Диссекция

Сказать, что решение Милодара выбило Эльда из колеи — значит ничего не сказать. Первую минуту он попросту открывал рот, как рыба, и не мог произнести ни «да», ни «нет», хотя за него и так уже всё решили. С одной стороны он, комиссар Эльд Зирра, ни от кого не принимал приказов, кроме совета комиссаров и некоторых фиксианских властей. С другой стороны один только взгляд в сторону неуёмного коллеги поднимал такое цунами вины, что никакое «нет» не шло с языка. С третьей стороны — а всего сторон в этом непростом вопросе было явно больше, чем рук у страдальца — каждая минута рядом с землянином теперь давалась ему с таким трудом, что он непроизвольно выдохнул и сел на пол прямо в коридоре, как только реалистичная голограмма подобралась в светлое облачко и упорхнула прочь. Орлис и Дарса взволнованно склонились над своим шефом, но тот только отрицательно мотнул головой. Мальчики и так весь день ловили его негатив, сами приговорили себя к этой задаче. Но не объяснять же, в конце концов, Милодару, что произошло на самом деле! Что на контрольном пункте жилого дома охранники сперва шарахнулись не от медицинского дрона — а от него, Эльда, и потому схлопотали по дротику. От него же. Что он всё знает про антероградную, будь-ты-неладная, амнезию. Или в каком ужасе закричала вахтёрша, ещё толком не разглядев, кто там пронёсся мимо неё. Как вызванные им же дежурные из ИнтерГПола — Дар Орлис и Вике Дарса — не признали собственного шефа за кошмарным фоном и вырубили стройным эмпатическим разрядом, что в их виртуозном исполнении ощущалось как удар ногой под дых. Или что Эльда той ночью только по чистой случайности не оказалось в частном доме брата, хотя тот приглашал погостить. К счастью, он интуитивно отказался: как знал, что за ним придут! При мысли о том, что он мог видеть тот же сон при детях, комиссару становилось ещё муторнее. Оставался вопрос: кто и зачем так его «осчастливил»? Эльд открыл настенную панель, которую специально перенесли вниз, и начал систематизировать известные ему данные. Внешний порядок его успокаивал и как бы строил рядами разбегающиеся мысли. Итак, дроны появились, когда он спал — не все остальные жильцы, а именно он с его нерегулярным режимом дня. Значит, хозяин роботов наблюдал за ним извне. Охрана не отреагировала потому, что в этот момент на них напал второй механизм — или это была инсценировка? У охраны есть камеры наблюдения… Всю охрану пятого комплекса — на проверку, даже госпитализированных. Далее: отвратительный кошмар, который при наличии миелофона мог превратиться в отличный компромат, и видеозапись для полноты наблюдения; при желании можно выдать за официальные данные из лаборатории сна. Передавал ли «комар» свою запись в режиме реального времени? Нет, ничего подобного не засекли, да этот тип приборов и не был заточен под телетрансляцию. Хорошо, значит, противник осторожен, хитёр и не разбрасывается информацией раньше времени. Этим он, сам того не желая, дал небольшую фору своей мишени. Не на того нарвался, пиратское отродье… Тавор, сонные дротики. Амнезия от этого препарата антероградная, и сон он всё равно бы не смог забыть. А не забыв, не прошёл бы незамеченным мимо чутких и честных, как лакмусовая бумажка, сограждан. Враг намеревался использовать их для самозащиты — или чтобы на день-другой вырубить Эльда, пока сам распостраняет компромат? Больше сообщений о подобных нападениях не поступало. Итог был вполне ясен: кто-то, имеющий доступ к медицинским дронам с Луны, Сол-3, желал компрометировать главу фиксианского сектора ИнтерГПола, но не до конца преуспел в своём начинании. Неясно было другое: во-первых, каким образом в голову Эльда попали эти адские пляски; и во-вторых, откуда об этом узнал комиссар Милодар? Может ли он тоже… быть заинтересован в шантаже? Уж слишком вовремя он позвонил и быстро явился! Зачем Милодару нужно тащить его, Эльда, через полгалактики к себе на базу, да ещё таким вот тайным образом? — Тьфу. Не суди о нём по себе, Зирра, — комиссар огляделся и быстро стёр с панели всё, начиная с позывного «Вернисаж». Общее угнетённое состояние, в котором он пребывал, наверняка объясняло и страшный сон. За последнее время он страшно устал и решил бы, что ему желает зла начальство… Только вот начальством тоже был он сам. Была к тому же пара-тройка других вещей — например, болезненный интерес комиссара к ранней истории Фикса, некоторые записи, к которым можно было добраться только с первым уровнем доступа… Да, многое фиксианцы уже обнародовали, хоть и в узких кругах. Баланские Врата — портал в их когда-то родную галактику — были известны верховному командованию всех трёх галактических организаций; илхи росли по всему городу и не вызывали вопросов; Искандар был на устах у всей современной молодёжи как сказочная планета из фильмов. Хочешь что-то спрятать — прячь у всех на виду! Но Эльд с ослиным упрямством лез в самые сокровенные дебри истории, пользуясь своим первым уровнем и сам не понимая, чего он там ищет. Ну и, похоже, нашёл на свою голову… Если слишком долго смотреть в себя, оттуда посмотрит тьма. Как Милодар узнал, что его друг в беде — не важно; важно то, что именно он успел узнать. Что же, теперь у него будет масса времени на то, чтобы выспросить эти вещи деликатно, ненавязчиво… Действительно, база в Антарктиде не самый плохой вариант. Там Эльд хотя бы не обречён на постоянное сидение в бункере, та штаб-квартира — настоящий городок во льдах. Можно забиться в самый дальний угол, попытаться разобраться в себе без посторонних рентгеновских глаз, может, даже выговориться наконец? Гостевые комнаты, запасные кабинеты… Интересно, что имел в виду Милодар, когда сказал «тогда будет»? Эмпатические заслоны? Голографический модуль на шесть рук? Такого у Эльда даже в родном офисе не водилось за ненадобностью, а теперь вполне могло пригодиться. Поездка на Землю вдруг представилась ему гораздо менее ужасной, чем-то вроде отдыха от неожиданно ставшей ему клеткой родной планеты. Экс-что-то-там, с курсов по психической гигиене… А, экспозиционная терапия! Избавление от фобии или травмы путём конфронтации, то есть экспозиции объекту страха. Терапия — это, кажется, не плохо… Особенно когда мозг уже не заходится в истерике от ярко-медного свечения, а пропитанная тем же светом, исхоженная вдоль и поперёк база ещё далеко. К тому же, раз Милодар всё равно уже в курсе дела, то вдвоём они быстрее додумаются до решения, и добровольное изгнание на этом закончится! Успокоив себя таким сомнительным образом, Эльд отправил свои наброски на внешний диск и принялся набирать сообщение домашнему роботу. На случай внезапных поездок у него хранился специальный чемоданчик со всем необходимым, и робот вышлет его на Землю грузовым рейсом. Сам же комиссар, уложив в небольшую сумку диск и всё, что вытащили из съёмного номера добросовестные мальчики, в их же сопровождении прокрался к кабине телепорта. До первого спутника хватит и так, а там уже ждёт фирменная фиксианская «Стрела»… Всё это более напоминало бегство политического преступника, чем отбытие уважаемого шефа полиции. Да, по сути это и было позорным бегством. До свидания, жемчужина галактики — родной Фикс! Я вернусь.