Dum spiro spero (Пока дышу - надеюсь)

Виктус стоял на смотровой палубе наблюдая за удалявшимся шатллом. Пилот выровнял траекторию, и теперь он стремительно приближался к замершему вдалеке тяжёлому крейсеру иерархии. Через несколько минут генерал Доринус с офицерами будут на борту и крейсер возьмёт курс на Палавен. Вот она, неприятная сторона высокой ответственности. Вместо того, чтобы идти в бой со своими солдатами, он вынужден, оставаясь в безопасности, просто ожидать результатов. Последние сутки были трудными. Хотя план, предложенный Шепард, был достаточно перспективным, но пришлось приложить немало усилий на его полную коррекцию и доработку, тщательно уделяя внимание малейшим деталям и подробностям. Кроме того, практически все его офицеры поначалу возмутились «вопиющим нарушением всех воинских традиций», как высказался генерал Доринус. Услышав это, Виктус понял, что Шепард была права, когда попросила его утаить её авторство, потому что это бы дало формальный повод отказаться от безумной затеи, а так, так он, просто выслушал их возражения, и, отослав всех недовольных, вместе с Джезабелл и Гаррусом занялся работой. Виктус вздохнул, заметив, что крейсер начал движение. Он сделал всё возможное, больше от него ничего не зависело. И это было достаточно тяжёлым испытанием. Примарх ещё раз взглянул на удалявшийся корабль и, отвернувшись, пошёл в свою каюту. *** Напряжение последних дней не прошло бесследно. Это Джезабелл почувствовала ещё тогда, когда стояла рядом с примархом в стыковочном доке. Виктус давал последние инструкции, а она молча наблюдала за этим, нацепив соответствующую вежливую маску, отчаянно желая, чтобы всё это поскорее закончилось, и она смогла вернуться в свою каюту и отдохнуть. — Устала? — спросил Гаррус, когда они, наконец, покончили со всеми формальностями и вошли в лифт, деликатно оставив примарха наедине с его офицерами. — Немного, — улыбнулась она, немного кривя душой. Они так и не поговорили, захваченные делами и проблемами, но Джезабелл чувствовала, что это необходимо сделать. Причём тянуть с этим не следовало. Кто знает, что принесёт завтрашний день, а затянувшаяся неопределённость могла стать серьёзной проблемой. — Тогда тебе стоит отдохнуть, — сказал он. — Нет, — Джезабелл покачала головой, — нам стоит поговорить. — Она вздохнула. — Пока есть время… Она вошла в свою каюту и, опустившись на диван, жестом пригласила его последовать её примеру. Гаррус остановился перед ней, приводя в порядок свои мысли. Она права — разговор необходим, но, проклятие, как его начать? Он рассеяно скользнул взглядом по знакомому интерьеру каюты, пытаясь подобрать слова, но, как назло, ничего не приходило в голову. С другой стороны, он внезапно понял, что пора выяснить всё раз и навсегда. — Я хотел бы знать, — решился он, глядя на неё, — как ты относишься ко мне? — Странный вопрос, — заметила она, поднимаясь, — Не ожидала услышать такое от тебя. — Проклятие, Джезабелл, — взорвался он. — Ты прекрасно понимаешь, что я имел ввиду! Я читал о ваших обычаях и понимаю, что то, что было между нами несколько месяцев назад, может ничего не значить для тебя. Поэтому и хочу уточнить, каким образом вести себя в этом случае… Гаррус осёкся, поймав её ироничный взгляд, и, окончательно смутившись, опустил голову. Похоже, он совершил очередную ошибку, поддавшись эмоциям, а не разуму и слишком поторопил события. Что ж, будь что будет. Гарус вздрогнул, почувствовал прикосновения губ Джезабелл к своей щеке, а в следующее мгновение обнял её, прижимая к себе. Всё стало на свои места, и все тревоги, волнения и переживания ушли, растворившись в том невероятно огромном потоке счастья, охватившего его. *** Звук открывающейся двери заставил Кайдена досадливо поморщиться. С тех пор, как врач разрешил посещения, он устал от визитёров. Бывшие коллеги стремились выразить своё соболезнование его состоянию, но это было терпимо, хоть и не особо приятно. А вот появляющиеся на пороге палаты девушки стали для него проблемой. После разрыва с Мэрилин он не давал своим партнёршам никаких намёков, не говоря уже о гарантиях, что они могут рассчитывать на какие-то серьёзные отношения и, тем более, строить какие-либо матримониальные планы. Но, похоже, сами они считали иначе, и Кайден уже чувствовал неловкость перед персоналом больницы и не раз замечал ироничное выражение на лице у доктора, когда он заставал у его постели очередную женщину. Впрочем, винить было некого, кроме себя. Последние полгода он стал эдаким бонвиваном и жуиром, и теперь пожинал плоды собственного образа жизни. Но события последних недель снова круто поменяли его мировоззрение. Он понимал, что совершал одну ошибку за другой и отчаянно хотел всё исправить. Единственная, кого бы он хотел видеть, находилась сейчас далеко. И Кайден злился на собственное невезение и вынужденное бездействие, в то время как он мог бы быть на борту «Нормандии», рядом с Шепард. Пусть они наговорили друг другу глупостей, но никогда не поздно попытаться оставить всё в прошлом и начать с чистого листа. К тому же он узнал, что Джезабелл навещала его, когда он был без сознания, и это показалось ему добрым знаком. Кайден, едва ему разрешили посещения, сразу же отправил ей письмо сообщающее об этом, и теперь с нетерпением ожидал возвращения «Нормандии» на Цитадель. Он был уверен, что она придёт к нему. А остальное зависит от него и, видит бог, он не допустит больше никаких пустых и глупых обвинений. Кайден бросил взгляд на очередного посетителя и замер от удивления. Этого человека он явно не ожидал увидеть у себя в палате. Он попытался подняться, но посетитель остановил его. — Лежите, майор, — Советник Удина, присел на стоящий рядом с постелью стул. — Я знаю, что вы ещё не оправились от полученных ранений. — Врач обещает, что ещё несколько недель и я смогу приступить к исполнению служебных обязанностей. — Да, я разговаривал с ним, — кивнул Удина, — и хотел бы с вами поговорить об одном интересном для вас предложении. — Я весь во внимании, сэр. — Я хочу рекомендовать вас в качестве кандидата в специальный тактический корпус, — сказал Советник, и, откинулся на спинку стула, с удовлетворением наблюдая за реакцией майора. — Вы предлагаете мне стать СПЕКТРом? — удивлённо переспросил Кайден, боясь, что слух сыграл с ним злую шутку. — Именно так, — подтвердил Удина. — Но это… неожиданно. Я не знаю, смогу ли я… — он запнулся и добавил, — к тому же коммандер Шепард уже давно является СПЕКТРом… — Да, — голос Удины прозвучал сухо, — Шепард восстановили в звании члена корпуса, — он саркастически хмыкнул, — в очередной раз. И, судя по настроению некоторых членов Совета, всё может измениться. А Альянсу просто необходимо, чтобы среди СПЕКТРов был представитель человечества. Ваш послужной список безупречен, вы не запятнали своей чести сомнительными операциями и действиями, поэтому вы — самый лучший кандидат. — Это несколько неожиданно, — обескуражено заметил Кайден. — Я могу подумать? — Конечно, — губы Советника расплылись в улыбке, — я и не ожидал от вас иного, майор. Более того, рад, что вы понимаете серьёзность вашего выбора. — Он вздохнул. — Помнится, коммандер не была столь щепетильной. Ну да оставим прошлое. — Удина поднялся. — Надеюсь, вы дадите мне ответ ещё до того, как покинете больницу, — бросил он, остановившись в дверях. — Не хочу вас торопить, но прошу не забывать, что идёт война, и вы будете нужны нам в новом качестве. Кайден проводил его взглядом и, едва закрылась дверь за Советником, принялся обдумывать полученное предложение. Он сам не знал, почему решил попросить отсрочку, всей душой понимая, что только что получил предложение, выводящее его на совершенно новый уровень. СПЕКТР Кайден Аленко, это звучало внушительно, и он не собирался упускать этот шанс. Так что решение было принято практически мгновенно, но майор решил выдержать паузу и сообщить об этом Удине только перед самой выпиской. Всё равно, пока он валяется на больничной койке, он не сможет выполнять новые обязанности, потому не стоило торопить события. *** — Если не ошибаюсь, мы только что нарушили один из важнейших параграфов устава Альянса, — ехидно заметил Гаррус, с нежностью глядя на лежавшую рядом с ним Джезабелл. — Можешь подать жалобу в комиссию по расследованиям, — насмешливо ответила она и в глазах её промелькнули весёлые искорки. — Ну, уж нет, — рассмеялся он, привлекая её к себе. — Ты ведь знаешь, как я отношусь к правилам.  — Коммандер, только что поступила срочная информация, — раздался голос СУЗИ. — На одной из колоний замечена активная деятельность «Цербера». — Вот она, суровая реальность, — проворчала Джезабелл. — Что за колония? — Иден Прайм.