beautiful trauma

Светло-голубой шёлковый халат ложится на плечи приятной прохладой. В комнате пахнет лавандой и свежезаваренным чаем. Умиротворяющий мягкий аромат разливается в воздухе, изящно дополняя неяркий рассеянный свет, струящийся с потолка. Плотные кремовые шторы укрывают квартиру от внешнего мира, так надёжно, что порой о его существовании и вовсе можно забыть. Сяо Синчэнь привык жить один. Тихое детство в компании строгой бабушки и годы, проведённые в монастыре, научили его находить удовлетворение и покой в одиночестве. Конечно, многим его ровесникам подобный образ жизни казался странным, даже старшие коллеги по редакции нередко говорили, что он живёт как старик. Синчэнь не обижался, лишь пожимал плечами в ответ. Возможно, они были правы. Иногда он и вовсе задавался вопросом — стоило ли ему уходить из монастыря в мир, который всегда казался слишком безумным, шумным и неугомонным? От мыслей и ароматного чая его отвлекает очередное оповещение в телефоне. Он устало вздыхает, понимая, что это сообщение в Kakao Talk от того, чьего контакта там по всем законам мировой логики быть попросту не должно… Тогда, в мотеле, проснувшись в чужих объятиях и наскоро прощаясь, он назвал неправильный номер, в надежде, что это его спасёт. Благо, сделать это было нетрудно, оставшийся без зарядки смартфон успел окончательно сесть за ночь. В утреннем свете всё произошедшее накануне казалось совершенным безумием. Он не собирался впускать в свою жизнь постороннего человека, особенно такого как Сюэ Ян. Садясь в такси Синчэнь был в полной уверенности, что обвёл судьбу вокруг пальца, но не тут то было. Зарядив телефон он обнаружил, что в нём теперь имеется новый контакт, подписанный как «А-Ян» (после имени стояло миловидное розовое сердечко, которое Синчэнь, трясясь от гнева, стёр). Не требовалось большого ума, чтобы догадаться — у Сюэ Яна тоже есть его настоящие данные. Сяо Синчэнь решил, что сменит номер и забудет произошедшее, как страшный сон, но любопытство взяло верх. Он провёл целый вечер, листая соцсети в надежде выяснить хоть что-то о своём внезапном знакомом. Попытки не увенчались успехом, все содержимое аккаунтов мерзавца сводилось к тому же образу «красивого и опасного прожигателя жизни» и восторженным комментариям от влюблённых школьниц, до которых тот иногда снисходил ядовитыми ироничными ответами. Единственное, что удалось узнать — новый знакомый младше его на целых три года и совсем недавно отметил своё двадцатилетие в компании Цзинь Гуанъяо, сына Ланьлинского мэра. Всё тем же вечером Сюэ Ян прислал ему селфи (на этот раз фоном служил богатый интерьер чьей-то квартиры). Селфи сопровождалось грустным смайликом и подписью «скучаю по моему гэгэ». Сяо Синчэнь не ответил ничего, в надежде, что если он будет молчать, то негодяю эта игра рано или поздно надоест. На второй день он с ужасом для себя отметил, что рассматривает плохо припудренный порез на чужой скуле и выключил телефон на целых несколько часов, постаравшись уйти с головой в работу. Сюэ Яна его молчание явно не тревожило и он продолжал бомбардировать его рандомными, ничего не говорящими, кадрами своей жизни. Сяо Синчэнь в который раз обещает себе сменить номер, открывает очередное сообщение и едва не роняет смартфон на пол. Yang Yang: заказал моему гэгэ его любимые суши, жди)) Xiao Xingchen: откуда у тебя мой адрес?! Yang Yang: кто знает, может быть я дьявол?))) Xiao Xingchen: Сюэ Ян!!! Yang Yang: ты вызывал такси с моего телефона… Xiao Xingchen: я тебя убью! Yang Yang: ты меня сначала поймай)) Пальцы нервно дрожат, а к горлу подступает неприятный ком. Да, конечно, он сам во всём виноват, но разве мог он подумать, что кому-то взбредёт в голову так нагло вламываться в его жизнь?! От звонка в дверь Синчэнь едва ли не подпрыгивает. Собственная квартира больше не кажется безопасным убежищем, а по спине пробегает предательский холодок. Он идёт открывать дверь, прихватив с собой кухонный нож и чувствует себя окончательно спятившим идиотом. За дверью — курьер из его любимого ресторана, в аккуратных пластиковых коробочках — его любимые суши. Он часто заказывал еду на дом, должно быть Сюэ Ян порылся в истории его приложений, вычислив нужную информацию. Вот только один вопрос — зачем?! Забытый на столе телефон снова оживает уже почти ненавистным звуком оповещения. Yang Yang: приятного аппетита, гэгэ. Пригласишь войти? Yang Yang: купил вино к твоим суши Xiao Xingchen: я не стану тебе открывать Yang Yang: ок, я сам открою, у меня есть ключи))) Синчэнь буквально несётся к своей сумке, спотыкается о ковёр, едва не растянувшись на полу, вытряхивает на пол небогатый ассортимент вещей: документы, расчёска, пудреница, пара пластиковых карт, мелочь… Второго набора ключей, который он таскал в сумке, памятуя о своей растерянности, нет. Это уже слишком! В голове пульсирует один единственный вопрос: что делать? Барабанящий за окном дождь больше не придаёт вечеру уюта. Сяо Синчэнь поднимается на ноги, потирая ушибленное колено и оглядывается по сторонам. Он вспоминает про нож, который оставил в гостиной, но слишком поздно. В дверном замке уже слышится скрежет ключа… — Какого чёрта? — спрашивает Синчэнь, закрывая собой дверной проём. — Соскучился по моему гэгэ, — отвечает Сюэ Ян, поигрывая в руке ключами. Подживающий порез на скуле сегодня не припудрен, на растрёпанных волосах серебрятся дождевые капли. Широкая, почти по-детски открытая улыбка, контрастирует с хитрым прищуром болотно-угольных глаз, подведённых бессонницей. Шёлковая рубашка, на этот раз тёмно синяя, повязку на запястье явно не меняли с того самого раза и проступившие на ней капли крови давно почернели. Терпкий парфюм отдаёт горькими полынными нотками. — Я вызову полицию, — угрожающе предупреждает Синчэнь. — И что ты им скажешь? Что парень с которым ты провёл ночь украл у тебя ключи и терроризирует вином и суши? — Сюэ Ян усмехается. — К тому же, истории с сыном мэра ты смотрел, я видел. — Чего ты хочешь?! — Сяо Синчэнь повышает голос. — Я же сказал, хочу войти и выпить с тобой вина, — Сюэ Ян машет перед его носом пакетом. — Я тебя даже не успел поблагодарить за чудесное спасение. Сердце противно колотиться о рёбра, ушибленное колено ноет, в висках начинает саднить. Сяо Синчэнь понимает, что впускать этого человека в свою квартиру — сумасшествие, но почему-то всё равно делает это, отступая на шаг, а затем закрывает за ним дверь. Сюэ Ян тащиться прямиком на кухню, точно бродячий кот, которому каким-то чудом всегда известно где в незнакомом доме холодильник. Через минуту оттуда раздаётся какой-то грохот, за которым следует радостное «нашёл». Сяо Синчэнь сидит в гостиной, даже не пытаясь остановить это безумие. Он уже понял, что остановить Сюэ Яна способно разве что лобовое столкновение с грузовиком, хотя сейчас он и в этом не уверен. — Гэгэ, где у тебя бокалы? — кричит чудовище с кухни, а потом тут же добавляет. — А подожди, не надо, я сам нашёл… Больше всего Синчэню хочется забраться под одеяло, укутаться с головой и верить, что монстры в шкафу всего лишь плод его воображения, но вся проблема, а том, что ему не пять лет, а монстры в его голове. Он ещё никогда не чувствовал себя таким потерянным. Реальность дала сбой и больше не соответствует заданным правилам. В университете, который он заканчивал экстерном, ему доставалось немало навязчивого внимания, включая грубоватый флирт от старшекурсников мужского пола. Тогда ему казалось, что страшнее этого быть не может, теперь он понимает, как сильно ошибался. Сюэ Ян возвращается в гостиную, принося с собой вино и горьковатый запах полыни, вытесняющий уютную лаванду. Усаживается рядом, разливает спиртное по бокалом и улыбается этой своей нездоровой хищной улыбкой. — Вообще-то я не пью, — замечает Синчэнь, принимая из его рук бокал. — Сегодня можно, сегодня особенный день, — мурлычет Сюэ Ян. — Верни мне ключи… — А да, конечно, — Сюэ Ян незамедлительно выполняет просьбу, наклоняется ближе и сообщает доверительным шёпотом. — Я уже сделал дубликат… — Я сменю замок, — обещает Сяо Синчэнь. — И номер телефона. — Думаешь, меня это остановит? Я знаю, где ты живёшь, — шёпот опускается до почти интимного. — Перееду в другую квартиру. — А я тебя всё равно найду, — Сюэ Ян отпивает большой глоток вина и снова широко улыбается. — Ты психопат. — У всех свои недостатки. Сяо Синчэнь качает головой, чувствуя как накаляется градус абсурда. Он сидит в своей гостиной и пьёт вино с человеком, который вполне может оказаться маньяком или серийным убийцей. За окном гремит очередной громовой раскат, отдаваясь в голове гулким болезненным эхом. Синчэнь заставляет себя есть суши, чтобы делать хоть что-то. Сюэ Ян не ест. Сюэ Ян смотрит на него пристальным взглядом, прочитать который попросту невозможно. Нужно что-то сказать, но слова не приходят на ум и их странный ужин проходит в полном молчании. Свет гаснет совершенно внезапно. Сяо Синчэнь, никогда не любивший темноту, едва заметно вздрагивает и шарит по столу в поисках своего телефона. — Это из-за грозы, — зачем-то поясняет он. — Сейчас найду свечи. — Ужин при свечах? Как романтично! — усмехается Сюэ Ян. — Тебе помочь? — Уж как-нибудь справлюсь сам без тебя, — ворчит Сяо Синчэнь и идёт на кухню. Углы и повороты в родной квартире он знает, как свои пять пальцев, но нервы берут своё и он с размаху вписывается всё тем же коленом в дверной косяк. Синчэнь закрывает рот рукой, молясь, чтобы его болезненное шипение никто не услышал, и почти сразу же чувствует, как чужие руки обвивают его собственную талию — крепко, уверенно, настойчиво. — Так и знал, что тебя нельзя одного отпускать, — Сюэ Ян коротко ухмыляется. — Больно? Сяо Синчэнь хочет соврать, но понимает, что голос его выдаст, поэтому прибегает к своему любимому трюку — просто молчит. Сюэ Ян понимает его молчание по-своему, опускается на пол и целует место ушиба. Синчэню хочется взвыть от всего этого, от нежности этой и близости, почти насильственной, которая завораживает словно колдовство, а на утро оборачивается паникой, страхом и тупой болью в груди. — Ты со всеми это делаешь? — спрашивает он, стараясь унять дрожь в голосе. — Нет, только с тобой. Обычно когда кому-то плохо я смеюсь, потому что я тому причина, ну или мне просто плевать, — деловито поясняет Сюэ Ян, поднимаясь на ноги. — И чем же я заслужил такую милость? — Синчэня почти хватает на иронию. — Ты святой, гэгэ. Объяснил, так объяснил, как кирпичом по голове. Живи теперь и разбирайся, что всё это значит и как с этим быть. Свечи они всё же находят. Вдвоём. Точнее, ищет Сяо Синчэнь, а Сюэ Ян просто маячит у него за спиной, прожигая в ней дыру своим пристальным взглядом. Возможно, в иных обстоятельствах, с иными людьми всё это было бы чертовски романтично: ужин при свечах, барабанящий в окно дождь, вино в высоких стеклянных бокалах, но для Сяо Синчэня всё это больше похоже на триллер, нежели на слезливую мелодраму. — Может всё же объяснишь мне, чего тебе от меня нужно? — спрашивает он, после пары неуверенных глотков спиртного. — Знаешь, я всегда хотел, чтобы у меня был старший брат, — Сюэ Ян отставляет пустой бокал и придвигается ближе. — Такой строгий, умный и красивый… и чтобы он любил только меня, а я бы его злил и бесил… А ещё мы бы с ним спали. Последние слова заставили Синчэня поперхнуться вином. Вот уж чего-чего он не ожидал в своей жизни, так это стать героем инцестуальных фантазий какого-то психопата, пусть даже этот самый психопат похож на айдола с обложки журнала. Кто вообще придумал миф о том, что все красивые люди идеальны и безгрешны? — Ты хочешь, чтобы я был твоим старшим братом? — уточняет Синчэнь, стараясь говорить как можно мягче. В конце концов у Сюэ Яна есть ключи от его квартиры, а сменить замки за одну ночь он не успеет. — Хочу, а ты разве не хочешь? Я видел как ты пялился на меня в том баре… Горячее дыхание лижет шею. Испытующий взгляд и клыкастая улыбка, не то подаренная природой, не то подправленная для пущего косметического эффекта. Он весь будто соткан из мириадов коррекций, поправок, жестов, слизанных с экранов, сросся и сжился с ними так, что уже не имеет смысла отличать подделку от оригинала. — Я на тебя не пялился, я смотрел, — зачем-то поправляет Сяо Синчэнь. — Ах да, точно, ты же святой, — тонкие пальцы Сюэ Яна крепко обхватывают его запястья. — Понимаешь, гэгэ, ты слишком идеальный, чтобы тебя упустить. Для того чтобы от меня избавиться понадобиться киллер или экзорцист, а лучше оба сразу. — Ты мне угрожаешь? — Я тебя предупреждаю. Не хочу делать тебе больно… От этой хищной звериной нежности становится не по себе. В какой-то миг Сяо Синчэню кажется, что Сюэ Ян схватит со стола нож и приставит его к горлу, но тот лишь кладёт голову ему на плечо. Пожалуй, лучше бы был нож… Это не влюблённость, не любовь с первого взгляда. Тёмное, тяжёлое, ядовитое оно проникает под кожу, манит опасностью и тысячей запретных «но», от которых в здравом разуме хочется бежать без оглядки. Нормальные люди не признаются в своих симпатиях посредством шантажа. Нормальные люди не вскрывают чужие квартиры, чтобы придти в гости. Нормальные люди не мечтают о старших братьях в своей постели. У нормальных людей и Сюэ Яна нет ничего общего. Можно ли считать безумцем человека, признающего собственное безумие? — А что если бы у меня была девушка? — спрашивает Сяо Синчэнь после слишком затянувшейся паузы. — И что? — равнодушно парирует Сюэ Ян, кладя голову ему на колени, чтобы удобнее было смотреть снизу вверх. — Ты бы её бросил ради меня. Ну или я бы её соблазнил, чтобы она тебя бросила, а потом бросил сам. Или просто поугрожал бы. К тому же, на тебе большими буквами написано, что девушки это не по твоей части, гэгэ. Он ведёт себя как ребёнок и выглядит как ребёнок, но Сяо Синчэнь нисколько не сомневается в правдивости высказанных обещаний. — Юноши, знаешь ли, тоже не по моей части, — замечает Синчэнь. — Да неужели? А кто тогда? — Никто. — Подожди, подожди. Ты хочешь сказать, что у тебя никого не было? Совсем-совсем? — искренне изумляется Сюэ Ян. — Совсем-совсем, — передразнивает Синчэнь. — Я несколько лет учился в даосском монастыре. — Так ты не только святой, ты ещё и даос! Вот это мне повезло! Ха! Буду звать тебя даочжан-гэгэ! — радостно заключает чудовище. — Не вздумай! И вообще, кто тебе сказал, что я хочу тебя видеть ещё раз? — Ну… вообще то, я лежу у тебя на коленях и ты не особо возражаешь, а ещё ты до сих пор не выгнал меня из дома и пьёшь со мной вино… Сяо Синчэнь чувствует, как к горлу подкатывает бессильная злоба. Больше всего хочется негодяя оттолкнуть, ударить, сделать хоть что-нибудь, но в то же время, он почему-то не делает ничего, позволяя чудовищу лежать у себя на коленях. Довершает ситуацию кот, осмелившийся покинуть своё убежище в спальне и отведать суши прямо со стола. — Шуанхуа, не смей! — шипит Сяо Синчэнь. Толстая белая зверюга одаривает хозяина презрительным взглядом и продолжает есть, как ни в чём не бывало. Его вообще хоть кто-нибудь в этом доме уважает?! — Серьезно? Ты назвал кота Шуанхуа? Чёрт, гэгэ, ты бесподобен, — смеётся Сюэ Ян, поворачиваясь на бок, чтобы рассмотреть любимца Синчэня получше. От этого смеха и всей абсурдности ситуации самому Сяо Синчэню тоже впору расхохотался. Он сидит в тёмной, лишённой электричества квартире, в компании наглого кота и не менее наглого психопата, который, вполне возможно, собирается его убить или изнасиловать, а может и то и другое вместе в неизвестно каком порядке. И надо бы позвонить в полицию или хотя бы Сун Ланю, тот бы не отказал и приехал, мог бы даже притвориться его бойфрендом, если очень хорошо попросить, но говорить ему про Сюэ Яна от чего-то совершенно не хочется. Нет уж, пусть друг спит спокойно, не вмешиваясь в это безумие. — Почему ты не сменил повязку? — спрашивает Синчэнь, понимая, что нужно говорить хоть о чём-то. — Рана может воспалиться, ты с ней три дня ходишь. — Решил на память оставить, — скалится Сюэ Ян. — Ты себя без руки на память оставишь. Непреднамеренный удар попадает в цель. Сюэ Ян едва заметно дёргается, сжимает в кулак пальцы левой руки, сгибаются, как и предполагал Сяо Синчэнь, только четыре. В бесовски-чёрных глазах мечутся искры беспокойства. Что ж, это не мало объясняет подмеченные ранее страхи. Не сказать, чтобы самого Синчэня не пугало подобное, но с ним всё проще, он всегда побаивался боли, чего о человеке, украшающим собственные руки росписью шрамов, точно не скажешь. Выходит, и у чудовищ есть свои скелеты в шкафу? Эта мысль придаёт уверенности. Синчэнь хватается за эту эфемерную возможность контролировать ситуацию обеими руками. — Если пообещаешь, что больше не станешь вламывается в мою квартиру без приглашения, так уж и быть, могу помочь, — говорит он, стараясь унять бушующую на заднем фоне совесть. Пользоваться чужими слабостями очень нехорошо, но мерзавец сам виноват. Он едва не довёл его самого до сердечного приступа. — Хорошо, обещаю, — зло цедит Сюэ Ян сквозь зубы, а потом уходит курить на балкон, в то время как Сяо Синчэнь идёт в спальню, чтобы раздобыть аптечку. По пути он успевает проверить телефон и видит несколько обеспокоенных сообщений от Сун Ланя, бросает взгляд на часы, которые показывают второй час ночи и решает, что ответит завтра, если, конечно, до него доживёт… За окнами полыхает молния, которая отчего-то не вызывает прежнего страха. Сяо Синчэнь возвращается в гостиную и допивает остатки вина, хотя уже и без того порядком захмелел. Должно быть, он совершает очередную ошибку, о которой пожалеет уже с утра, но утро наступит утром…