Dum spiro spero (Пока дышу - надеюсь)

— То есть у нас есть предположительные чертежи оружия, способного уничтожить Жнецов? Достаточно затратное в отношении ресурсов, не говоря уже о том, что потребуется большое количество исполнителей… — адмирал опустился в кресло, покачивая головой. — А добавить к этому ещё и то, что мы не знаем, что такое Катализатор, кроме того, что это основная часть оружия, — иронично добавила Джезабелл. — Как говорилось в одной детской сказке, пойди туда, не зная куда, сделай то, не знаю, что. — Если бы у меня было больше времени, — огорчённо проговорила Лиара, переводя растерянный взгляд с адмирала на Шепард. — Ирония судьбы, — фыркнула коммандер, — всё это время у нас был архив, но никому и в голову не пришло попробовать поискать там ответы. Проклятая система секретности. — А теперь «Цербер» окончательно уничтожил всю информацию, — резко бросил Хэккет. — И о какой секретности может быть речь, если, не смотря на строжайший запрет на присутствие кого-то постороннего, за исключением Лиары, туда смогла проникнуть эта доктор Ева. Кстати, выяснили, что это вообще за существо? — Достаточно искусно выполненный человекоподобный робот, — ответила Шепард. — Знаете, адмирал, иногда у меня начинает возникать подозрение, что Альянс не просто пренебрежительно относится к своим учёным, а тщательно игнорирует их, старательно толкая в объятия «Цербера». — Да уж, — признал Хэккет, — в техническом плане Призрак достаточно серьёзно опередил нас. Рывок в отношении ИИ, наличие человекоподобных роботов. — Он вздохнул. — Но мы связаны конвенцией, запрещающей любые подобные разработки, в отличие от него. — После снятия ограничений с СУЗИ и доступа к архивам Серого посредника я выяснила одну любопытную деталь — большая часть членов организации работала до вступления на Альянс, — горько сказала Джезабелл. — Ну да ладно, это уже не важно. Что мы решаем? — Как будто у нас есть выбор. — Хэккет поднялся с кресла, прошёлся и снова сел на место. — Я отдам приказ о начале проекта «Горн». Пока что будем справляться собственными силами, но я жду, что ты найдёшь мне ресурсы и помощников. И выяснишь, что такое Катализатор. — По прибытии на Цитадель займусь этим, — кивнула Шепард, — Лиара передаст все необходимые документы. — Сейчас же займусь этим, — азари поднялась и вышла из центра связи. — Что там с майором Аленко? — спросил адмирал, когда за Лиарой закрылась дверь. — Насколько серьёзно его положение? — Из-за нашего достаточно поспешного вылета с Земли, в экипаже нет доктора. Пока оборудование справляется, и я надеюсь, что мы успеем доставить его на Цитадель. — Она опустила голову и тихо добавила. — Досталось ему крепко. Ну, кто мог знать, что эта доктор даже не человек? Да она была уж очень шустрой, но я думала, что это какие-то биодобавки или стимулирующие вещества. А когда лейтенант Вега сбил шаттл и тот взорвался, приборы не показали ни одного уцелевшего на его борту. Вот и расслабились. — Зря переживаешь, ты не виновата, — мягко сказал Хэккет. — Я и сам бы так же подумал в подобной ситуации. — Я не из-за этого переживаю, Стивен, — она подняла голову и внимательно посмотрела на него. — Эта железная дрянь связалась с Призраком и потребовала инструкций. И он приказал уничтожить Кайдена, считая, что этим ударит не только по моему самолюбию, но и по чувствам. — Так у вас что-то было? — Именно что-то, — она усмехнулась. — Так, маленькая ошибка трёхлетней давности, но из-за неё сейчас пострадал майор Аленко. И не надо на меня так смотреть, я же не святая, хотя ролик вербовщиков Альянса упорно пытался меня изобразить именно такой достаточно долгое время. — Всё равно Призрак бы отдал приказ уничтожить своей машине, даже если бы это был рядовой солдат, похоже, ты здорово задела его. — С чего бы это? — деланно изобразила недоумение Джезабелл. — Честно сотрудничала, вон Коллекционеров уничтожила, а то, что взорвала их базу, так это было согласно первоначальному плану, ну и «Нормандию» как-то не захотелось оставлять в чужих руках. Привыкла я к ней. — Всё шутишь, — поморщился Хэккет. — Если я перестану шутить и начну всё воспринимать серьёзно, то мне потребуется отдельный кабинет с мягкими стенами и без тяжёлых предметов обстановки, — проворчала Шепард. — Стыковка через десять минут, коммандер, — раздался голос пилота. — Что ж, пора приниматься за работу, — Джезабелл поднялась. — Пожелайте мне удачи, Стивен. В разговоре с Советом она мне не помешает. — Удачи, девочка. Жду от тебя хороших новостей. Конец связи. Голографическое изображение адмирала передёрнулось и исчезло. Шепард ещё несколько минут посидела, собираясь с мыслями, потом поднялась и направилась на БИЦ. «Нормандия» заходила в док Цитадели. *** Джезабелл стояла в палате, глядя на неподвижно лежащего Кайдена. Доктор Мишель не отрицала, что случай серьёзный, но с уверенностью заявила, что опасности для жизни нет. Поговорить с его лечащим врачом она ещё не успела, воспользовавшись возможностью заглянуть к нему в палату. Она смотрела на него, и перед её глазами пролетали старые воспоминания. Когда-то она считала его другом, они даже были близки. Потом жизнь внесла свои коррективы, и они оказались на разных сторонах. И вот, судьба снова, словно в насмешку, свела их вместе. Джезабелл улыбнулась, вспоминая обвинения, одно нелепее другого, которые предъявлял ей Кайден, не чувствуя к нему злости. Только лёгкую досаду, да и то, на себя, а не на него. Она сама совершила ошибку, не поняв этого человека. И искренне сожалела, что он пострадал. — Посещения запрещены, дорогуша, — резкий голос за спиной заставил её вздрогнуть. Повернувшись, Джезабелл увидела, что, увлёкшись воспоминаниями, не заметила, как в палату вошёл врач. — Я вроде ясно сказал, что больного нельзя беспокоить, так что проваливай. Поправится твой дружок, ничего с ним не станется. Всё, иди — раздражённо проговорил доктор, подходя к кровати Кайдена и озабоченно поглядывая на приборы. — Совсем медперсонал разболтался… Джезабелл едва сдержала смех, понимая, что он будет не совсем уместным, но уж больно комичной выходила ситуация. Доктор явно решил, что она пассия Кайдена. Что ж, сама виновата, нужно было надеть форму, а не разгуливать в гражданской одежде. — Не стоит винить своих сотрудников, — сказала она, — я здесь, потому что майор мой подчинённый и доктор Мишель разрешила мне войти. — Изобретательно, — проворчал врач, активируя коммуникатор, — другие были менее оригинальны и сочиняли сказки про родственника. Доктор Мишель, это Винсент. Шепард, собиравшаяся покинуть палату, остановилась, иронично наблюдая за лицом доктора, менявшимся в процессе разговора. — Прошу прощения, коммандер, — горячо заговорил он, едва закончив разговор. — Примите мои искренние извинения и не обижайтесь на мои слова. Просто к вашему парню пытались прорваться несколько девиц, вот я и поддался заблуждению. — Я понимаю, — она улыбнулась. — Пожалуйста, доктор, держите меня в курсе. Если что-то понадобится, сообщите. — Конечно, конечно, — заверил её врач, провожая по коридору. — Но думаю, что всё будет в порядке и через пару месяцев майор снова вернётся в строй. Он проводил её до лифта, попеременно, то извиняясь, то снова заверяя в том, что с Кайденом всё будет в порядке и отчаянно не желая слушать её уверения, что она не держит на него обиды. Зайдя в лифт, Джезабелл устало опёрлась о стенку кабинки и помассировала виски, чувствуя, что от болтовни доктора у неё начинается мигрень. А это было совсем некстати — у неё ещё было много дел. *** — Раньше у нас были недоразумения, Шепард, но сейчас я понимаю всю сложившуюся ситуацию и готов отбросить своё отношение, — сказал Удина, протягивая ей руку. — Что ж, я никогда не отрицала, что вы, хороший политик, Советник, — ответила она, пожимая ему руку. — Хотя вам и не под силу переубедить Совет. — Азари война не коснулась, да и саларианцы пока в стороне, — Удина опустился в кресло, жестом приглашая Шепард занять соседнее. — А у турианцев положение не легче нашего — Палавен атаковали на несколько часов позже, чем Землю. — Палавен атакован? — тихо спросила она, чувствуя, как тревога охватывает её душу. — Жнецы неплохо разбираются в расстановке сил и знают, что у иерархии достаточно сильный флот, — раздавшийся от дверей голос заставил их обоих повернуться. — Прошу простить за вторжение, — сказал турианский Советник, подходя к ним, — но у меня есть для вас взаимовыгодное предложение. Мне бы хотелось поговорить с вами наедине Шепард. — Я буду у себя в кабинете, — сказал Удина, выходя из комнаты. — Час назад на заседании вы промолчали, — сказала Джезабелл, поднимаясь. — Потому что остальные члены Совета вряд ли бы одобрили то, что я хочу вам предложить. — Звучит интригующе, — насмешливо сказала Шепард, скрещивая руки на груди. — Мне предстоит угадать, что вы хотите предложить или сами расскажите? — Вам нужно заручиться не только поддержкой Совета. Боюсь, что скоро этот орган перестанет играть ведущую роль, — сказал турианец. — На Менае находится примарх Федориан. Атака Жнецов не дала ему возможности эвакуироваться, более того, есть все основания подозревать, что наш противник в курсе этого, потому что большая часть атак сосредоточена именно на этом спутнике. — То есть, я должна спасти примарха, чтобы появилась возможность попросить помощи у иерархии? — спросила Джезабелл. — Вы всё правильно поняли, Шепард. Если вы согласны, я передам вам все необходимые данные. — У меня нет выбора, — сказала она, опускаясь в кресло. — Я принимаю ваше предложение. — Информация будет у вас в ближайшее время, кроме того, Совет принял решение разморозить ваш статус СПЕКТРа, так что ресурсы корпуса в вашем распоряжении. Вам что-то ещё нужно? — Один из членов моей команды, Гаррус Вакариан, бывший офицер СБЦ, находился на Палавене, — Джезабелл снова поднялась и подошла к окну, — я хотела бы узнать, где он сейчас. — Не думаю, что сейчас можно что-либо выяснить, — покачал головой Советник, — но, если что-то станет известно, я сообщу вам. — Я понимаю и благодарю вас, — она повернулась к нему. — Хотя, признайте, что, если бы вы ещё три года назад послушали меня…. — Не стоит говорить о том, что невозможно изменить, — мрачно сказал турианец, направляясь к выходу. Она снова повернулась к окну, рассеяно окидывая бульвар Президиума. Ничто на Цитадели не указывало, что началось вторжение. Так же гуляли по дорожкам вокруг искусственного озера восторженные туристы, неторопливо совершали патрулирование офицеры СБЦ. Война началась, но для здешних обитателей она была каким-то абстрактным явлением. Джезабелл вздрогнула, вспоминая картины, увиденные на Земле. Лицо мальчика сменилось горящим истребителем, разваливающимся на куски, но ведомым волей своего пилота и врезающимся в корпус Жнеца. Она с досадой ударила кулаком по подоконнику. Война пока что не коснулась представителей двух влиятельных рас и потому они до последнего не станут вмешиваться. В отличие от турианцев, которые на собственной шкуре почувствовали то, что она предрекала им три года кряду. Джезабелл снова подумала о Гаррусе, но решительно попыталась отогнала эти мысли, понимая, что не имеет права на проявление какой-либо сентиментальности. На ней лежит слишком большая ответственность. И нельзя отвлекаться, давать слабину. Только вот решительность её таяла, а беспокойство охватывало всё сильнее. Если с ним что-то случится, то именно она будет в этом виновата. Ведь именно по её совету он отправился домой. Сердце напрочь отказывалось слушать разум, тревожно сжимаясь. Она чувствовала, как слёзы застилают ей глаза и, отойдя от окна, упала в кресло, дав волю эмоциям.