Глава 19
28 ноября 2020 г., 22:57
«Нормандия» переоборудовалась, по распоряжению адмирала Андерсона, как возможный штаб, а потому Виктус воспользовался предложенной возможностью и, с несколькими своими офицерами, устроился в информационном центре.
Войдя в помещение, Джезабелл поняла, что попала на совещание турианского примарха. Тактическая карта Менае и пространства Палавена была выведена на центральную консоль, а стоявшие офицеры оживленно обсуждали детали предстоящей операции. Она почувствовала неловкость, но Виктус, заметив её, приветственно кивнул и предложил принять участие в дискуссии.
Отказываться было невежливо, да и никаких особых дел у неё не было, так что коммандер согласилась и, став чуть в стороне, задумчиво рассматривала карту, внимательно слушая обсуждения. Она встретилась взглядом с Гаррусом, стоявшим возле генерала и улыбнулась ему. Он, наклонившись к примарху, что-то сказал ему, дождался его ответа и подошёл к ней.
— Что послужило причиной такого активного «мозгового штурма»? — тихо спросила она у него.
— Одна из баз на Менае оказалась полностью под контролем Жнецов. Она — важный стратегический объект и если удастся отбить её, то мы выиграем несколько дней, — ответил турианец. — Только вот у нас не так много сил, а хасков и прочей дряни там полно. Кроме того, к ней так просто не подойти — на поверхности сидят два Жнеца, перекрывая доступ к входу в бункеры, так что боюсь, Менае мы потеряем уже сегодня, — печально закончил Гаррус.
— Да, положение отчаянное, — согласилась Шепард и замолчала: воспоминания ярким вихрем пронеслись перед глазами, захватывая её целиком.
— Думаю, что вы внимательно изучили переданную информацию и знаете, что в моём распоряжении не осталось ни одно истребителя, — сварливо заметил генерал. — А вы предлагаете мне план, где именно от действия пилотов зависит большая часть возможного успеха.
— Это моя забота, и моих людей.
— И сколько кораблей вы сможете привести? — скептически заметил он.
— Об этом тоже не нужно беспокоится, — Джезабелл чувствовала, что начинает злиться.
Почти два часа она излагала Виктусу план их совместной атаки, но каждое слово было тщательно разобрано и оспорено. Она понимала, что генерал отчасти, таким образом, компенсирует то, что она предпочла остаться инкогнито, представившись ему кодовым именем с безликим голосом. Но, во-первых, она и для большей части высокопоставленных военных Альянса была невидимкой, а во-вторых, её возраст заставил бы генерала ещё больше потратить времени на обсуждение, ставя под сомнение не только план, но и компетентность автора.
А времени не было, потому что помимо немалых сил, стянутых на базу батарианскими пиратами, разведка донесла о приближении большого флота. Пусть из тридцати вымпелов, которые входили в его состав, максимум два-три принадлежали кораблям класса корвет, но, тем не менее, у самих турианцев было только три тяжёлых крейсера, абсолютно не приспособленных для маневрирования в атмосфере. А это значило, что ей придётся отбиваться от атаки на два фронта, что значительно ухудшало и без того нелёгкое положение.
Так что стоило поторопить генерала с началом операции, иначе они могли оказаться разбитыми, и ему снова пришлось вытерпеть тесноту парадного мундира, совершая традиционное для турианцев ритуальное самоубийство.
Она вздохнула, и, максимально подавив эмоции, снова принялась объяснять генералу, каким образом построен план предстоящего сражения. И почему она решительно отвергает все стандартные боевые построения кораблей класса истребитель и предлагает совершенно абсурдный, на первый взгляд, ордер с чёткой уверенностью, что именно это станет ключом к победе.
— Ваше мнение, коммандер?
Джезабелл вздрогнула, понимая, что, увлёкшись воспоминаниями, едва не пропустила обращённого к ней вопроса примарха. Она растерянно взглянула на Гарруса, но тот возился с консолью, очевидно выполняя какое-то поручение Виктуса.
— Пока что, я не уверена в своих предположениях, — осторожно начала Шепард. — Для более точного анализа необходима полная информация. Иначе моё предположение, если даже оно вдруг окажется рациональным, может на деле оказаться самой глупой идеей. Я не знаю ни рельефа местности, ни высоты орбиты, — она развела руки, — а подобные факторы играют достаточно большую роль.
— Подобная информация относится к разряду секретных, — категорично заявил стоявший рядом с примархом офицер с генеральскими знаками различия.
— Я не настаиваю на передаче мне секретных данных, — бросила Джезабелл, чувствуя нарастающее раздражение. — У меня спросили совет, я объяснила, для чего мне нужна более подробная информация. Я не собираюсь уговаривать вас поделиться своими военными тайнами, — резко закончила она и, повернувшись, направилась к выходу.
— Подождите, коммандер, — примарх говорил тихо, но в наступившей, после её тирады, тишине, его голос прозвучал, как раскат грома. — Альянс наш союзник, — обратился он к той части своих офицеров, которые окружили генерала, показывая, что согласны с его мнением. — И я не думаю, что в сложившейся ситуации, когда мы все оказались перед лицом общего врага, имеет смысл настаивать на режиме секретности с друзьями. Вы получите всю необходимую информацию, — он повернулся к Шепард, — и я очень хочу знать ваше мнение.
Джезабелл изумлённо посмотрела на Виктуса, но тот отвернулся к своему адъютанту, отдавая какое-то распоряжение. Что-то в его тоне, особенно в том, как он произнёс последние слова, заставило её насторожиться, но потом, взяв в руки блоки с данными, она забыла обо всём, отойдя в другой конец зала и погружаясь в привычную рабочую обстановку.
Гаррус с удивлением наблюдал за новой, до этого момента неизвестной ему Шепард. Она внимательно изучала полученные данные, чертила одной ей понятные схемы, отвлекаясь только на короткие походы к кофейному аппарату. Остальные офицеры забыли об её присутствии, снова погрузившись в обсуждение предстоящей военной операции, но Гаррус видел, как Виктус время от времени бросал в сторону Джезабелл удивлённо-сосредоточенные взгляды.
— Что ж, я так понимаю, больше ни у кого нет никаких предложений? — подвёл итог примарх спустя два часа. Офицеры молчали. — Хорошо, я ещё раз пересмотрю все варианты и думаю, что к вечеру у нас будет готовый план. А сейчас я благодарю вас за работу. Вы все свободны.
Гаррус покинул зал одним из последних, изрядно озадаченный последними событиями. Он всегда отдавал должное тактическому таланту Джезабелл, но то, что она может разобраться в стратегии с куда большими переменами, чем те обычные задания, с которыми они сталкивались, казалось невероятным. Хотя, что, в сущности, он в действительности знал о ней? Кроме коротких отрывочных воспоминаний, вскользь упомянутых в их частых разговорах, о том, чем она занималась до того момента, когда они познакомились, он не знал ничего. И новая ипостась Джезабелл интриговала его ещё больше.
***
— Что-то вырисовывается? — вопрос слегка отвлёк её, но, тем не менее, она могла дать ответ.
— Если использовать для отвлечения Жнецов оставшиеся истребители, то…
Джезабелл увлечённо показывала на схеме вариант, показавшийся ей весьма перспективным. Конечно, большая часть плана могла бы считаться нарушением всех тактических порядков и была достаточно рискованной. Да и действовать нужно было немедленно, потому что основной расчёт делался именно на точное количество имеющихся кораблей и солдат. Но зато, в случае успеха, это окупалось сторицей.
— …таким образом, мне кажется, что это наиболее оптимальный вариант решения поставленной задачи, — закончила она и устало откинулась в кресле.
— Дерзко и смело, — задумчиво протянул Виктус. — Но с невероятно высоким процентом успеха. Браво, коммандер, — улыбнулся он. — Вот только я уже видел один подобный план… — он внимательно посмотрел на побледневшую женщину. — Значит, это вы — Баст, — он знаком остановил её, заметив, что она собирается что-то сказать. — Не нужно утверждений, или опровержений, я слишком хорошо разбираюсь в подобном и могу узнать руку автора.
— Что ж, — горько рассмеялась Джезабелл, — я увлеклась и забылась, а подобное наказуемо, так что не буду ничего отрицать.
— Вы интересный человек, коммандер или… — Виктус вопросительно посмотрел на неё.
— Для большинства я — коммандер, и мне не хотелось бы изменять это.
— Что ж, пусть будет так, — кивнул он. — Откровенно говоря, у меня появились подозрения ещё тогда, когда вы сказали о статуэтке, а сейчас, — он указал на выкладки, — я получил не только подтверждение, но и вполне реальную помощь. Так что будем считать, что эта ваша плата за те годы, когда я мучился в неизвестности, ломая голову над тем, кто же на самом деле Баст.
— Согласна, — она улыбнулась и опустила голову, — отдаю вам должное, примарх.
— Давайте договоримся об одном, — сказал Виктус, — Вы оказали мне тогда достаточно большую услугу, чтобы я забыл об этом. К тому же, у нас с вами ещё много совместной работы, а я как-то не привык к тому, чтобы мои друзья обращались ко мне официально.
— Друзья? — переспросила она.
— Вы что-то имеете против? — иронично спросил он.
— Нет, конечно, но готова признать, что вы удивили меня, примарх…
— Адриен, — мягко поправил он её, — мы же договорились.
— Хорошо при… Адриен.
