Закон спирали

      Утро встречает Тэхёна головной болью из-за недосыпа. Он почти до рассвета пытался разогнать назойливые воспоминания, но организм отключился лишь утром.       Омега спускается вниз, где пусто, точно так же, как и на втором этаже. Он вспоминает, что сегодня будний день, и все разъехались по работам, а Богом поехал на встречу с друзьями, которых несколько лет не видел. Тэхён смотрит на часы, понимает, что время обеденное уже, и надо бы перекусить, и отправляется на кухню, шаркая тапочками по полу. Но войти не успевает, услышав звонок в дверь. Шумно выдохнув, омега разворачивается и плетется к входной двери. Кто бы там ни был, он теперь обязан Тэхёну обед (завтрак?), и чашку крепкого кофе. Омега открывает дверь и впадает в ступор. Перед ним стоит молодой мужчина в лоферах, классических брюках и водолазке. Весь в черном. Мощные бедра и крепкая грудь. Тэхён боится поднять взгляд, потому что он точно знает кому принадлежит этот запах. Чонгук.       Тэхён делает шаг назад, открывая дверь шире и пропуская соседа в дом. Чонгук проходит в гостиную, а Тэхён провожает взглядом старого друга. Опомнившись, омега закрывает дверь и проходит к гостю, чтобы наконец поздороваться и узнать для чего тот пришел.       — Кофе? — ну, сойдет за «здравствуй».       — Я, вообще, хотел предложить пообедать где-то, если ты не против, — и Тэхён готов поклясться, что в жизни не слышал столько неуверенности в голосе этого альфы.       — Отличная идея, дай мне пятнадцать минут, — под опешивший взгляд Чонгука, окончательно проснувшийся Тэхён уносится вихрем обратно, чтобы принять душ и одеться.       Черные скинни, легкая кремовая рубашка, открывающая вид на острые ключицы, и тонкий чокер, с небольшими камнями. Тэхён больше не тот скромный домашний мальчик. И Чонгуку стоит об этом узнать. Легкий макияж, на скорую руку, чему научился у стилистов, и образ завершен.       Омега спускается в гостиную и ловит на себе восхищенный взгляд. Ну конечно. Прежний Тэхён не то, что чокеров не носил, он вечно шатался в безразмерных шмотках, пусть и выглядел в них довольно неплохо, но эффект теперь совершенно другой.       — Я готов, — омега, явно, вырывает альфу из прострации и снова привлекает к себе внимание.       — Ну, тогда пойдем? — Чонгук волнуется, Тэхён кожей это чувствует, и тут же становится еще увереннее в себе.       Чонгук помогает Тэхёну занять пассажирское кресло своего автомобиля, и они молча едут минут десять. Тэхён узнает это место. Они с Чонгуком очень любили эту студенческую кафешку. Альфа постоянно флиртовал с омегами, а Тэхён уплетал шоколадные маффины, запивая какао.       Они входят в кафе и занимают свой любимый столик — у окна. К ним тут же подходит официант и Чонгук заказывает крепкий кофе, и Тэхён повторяет его заказ, чем заставляет Чона вскинуть в удивлении брови.       — Я вчера наелся столько сладкого, жирного и мучного, что Богом-и хён выставит меня за дверь, если я в нее пройду, — отвечает Тэ на немой вопрос в глазах друга.       Чонгук лишь хмыкает как-то раздраженно и принимается теребить в руках салфетку, будто собираясь с мыслями. Тем временем Тэхён ловит на себе заинтересованный взгляд альфы, сидевшего за соседним столиком. Он, вероятно еще школьник, или первокурсник. Омега широко улыбается и подмигивает парню, отчего тот краснеет и опускает голову. Тэхён возвращает свой взгляд к Чонгуку, а тот молча наблюдает за происходящим. А потом как-то печально улыбается.       — Ты тоже чувствовал себя глупо, сидя напротив меня, пока всё мое внимание было направлено на других?       Опешивший Тэхён теряется, и не знает что ответить. Он действительно чувствовал себя глупо. Все вокруг думали, что его альфа открыто флиртует с другими, а на деле, он не мог себе позволить даже протянуть к Чонгуку руку.       Потому что друг.       Неловкое молчание прерывает официант. Он ставит на стол кофе и тарелку с каким-то невероятно воздушным, с виду, десертом.       — Это для вас. Комплимент от нашего бармена, — официант мило улыбается Тэхёну и уходит. Тэхён находит взглядом бармена и показывает ему палец вверх, а затем сердечко и, словив в ответ улыбку, возвращает свое внимание Чонгуку.       — Нет, Чонгук-и. Возможно, если бы, для разнообразия, ты обращал свое внимание на меня за обедом, то я понимал бы, что ты чувствуешь сейчас. Но у нас немного разные ситуации. Я для тебя был элементом декора за обедом, стилистом перед свиданиями, гримером после бурной ночи и тем, кем ты занимал свое время, когда тебе было скучно. Так что я принимал твое поведение как должное, — нагло врет Тэхён, и пожимает плечами, чтобы подчеркнуть свое безразличие к сказанному.       — Я был таким придурком, — альфа поджимает губы и размешивает сахар в своем кофе. — Знаешь, я узнал всю правду, перед выпускными экзаменами. Ну, про Дахён и все её блядство. И первое, о чем я подумал, была наша с тобой последняя встреча. Я только тогда понял, в какое болото меня затянуло. Я понял, что годами разрушал крепость, ради воздушного замка, а когда замок сдулся, то я просто остался стоять на руинах того, что тобой строилось, а мной разрушалось. Я никогда не относился к тебе как к элементу декора, Тэхён. Я правда ценил тебя, за всё, что ты для меня делал. Ты всегда был рядом, и я даже не предполагал, что ты можешь чувствовать себя вот так, рядом со мной. Тем более, я не рассчитывал сам стать причиной твоего исчезновения из моей жизни. Я себя не оправдываю, но я был глупым подростком, и сейчас мне так стыдно за то, что тогда не говорил тебе, насколько ты важен для меня. Я знаю, что тогда, на вечеринке, поступил отвратительно, не выслушал, но знаешь, я заплатил за это сполна. Я узнал, что Дахён, за моей спиной трахалась почти со всей командой. Из моей жизни, в один момент, выветрились все, кого я ошибочно считал близкими. Я получил то, что заслуживал, и единственное, о чем я жалею это то, что просрал единственного человека, кому действительно не был безразличен — тебя. Тэ, если ты сможешь, то прости меня. Я, может, попрошу многого и снова поступлю эгоистично, но я бы очень хотел начать с чистого листа. Мне очень тебя не хватает.       Последняя фраза звучит так надломлено и хрипло, что Тэхён невольно всхлипывает и только теперь чувствует, как по его щекам катятся слезы. Омега поднимается и пересаживается на диванчик рядом с альфой, крепко обнимая его. Альфа обнимает в ответ и слепым котенком тычется носом в шею. Тэхён только теперь чувствует себя по-настоящему дома, и даже не догадывается, что Чонгук, в эту самую минуту борется с желанием оставить на его шее свою метку, потому что альфа давно понял, где он проебался. Чонгук твердо решил для себя, что если при встрече Тэхён его не оттолкнет, то он из кожи вон вылезет, но добьется от омеги взаимности. И Тэхён не оттолкнул.       — Мне тоже, Гук-и, безумно тебя не хватало, — и в этом шепоте столько тепла, что в груди Чона прорастает первый росток надежды.       Омега делает глубокий вдох, заполняя легкие таким родным запахом. Тэхён даже не вспомнит, когда в последний раз его чувствовал. В последние годы, запах Чонгука сопровождался шлейфом череды омег, что горечью оседал в легких омеги. Но сейчас он абсолютно чист и им хочется дышать, хочется впитать в себя, смешать со своим и никогда не позволить больше пачкать чужими.       Тэхён неохотно отстраняется и вдруг вспоминает, что он вообще-то голодный. На радостях омега заказывает целый традиционный корейский стол, на что Чонгук лишь глупо хлопает глазами.       — Ты же десять минут назад боялся гнева своего альфы, — подкалывает Чонгук, прощупывая почву, в надежде, что Тэхён его не раскусит. А омега на такой выпад давится своим, почти остывшим кофе.       — Гнева кого, прости? — уточняет Тэхён, откашлявшись. — Пак Богом — мой наставник, менеджер, друг, брат, психолог, хозяин дома, в котором я живу в Америке, в конце концов. Он, несомненно, близок мне и я люблю его, но не как альфу, это другое, Гук-и.       Чонгук еле сдерживает в себе желание подпрыгнуть на месте, как маленькая девочка. И как он сразу не додумался? Запах Тэхёна абсолютно чист, значит, у него довольно долго не было альфы. Тэхён свободен.       — Ну, ты просто говорил, что живешь с ним. Что я еще мог подумать? — Чонгук разводит руками, уже увереннее глядя в глаза омеге.       — Ты наверное пропустил одно маленькое, но важное уточнение. Я живу с Богомом и его парнем.       На этой фразе Чонгука и вовсе отпускает. Он расслабляется и заводит непринужденную беседу. Они говорят обо всем, что происходило с ними за годы молчания. Обед плавно переходит в ужин и Тэхён вспоминает, что никому не сказал, куда идет. Время уже совсем позднее, родители волнуются, наверное. Когда оказывается, что телефон он забыл дома, то они решают, что пора возвращаться.       Стоит Чону с Кимом переступить порог кимова дома, как они ловят на себе пять пар глаз.       — Ким Тэхён, для чего тебе телефон? Ты хоть понимаешь, как мы волновались? — шипит мама, и омега опускает голову, как провинившийся ребенок.       — Это я виноват, я подгонял его, вот он и забыл телефон, — выходит вперед Чонгук, и точно как в детстве, готовится принимать на себя удар.       На такое поведение, родители Тэхёна лишь недовольно хмыкают, вспоминая, как из-за этого альфы их сын буквально сломя голову бежал из города. Да, они уверенны, что причина была в Чоне — родительское сердце не обманешь. А родители Чонгука не верят собственным глазам, потому что таким своего сына они не видели, кажется, целую вечность. Богом лишь снисходительно улыбается, когда видит, как по-особенному горят глаза Тэхёна, несмотря на то, что его сейчас отчитывают, как первоклашку.       — Госпожа Ким, не нервничайте вы так. Тэхён и Чонгук не виделись столько лет. Им определенно было что обсудить, вот и загулялись, — неожиданно за молодежь вступается Богом, и Кимы сразу же остывают. Этот альфа вызывает у родителей Тэхёна уважение.       Чоны ушли домой сразу же после возвращения младших. Тэхён принял душ и отправился к Богому, который сидел за рабочим столом, в выделенной ему комнате.       — Завтра у тебя съемка для одного корейского издательства и для новой коллекции одного молодого, но довольно популярного бренда, — сообщает Богом, а после потирает переносицу и смотрит Тэхёну в глаза. — Малыш, я не хочу ставить тебя перед выбором, но вижу, что вероятность того, что ты вернешься в Америку, стремительно близится к нулю. Я делаю на тебя высокие ставки, и хочу понимать, что будет завтра. Я не ограничиваю тебя. Я просто хочу понимать, каковы твои планы.       — Я не понимаю. Разве мы не должны после свадьбы вернуться? — кажется, омега совершенно не может собрать картину воедино, чтобы понять, о чем говорит Пак.       — Тэхён-а, вот скажи, ты готов снова оставить его на неопределенный срок? Думаю, что нет. А я не готов снова видеть твои грустные глаза. Я хочу, чтобы они горели точно также как сегодня, когда вы только вошли в дом. Таким ты еще больше меня вдохновляешь. Я хочу, чтобы ты был счастлив. А для этого мне нужно, чтобы ты, как можно скорее, принял решение о том, что планируешь делать дальше. Я вполне способен курировать твои съемки дистанционно. Подумай, Тэ. И чем раньше ты определишься — тем лучше это скажется на нашем графике.       — Хён, я-то может и хотел бы быть рядом с ним. Но хочет ли он этого? Мы вроде как решили снова стать друзьями. Ни о чем большем речи нет.       — У тебя есть немного времени. Просто не спеши с выводами. А теперь иди отдыхай. Завтра будет трудный день, ты должен быть в форме.       Омега желает другу доброй ночи и уходит в свою комнату. Усталость дает о себе знать, стоит Тэхёну только коснуться подушки. Парень проваливается в глубокий сон, даже не успев промотать в голове весь прошедший день.       Утром Тэхёна поднимает Богом. Омега понимает, что день будет тяжелым, так что позволяет себе пять минут понежиться в кровати, а затем поднимается, и мысленно срывается со старта.       Душ, завтрак, дорога, примерка, грим, укладка, съемка, перерыв, в который он успевает ответить на сообщение Чонгуку. Альфа спрашивает о планах, а Тэхён честно признается, что даже не представляет, когда вернется, но обещает сообщить. А дальше снова съемка, дорога, примерка, грим, укладка и еще одна съемка. Омега не успевает опомниться, как они с Богомом уже садятся в машину. Альфа хвалит младшего за проделанную работу, и обещает записать чонгуков номер, чтобы тот перед каждой съемкой писал омеге, аргументируя это тем, что Тэхён лучше раскрывается после общения с Чоном. Тэхён лишь смущенно опустил взгляд, а затем написал другу детства о том, что через час будет дома.       Чонгук не звонит и не приходит. Тэхён, кажется, готов выть от тоски и лезть на стены, ведь он уже придумал себе красивую историю о воссоединении старых друзей, а тут — игнор. И зачем только спрашивал о свободном времени у омеги? Тэхён, мысленно наградив друга почетным званием — «динамщик», отправился в кровать. Глаза неприятно щипало, но омега упорно твердил себе, что сам виноват в том, что слишком многого ожидал от Чона. Увалившись на кровать, Тэхён закрывает глаза и вспоминает, как крепко Чон обнимал его вчера, будто за спасательный круг хватался. Теперь омега и вовсе запутался. Слишком странно альфа себя ведет, точно как сам Ким перед течкой. Тэхён фыркает своим же мыслям и поворачивается к окну.       Когда телефон оповещает о новом сообщении, омега уже почти засыпает. Тэхён протягивает руку и, приоткрыв один глаз, нажимает на кнопку, замечая на экране уведомление о сообщении от Чонгука.       «Жду тебя у бассейна.»       Тэхён подпрыгивает на кровати и, накинув на плечи длинный халат, тихонько спускается вниз. Омега закрывает за собой дверь и медленным шагом направляется к другу. Чонгук, услышав шаги, поворачивается и видит сонное лицо омеги. Становится неловко, но эгоист внутри отмахивается от этого чувства. Чонгук и так много времени потерял.       — Прости, пришлось задержаться на работе. Пойдем.       Тэхён лишь молча следует за альфой. Когда они подходят к старому дубу, на котором по-прежнему находится построенный их отцами домик, омега лишь вопросительно пялится на друга. Чон поднимается по старенькой, но все еще крепкой лестнице и скрывается внутри, пока Тэхён продолжает недоверчиво поглядывать наверх. Когда в домике зажигается свет, омега лишь вскидывает брови в удивлении, и тут же заносит ногу над первой ступенью, потому что понимает, что Чон, наверняка, что-то приготовил.       Вдоль одной из стен, под потолком, висит гирлянда из лампочек, на полу развернут футон, на котором уже восседает альфа, среди кучи подушек. Чуть левее футона, горкой навалены упаковки разных снеков и корзина с клубникой. Тэхён в изумлении раскрывает рот и опускается рядом с альфой, замечая у противоположной стены монитор.       — Ночь Марвела. Не могу поверить, что ты это сделал.       В омеге играет какой-то детский восторг. Он хорошо помнит, как они, будучи еще детьми мечтали затащить в домик на дереве ноутбук и устроить ночь просмотра марвеловских фильмов, вот только никто им этого не позволял, а позже стали считать себя слишком взрослыми. А еще, клубника. Чонгук все еще помнит, как Тэхён ее любит.       — Надеюсь, ты все еще обожаешь Тони Старка, потому что в противном случае, наша новая дружба закончится, толком не начавшись, — склеив самую серьезную физиономию заявляет Чонгук, в ответ на что омега театрально запрокидывает голову и отводит взгляд.       — Знаешь, Тони хорош… Но ты видел Аквамена? Джейсон Момоа стоит того, чтобы пересмотреть свое отношение к DC, — в ответ на такое заявление, Чонгук лишь кривится и пихает омеге в рот любимую ягоду. — Понял-понял, молчу, но ты ведь сам спросил, — смеется Тэхён, наслаждаясь кисло-сладким послевкусием.       Они удобно устраиваются, разложив все снеки между собой, чтобы было удобнее, и приступают к просмотру.       Когда на экране появляются финальные титры, Тэхён обнаруживает, что снеки переместились под стену со стороны альфы, а сам омега удобно уложил голову на грудь старого друга. Немного неловко, но весьма удобно, так что оба лежат, даже не пытаясь сдвинуться.       — Гуки, ты правда сорвался в Тэгу перед выпускными? — несмело разрезает тишину омега.       — Да. За неделю до того, я узнал, что ты был прав. В нашей команде не оказалось никого, кто бы не трахал за моей спиной Дахён. В тот момент я понял, что все эти громкие слова про крепкую дружбу и братьев — полная чушь.       Тэхён чувствует, что задел. Он знал, конечно, что Дахён — не лучшая партия, но оказалось все гораздо хуже. Омега поднимает голову, чтобы прочесть эмоции Чона, но встречается с задумчивым взглядом.       — Прости, — улавливает Тэхён перед тем, как его губы накрывают чужие. И омега не понимает, за что должен простить. За поцелуй? За прошлое? За что?       В поцелуе чувствуется отчаяние и надежда, в нем страсть и нежность, от чего Тэхён расслабляется, и позволяет другу детства больше, чем позволительно друзьям.       Альфа целует напористо, со всей присущей ему страстью. Он хотел романтики, но, в итоге, срывается изголодавшимся зверем. Он буквально наваливается на Тэхёна и, не встречая никакого сопротивления, забирается руками под халат, под которым оказываются лишь боксеры. От осознания происходящего, у альфы срывает практически все тормоза, и лишь на периферии сознания мелькает мысль о том, что это все не правильно. Чонгук упорно отмахивается от этой мысли и, развязывая пояс, продолжает изучать такое желанное тело.       Тэхён задыхается. Он впервые чувствует столь яркий аромат Чона. Альфа возбужден, и это льстит. Чонгук спускается поцелуями к шее и слышит рваный выдох. Это приводит в чувство.       — Вот придурок! — рычит альфа, уткнувшись носом в шею друга. — Прости, Тэхён-а, я не должен был.       А Тэхён теперь вообще ничего не понимает. Что там у этого альфы в голове?       — Не должен был что? — Шепчет омега, из последних сил стараясь не вылить поток ругательств на Чона. Потому что это и правда слишком. Если этот альфа после случившегося скажет, что они просто друзья, то Тэхён точно оборвет с ним все связи, и в этот раз навсегда. Он мазохизмом переболел в подростковом возрасте. Ему хватило.       — Тэ, я знаю, что веду себя как идиот. Я действительно впервые чувствую себя так. Я правда смогу объяснить тебе причины своего поведения. Давай завтра пообедаем у хенов и поговорим, — альфа шумно выдыхает и откидывается на подушки. Тэхён же запахивает халат, туго затягивая пояс и направляется к люку в полу.       — Знаешь что? Я действительно надеюсь, что завтра ты соберешь свои яйца в кулак и перестанешь мямлить, потому что я вообще перестал уже что-либо понимать! Добрых снов.       Тэхён проворно перебирает ногами по подвесной лестнице и семенит в дом. Чонгук не догоняет и Тэхён думает, что так даже лучше. Завтра они окончательно во всем разберутся.