к холодным губам

На грусть и ненужные воспоминания у неё совершенно не было времени, поэтому Этери крепче обняла дочь и предложила пойти по магазинам. — Дааааа!! — раздалось громкое и радостное прямо под ухом блондинки. — Тогда иди собирайся, через полчаса жду тебя в машине, — с улыбкой произнесла она, отпуская Диану. Та умчалась в свою комнату одеваться и приводить себя в порядок. Этери не понадобилось много времени, чтобы одеться. Однако, макияж теперь занимал чуть больше времени и чуть больше финансовых затрат. Карандаши для глаз заканчивались с такой скоростью, что она не успевала покупать новые. На своё отражение она всегда смотрела с осторожностью, даже сейчас отводила взгляд, боялась, что что-то сделала не так. Перфекционистом была во всем: от побед в любимом деле до идеально нарисованных стрелок на глазах. И каждое дело потребовало немало лет, сил, чтобы результат, наконец, дал о себе знать. Ничего не давалось без усилий, ей в том числе. — Я готова! — послышался голос Диши из коридора. Она поднялась в гостевую, где блондинка уже минут пять как закончила с макияжем, прической и всем остальным. — Мам? Этери мотнула головой, поправила непослушные кудри и повернулась к дочери. На лице, словно по щелчку пальцев, засияла улыбка. — Идём, я тоже готова, — спокойно ответила женщина и пошла вслед за Дианой. Она быстро выбежала на улицу и направилась к машине. Ведь ключи блондинка ей сразу отдала. Мол, пусть учится. Сама же она не сразу вышла из дома. Надо было проверить, все от выключено. Когда она убедилась в этом, то оделась и взяла ключи с комода. Вышла из дома и принялась запирать дверь, справа послышался шорох. Однако, женщина сделала вид, словно ничего не заметила, хотя, это было не так. Со слухом пока все ещё было в полном порядке, просто время поджимало, да и в темноте было сложно что-либо разглядеть. Поэтому она направилась к машине и, первым делом, включила обогрев. — Не замёрзла? — спросила она дочь, выстраивая комфортную температуру. — Вроде нет. Взгляд матери заставил сознаться, Диша улыбнулась. — Ну, может немного, — признав очевидное, ответила она. Доехав до Детройта, они все же встали в пробку, но вскоре добрались до центральной улицы. Магазины были на каждом шагу, все утопало в разноцветных огнях и толпах людей, прогуливающихся по ночному городу. И снова шёл снег крупными хлопьями, создавая на улице поистине волшебную атмосферу. Этери выходит из машины вслед за дочерью, безнадежно кутается в свой платок, который не спасёт её от мгновенно тающего на кудрях и лице снега. Диана накидывает капюшон и качает головой, глядя на мать. Блондинка вся промокла, снова. Дэвис смеется, берет её за руку, ощущая на себе весь холод её пальцев, и ведёт в ближайший магазин. Матери определенно нужны были перчатки, варежки и, на худой конец, шарф потеплее. Она перестаёт сопротивляться, как только переступает порог и ощущает, наконец, как тепло разливается по телу. Здесь, определенно, лучше, чем на улице. Все так и сверкает, так и манит к себе. Этери застывает посреди магазина с огромными глазами, которые блестят, оглядывая каждый уголок с вещами, которые непременно хотелось купить. Она вдруг ощутила себя Холли из фильма «Завтрак у Тиффани», которая при виде любимого магазина не могла шевельнуться, ведь сердце замирало каждый раз, когда героиня знаменитой картины видела те драгоценности. Тоже самое происходило с Этери, ведь в детстве она иногда не могла себе позволить носить даже девчачьи вещи, приходилось порой донашивать за братом , а теперь, спустя столько лет.. могла себе позволить по сути все, о чем просила маленькая девочка внутри неё. — Мама? — Окликнула её Диша, словно пробуждая ото сна в котором женщина случайно очутилась, зайдя в этот обыкновенный, на первый взгляд, бутик. — Поищем другое место? — Нет, нет.. мне здесь очень нравится. — Как-то на автомате ответила блондинка, возвращаясь в реальность. — Выбирай и себе что-нибудь, — предложила она и, не дожидаясь ответа дочери, она направилась к стенду с тёплыми перчатками. На удивление, её внимание привлекли и варежки нежно-кораллового оттенка. Перчатки она выбрала чёрные длинные по локоть. Шарфов выбрала два, один в тон перчаткам, другой — под варежки. На этот раз, оба тёплые, довольно объемные и должны согревать, если верить словам девушки-консультанта. Диана тоже выбрала себе несколько вещей, в том числе тёплые наушники, чтобы иногда не носить шапку. Дурной пример ведь заразителен, не так ли? Этери махнула рукой и, выложив все вещи на кассу, достала карточку. Когда им все упаковали и протянули два красивых бумажных пакета, они направились к выходу из магазина. — Надень, — с улыбкой протянула Диша, дергая за её пакет. — Ну.. — ей неохота было надевать все это прямо сейчас, сию минуту. — Тогда пошли к машине, оставим там пакеты. Не хочу с ними потом таскаться. Диана кивнула, и они пошли к машине, которая была припаркована через дорогу. Этери надела шарф светло-кораллового оттенка и варежки в тон. С бежевым пальто все смотрелось так, будто на неё сшито. Из огромного шарфа виднелись белокурые кудри и ямочки на щеках. Блондинка улыбалась и решила пошутить: — Такой меня ещё никто не видел! — Но, заметив, как дочь достаёт телефон, чтоб сделать снимок, она сделала жест рукой. Заставив её тем самым убрать его обратно в карман. — И не увидит. Если что, сфотографируемся потом на мой. Договорились? — Ладно, — Диша поняла намёк и вновь взяла мать за руку, ведя её дальше вдоль по улице. В итоге по прошествии часов двух-трёх, они возвращались обратно с таким количеством пакетов в руках, что Диана смеялась, а Этери даже на какой-то момент забыла о том, что утром самолёт. Ей было хорошо прямо здесь и сейчас, в эту самую минуту. Пакеты они погрузили в багажник, всё влезло, Ди села на переднее, Этери за руль. Через час-полтора они были в Нови. Подъехав к дому, Диша выдаёт такое, что блондинка вначале просто не реагирует. — Мам, тут это.. Женя написала мне. Этери усмехнулась и, оглянувшись по сторонам, ответила как ни в чем не бывало: — Рада, что вы общаетесь. — Женщину словно подменили: глаза больше не сияли, губы были поджаты, руки в варежках вспотели. Она нервничала. О радости говорить и не приходилось, слова прозвучали как какая-то дежурная фраза, в которой эмоций было ноль, как и искренности. — Помоги мне с пакетами, ладно? Она вышла из машины, неожиданно для себя спокойно закрыв дверцу. Откинула крышку багажника и взяла часть пакетов, Диана тут же подбежала и взяла остальные. Из дома вовремя вышел Глеб и попросил их идти в дом, сообщив, что сам все донесёт пакеты. Этери поблагодарила парня и пошла в дом, Диана же осталась с ним. — Как съездили? Нормально все? — спросил он, взяв несколько пакетов в руки. — Было, да. — Неуверенно ответила она, пряча руки в карманы. — Потом она расстроилась. — И ты тоже.. не переживай, — он подошёл ближе и внимательно посмотрел ей в глаза. — Она будет в порядке, вот увидишь. У неё есть ты. Диша, немного смущенная его словами, слушала, следя за губами, подняла на него свой, как обычно, испуганный взгляд и кивнула. Они вошли в дом, он оставил часть тех, что успел захватить и пошёл за остальными. — Я тебе помогу! — Дэвис умчалась на улицу, захлопнув за собой дверь. Телефон она оставила на комоде разблокированным. Этери распирало от любопытства, но лезть в телефон к Диане не хотелось.. это ведь личное. С другой стороны, какое личное, если в сообщении было следующее: «Диан, привет! Можем встретиться? Я в Нови». Блондинку начало колотить от злости и от такой наглости Медведевой. Она прекрасно понимала, зачем та предлагала встретиться. Даже если Этери не знала всех причин, одну знала наверняка и даже не подвергала это сомнениям. Поэтому достала свой и отправила: «Прекрати». Ответа не пришло. Глеб с Дианой вернулись в дом с оставшимися пакетами. — Спасибо, Глеб. Ты очень помог, — парень молча кивнул и ушёл на кухню, Диана слишком долго смотрела ему вслед и чуть не пропустила слова матери мимо ушей: — Диан? — Щелчок пальцев у неё перед носом вроде бы привёл девушку в нормальное состояние. — А? — Чего застыла? — Да ничего. — Буркнула дочь, не в силах сдержать улыбку посмотрела на мать. Этери вдруг улыбнулась, затем обняла дочь и произнесла: — Я рада, что ты не одна. Диша обняла её в ответ, пряча лицо в её свитере. Она поняла, что мама обо всем догадалась, поэтому смутилась ещё больше. А Этери в глубине души надеялась, что эти двое будут счастливы вдвоём. И на губах женщины вновь появилась улыбка. Мысль о том, что дочь теперь есть кому оберегать, грела сердце. Она понимала, что у неё появился ещё один повод для переживаний, но старалась не думать о плохом. Ведь этого было достаточно, и сосредотачиваться надо было на чём-то, что давало повод для радости. А повод для грусти найдёт её сам, Этери это чувствовала, вернее знала. — Мам.. слушай, можно я погуляю? Недолго. Обещаю. — Женщина догадалась о какой прогулке могла идти речь, на что ответила: — У меня есть к тебе предложение. Выслушай. Диана непонимающе взглянула на мать и дала понять, что готова выслушать. — Ты ведь пойдёшь увидеться с Женей, так? — Ну.. я.. — Диан.. с ней ведь. Ты сама говорила про смс. — Да, с ней. Я догадывалась, что ты будешь против и.. — Да, то есть нет.. блин, не в этом дело. — Пальцы похолодели, она почувствовала, как сильно стучит сердце в груди. Усмехнулась и выдохнула. Затем произнесла то, что долго обдумывала минут пять назад. В голове это звучало куда менее странно, чем когда она сказала это вслух. — Можно я пойду? Диана опешила, стояла, как вкопанная, и таращилась на неё. Нет, может ей показалось? — Мам, ты это серьезно? — Да. Хотя, Этери уже казалось, что вся эта затея заранее обречена на провал, но ведь она все продумала. И план был идеальным. По крайней мере, она так думала до момента, когда начала озвучивать его вслух. — Только договоритесь о месте встречи, а я приду. И не спрашивай меня ни о чем, — блондинка закусила губу. — Просто договорись о месте. Ладно? — Я точно сплю, — Диана подошла к комоду и начала что-то строчить. Этери взяла пальто, шарф, вышла на террасу и достала пачку сигарет. Нервы бы успокоить, а там видно будет. Диана минут через пять открывает дверь и говорит: — Здесь минутах в десяти есть кафе на нашей тренировочной базе. Она будет там через час. Диана стоит в дверях и ждёт ответа, но Тутберидзе ничего не говорит, даже не кивает в знак согласия. И не оборачивается, только настоятельно просит её вернуться в дом. — Иди в дом, замёрзнешь ведь. Она закрывает за собой дверь, оставляя блондинку одну. Та выкуривает две сигареты и возвращается в дом. Убирает одежду в шкаф и подходит к дочери, обнимая её за плечи и целуя в висок: — Спасибо. Диша кивает и уходит к себе разбирать шмотки. Этери идёт вслед за ней и останавливается у двери в её комнату. Та молча смотрит на мать и в недоумении застывает, сидя в кресле. Блондинка хотела было что-то произнести, но в ту же секунду передумала. Ей хотелось знать, как она выглядит, но боялась, что дочь заметит неладное. Однако, после истории с подменой на встречу, Диана вряд ли бы удивилась такому вопросу. И все же Этери сказала то, что казалось им обеим таким обыденным, что могло бы остаться несказанным. Простая забота друг о друге. — Я постараюсь недолго. — Хорошо. — Если буду поздно, ложись и не жди меня. Тебе ведь на тренировку завтра? — Да. Женщина зашла в комнату и присела на кровать, оглядывая огромные пакеты с одеждой. Улыбнулась краешком губ. В её голосе что-то дрогнуло, но она не подала виду. — Мой самолёт в 8 утра. И.. — закончить преложение она не смогла, понимала, что сейчас могла дать волю эмоциям. Поэтому с каким-то резким порывом обняла Дишу, прижав к себе и замолчала. — Мам, ты плачешь?.. — вдруг спросила она, почувствовав на плече что-то мокрое. — Что? Нет.. с чего ты взяла? — Этери испугалась. Но она и правда плакала. — Ну.. может поэтому? — дочь отстранилась и принялась утирать оставшиеся слезы пальцем. — У тебя точно все хорошо? Та беззвучно закивала и сама утёрла мокрые дорожки на щеках, затем улыбнулась. Не к добру все это, она была на грани. Снова. И как быть? Как идти на встречу с тем, кто этих слез видеть не должен? — Просто переживаю. За тебя, за Алину с Алёной.. много всего в голове, и.. все нормально, — отмахнулась Этери, вставая с постели. Диана промолчала, наблюдая за ней, затем сказала: — Я тоже за тебя переживаю. Кивок в благодарность стал, своего рода, привычным для неё жестом. Она вышла из комнаты дочери и спустилась в ванную поправить макияж. Затем направилась в коридор, надела шарф, пальто, взяла сумку и пошла по направлению к кафе о котором говорила Диана. Каток действительно находился рядом, это её обрадовало. Она добралась довольно быстро и встала напротив огромного здания. Осматривалась, как вдруг со стороны послышался знакомый голос: — Вот это да. ты сама ее создала… она всегда будет с тобой, потому что, куда бы ты ни отправилась, от самой себя тебе не убежать. *