You are my happiness.

— Зачем я вообще сел с вами играть? За что? — хнычет Паркер, стекая с кресла на пол, и закрывает лицо ладонями. — Не ты ли предлагал во что-нибудь сыграть? А уж то, что некоторые выбрали «правда или действие», было непредсказуемым, — хмыкает Старк, уворачиваясь от подушки, кинутой в него парнем. — Но зачем задавать вопросы на такую тему?! — Спрашивай у Романофф. Это она придумала. И вообще, отвечай. — Да, Нат. Я давно уже не, кхм, девственник. Довольны? — кривится Питер, показывая ей язык, и кидает вторую подушку в Лафейсона, который тихо смеётся в углу дивана. — О-о. А карапуз-то уже вырос, — присвистывает Клинт, давая пять Наташе. — Эй! Мне так-то давно уже не двадцать даже. Скоро двадцать три вообще-то, — возмущённо тянет парень, складывая руки на груди, и поворачивается к следующему. — Итак. Тор, правда или действие? — Правду. Я не рискну брать у тебя действие, ребёнок, — насмешливо произносит Одинсон, отставляя кружку с пивом на стол. — Замечательно. Когда ты уже сделаешь Вал предложение? — спрашивает Паркер и пересаживается снова в кресло, закидывая ногу на ногу. — Ты серьёзно? Ладно, — закатывает глаза он и довольно улыбается. — Месяц уже, как она сказала «да». Перед этим немного побила, конечно, но ты ведь знаешь её. — Ты… да как ты мог не сказать мне? Вот так вот и теряешь друзей, — обиженно бормочет Питер, но не может сдержать улыбки, ведь безумно рад за них. Локи, кажется, тоже выглядит удивлённым, из-за чего внутри появляется мстительная радость. — Я даже рад, что она тебя побила. Так намного лучше. — Ты жестокий. Надо будет Стефану сказать об этом, — фырчит Тор, посмеиваясь с него. — Братец, правда или действие? Правду от тебя, конечно, редко можно услышать, но всё же. — Вот и задавай правду, а не действие, — усмехается Лафейсон, выпрямляясь, и искоса поглядывает на Паркера, что довольно ухмыляется. — Ты знаешь, нас давно уже интересует один вопрос. У тебя кто-то есть? — А что все вопросы пошли про личную жизнь? Никого уже не интересует что-то другое? Там, планы на будущее. Не? — хмуро спрашивает Локи, но под прищуренным взглядом сдаётся, махая рукой. — Допустим. Есть кое-кто. Легче стало? На мгновение в комнате наступает тишина, прерываемая лишь хихиканьем Питера, а после начинается шквал вопросов, которые невозможно разобрать, пока всех не останавливает Тони, удивлённо произнося: — Это что же творится? Паучок не ребёнок больше, Тор и вовсе окольцован теперь, а у Локи кто-то появился. Сколько мы спали? — Достаточно, чтобы всё пропустить, Мистер Старк. — Не «мистерстаркай» мне, Паркер. — А «Тони» надо заслужить, — показывает ему язык парень, пыхтя. — Старк, он тебя уделал, — смеётся Романофф, отпивая из бутылки пиво. — Давайте дальше. Мне уже не терпится узнать, у кого каких скелетов больше. И гостиную наполняет дружный стон, однако, все идут играть дальше, постепенно пьянея сильнее. Ну, почти все, ведь Питер предпочёл пить апельсиновый сок, а на Богов этот алкоголь не действует. По ходу игры Паркер садится всё ближе к Локи, чтобы было удобнее, а тот только рад, отодвигаясь к середине диванчика, пуская его к подлокотнику. Другим уже на это без разницы, ведь интереснее смотреть, как Старк на Марке кукарекает, падая почти с него же. Или как Клинт пытается стрелой нацарапать на стене что-то нецензурное на корявом русском. Всё это куда веселее и интереснее, что парень даже спорить не может, пока очередь не доходит до него. — Глядя на них и свои предыдущие действия, я выбираю правду, хотя и это уже страшно, — с нервными нотками в голосе произносит Питер, оттягивая ворот свитера. — Расскажи, с кем был твой первый раз, — слегка пьяно улыбается Наташа, которую поддерживает улюкание Бартона. Паркер их любит. Честно, от всей души любит, но сейчас готов каждого отправить в путешествие с этой замечательной Башни, только бы не видеть ухмылок и не слышать свиста. — Хотите правду? Так вот. Первый раз был с тем же, с кем и все последующие, вплоть до сегодняшнего, — отвечает он, складывая руки на груди и слыша тихий смех с не менее тихим: «так держать, кроха». — А с кем были последующие? — Это уже следующий вопрос, так что всё. — Ты увильнул! Так нечестно! — Всё честно, так что продолжаем. Питер более или менее успокаивается, пока все снова вливаются в игру, и подхватывает смех других, когда выпадает правда Тора, действие Локи и снова правда, но у Клинта. К сожалению, после действий Старка и Наташи, выбор снова падает на него, поэтому парень выдыхает, понимая, что попал в ловушку: — Действие. — Поцелуй при нас того, кто является твоим партнёром. Если его сейчас нет, то звони Стрэнджу. Он сможет доставить сюда любого, — победно ухмыляется Романофф, чокаясь с Тони, и уже представляет того, кого же мог выбрать себе Паркер. — Хорошо. Только вы сами для себя это выбрали. Я вас пытался от этого уберечь. — Меньше слов, парень, больше дела. Звони или целуй. — Придурки, — фырчит Питер и притягивает к себе Локи за шею, целуя в уголок губ. — Ты сам это начал, поэтому теперь терпи. Не надо было предлагать им игры с алкоголем, — пожимает плечами Лафейсон, прижимая его ближе, и целует уже нормально в губы. Со всех сторон раздаются удивлённые перешёптывания, сменяемые недоверчивым мычанием и звуком упавших бутылок. Этого никто сегодня не ожидал. Не сегодня тоже. — Итак. Я вам говорил, что лучше не задавать и не спрашивать этого, но вы не послушали, — через пару мгновений произносит Паркер, когда все успокаиваются, а он приваливается к боку Локи. — Пит, ты мог бы сказать, что встречаешься с моим братом. — А я с ним не встречаюсь, да, дорогой? — Ты сейчас сломаешь моего брата, мой милый муж. Кто тогда будет укрощать злючку? — хмыкает Лафейсон и опускает руку на его чуть округлый животик. — Думаю, сегодня с нас уже достаточно. Всё равно половина завтра ничего не вспомнит. — Пятница, уберёшь последние двадцать минут из записи? — спрашивает тихо Питер, когда другие начинают обсуждать что-то своё. — Конечно, Мистер Паркер. Что-то ещё? — приятно отзывается ИИ. — Думаю, здесь понадобится Дубина с несколькими бутылками воды и таблетками от головной боли. И я ведь уже просил, чтобы по имени, Ница. — Прости, Питер. Больше не повторится. Дубина скоро будет. — Спасибо, дорогая, — благодарит её парень и встаёт на ноги, потягиваясь. — Тор, мы поговорим завтра обо всём, а теперь я забираю Локи, и мы домой. Всем до свидания. Не рад был поиграть. — Пока, ребёнок, — почти синхронно отвечают ему другие и возвращаются к бурному обсуждению бассейна на базе. Точнее, его отсутствие и важные причины появления там. — Кто из нас ещё деть? — качает головой он и прижимается к Лафейсону, как только дверки лифта закрываются. — Я думал, что придушу сегодня кого-нибудь. — Да? И кого, например? — мурлычет Локи, проводя ладонями по его бокам. — Тебя? Но потом вспомнил кое-что важное, и передумал. — Ты вспомнил, что любишь меня? — Нет. Не хотел Феликса оставлять без второго отца. — Стрэндж-Лафейсон!