не обязанными думать за кого-то, даже за себя. Поверь мне, Ольга, именно с этого и начинается социализация личностей, которые долго находились в тюрьме или рабстве. И именно поэтому я и сказал, что нам нужен Вадим.       – Сама же видела, как он устроил все на Земле, – добавил я. – А то, из каких клоак мы вытаскивали детей, которых он восстанавливал, лучше тебе не знать. Зато теперь я понимаю, зачем тебе нужны психологи. Думаю, что пока я здесь, то смогу все устроить так, чтобы организовать работу твоего оздоровительного лагеря для модификантов. Устроим им легкую трудовую терапию, досуг, лечение и обучение. Думаю, через год ты получишь полностью готовых к жизни в обществе ребят, у которых будут те, нужные тебе дары, с помощью которых ты станешь еще сильнее, как я с помощью своих плеяд стал.       Улыбнувшись Стасу, и уловив его благодарный кивок, я обернулся к Ольге. Ее проблема мне была ясна. Даже более чем. Как ни странно, люди по своему отношению к жизни очень похожи. Они хотят одного: жить – не задумываясь, но познавая что-то новое и интересное. И, чтобы привить им качества лидерства, притом не всем даже, а некоторой части, нужно их заинтересовать. Дать в руки требуемое. Знания и покой. Опять-таки, пирамида Маслоу в действии. Защита, питание, отсутствие заботы о крыше над головой, и даже самая социопатическая черепашка свою голову из панциря высунет. Проверено на многих. А зная своих ребят, я был боле чем уверен, что они усердно займутся работой по приведению в порядок той части населения, которую предоставит им Ольга.       – Ох... – только и это выдала Ольга в ответ на такие подробные объяснения. – Вижу, вам виднее, опыт получше моего, имеется, – как само собой разумеющееся, сказала она, улыбнувшись. – Вижу, с вами никто из них не пропадет, так что доверюсь вам в этом вопросе на все сто, – улыбнулась она, а потом, не удержавшись, обняла Стрижа, показывая, как ей важен был этот вопрос. – Спасибо большое. Я очень не хотела, чтобы нашим выпускникам пришлось кого-то убивать, если эти бывшие подопытные попутали бы берега.       – Не помешаю? – позади нас появилась правительница благородных. Было заметно, что Раскрея нервничает, даже если не сказать, что была напряжена. – Извиняюсь, что не сделала этого раньше, но... – протянула она ладонь для пожатия Андрею. – Поздравляю.       – У-у-у, что я вижу, – Ольга неверяще уставилась сначала на Лордессу, а потом оглянулась по сторонам. – Андрей, да ты тут маленько народ попугал, – бросила Ольга, будто пытаясь объяснить другу и настороженность Раскреи и определенное отчуждение, что царило вокруг новоявленного каджу.       – Не виноватая я, оно само получилось, – с улыбкой ответил я, а после склонился, поцеловав пальцы правительницы. – Лорд, простите, возможно, всплеск энергии был слишком силен. Но он не нес в себе опасности для этого мира и разумных.       – Ну, не возможно, а наверняка, – хохотнула Ольга, поддевая Андрея. – Ты папочку стянул из другого мира.       – Мы почувствовали его силу, – Раскрея явно не поддержала издевки Ольги. – От всего нашего народа мне остается только благодарить, что ты, существо такой силы, решился стать одним из нас.       – Да без проблем, – пожал я плечами. – В любом случае, эта энергия будет принадлежать данному миру, а не личностям. Только на этом основании ею можно будет воспользоваться.       – Благодарю ещё раз, – кивнула головой Раскрея, отойдя от Андрея, и едва ли не сразу подошла к своему отцу и Геджутелю. Правда, почти сразу ко мне подошел Рагар Кертье.       – Поздравляю, Андрей, – смело пожал он мою руку, а после и вовсе приобнял. Причем, было это сделано так натурально, что становилось понятно – благородный хорошо принял уроки по социализации. – Мой клан очень рад, что ты стал благородным. И, как бы ни бурчали другие, я считаю, что даже нам, благородным, подобное изменение пойдет в пользу, даст толчок в развитии. Так что можешь быть уверен, что мой клан никогда не откажет тебе в поддержке. И твой клан, что ты оставишь здесь, тоже будет в порядке.       – Прости, – усмехнулся я, – но мой клан, точно будет в порядке, среди ваших. – Не то, чтобы я считал нас выше вас... – уже тише произнес я, только для него, – но, по большому счету, уж прости, я не вижу здесь ни единого, реально сильного воина. И дело здесь не только в моем оружии. А в обучении. Мои ребята – конструкторы. Те конструкторы, что потом и кровью зарабатывали себе это звание. И те, кто сражался с эмпанами, что в десятки раз сильнее ваших Ноблессов, убивая их. Это не значит, что мой клан попытается взять вверх над Лордом, нет, – тут же успокоил я его. – Это значит, что мой клан будет подчиняться Лорду, и будет готов всегда выйти в бой против тех, кто решит причинить вам зло. Так что, если будет нужда – шлите их. Они – бессмертны. Могу показать, если требуется, – усмехнулся я, помня, реакцию Леонида на убийство от Ридана: «Сдурел?! У меня еще работы куча!» и «Ух, бля, бодрит!». После того, как его располосовали, снеся голову.       – Я верю, – улыбнулся Рагар.       – На поддержку моего клана тоже можешь рассчитывать, – выглянув из-за спины Рагара, подмигнула Розария и потом уже вышла, зацокав каблучками ко мне. – Поздравляю и добро пожаловать в наши ряды.       – Благодарю вас, – насколько бы я не ощущал себя независимым от правил общества, в любом случае было приятно, что я был нужен этому обществу.       После тех двоих никто особо не подходил поздравлять, разве что сдержанно оказывали свое внимание, скупо бросая дежурные фразы. Правда, потом к Андрею подошел М-24, привлекая свое внимание.       – Андрей, тебя это, Ольга зовёт, – достаточно тихо, чтобы не было слышно его голоса за гулом музыки, отозвался модификант. А после быстро добавил. – И гостей своих прихвати. Только незаметно, хорошо?       Я даже и не заметил, что Ольга ушла, но на просьбу захватить гостей, только расхохотался, понимая, что исчезновение двух тысяч разумных будет заметно, так что, позвал только тех, кого хотел видеть рядом: эннэшше, Стрижей, Смерч, брата, и богов. А после, кивнув, что все готово, направился за посланником.       – Ты только не переживай, ничего плохого не произошло, – подмигнул мужчина, и повел всю компанию по коридорам. Замок был тихим, но не создавал впечатление пустого. Когда же М-24 подвёл всех под дверь, было так же тихо. Но вот его одиночный стук в дверь, и та тут же открылась. Раздался звук музыки, в просторной комнате собрались все более-менее постоянные жители Сеульского особняка, все как один показывающие свою радость. Когда выстрелили хлопушки, что держали Сейра и Регис, все синхронно прокричали «поздравляем». А ко мне подошли Ольга с Франкенштейном.       – Я подумала, что чопорная вечеринка тебе не понравится, так что устроила свою, которая тебе, думаю, понравится больше, – улыбнувшись, произнесла Лёлька.       – Черт, Лёлик! Так пугать больного и старого человека! – я показательно схватился за место, где когда-то билось человеческое сердце. – Ты вообще, что здесь за карнавал устроила? – я усмехнулся. – Для молодежи! А я степенный и дряхлый дед, у которого уже правнуки скоро появиться должны. Так что, мне самое то, сидеть у камина, со стаканом виски среди таких же степенных и пожилых мужей.       Действительно, я не был против подобной вечеринки, вот только без меня. В смысле, могу разве что поприсутствовать, и поучаствовать в чествовании меня любимого кивками головы. Мне драйва по жизни и так хватало. Но запрещать кому-то веселиться не собирался, дав понять своей команде, что они могут вливаться в веселье.       – Ни слова больше, камин нам не сложно устроить, – кивнула богиня в сторону где действительно был камин, и одним изящным движением ладони закинула туда шарик огня. Серпантин, что висел там, немного подгорел, но так полноценно и не зажёгся, так как огонь чуть ли не сразу начал гореть ровно.       – Так, молодцы, освобождаем место, – тут же приказали потенциальными тусовщикам, а Ольга вручала мне стакан с чем-то явно алкогольным.       – Ну хоть выпить не откажешься ввиду здоровья, дедушка? – поддела меня Ольга, но продолжила серьезнее. Правда, улыбки с лица не стирала. – Если честно, то попробуй. Это творение Франки настоянное тысячелетием. Я на девичнике оценила уже, настоечка что надо.       Поднеся стакан к носу, я ощутил густой аромат трав, явно хорошо сделанного биттера, вроде Егермейстера, который когда-то пил, но аромат был куда насыщеннее, да и вкус был с легкой приятной сладостью, что мне понравилось. Да и крепость подобного напитка была довольно большой, так что я тут же скопировал себе вкус и аромат, чтобы в будущем иметь возможность побаловать себя данным напитком.       – Неплохо, очень неплохо, – согласился я, отпив глоток, чувствуя, как по телу распространяется тепло. Так что расплылся в улыбке, устроившись в кресле у камина, с улыбкой наблюдая за тем, как Стрижики довольно ловко внедряются в молодежную тусовку. За ними последовали и Сергей с Гэсом. Ридан, как ни странно, за ними не отставал. То ли социализировался, то ли чувствовал отношение компании к себе. А вот остальная моя троица устроилась позади меня, так что пришлось им создавать отдельные кресла, чтобы те тоже расположились рядом. – Лёль, так ты меня именно за этим позвала? – указал я на веселье. – Или что-то еще хотела?       – Спасибо за комплимент, – кивнул Франкенштейн на похвалу напитка, и взяв себе то же самое, хмыкнул. – Хотя весь секрет успеха – я просто забыл об этом запасе, когда сорвался в поиски Мастера.       – Все лучшее получается случайно, – прокомментировала Оля, садясь на колени своему мужу. И чуть ли не сразу повернулась ко мне.       – Именно за этим и позвала. Кто ж думал что ты, такой живчик, потанцевать не любишь? – развела она руками, а потом будто случайно подхватила бокал Франкенштейна.       – Лёль, – я хохотнул. – Мужики не танцуют. они даже ходят с трудом, когда им мешает что-то. А вообще, по секрету скажу. Но только вам, – я сделал вид, что хочу открыть страшную тайну, и склонился к самому ушку Ольги. – Я реально не умею танцевать. Вот и все. Точнее... Как бы умею, но именно в боевом танце, – дополнил я, садясь ровно. – Но не думаю, что кому-то захочется наблюдать за моей тренировкой, да еще и с перетеканием из ипостаси в ипостась. Смотрится... Скажем так, опасно.       – Ум, – резко оторвалась от бокала Ольга, передав его Франкенштейну. Тот тихо хмыкнул и взялся за смакование напитка. А сама богиня пересела ближе ко мне, глядя, никто ли не подслушивает. – У меня к тебе будет просьба во-о-от такая крошечная, – Оля показала пальцами щелку, и осознав что в собравшейся у камина тусовки ни от кого у нее тайн нет, продолжила. – Ты бы мог меня это... Научить ползать по-змеиному и в кольца сворачиваться? Ну и драться тоже, но если это будет слишком напряжно, то обойдусь. А то я пробовала сама, ну и... Закончилось матами.       – Хорошо хоть не хвост узелком, – рассмеялся я. – Рождённые людьми, очень тяжело проходят адаптацию в ягов. Разум, привыкнув ощущать две конечности, у которых всего по паре суставов, не могут смириться с сотней лишних позвонков. Но вот знаешь, прежде чем определиться с тем, что ты хочешь ползать, надо понять, в каком теле ты хочешь ползать. Ягом, ягиней, нагиней... Или же получить все четыре ипостаси уреи в одном теле, и возможность трансформации.       – Сложно это да, я уже с собственного опыта знаю, – цыкнула Ольга, явно, будучи уже немного поддатой. Потом, будто желая это подтвердить, вытащила из кармашка небольшую флягу. – Хочешь? Алкоголь для богов, – протянула она напиток Андрею. – Воздействует на душу и ауру. А вот насчет того, в каком виде... Я лично пробовала тело нагини. И, по сути, предпочитала бы тело самки. Так что думаю, что пойти на Урею – совсем не дурная идея, – богиня расплылась в улыбке. – Только в этот раз – с Франки и детьми. По-семейному и расслабленно.       – Ну, по-семейному, так по семейному, – согласно кивнул я, но тут же отрицательно замотал головой, давая понять, что алкоголь богов мне не нужен. У меня свой есть, сладкий и невероятно вкусный, в количестве четырех частиц моей души, которые идеально расслабляют и приводят в порядок. – Скажешь тогда, когда пожелаешь прогуляться, и отведу тебя именно по семейным мирам. И у Шанасс попрошу репликацию своего тела, только в женской ипостаси.       – Ого! А вот это звучит за-ме-ча-тель-но! – с улыбкой произнесла богиня, хлопнув в ладошки. – Возможно, если с таким отличным телом пройдусь по Союзу, то многие смирнее станут? – хмыкнула Ольга, вопросительно уставившись на своего мужа, а тот только хохотнул.       – Дорогая, поверь, ты уже и так довольно устрашающая, особенно после того, что устроила, – хохотнул Франкенштейн, без упрека, но Ольга все равно показала ему язык.       – Последствия я исправила, остальное не так уж и важно. Кстати, а вот насчёт путешествия, – повернулась богиня ко мне, собираясь ответить на вопрос. – Завтра как раз начинаются выходные. Думаю, успеем приготовиться более чем полно к путешествию уже к понедельнику.       – Не знаю, правильно ли ты делаешь, заставляя бояться себя, – качнул я головой. – Страх, как мне кажется, не самая лучшая тактика получения приятия. ну, а если тебе надо именно подавить этих личностей своей властностью, то не проще ли тогда подчинить их? Забрать их волю и сделать послушными?       – Ах, точно, ты говорил, что можешь сменить моим подчиненным приоритеты, – вспомнила Ольга, задумавшись. – Знаешь, я, пожалуй приму твое предложение. То есть, это работы будет много, слишком много, так как этих ученых действительно огромное количество, несмотря на то, что я уже делала чистку среди рядов, чтобы отсеять отпетых психов. Но вот если ты, по крайней мере, сменишь приоритеты верхушки... – богиня кивнула сама себе. – Это уже здорово мне поможет. Если все руководство будет единомышленно, то и подчиненные подтянутся довольно быстро, у них просто не будет другого выхода особо. А я вот верхушку вроде и пыталась переманить на свое видение мира, но вот не знаю, не затаились ли они, придумывая мне очередную гадость. Все-таки, слабо у них заметен энтузиазм от изменения привычного образа жизни. Вот я уже и подумывала о запугивании, а то, кажется, слишком мягко действую.       – А с жучарой у тебя получилось отменно, – согласился Франкенштейн с Олей. – Этот способ с изменением приоритетов действительно хорош.       – Много работы?.. – я рассмеялся, едва ли не до колик. – Лёля! Мне достаточно того, чтобы ты знала хоть одного из них!.. Я перехожу по линии жизни, линии судеб. Для меня система шести рукопожатий, это не добрая сказка, а возможность действия. Если твои «друзья» знают друг друга, виделись хоть один раз, то мне достаточно задеть одного, и все по цепочке получат свое изменение личностных приоритетов. То есть, это максимум полчаса работы! От силы!.. Просто скажи, что им сделать? Что привить и чего лишить. А я сейчас же начну строить схему паутины связей, начиная с тебя!       – О-о-о, тогда это совсем другое дело, нежели лично скакать, и вправду! – довольно хмыкнула богиня, уверенно садясь на колени мужу, но, тем не менее – повернувшись ко мне. – Значит так... Лишить их точно надо кровожадности. Ни к чему она им, нестабильным. Я бы еще сказала лишить хитрости, чтобы они мне не затевали переворотов.       – Дорогая, нельзя ученых лишать хитрости, это может сказаться на их работе напрямую, – погладил Франки девушку по голове. – Когда у них произойдет смена приоритетов, тебе нечего будет бояться переворотов, если будешь разумно ими руководить. А уж в чем-чем, а в глупости тебя никто не смеет упрекать.       – Ты прав. Тогда, думаю, надо попроще – просто привить им человеколюбие. Охоту действовать на благо планеты, мира и людей. Охота помогать безвозмездно, ну или с перспективой подняться по карьерной лестнице. Хотя нет, а то получится толпа желающих по трупам прийти к признанию... Думаю, это можно сделать, плюс добавить благосклонность ко мне, как к личности и фигуре власти. Повиновение мне, но как бы, не тотальное... Просто чтобы не делали наперекор без моего ведома, думая, что они гениальны. И жажду развития тоже можно было бы добавить... Чтобы тянулись к знаниям не только должностей ради, или улучшения своей оболочки и жизни в целом.       Я только головой качнул. Это была не смена приоритетов, а изменение личности. Так что я просто мягко усилил сочувствие, человеколюбие, сознательность и благотворительность. Ну, ещё добавил осознание того, что Ольга является богиней этого мира. Невероятно сильным, могущественным существом, довольно опасным в агрессии. Большего, не изменяя личность и судьбу тех людей, которых попросила исправить Ольга, я сделать не мог. Все, что больше – обычное рабство. А с этим я соглашаться не желал.       – В общем так, Лёль, – я чуть нахмурился. – То, что мог, я сделал. Большего, не затрагивая душу, я сделать не могу. Так что они начнут понимать, когда выходят за грань разумного, захотят быть преданнее этому миру, и действовать ему на благо, а тебя будут чтить и уважать. Но, есть один нюанс. Если для того, чтобы остановить какой-то процесс, который возникнет на этой планете, им потребуется убить десяток, чтобы сохранить миллиарды, они это сделают. Но тут уже ты будешь решать. Ты же богиня, так?..       – Ну это вполне разумно, так что подобному я не стану сопротивляться, – кивнула Ольга. – Как ни крути, мы тоже не святые, – было заметно, что говоря это, они говорит не только о себе и своем муже, но и других членах семьи. – Мне главное, чтобы не было наоборот. Чтобы ради защиты десятка они были готовы убить миллиарды.       – Ну, тогда, дня через три можешь их навещать и проверять, – я пожал плечами. – Просто это минимальное время, которое требуется для внедрения нового осознания в разум.       – Отлично, как раз после выходных проверю, как все там справляются, – заметно оживилась богиня. – Но только после нашего путешествия.       – Вряд ли оно затянется на выходные только, – усмехнулся я. – Правда, если тебе это действительно очень надо, то я могу придумать, как синхронизировать время так, чтобы для твоего мира прошло два-три дня...       – А в действительности сколько бы длилось это путешествие? – заинтересовалась Ольга. – Не хочу тебе лишней работы добавлять, если сроки не будут какие-то большие.       – О, поверь, я со всеми хочу попрощаться, точнее, сказать до-свидания, – я улыбнулся. – Так что, если примерно, по некоторым прикидкам, то недели две-три... А могу и на дольше затянуть. Сидя в тюрьме богов я понял одно: время для меня не имеет значения. Вообще.       – Получается, большой проблемой манипуляции временем не будут? – воодушевилась Ольга, а Франки хохотнул.       – Если это возможно, то мы бы попросили немного сократить время нашего отсутствия. А то...       – Да, нашим домашним и часа иногда хватает, чтобы провернуть что-то не особо нормальное, – продолжила за него Оля.       – При надобности, если это действительно реальная потребность, – мягко вмешался в разговор Аралан, – Андрей может сократить время вашего отсутствия до пары минут.       – До часу – лучше, – улыбнулся я эннэшше. – Просто будет не понятно остальным, зачем же все так подхватились на пару минут. Так ведь? Время – это та субстанция, которая тоже стала мне подвластна, как и пространство, – я с наслаждением смаковал алкоголь, который мне вручила Ольга, мечтая о том, чтобы получить минимум как бутылочку. – Слушайте, а вот этот эликсир, он у вас в каком количестве имеется? Я бы или рецепт себе взял, или бы выкупил некоторое количество... просто он невероятен по своему вкусу и действию. Даже, я бы сказал, это и есть тот алкоголь богов, которого богам и не хватает...       – Этот напиток считается раритетом, – Ольга протянула мне две ампулы. – Папа подарил, так и сказал, алкоголь для богов. Я лично одну ампулу растворяю в литре воды, – улыбнулась богиня. – А это ничто иное, как слезы единорога. Так что если наткнешься на подобное существо, и тебе получится развести его на слезы – подставляй тару, – хохотнула Ольга. – Отец хвастался, что задача это не из лёгких, но как видишь, он справился.       – Единорогов еще искать, – я рассмеялся. – Смысл?.. И, Лёля, я все же отказался от твоего дара, и пью настойку Франки, если ты помнишь. Именно этот раритет я и просил. Шедевр, честно, – кивнул я супругу Ольги, приподняв бокал.       – Рецепт шедевра очень прост – уходя из Лукедонии Франя ее просто-напросто забыл, – хмыкнула Ольга, разобравшись в ситуации, а потом растрепала волосы своего мужа, зарывшись в них носом. Если ученого это и как-то раздражало, он явно не показывал этого.       – Это так. У этого напитка действительно было время порядком настояться. Восемьсот с лишним лет, – легко улыбнулся ученый, прижимая к себе жену. – Но раз манипуляция временем для тебя, кажем так, в пределах возможности, это не составит труда, – я улыбнулся Ольге.       – Помнишь, я тебя спрашивал, как создается мир самого бога? Его эмпиреи, так сказать? – и, увидев кивок, продолжил. – Я понял как. Проблема не в том, что это пространство должно находиться над планетой, а в том, что это должно быть уютное пространство, где ты можешь делать все. И это – мой керр. В нем, в нижних этажах, я могу, как угодно изменять время, пространство, щиты... Там невозможно меня достать и убить. Там все, что может быть нужно богу. Ну, такому, как я, естественно, – я рассмеялся. – Так что, тысяча лет назад, или вперед – не столь важно. Временные откаты для меня не имеют теперь никакого значения, если не задевают других особей, кроме меня. А там, они никого не задевают.       – Ох, это какие же опыты провести можно, – глаза Ольги зажглись блеском, не имеющим ничего общего с опьянением.       – Сестренка, – я постарался свое состояние скрыть за улыбкой. – Я могу дать тебе возможность попользоваться своим пространством, меняя там время, но я тебе таких знаний давать не буду. Не в эту сотню лет. Минимум.       – Нет-нет, и не надо, – Ольга хмыкнула, понимая как это выглядело со стороны и искренне улыбнулась. – В свое время я научусь этому, придет само, когда буду готова. А вот если подобные знания получу преждевременно... Что же, думаю, тебе, как никому другому известно, какие тогда можно наломать дрова. В таких делах одна ошибка может стоить всей жизни. Всё-таки это серьезные игры, игры с целым измерением, могущество... А в это я пихаться не хочу, – богиня чуть отстраненно посмотрела в сторону, выглядя так, будто с нее разом сошел весь хмель. – Рано мне получать подобные умения и обязательства, следующие за ними.       – Я тоже так думаю, – согласился я. – По незнанию, можно натворить дел таких, которые и за века потом не разгребешь, если не хуже. Некоторые говорят, что при неумелом воздействии, это ломало целые вселенные... В общем, собирайтесь. Я в любое время выдвинуться готов, если что.       – Хорошо, соберёмся, – подскочила Ольга, будто собираясь делать это уже и сейчас, но была остановлена Франкенштейном.       – Сразу как вернёмся после бала в Сеул, дорогая, – хмыкнул ученый. – Не к чему делать переполох.       – Я бы уже сейчас вернулся, – проворчал я, давай понять, что мне это ленивое времяпровождение надоело, и навязло, как ириска в зубах.       – Так а в чем дело? – не наигранно удивилась Ольга. – Из официальной части ты уже как бы смылся, а в нашей тусовке никто не обидится, если уйдешь пораньше. Не заставлять же тебя тут оставаться, – ухмыльнулась богиня, а потом подала остальным знак, и все собравшиеся ещё раз поздравили Андрея и коротко простились, в расслабленной атмосфере возвращаясь к своим прошлым делам.       – Так, архаровцы, бегом ко мне, – я и сам встал, осмотрев всю свою команду, коей было дофига. – Ты, ты, ты и ты, - указал я на эннэшше. – Если дел нет здесь, то снова пройдемся прогуляемся. Сай, тебя это тоже касается. Альт, тебя я оставляю в полном ведении Кадисов.       – И меня тоже, – попросился Ридан. – Я бы хотел кое-что узнать от Лорда Альтана.       – Отлично, – я кивнул. – Олег, Яна, вы с нами?       – Можно, – согласились оба, на что Шанасс только скривилась. – Но мы будем ждать тебя на Адароне.       – Вэрр, тебя не приглашаю, хотя поговорить с тобой хочу. Если эти мои ребятки могут пространство всколыхнуть, то ты и подавно. Сиди здесь пока. <ta b>– Как скажешь, – согласился тот.       – Ну, в общем, определились, – я кивнул, одним глотком допив содержимое стакана. В общем, так, Шанасс. Сейчас мы идем к тебе, дорогая. Ольге нужно тело радужного хамелеона, которое ты мне дала. Только женское. Бага, Грайб, Аралан, вы со мной. Сай, ты тоже. Гэсс, не обсуждается. С Серым. Эрран?       – Я тебя одного не оставлю, – буркнул тот. – Дооставлялся уже. Так что с тобой.       – Ну, вот и все. Остальные могут идти по своим делам. Лёль, моих семеро. Твоих?..       – Думаю, возьмем только самих близких, - чуть вопросительно утвердила Ольга, глядя на Франкенштейна, на что тот с лёгкой заминкой, но кивнул. - Думаешь брать маму и дядюшек?       – Конечно, – кивнул ученый. – Вылазка ведь семейная. Да и... Думаю, им будет интересно.       – Черт, ты прав, – кивнула богиня, очевидно размышляя над тем, кого ещё взять. – Значит ты, я, дети, мама, Ларо, Кейт, Хён... Итого девятеро.       – Следить за всеми сами будете, – сразу предупредил я. – Миры хоть и не опасны, но в зоне далеко в оранжевый спектр для обычных разумных личностей. Перед отправлением подойдете ко мне всем отрядом, сделаю вам энергетические скафы. Температура, микроорганизмы и воздух отличны от вашей Земли, а проводить стабилизацию каждый раз – не вижу смысла, тем более, если там будут маленькие дети. Обращаться со скафами уметь не надо. Без скафа покинуть мой керр на любой планете, кроме этой, возможности все равно не будет, а в керре атмосфера будет вычищена под этот мир. В помещения, которые опасны или несут в себе какой-то вред жителю этого мира, стоят фильтры на вход. Без скафа и тем более без меня туда не проникнуть. Перемещение по планетам будет четко регламентировано. За периметр определенного круга, без меня выйти не получится. Но все равно, я бы попросил следить за семейством. Сами знаете, у семи нянек, дите без глаза. а опасность ребенок может найти себе везде и всегда. Взять хотя бы мой замок на Урее. Там пандусы ничем не ограниченны. Так что, отдых отдыхом, но держать ушки надо остро. Если все мои предупреждения услышаны, то можем отправляться в любой момент. Это будет проход не звездными тропами, а порталом. Жду вас у своего керра, - улыбнувшись, я поклонился Ольге и ее мужу, и открыл портал для своей команды, решив подождать их в удобной обстановке       – Спасибо что предупредил, мы все учтем и другим соответственно подготовим, – понимающе улыбнулся Франкенштейн, а Ольга закивала активно головой, чуть повиснув на его плече и послав Андрею воздушный поцелуй.       – Спасибо тебе и поздравляю ещё раз! Вскоре увидимся, – бросила она вдогонку мне, заходящему в портал, и помахала вослед.