Dum spiro spero (Пока дышу - надеюсь)

— Шепард, ты тут? — окликнула коммандера Лиара, останавливаясь на верхней ступеньке лестницы, ведущей в нижнюю часть инженерного отсека. — Тут, — донёсся до неё приглушённый голос Джезабелл, — Спускайся, только тише. Озадаченная Лиара спустилась вниз и замерла, поражённая увиденной картиной. Коммандер, пригнувшись, напряжённо всматривалась в небольшую щель между ящиками. Заметив, что она здесь, Джезабелл быстро оглянулась, и, приложив палец к губам, сделала знак молчать, снова отвернувшись к ящикам. Лиара присела на нижнюю ступеньку встревоженная загадочным поведением коммандера. Джезабелл резко выбросила вперёд руку, пытаясь кого-то поймать, и ожесточённо выругалась. — Удрал, зараза, — сказала она, поднимаясь и подходя к Т’Сони. — Кто? — недоумённо спросила Лиара. — Адмирал, — раздражённо бросила Шепард, садясь рядом с ней. — Ты уверена, что с тобой всё в порядке? — осторожно спросила азари. — Может, стоит попросить доктора осмотреть тебя. Всё же тебе тяжело пришлось… — Да всё нормально, — махнула рукой Джезабелл, но затем, внимательно посмотрев на неё, не выдержала и рассмеялась. — Бог мой, Лиара, успокойся, я не сошла с ума. Просто пока был ремонт и «Нормандия» стояла в доке, Адмирал, так зовут хомяка, который жил в моей каюте, сбежал из клетки. А сегодня я спустилась забрать лежавшие тут модели кораблей и заметила его. Только вот поймать не удалось. — Я. Ох, прости, я по-прежнему совершаю глупости, — пробормотала Лиара. — Просто ты отключила коммуникатор и торчишь здесь третий час, вот я и подумала. В общем, извини меня. — Третий час? — переспросила Шепард, нахмурившись. — Похоже, я увлеклась. И не надо извинений, всё хорошо. — Джокер просил меня передать тебе, что корабль прибудет на Менае утром, — сказала Лиара поднимаясь. — Намекаешь, что у меня ещё есть время для удачной охоты, — улыбаясь, сказала Джежабелл. — Я бы советовала тебе отдохнуть, — возразила Лиара. — Пусть хомяк бегает, потом поймаем. — Если бы мы стояли в доке, я бы с тобой согласилась, — покачала головой коммандер, — но беспризорный грызун может соблазниться и погрызть кабели или проводку. И сам погибнет, и нам доставит кучу проблем. Так что, похоже, придётся просить СУЗИ провести дезинфекцию или всё-таки изловчится и поймать его. Зверёк, словно почувствовал угрозу своему существованию, выбрался из укрытия и с писком побежал мимо них. Лиара, взвизгнув, метнула в него сгусток биотической энергии, заключая в стазис. — У тебя прекрасная реакция. — Шепард наклонилась, поднимая шарик с заключённым внутри хомяком. — Погулял и хватит, — улыбнулась она, и, подождав, пока пройдёт стазис, взяла ошарашенного зверька в руку и направилась к лестнице. — Ай, — вскрикнула она, пройдя пару ступенек, и перехватывая свободной рукой хомяка за шкирку. — Он меня укусил. — Бедный, — Лиара догнала Шепард — Ты испугался… — Она поднесла руку к отчаянно болтающему лапками хомяку, и тот не преминул вцепиться зубами в палец. — Добро пожаловать в клуб укушенных, — рассмеялась Джезабелл. — По-моему стоит снова воспользоваться стазисом. Хомяк был водворён в свою клетку и забился в домик, всем своим видом показывая, что быть свободным ему нравилось куда больше. — Идёт война, гибнут тысячи, а мы тут возимся с хомяком, — сказала Лиара, опускаясь в кресло. — Одно другому не мешает, — возразила Шепард, бросая в кормушку лакомство, с помощью которого хотела подсластить зверьку тот факт, что свобода осталась позади, и его мир снова сузился до размеров клетки. — По крайней мере, это отвлекает от тяжёлых мыслей, — добавила она, садясь на диван. — Кстати, что там с твоими агентами на Палавене? Удалось что-нибудь узнать? — Никто из них не вышел на связь, — грустно сказала Лиара. — Прости, Шепард, но, похоже, я ничем не могу помочь тебе. Мне жаль. — Не надо извинений, я всё понимаю, — Джезабелл опустила голову. — Переживаешь? — участливо спросила азари. — Да. — Ты любишь его, — с удивлением сказала Лиара, — не хочу тебя обидеть, но мне казалось, что ты не способна на такие чувства. — Я и сама так думала, так что не обижаюсь, — голос Шепард дрогнул. — Я действительно люблю Гарруса. — Она замолчала. — Но не переживай, я справлюсь, — твёрдо сказала Джезабелл. — От нас сейчас зависит слишком многое, и я не позволю личным чувствам помешать. А сейчас, извини, но у нас не так много времени для отдыха перед завтрашним днём. Она снова оказалась в Булонском лесу. Но тогда было утро, а сейчас стояла глубокая ночь. Ветер лениво подгонял листья, а оголённые ветки, качаясь, создавали негромкий, но постоянный шум. Джезабелл не могла понять, почему, а главное, как оказалась здесь. Она сделала шаг, и с удивлением поняла, что что-то мешает ей двигаться вперёд, затрудняя движение. Отчётливо раздавшийся детский смех заставил её вздрогнуть, и Джезабелл стала искать глазами источник. Ребёнок, среди ночи, в лесу. Она чувствовала, что окончательно запутывается. С трудом делая каждый шаг, она пошла к видневшейся впереди детской фигурке. Сидящий на корточках ребёнок услышал шум и поднял голову, заставив её в изумлении остановиться. Опешив, она стояла и смотрела на мальчика, гибель которого видела на Земле. Он поднялся и повернулся, внимательно глядя ей в глаза. Джезабелл протянула ему руку, но внезапно всю фигуру ребёнка охватило пламя. Она отшатнулась, отворачиваясь и прикрывая глаза, не в силах видеть этого. А когда снова открыла их, то ничего не было. Она стояла одна посреди леса, в полной темноте и шум ветра был единственным звуком, который она слышала. Шепард с трудом поднялась, всё ещё находясь во власти увиденного кошмара. Похоже, её нервы были на пределе, если уж подсознание выдавало такие сны. Она умылась ледяной водой, но голова всё равно казалась тяжёлой, а перед глазами стояла картинка горящего ребёнка. Одевшись, она направилась к терминалу, стараясь отвлечь себя работой и, когда СУЗИ сообщила о том, что «Нормандия» в трёх минутах от ретранслятора, с облегчением поднялась и направилась к лифту. Предстоящая высадка на Менае была как нельзя кстати — по крайней мере, у неё уж точно не будет времени на переживания и размышления о странных снах. *** — Примите мои соболезнования, генерал Коринфус, — сказала Джезабелл, понимая, что со смертью примарха Федориана ситуация усложнилась. Они опоздали всего лишь на час. Именно тогда шатл Федориана был уничтожен одним из Жнецов, державшим блокаду Менае, похоронив вместе с лидером и слабую надежду на то, что Земля сможет договориться с иерархией. Неизвестно, кто, согласно вертикали власти, принятой у турианцев, займёт место нового примарха и насколько он будет открыт для диалога о военном союзе. Ей было, по-человечески, жаль Федориана, но с точки зрения реальности, она его ненавидела. Так глупо подставиться, когда ему летели на помощь. У «Нормандии» было куда больше шансов вывезти его незамеченным, чем у обычного военного шатла. Она рассеяно взглянула на главный лагерь. Несколько баррикад успешно отражали нападения, но множество бойцов были ранены. Жнецы пустили своих созданий и толпы хасков, отродий и прочей мерзости с остервенением шли на штурм, накатываясь волной и разбиваясь о защитников, постепенно опустошая их ряды. В отличие от Цитадели, все присутствующие здесь в полной мере ощутили всю тяжесть вторжения. Они были на передовой и сражались не столько за свою жизнь, сколько за судьбу планеты. Менае был ключевой базой, и его потеря открывала Жнецам прямой путь на Палавен. — О, Богиня, — прошептала Лиара, подходя к ней и указывая рукой на висящую перед ними громаду планеты, на которой яркими пятнами полыхал огонь атакованных городов. — Это ужасно. На Земле было также? — Да, — кивнула Джезабелл. — Сейчас я даже не хочу представлять, что там творится. — Извини, — Лиара опустила голову. — Генерал Коринфус не может связаться с командованием, вышка связи повреждена, а вокруг неё слишком много хасков. Его люди делают всё возможное, но… — Что ж, в наших интересах помочь им, — сказала Шепард, — Джеймс, скажи генералу, что мы займёмся связью и догоняй нас. — Вега кивнул и направился к командному пункту. — Идём, Лиара. *** Гаррус знал, что вторжение неизбежно, что слишком поздно его слова стали воспринимать всерьёз и они не готовы, но всё равно не мог даже предположить, насколько будет сильным первый удар Жнецов. Четверть кораблей была сметена в первые часы. Атакованные города были отрезаны, их жители гибли в пламени, под завалами и спасти удавалось лишь десятки, а сотни и тысячи так и остались погребёнными в общей могиле. Когда начали поступать данные, даже закалённые боевые генералы были ошарашены цифрами. Получалось, что за два дня погибло около восьми миллионов. Гаррус находился в ставке примарха, когда ему передали сводку о потерях и хорошо видел, как мгновенно постарел и осунулся Федориан. Он не стал проводить совещания, а поднялся и покинул зал, оставив генералов в замешательстве. Некоторые, наиболее амбициозные, начали было поднимать вопрос о том, что возможно стоит освободить примарха от выполнения обязанностей по состоянию здоровья. Но вмешался генерал Виктус, имевший хоть и не особый вес в среде командования, из-за достаточно нестандартных подходов в планировании военных операций, но горячо любимый своими солдатами, заявив, что от пустых разговоров нет толку и перед ними поставлена только одна задача — удержать Менае. — Так что можете и дальше сидеть тут, пока ваши подразделения дают отпор врагу, а я не собираюсь тратить своё время и возвращаюсь к своим людям, — закончил он, поднимаясь. — Вакариан, — обратился он к нему, — вы достаточно сведущи в тактике нашего врага, поэтому я прошу вас сопровождать меня на позиции. Возможно вместе мы сможем более эффективно составить план обороны. Гаррус принял его предложение. Отчасти потому, что понимал — Виктус — единственный из генералов, кто не сдастся и будет искать способы победить, а не просто сдерживать противника, а ещё потому, что просто так сидеть в ставке примарха у него не было сил. Слишком грустные мысли одолевали его. На Палавене остались отец и сестра, и его тревожила их судьба. Но, кроме того, Земля также подверглась атаке. А Джезабелл была там. И судя по тому, что потери на главной планете человечества по имеющейся информации были значительно выше потерь иерархии… Вот именно об этом ему больше всего не хотелось думать. *** — Что ж, Жнецы верны себе и продолжают модифицировать свою добычу, — проворчала Джезабелл, точным выстрелом снося голову Налётчику — так турианцы назвали своих изменённых соотечественников. — Лиара, что там со связью? — Уже спускаюсь, — отозвалась азари. — Вроде всё должно работать. — Генерал Коринфус, — спросила Шепард, переводя рацию в рабочую частоту. - вы меня слышите? — Да, коммандер. Благодарю за помощь. Я уже связался с командованием и ответ о том, кто займёт пост примарха, будет в течение нескольких минут. — Тогда мы возвращаемся к вам, — Джезабелл отключила канал. — Что ж, будем надеяться, что новый примарх не будет ветераном Первого контакта, ненавидящим человечество, — мрачно сказала она, убирая оружие. — Иначе никакого диалога не получится. — В таких случаях, как мне кажется, стоит забыть о прошлом, — заметила Лиара. — Если бы всё было так просто, — иронично протянул Джеймс, — то Совет бы сам принял необходимые решения, а не заставлял нас тратить время, собирая лидеров для совещания. — Их можно понять, — грустно сказала Шепард, — но откровенно говоря, если бы мне снова пришлось выбирать между их спасением и флотом, я бы выбрала флот. Те потерянные корабли пригодились бы нам сейчас, а Советники — что ж, выбрали бы новых. Знаю, — она подняла руку, заметив, что Лиара собирается возразить. — Это звучит жестоко, но не менее жестоко то, что мы сейчас видим. — Она вздохнула. — Турианский флот — самый сильный, но их рвут в клочья. Пока они держатся, но что будет, когда они не выдержат напора? Лиара опустила голову и отвернулась, понимая, что Шепард права и её возражения выглядят слабо и наивно. Оставшуюся часть пути до лагеря они проделали молча, каждый был занят собственными мыслями, да и не было особого желания говорить. Лиара размышляла над словами коммандера. Джеймс до сих пор злился на то, что они тратят время, вместо того, чтобы вернуться на Землю. А Джезабелл украдкой поглядывала на нависавший над ними Палавен, на теле которого расцветали всё новые очаги пламени, надеясь, что с Гаррусом ничего не случилось. *** Генерал Виктус отправился укреплять пошатнувшийся фланг, не выдержавший напора наступающего противника, и Гаррус в очередной раз поразился его неукротимой энергии. Только что они выдержали тяжёлый бой, отстаивая позиции, но генерал, казалось, был сделан из железа. Он с негодованием отмёл возражения адъютантов, робко намекавших о том, что ему стоит отдохнуть. — Я не на курорте, а на войне, — сердито заявил он, — и буду там, где моё присутствие необходимо. — Виктус раздражённо посмотрел на возвышавшегося вдалеке Жнеца. — Эта машина на левом фланге портит всю картину — убрать бы её с глаз долой, — он махнул рукой. — Всё потом. Сейчас меня беспокоит правый фланг. Гаррус проводил взглядом удалявшийся отряд генерала и задумчиво посмотрел на Жнеца. Несмотря на кажущийся неразличимый внешний вид, он уже уяснил, что каждый из кораблей отличается от другого запасом прочности, мощности щитов и радиусом действия. Да и размеры этого Жнеца были не так велики, как того же Властелина. Постепенно у него возник достаточно авантюрный план. Тогда, на базе коллекционеров они смогли уничтожить недостроенного Жнеца, используя тяжёлое вооружение и поражая уязвимые точки, показанные СУЗИ. Сейчас задача была сложнее — уязвимые точки нужно было находить самостоятельно. Он задумался, взвешивая все плюсы и минусы, и, наконец, приняв решение, быстрым шагом направился к командиру группы ракетчиков.