Can you feel me

И если в этом мире нет твоей боли, разделенной на нас двоих. То я не нуждаюсь в жизни где ты, не для меня.

Яркие вечерние цвета что выступили в вальс с городом, окрашивают того в теплые тона ложась красивыми узорами на старые и новые здания, на всё что принадлежало людям. Ложились как произведения висящие в музеях, как те что продают за миллионы.Марево заката тогда мешалось с темными оттенками, и если пытаться повторить это на холсте, передать не удастся все равно. Тэхен смотрел на их вальс, смотрел на небо, на людей и всё что ими было создано. Смотрел на то как ночь сменяла вечер и хотел раствориться в вечных красках что жили и умирали каждый день. Тэхен тосковал каждый день, каждую секунду своей жизни. Не понимал почему, не знал по кому, пока не наступила ночь. В ту ночь он проснулся когда кожа покраснела и горела под огненными буквами, что выводили на запястье красивое имя его души. И если спросить его, как это было, то он улыбнётся. И скажет что. Было больно до криков и содранной кожи. Было приятно до сердца и прикушенной губы Янтарные глаза смотрят на стакан, в котором вода переливается за край уже давно. В руке чайник, в котором не осталось кипятка. Приходится проморгаться и вернуться в реальность, и хотя бы постараться не умереть раньше времени от таких выпадов Наверное его мозг слишком устал, или слишком ленив. Потому что кажется в бессознательном состоянии он находится больше чем обычно. Кипяток выходит за края. Стекает на гарнитур, с гарнитура на пол растекается по полу и медленно тянется до голых ступней. Тэхен отходит быстрее чем вода касается ног. Он вытирает пол тряпкой, выжимает и относит в ванну развешивая для сушки. бессознательно. Поставить чайник заново кипятится снова? Нет. Он испытает эту удачу позже, с надеждой на положительный исход

***

Надпись на руке припекает стабильно, он все ещё берет в руки лёд, и не то чтобы он не привык или это непереносимо больно. Просто так легче. Стекло блестит в руках, приятный скрип, утверждение что чист. Тэхен почти ставит бокал на барную стойку. Когда запястье прижигает железом, бокал выскальзывает из пальцев. Летит по направлению к полу и разносится по помещению пронизывающим треском стекла. Всё рябит, расплывается, смазывается и мерещится красными, черными, желтыми, синими цветами. Будто в сетчатку глаза вставили белый цвет который теперь отражается радугами, вспышками боли и если зажмурить глаза, то лучше не становится. Мерещится запах гари, рука покрывается уродливым шрамом и лопнувшими волдырями отвратительно цвета. Тэхен тянет волосы на голове с силой, будто это поможет хотя бы немного. Попытки отрезвить организм другой болью проваливается, даже если он бьёт себя со всей силы. Температура тела повышается градусов на тридцать. Мозги размазывает по черепу от давления. Кожу по всему телу припекает так словно его жарят на костре, словно всё покрывается некрасивыми образованиями расходясь шрамами по оболочке тела как змеи. Когда пляшущие зрачки прежде сомкнутые за веками цепляются о блестящее лезвие ножа, когда ладонь подносит нож к проблемной руке.

Перед глазами появляется размытый Юнги, человек с его именем под ключицей. Парень перед глазами плачет, бьёт стену и кричит срывая связки В мыслях лишь одно - мольбы прекратить мучения В глазах лишь пустота.

Тэхена хватают за воротник белой рубашки отбрасывают нож и трясут. Кажется кричат, но не слышно, ничего не слышно. Тэхен жмурит глаза до пятен, сдавливает чужие запястья и кричит. Кричит, умоляет, как помочь не знает даже сам. Нельзя точно сказать когда темнота закрытых век сменилась темнотой сознания

***

Левая ладонь в чьей-то руке греет кожу. - Тэхен - жив - Ты кричал, - Пак вспоминает тот вечер когда приближалась его смена, когда он пришел, а Тэхен держал в руке нож. Вспоминает как тот кричал и умолял помочь. И то как его пришлось вырубить ударом в голову тоже вспоминает - и я вырубил тебя. Тэхен смотрит на запястье вспоминая что было вчера. Ничего дельного, слишком много ощущений и ложных галлюцинаций. Помнит только боль в разных оттенках, кажется он испробовал на себе их большое множество. Его вырубили, это хорошо - спасибо - пальцы трут глаза стирая мутную пелену - так, где я? Чимин выпускает чужую руку и встаёт смотря в окно. За окном ночь медленно стирается рассветом. Первые лучи солнца пронизывают темноту окрашивая небо в неопределенные цвета серости - у меня дома. Брови сведены, лицо сосредоточенно. Тэхен смотрит с пары минут только открывая рот - потому что там не помогут. - ему уже отвечают - соулмейтов вроде вас ещё недостаточно изучили. Не хочу тобой рисковать. - вот как.