Во имя Дурина!

2799 г… Битва была окончена. Но не было ни пиршества, ни радостных песен в ту ночь — погибших было столько, что их не успевали оплакивать. Торин и остальные выжившие гномы направились обратно в Синие горы. Трайн, отец Торина, от горя потерял рассудок, пленили его или убили, никто не знает. Посему принц был глубоко подавлен. Он потерял столько гномов, сколько и не снилось. Тяжко пришлось гномам Эребора. Добравшись до своих покоев, медленно побрел в ванную комнату. Потребовалось много времени, прежде чем грязь и кровь полностью оттерлись с его тела и волос. Накинув одно только длинное полотенце на бедра, вышел в спальню. Тихий ветер пронизывал комнату, оставляя едва заметный запах мелиссы, что росла под окном. Торин стоял посреди комнаты, глядя в окно. Только сейчас до него дошло, как он был жесток и несправедлив к Фае. Она была его последней надеждой на нормальную жизнь. Но теперь, когда всё, чем он так дорожил, буквально вылетело из рук, Торин почувствовал себя по-настоящему одиноким. Послышался негромкий стук в дверь, гном не успел даже опомниться, как она распахнулась. В покои быстро вошла Фая. Её лицо было ужасно бледным, а красные глаза являлись доказательством бессонных ночей и слёз. Наплевав на все обиды, девушка бросилась к гному. Она кинулась в его объятия. Торин секунду простоял неподвижно, а затем обхватил руками ее тонкую талию и зарылся носом в ее мягкие волосы. Как же ему этого не хватало. Фая слегка поглаживала его спину, тихо выдыхая в плечо, что опиралось ей в нос. Послышался тихий всхлип. О Дурин! — Я думала ты мёртв! — прошептала она, вытирая слезы ладонями, — у меня было видение. Я чувствовала… Торин перебил её. — Твои видения не всегда истинны, помнишь? — тихо говорил гном, стараясь успокоить любимую. Не стоило развивать тему. Он знал, как дурные мысли влияют на Фаю и на ее магию. Она ни за что так не переживала, как за судьбу Торина. Любовь к нему была безграничной, и казалось, никогда не утихнет. - Но я чувствовала, как вошел металл в грудь. Чувствовала холод под спиной и … Она судорожно начала касаться руками своей груди, словно пытаясь нащупать место, в которое вонзили остриё. — Фая, — Торин отпрянул, нежно держа ее за плечи и поглаживая их пальцами, - я здесь, я жив. Эти слова подействовали, но осадок остался. Девушка постаралась улыбнуться, но вышло не очень. Она понимала, видения не случайны. Глаза вновь заслезились, горячие слёзы потекли вниз. Торин провел большим пальцем по щеке, вытирая их. Сердце его сжималось, смотреть на мертвенно бледное от испуга лицо любимой — невозможно. На момент их лица застыли, а глаза нежно смотрели друг на друга. — Я люблю тебя, Торин Дубощит, — ухмыляясь, пролепетала Фая, аккуратно приблизившись к его лицу. Она коснулась кончиком языка его нижней губы. Принц аккуратно притянул её к себе, заключая в нежном поцелуе, который постепенно переходил в более страстный. Руки скользили по изящным изгибам ее тела, задерживаясь то на груди, то на бедрах. Остановиться было просто невозможно. Подняв Фаю на руки, Торин направился к постели, дабы перейти к прекрасному завершению вечера. Девушка откинула волосы назад, удобно расположившись на мягком одеяле. Стянув с себя полотенце, принц устроился меж ее ног, аккуратно приподнимая низ платья, попутно целуя каждый сантиметр бархатной кожи. Попытка расстегнуть пуговицы окончилась неудачей. Желание было столь велико, что тратить время на чертовы пуговицы, не было смысла, поэтому платье было разорвано. Девушка особо не переживала, ведь это не впервой. Наконец грудь было обнажена, Торин даже слегка растерялся — любовью он не занимался уже давно. Нежно проведя по ней рукой, слегка сжал её. Фая, лежа под ним, тихо постанывала, попутно нежа рукой его член. Так они пролежали еще пару минут, наслаждаясь ласками друг друга, пока Торин окончательно не озверел. Он резко перевернул тело Фаи и, приподняв её бедра, вошел в нее. Всю ночь они наслаждались телами друг друга, и лишь под утро, когда первые лучи солнца проникли в их покои, страсть отступила, оставив вместо себя нежность и удовлетворение. Они лежали на постели под покровом ночи, не говоря ни слова, тишина была для них священна — оба думали о своём. Наконец, молчание было нарушено. - Что за незавершенные дела, из-за которых ты оставила меня, — поинтересовался Торин, укутывая любимую в своих объятиях. - Помнишь, — слегка помолчав, ответила Фая, — Леди Галадриэль? Принц кивнул, явно не понимая, к чему она ведёт. — Так вот, каждые 10 лет мне приходится навещать её, дабы разобраться с силами, что были унаследованы мною от матери, — Фая выползла из объятий Торина и села напротив него, прикрывая обнаженную грудь легким покрывалом. — Неужели, нельзя было сделать это позже, — с недоверием проворчал гном, сужая глаза. - Ну вот, — отрезала она, - снова ты винишь меня. Я не могла иначе. Удержав паузу, продолжила. — Прости меня, я не знала о драконе, клянусь. Это всё так наложилось друг на друга, что… Не успела она закончить речь, что готовила заранее, зная о расспросах гнома, как Торин вернул её обратно к себе, прижимая руками к своему горячему телу. Фая успела лишь ахнуть, затем её ладонь прильнула к его волосам, аккуратно накручивая их на пальцы. Принц так тепло улыбнулся, что сердце у девушки ёкнуло, мысль о том, что она могла потерять его — убивала. Покои освещал лишь зажжённый камин да пламя свечей. — Не покидай больше меня, еще раз я этого не вынесу, — прошептал Торин, целуя Фаю в губы. - Ни за что на свете, — пролепетала девушка, утыкаясь нос в его черные как смоль волосы, — теперь ты от меня не отделаешься. Поцеловав гнома в лоб и улегшись на его груди, они любовались звездами на темном небе, вид из окна был великолепным. Вся эта картина напоминала ей о тех беззаботных временах, что остались далеко в прошлом. Времена, когда они так же лежали в обнимку на постели после того, как занимались любовью. Однако тогда всё было куда проще: два юных и страстных сердца, стремящихся познать как можно больше о мире, в котором они проживают. Но, говоря о настоящем, уже всё иначе: стабильность и любовь — превыше всего для них обоих. Именно поэтому, всё, о чём сейчас мечтала Фая — пробыть как можно больше здесь, рядом с любимым. — Ты помнишь нашу первую встречу?, — неожиданно для самой себя, спросила Фая. Немного помолчав, Торин заговорил, перебирая длинные волосы любимой. — Воспоминания о том дне преследуют меня и по сей день, — в его голосе слышались нотки игривости, — ведь тогда я едва не потерял рассудок. - От чего же? — подняв одну бровь и посмотрев принцу в глаза, спросила Фая. — Ты была ужасно гордой, чтобы признаться в своих чувства, — сделав краткую паузу, продолжил, - я уж было потерял надежду. — На что ты потерял надежду, — промурлыкала Фая. — Завладеть тобой. Фая вновь откинула его руку и угрюмо посмотрела на него.  — Ну или хотя бы твоим сердцем. — Ох, милый… Девушка вновь прильнула к любимому, целуя его в подбородок. - Ты была так изящна на том пире, что тяжело было вслушиваться в глупые россказни Бофура или занудные истории Балина, — сияющие глаза Торина буквально вопили о любви к Фае, - твоё лиловое платье и длинные косы. Тогда, мне казалось, это самое красивое, что доводилось видеть мои очам. И теперь, это… это, — словно не находя слов, Торин замялся, - чудо предстает передо мной каждый день, обнажая своё тело лишь для меня. Своё прекрасное тело и душу, — принц поцеловал её плечо. - Тогда ты мне казался ужасно угрюмым и сердитым, — смеясь, Фая продолжила, - и этот твой полный ненависти ко всему живому взгляд, — она слегка тряхнула головой. - Однако, когда ты ко мне, наконец, подошёл, я едва сдержала улыбку, увидев, как ты нервно перебираешь слова в своей голове, думая, что сказать. — Неужели это было так заметно? - Родной, я не слепая. Ты вёл себя как мальчишка. Думала, ничего серьезного, ведь мне и в голову не приходило, что нам суждено быть вместе. Их пальцы рук переплелись, нежно поглаживая друг друга. Фая одним плавным движением села на торс Торина, откидывая покрывало в сторону. И тогда они вновь слились воедино.