Глава 18
28 ноября 2020 г., 01:39
Гаррус рассеяно смотрел на переливающиеся звёзды. Разговор с Джезабелл пришлось отложить на утро — СУЗИ сообщила, что коммандер запретила беспокоить себя. Теоретически, конечно, он мог бы разбудить её, но практически прекрасно знал, насколько ей необходимо было отдохнуть.
— Наслаждаетесь красотами пространства? — голос Виктуса заставил его вздрогнуть и резко повернуться.
— Примарх, — Гаррус склонил голову в традиционном приветствии.
— Ах, оставьте эти формальности, — раздражённо бросил Виктус, подходя к нему. — Я ещё сам не привык к своему положению, зато едва не совершил ошибку посчитав вас способным на недостойный поступок.
— Насколько я помню, это уже не имеет значения, — мягко заметил Гаррус. — По крайней мере, я лично ничего такого не припоминаю.
— Благодарю, — тихо сказал примарх. — Последние несколько дней мы сражались бок о бок, и только сейчас оказалось, что мы — старые товарищи по оружию.
— Тогда вы были командующим, а я всего лишь одним из солдат, — улыбнулся Гаррус, — к тому же сразу после той операции я покинул флот.
— И что стало причиной? — в глазах Виктуса промелькнул интерес. — Не стесняйтесь, — добавил он, заметив его замешательство, никакого официоза, никаких формальностей — просто разговор.
— Мне стало ясно, что я не обладаю нужной выдержкой и самообладанием, не говоря уже о тактической стратегии, для того, чтобы рассчитывать на что-то большее, нежели быть простым десантником.
— Я бы так не сказал, — возразил примарх, — вы не произвели на меня такого впечатления, а ваша операция против Жнеца, давшая правому флангу восстановить силы, была просто блестящей.
— С того момента, как я оставил флот прошло немало времени, и я учился, — покачал головой Гаррус, — а тогда всё было именно так. Хотя не могу не признать, что первый урок я получил именно от вас — вы показали, что безнадёжное сражение можно выиграть, если применить правильную тактику.
— А ведь тогда мы по всем расчётам должны были проиграть или, по меньшей мере, понести достаточно серьёзные потери среди личного состава, — с горечью усмехнулся Виктус, поворачиваясь к иллюминатору. — Так что по существу, моей заслуги в нашей победе не так и много.
— Но вы воспользовались помощью Альянса и достаточно грамотно применили их истребители для зачистки стратегически важных объектов…
— Когда-нибудь мы вернёмся к этому разговору, — мягко прервал его примарх, — поверьте, я сейчас не хочу продолжать эту тему не потому, что боюсь доверить вам секреты, а потому что она пробуждает не самые приятные воспоминания, о которых мне сейчас не хотелось бы говорить.
— Я понимаю, — кивнул Гаррус.
Они просто стояли, молча наблюдая за звёздами, думая каждый о своём. Гаррус, несколько озадаченный словами примарха, думал, чем вызваны некоторые достаточно интересные признания. За всё время общения с ним он понял, что Виктус достаточно замкнут и не склонен открывать душу. И то, что он внезапно стал объектом откровений, по меньшей мере, удивляло. А сам примарх снова переживал видения прошлого.
— Информация передана, — сообщил равнодушный голос ВИ.
Генерал отключил консоль и поднялся. Что ж, выбор сделан и решение принято. Согласно уставу иерархии, он только что совершил предательство — передал информацию, разглашать которую не имел никакого права. Теперь, если окажется, что предыдущий звонок таинственного помощника был операцией спецслужб, то о карьере можно забыть. В самом лучше случае его ждут разжалование, лишение статуса и прозябание на какой-нибудь отдалённой колонии. Но он понимал, что не может поступить по-другому.
Виктус посмотрел на подготовленный адъютантом парадный мундир. Давно он не надевал эту разукрашенную тряпку, предпочитая надёжную боевую броню, но сейчас придётся одеться достойно. У него оставалась честь, и он не собирался просто так ожидать приговора, если попадёт в ловушку контрразведки.
Время тянулось невыносимо медленно. Он чувствовал, как беспокойство сменяется паникой. Перед глазами стояли фигуры, приближающиеся к его каюте, и он периодически смотрел на дверь, ожидая, что сейчас она отворится и вошедший офицер обвинит его в предательстве. Усилием воли Виктус отгонял эти мысли, сжимая в руке выщербленную рукоять парадного пистолета. Особой мощностью он не обладал, но вполне мог совершить последний выстрел, смывая позор со своего хозяина.
Консоль замигала сигналом вызова. Время ожидания кончилось. Он вздохнул и нажал клавишу ответа.
— Приветствую, генерал, — голос снова был искажён, но сейчас его это мало беспокоило, поскольку он понял, что всё это не было разработкой спецслужб. — Благодарю за оказанное доверие. Анализ по полученной информации будет окончен в течении нескольких часов, а пока мне хотелось бы уточнить несколько вопросов.
— Да, конечно, — сказал он, стараясь ослабить тугой воротник парадного мундира, — спрашивайте.
— Я могу подождать, пока вы оденете более удобную одежду. Надеюсь, вы убедились, что против вас не ведётся никакой интриги и ритуальное подведение всех итогов вполне может подождать, — в голосе его собеседника прозвучала ирония, и Виктус, с запозданием обнаружил, что, принимая вызов, включил передачу видеоизображения.
— Это тоже может подождать, — резко бросил он, досадуя на свою оплошность и в то же время удивляясь проницательности своего визави.
— Не люблю, когда при решении серьёзных вопросов одна из сторон испытывает дискомфорт.
— Я уже говорил вам, что мне не нравится тот факт, что я не вижу вашего лица, не говоря уже о том, что не знаю, как даже обращаться к вам, — раздражённо заметил генерал.
— Позволю себе напомнить, что это вызвано необходимостью, но не могу не признать, что отчасти вы правы. И поскольку нам действительно предстоит достаточно много общаться, то можете называть меня Баст.
Несмотря на выпитое снотворное и тот факт, что она проспала всю ночь, Джезабелл всё равно чувствовала себя разбитой, поднимаясь с кровати. Кроме того, какое-то гнетущее, почти давящее чувство овладело ей, мешая собраться с мыслями. Это было необычным и она, потягивая кофе, задумалась над своими ощущениями.
Можно было списать всё на усталость, нервное напряжение, но Джезабелл отчётливо понимала, что за всем этим кроется нечто другое. И тот факт, что на ней сейчас висела огромная ответственность за судьбы миллиардов, относился только к сопутствующим факторам, а что было истинной оставалось непонятным. Она раздражённо отставила пустую чашку и поднялась на БИЦ.
Ничего нового за ночь не случилось, по крайней мере, такого, что требовало бы её немедленного вмешательства. Её почтовый ящик был переполнен разнообразными сообщениями: от просьб о помощи до привычных рекламных буклетов. Об этом сообщила ей Саманта, офицер-программист, временно принявшая на себя обязанности её секретаря, поскольку особой работы у неё сейчас не было, потому что СУЗИ прекрасно обходилась без её помощи, осваивая своё новое тело.
Джезабелл принялась просматривать почту, и почти сразу же наткнулась на письмо от Кайдена. Она с улыбкой прочитала, что он идёт на поправку и надеется скоро вернуться в строй, но вот приписка её смутила — майор просил навестить его в больнице, когда она будет на Цитадели. Как капитан, она была обязана это сделать даже без его просьб — как-никак, она несла ответственность за своих людей, но вот как человек не имела никакого желания этого делать.
Сам тон письма был такой, что Джезабелл поняла — Кайден хочет восстановить былые отношения. И, вполне возможно, снова сблизится с ней. А вот этого ей не хотелось, ни при каких обстоятельствах. Он сделал свой выбор, она свой. Их пути разошлись, и коммандер не собиралась менять свой.
Шепард с досадой отправила письмо в мусорную корзину и выключила терминал. Кажется, утренние предчувствия начали оправдываться. Она понимала, что намеченный с вечера разговор с Гаррусом снова придётся отложить — она была не в лучшей форме и если что-то пойдёт не так, то это станет достаточно неприятным осложняющим обстоятельством. К тому же сейчас на борту «Нормандии» находился примарх иерархии и нужно было, играя роль гостеприимной хозяйки, навестить высокого гостя.
