Dum spiro spero (Пока дышу - надеюсь)

— Всё в порядке, коммандер? — Вега бросился к ней, собираясь помочь, но Гаррус уже протягивал руку, помогая Джезабелл подняться на ноги. — Нормально, — проворчала Шепард, отряхиваясь. — Тебе эта зверушка не показалось знакомой? — спросила она у турианца. — Чем-то напоминает одного покойного ныне яга, — кивнул тот. — Вот и мне так показалось. Особенно та часть его манёвров, заключённая в стремительном броске. — Шепард шагнула вперед и, шипя от боли в ноге, опустилась на землю, ругаясь и активируя инструментрон. — Может, тебе стоит остаться в лагере? — спросил Гаррус, наклоняясь к ней. — Нет, — упрямо ответила она. — Сама виновата, нужно было следить за собственным равновесием. К тому же, чем скорее мы поговорим с примархом, тем лучше. Чёрт, — Джезабелл горько рассмеялась, — у нас было столько времени, а сейчас мы вынуждены выигрывать секунды. — Если бы Совет прислушался к тебе ещё тогда, всё было бы по-другому. Хотя, кто может знать того, что не случилось. — Ох, зря мы покинули Землю, — раздражённо бросил Вега, — Там сейчас война, а мы тут играем в дипломатию. Неправильно это, бросать свою планету, когда идёт война. — Но ведь мы собираемся примарха попросить о том же, — устало сказала Шепард, вставая. — Так что надеюсь, что у него хватит здравого смысла и понимания общей ситуации. Ладно, пора выдвигаться. Отбитая атака дала им небольшую передышку. По крайней мере, противник на их пути пока не давал о себе знать и потому они могли не только быстро двигаться, но и разговаривать. — Виктус — солдат, — осторожно заметил Гаррус, — И, кстати, не особо популярен в глазах большинства командиров, но зато любим своими бойцами. — Кажется, у нас не будет шансов заставить его отправиться на военный совет, — в голосе Веге чувствовалась удрученность. — В системе меритократии тот, кто проявляет достаточно широкие взгляды при проведении военных операций, насколько бы они не были успешными, не будет иметь успеха, — сказала Джезабелл, — так что большинство недоброжелателей генерала приверженцы строгих воинских традиций и для них его методы выглядят, мягко говоря, позором. — Я уже и забыл о том, насколько ты разбираешься в структуре иерархии, вернее, был уверен, что тебе меня не удивить, — проворчал Гаррус. — Но в целом мне нечего добавить — ты сама всё сказала. — Просто повезло, — отмахнулась Шепард. — Была возможность ознакомиться с методами работы генерала. — Значит, Лиара постаралась, — понимающе кивнул турианец. — Что ж, тогда это многое проясняет. — Вообще-то… — начала было коммандер, но рёв двигателя заставил её замолчать. Они остановились, а через секунду почти перед ними рухнул истребитель. Ударная волна едва не повалила их на землю. — Пяток метров ближе… — сдавленным голосом проговорил Вега. — Это было чуть опаснее, чем мне обычно нравится, — иронично заметил Гаррус. — Проклятие, Белл, ты сошла с ума, — закричал он, в мгновенном броске перехватывая за талию, бросившуюся вперёд Шепард, — топливные баки… — мощный взрыв и яркая вспышка прервали его. Снова ходуном заходила под ногами земля и Вега, не удержавшись, упал. Гаррусу, в отличие от лейтенанта, удалось не только не потерять равновесие, но и удержать коммандера и теперь он яростно отчитывал её, к немалому удивлению Джеймса, который был твёрдо уверен, что это не под силу даже адмиралам. По крайней мере, в тихом голосе Джезабелл звучали виноватые нотки, и такой тон был для него абсолютно новым. Вега оставил в памяти заметку повнимательнее присмотреться к турианцу. Если раньше он не был уверен, то сейчас точно знал, что тот присоединится к команде Шепард. Сам Джеймс никогда не разделял идей ксенофобии, присущей большинству его сослуживцев, но подсознательно относился к другим расам с настороженностью. Но знакомство с Лиарой, а теперь и с Гаррусом, давали ему возможность по-другому взглянуть на устоявшиеся правила и принципы. И ещё он был удивлён столь алогичному поступку Шепард. Ведь было же понятно, что после такого падения уцелеть невозможно. А Джезабелл, как он понял из услышанного разговора, считала обратное. Вега вздрогнул, представив, что могло произойти, не успей Гаррус удержать коммандера. И ведь она не была неопытной салагой, впервые попавшей на поле боя. Тут было что-то другое, но что именно Джеймс так и не смог понять, хотя и чувствовал, что где-то в глубине его памяти есть подсказка. *** До лагеря генерала они добрались без происшествий, но самого Виктуса до сих пор не было. Гаррус, выслушав доклад адъютанта, предложил не ждать, а отправиться дальше. — Вполне возможно, что его присутствие необходимо на одном из участков и, насколько я знаю генерала, он будет там, где ему нужно и находиться столько времени, сколько необходимо, — сказал турианец. — Так что мы только будем терять время. — Согласна, — кивнула Шепард. — Веди нас. После происшествия с истребителем, коммандер замкнулась в себе, не принимая участия в общем разговоре. С её лица не сходило сосредоточено-серьёзное выражение, но Джеймс, уже немного научившийся различать маски, которыми укрывалась Джезабелл, был твёрдо уверен, что она погружена в какие-то воспоминания. Что косвенным образом подтверждал и турианец — Вега успел заметить долгий и внимательный взгляд, брошенный Гаррусом на коммандера, а потом лейтенант оказался вовлечён в разговор, причём построенный таким образом, что в репликах со стороны коммандера не было никакой нужды. — Ну, турианцы хорошо наградили кроганов за помощь в войне, — заметил Джеймс, едва они покинули последнюю баррикаду. — Взяли и стерилизовали их, заразив вирусом. — Который, прошу заметить, создали саларианцы, — отпарировал Гаррус. — И теперь кроганы ненавидят и тех, и других, — насмешливо вмешалась Шепард. — Хандра закончилась? — деловито осведомился турианец, — Или нам ещё байки потравить, пока ты будешь пребывать в иных мирах? — добавил он, предусмотрительно отходя в сторону. — Вакариан, ты… — от возмущения Джезабелл сбилась и, остановившись, рассмеялась. — Потом поговорим, — сказала она. — В этом можешь не сомневаться, — отозвался Гаррус, но Джеймс почувствовал, что, несмотря на ироничный тон, последнюю фразу турианец произнёс абсолютно серьёзно. Очередной аванпост турианских войск встретил их не привычными окликами часовых, а шумом боя. — Кажется, мы нашли генерала Виктуса, — сказал Гаррус, доставая оружие. — Вот только не мы одни, — добавил он, стреляя в громадную тушу приближающейся Твари. — Вот только этого не хватало, — раздражённо заметил Вега. — Столько беготни и может оказаться, что напрасно. — Ну уж нет, — решительно бросила Шепард, сдёрнув с плеча винтовку. — Никакой Жнец не отберёт у меня примарха, — добавила она, активируя режим тактической маскировки. *** — Судя по всему, вам и вашим спутникам я обязан тем, что атака отбита, Вакариан, — сказал генерал, выходя им навстречу. — Это неожиданно, поскольку, когда я пытался связаться с вами, мне ответили, что вы покинули мой лагерь. — Во-первых, вы просили разобраться со Жнецом, который загораживал вам обзор, — небрежно заметил Гаррус, — а во-вторых, я счёл своим долгом сопровождать коммандера Шепард. — Благодарю, — кивнул Виктус и повернулся к подошедшей Джезабелл. — Я слышал о вас, коммандер, но не могу понять, чем вызван ваш интерес к моей персоне? — Примарх Федориан мёртв, генерал, — сказала она. — Да, я уже получил известие об этой трагедии, — сказал он, склоняя голову. — Война жестока и беспощадна и не делает различий. — Это так, — подтвердила Шепард, — но теперь вы являетесь его наследником. Маска непроницаемости на лице генерала исчезла, сменяясь неподдельным удивлением. Он замер, осмысливая услышанное и, как показалось Джезабелл, не особо веря в то, что она сказала. По крайней мере, он сначала жестом отослал своих адъютантов и только потом, подойдя к ней, переспросил. — Я? Примарх Палавена? Коммандер, я, конечно, не ставлю под сомнение ваши слова, но вы уверены, что в этом нет ошибки?  — Я сам слышал это от генерала Коринфуса, — твёрдо заявил Гаррус. — Сейчас вы наш лидер, сэр, добавил он, — склонив голову. — Но это невозможно, — генерал сердито махнул рукой, — я солдат, и я ненавижу и дипломатию, и дипломатов. Это не моё место, и я не должен его занимать. Здесь, — он окинул рукой пространство лагеря, — именно здесь пригодятся мои таланты и способности, а никак не в качестве примарха. — Он резко развернулся и отошёл в сторону. — Кажется, у нас проблемы, — тихо сказал Джеймс. — Ожидаемо, — также тихо ответила Джезабелл. — Зато доказывает, что он именно тот, кто нам нужен. — О его упрямстве ходят легенды, — шепнул ей Гаррус, заметив, что генерал направляется к ним. — И будь осторожна, Виктус не так прост, как кажется на первый взгляд, и любая неосторожная фраза может только усугубить положение. — Не беспокойся, я знаю, что делаю. И я не менее упряма, чем он. — Она решительно направилась навстречу генералу.  — Ох, не нравится мне всё это, — заметил Вега. — Если можешь предложить что-то получше. — сказал Гаррус, — то давай. — Он оперся о груду ящиков и насмешливо посмотрел на Джеймса. — А если нет, то бери пример с меня и будь просто наблюдателем, предоставив дело Шепард. — Как будто у меня есть выбор, — проворчал лейтенант, становясь рядом с ним, — что ж, надеюсь, коммандер знает, что делает. — Я тоже, — едва слышно прошептал Гаррус, следя за развивающимся разговором, и видя, как оба собеседника постепенно переходят на повышенные тона. *** — Вы не можете не понимать, что сейчас над моей планетой нависла достаточно серьёзная угроза и я просто обязан быть здесь, чтобы её предотвратить! — При всём уважении к военной мощи турианской иерархии, вы не сможете справиться с Жнецами в одиночку! Но, будучи примархом и приняв участие в военном Совете, вы можете переломить ход войны, объединившись с союзниками! — Я не собираюсь принимать на себя обязанности примарха, есть куда более достойные меня кандидаты! — гневно бросил Виктус, и Гаррус напрягся, заметив, что генерал едва сдерживается от накопившейся ярости. Он с досадой подумал о том, что Джезабелл, как нарочно ведёт разговор в таком ключе, который рано или поздно заставит генерала сорваться. Ведь он же предупреждал её, но она, почему-то, пренебрегла его советами. — Хорошо, — голос Шепард прозвучал на удивление тихо и спокойно. — Вы правы, генерал. Услышав это, опешили все. Не только сам Виктус, но и Гаррус с Джеймсом. — Что она затеяла? — недоумённо спросил Вега, поворачиваясь к турианцу. — Хотел бы я знать, — с горечью ответил тот, — но у меня нехорошее предчувствие. — Вы действительно правы, генерал Виктус, — повторила она всё тем же спокойным тоном, но к нему добавилось такое изрядное количество льда, что все присутствующие невольно поёжились. — Палавен в опасности и вы считаете, что ваше место именно здесь и именно в том качестве, котором вы сейчас находитесь. А быть примархом вы недостойны. И ведь это прекрасная отговорка. Разве будет кто-то другой перечить вам или переубеждать — ведь эта тема не будет подлежать обсуждению. Кто может поставить вам в вину что-либо, если вы сами, собственным отказом признались в бессилии. — Она вздохнула. — Придётся поискать более достойного. И что с того, что на это будет затрачено время и пожары, — она махнула рукой в сторону нависающей планеты, — будут разрастаться, жертвы будут расти, а обороноспособность падать… — Что она, чёрт побери, делает? — изумлённо сказал Джеймс. — Подписывает себе смертный приговор, — мрачно бросил Гаррус, увидев, как напрягся Виктус. — О Духи, Белл, что ты творишь? — с отчаянием прошептал он, понимая, что просто не успеет защитить её, если генералу изменит его выдержка. — Потрудитесь сменить тон и принести извинения, коммандер, — глухо сказал Виктус. — Ваша миссия носит дипломатический характер и, хотя вы и обладаете неприкосновенностью, это не повод, чтобы разговаривать со мной в подобном тоне. Не забывайте, с кем вы разговариваете! — Простите, генерал, — горько ответила Джезабелл. — Мне казалось, что я буду вести разговор с командиром, не побоявшимся принять достаточно серьёзное решение в операции на планете Лесторн. Но я ошиблась. Так что приношу свои искренние извинения. Она склонила голову и, выпрямившись, внимательно посмотрела на Виктуса. Их взгляды скрестились и, Вега в этом мог поклясться, что если бы они обладали хоть какой-то смертоносной силой, то оба собеседника погибли бы на месте. Наконец, генерал отвернулся, и пошёл к командному пункту. — Свяжись с «Нормандией», Джеймс, — сказала Шепард, возвращаясь к ним, — пусть вышлет челнок. — Вряд ли вашу милую беседу можно считать удачной, коммандер, — заметил Вега. — Похоже, мы только что потеряли шанс получить в союзники турианцев. — Ошибаешься, — мягко сказала Джезабелл, улыбнувшись, — насколько я понимаю, генерал уже принял решение, и оно в нашу пользу. Просто ему нужно осознать это, определится и, возможно, выдвинуть нам какие-то условия. Но он не откажется ни от союза, ни от роли примарха. Лейтенант с удивлением показал головой, но не стал возражать, и, отойдя в сторону, послал вызов на корабль. — Ты хорошо осведомлена о прошлом Виктуса, — заметил Гаррус. — Всё, связанное с Лесторном находится в глубочайшей тайне, и я сам имею о ней сведения только потому, что это была последняя операция перед моим уходом с флота. Готов признать, что ты не зря тратила время на архивы. — Не знала, что ты побывал в этой мясорубке, — она повернулась к нему. — Именно она стала результатом того, что я написал заявление об отставке, — он вздохнул. — Правда и с СБЦ у меня не сложилось. Знаешь, я до сих пор не могу привыкнуть, как круто изменилась моя жизнь. Сейчас я эксперт по Жнецам, с достаточно широким набором полномочий, хотя ещё полгода назад мои слова никто не принимал всерьёз. — Вторжение заставило многих пересмотреть свои позиции, — в голосе Джезабелл звучала грусть. — Теперь мы на легальном положении. — Челнок будет через двадцать минут, — сказал Вега и, посмотрев в сторону командного пункта, на котором скрылся генерал. — Что-то пока нет подтверждения того, что Виктус согласится на отлёт. — Дай ему время, — сказала Шепард. — Он действительно хороший командир, а сейчас вынужден оставить позиции и своих людей. Принять на себя нелёгкий груз. Ему нужно объяснить это офицерам и хоть как-то попытаться стабилизировать ситуацию. — Когда он покинет Менае, мы потеряем эту луну, — покачал головой Гаррус. — Приходится идти на жертвы, чтобы предотвратить ещё большие. В наших условиях это будет теперь постоянно. К этому невозможно привыкнуть, но придётся смириться, — тихо сказала Шепард. — Коммандер, — услышав голос генерала, она повернулась к нему. — У вас достаточно интересный способ изложения собственной точки зрения и, признаюсь, что, несмотря на то, что я слышал о вас достаточно, во многое я не верил до нашей личной встречи. И как оказалось — зря. Благодарю за то, что вы напомнили мне о моём долге. Но, я хочу вам сказать, что, несмотря на то, что я понимаю всю важность военного союза, я не могу оставить свою планету беззащитной перед лицом врага. Поэтому, я готов оказать помощь, но при одном условии…