The Edge of Soukoku's Love — BSD drabbles

Same Room — JP Saxe

We can't even be in the same room Мы даже не можем находиться в одной комнате Закатные лучи мягко струятся сквозь тонированные стёкла пентхауса на шестидесятом этаже. Йокогама утопает в летней духоте и внимании солнца, которое лишь на несколько часов оставляет небосвод. Чуя смотрит прямо на сверкающий диск, висящий над заливом, несмотря на слезящиеся глаза, но лучше уж туда, чем на трёх людей, расположившихся на бархатных диванах позади него. С хрустом трескается лёд в стаканах, утопая в янтарном виски. Единственный бокал на столе наполнен почти до краев красным вином — у Чуи дрожали руки, и он немного переборщил. Ему хотелось бы отпить из него, но для этого нужно пройти в центр комнаты, а Накахаре гораздо спокойнее держать свою позицию у окна. Вдох-выдох и снова вдох. Тело пробивает дрожь, и Чуя нервно дёргает шеей. Он пытается вслушаться в то, что говорит Мори, но скорее ради приличия, потому что в целом оно ему не нужно. Все равно всем будет распоряжаться Дазай, который с легкой улыбкой смотрит на босса, изредка одобрительно кивая. Все-таки чертовски хочется выпить. — Все замечательно, но какова моя роль во всем этом? Ода сидит на самом краю дивана, будто зашёл всего на пару минут. Он спокоен, но потерянный взгляд выдаёт, что ему неловко. Ода всегда чувствует себя не в своей тарелке рядом с Мори, но сейчас гораздо больше его беспокоит Чуя, который открыто игнорирует их разговор. — Обеспечишь им отход. Я думаю, вам понадобится сила Чуи, а у Дазай-куна и без того будет полно хлопот. Накахара хмуро смотрит на Мори. Он не позволит отдать себя на поруки Одасаку даже если Чуя и пальцем не сможет пошевелить после Порчи. — Раньше вы не сомневались, что мы справимся вдвоём, босс, — Чуя настолько зол, что не может оставить все как есть. — Я знаю, что вы справитесь. Всего лишь хочу помочь. Мори лениво обхватывает стакан длинными пальцами и делает глоток. Подталкивает стаканы к Одасаку и Дазаю, жестом приглашая их присоединиться. Ода не решается, явно обдумывая ситуацию, но Осаму с легкостью принимает предложение и отпивает виски. — Если Мори-сан считает, что я могу помочь, то я сделаю все необходимое. Простодушен, как и всегда. Чуя сжимает руки в кулаки до скрипа. Как же надоело быть игрушкой в руках этих двоих, которым просто скучно. Накахара на все сто уверен, что Мори знает обо всем, что происходит между ними. И пытается лишний раз это подстегнуть, чтобы понаблюдать за вспыхнувшим пожаром. Со вздохом Ода тянется за своим стаканом, и Чуя изо всех сил всматривается в него, вновь пытаясь понять, что в нем нашёл Дазай. Это преследует его, не давая спокойно жить, потому что Накахара сражался с ним бок о бок столько лет. Именно он вытаскивал Дазая из петли, со слезами на глазах бежал за врачами, которые откачивали Осаму, вскрывшего себе вены, и даже прыгнул за ним с крыши, когда Дазай внезапно шагнул с края многоэтажки. Но все равно его янтарный взгляд, так похожий на крепкий виски, возвращается сейчас не к Чуе. Осаму с улыбкой наблюдает за Одасаку, и это уже даже не раздражает или бесит, а впивается когтями в сердце. Накахара замечает на себе насмешливый взгляд Мори, и это слишком сильно играет на его нервах. — Конечно, ведь втроём даже... веселее. Верно, Чуя-кун? Тебе просто нужно попробовать. Дазай внезапно давится виски. Ода сводит брови и сочувственно смотрит на Накахару. Ему это точно так же не нравится, потому что Сакуноске втянули в это против его воли. — Если вам интересно втроём, составьте им компанию сами, Мори-сан, — сухо отрезает Чуя. — Накахара... Чуя подходит к ним, хватает со стола бокал, расплескивая вино, выпивает его до дна и с треском возвращает назад. — Советую вам тщательно обдумать нашу миссию ещё раз. Может быть, вы внесёте изменения в своё решение. За спиной Чуи захлопывается дверь, отрезая его от этих троих. Сразу становится легче дышать, будто в тело вернулось желание жить. Пусть разбираются со своими проблемами сами. А Чуя в эти игры больше не играет.