Дорога к счастью.

Девушка покрутилась перед зеркалом, пшикая на себя ароматные духи. Припудрила носик и нанесла на губы едва заметный прозрачный блеск, кратко улыбнулась своему же отражению. Да… Денёк должен быть тяжким для неё. Сегодня Федотов разбудил её раньше обычного. На удивление, в его голосе не промелькнула даже малейшая часть какой-то… Ненависти? Мужчина лишь спокойно и внятно протянул: Ксения, планёрка сегодня будет проведена на час раньше. Осведомите сотрудников. И сбросил трубку. Конечно, его «Ксения» слегка напрягало, да и столь ранняя планерка, если честно, тоже. Но Завгородняя решила не задавать лишних вопросов и быстро согласилась с начальником, скидывая с себя тёплое одеяло и неспешно потягиваясь. И вот, сейчас, у неё оставалось целых двадцать минут до начала собрания. Невиданная роскошь — она спокойно может выпить кофе за баром и даже не торопиться. Но кофе Ксения пить не стала. Она лишь невесомо и трепетно провела указательным пальцем по заметно (только для неё) округлевшему животу, улыбнулась. Девушка практически смирилась с мыслью о том, что внутри неё растёт живой человек, её родная кровь. Она даже реагировала на это не так резко, как раньше. Просто приняла тот факт, что через несколько месяцев станет… Станет мамой. Лучшей мамой. По крайней мере, она искренне в это верит и даже начала для этого что-то делать. Например, закупилась нужной литературой и записалась на онлайн курсы по материнству. Оставалась лишь одна, самая насущная проблема. Что ей делать с работой? Что делать со своей мечтой открыть собственный отель? Ведь если она возьмёт и уйдёт в декрет, тогда точно проиграет в этой «схватке» с Федотовым. Стоит ему узнать о её положении… Она уже проиграла. Скрывать свою беременность с каждым днём всё сложнее, это выбивает её из колеи. Девушка забывается, путается и переедает, хотя до этого не могла похвастаться стабильным аппетитом и лишь изредка приходила на завтрак, а про ужин не было и слова. Теперь же она не только соблюдает все приёмы пищи, но так же балует себя постоянными перекусами. Она постоянно что-то жуёт, аппетит стал зверским. И медицинский кабинет приходится посещать чаще, чем хотелось бы. Оказалось, что Ксения жуткий параноик. Раньше она этого за собой не замечала, но с беременностью всё переменилось. Одно некомфортное ощущение в районе живота — девушка сломя голову бежит в медицинский кабинет, загружая врача работой. Кстати, о враче. С последнего их разговора (если его можно так назвать) они больше не поднимали тему их взаимоотношений. Пара словно бы резко отстранилась друг от друга, приобретая исключительно рабочие отношения. Хотя, так думала лишь Ксения. Юрий пытался подобраться к девушке, задавал вопросы касаемо её положения, старался издалека следить и неоднократно предлагал свою помощь. Но Завгородняя попросту не подпускала его к себе, она закрылась от него, вечно отнекиваясь, постоянно витала в облаках, стоило парню с ней заговорить. У неё было чересчур много проблем, и дела до того, кто её предал — не было. Она считала его эгоистом и в какой-то степени винила его в том, что вот-вот потеряет работу, хотя вроде как и понимала, что он не виновен. Понимала и продолжала тихо ненавидеть за то, что лишил её мечты, обрюхатив. Нет, она ни в коем случае не хотела избавиться от ребёнка, она уже успела его полюбить и даже привыкнуть к тому, что внутри неё живёт человечек. Но ведь… Она ставит на кон всё. Карьеру, мечту, здоровье. А Юра? Что ставит на кон он? Его не попрут с отеля, если он вдруг станет отцом. У них с Федотовым чудесные отношения. Симонов будет продолжать прислуживать этому человеку и в итоге исполнит свою мечту — клинику. Да и из здоровья у него могут разве что пошатнуться нервы от вечных заскоков Ксении. Это было нечестно по её мнению. Иногда у Ксении даже проскакивали такие мысли, как отречься от парня как от отца её малыша. Пусть тоже помучается, не одной ведь ей нести эту ношу. А воспитать… Сама воспитает. Но девушка сразу отбросила эту гадость от себя, обтеревшись мокрым платком. Она не станет лишать её ребёнка полноценной семьи и отца. Хотя будет ли полноценной их семья? Ксения не знала. Она не понимала, что чувствует к человеку, который подарил ей ребёнка. Презрение? Оно точно было. Любовь? Она пыталась запрятать её далеко, отрекалась от неё, плакала, страдала, била посуду и кричала, медленно убивала себя из-за обиды на врача, который так подло с ней поступил однажды. В какой-то момент её просто перемкнуло и она перестала чувствовать что-либо. Просто всепоглощающая пустота, она буквально стала камнем. Девушка зевнула. Не выспалась. Глянула на часы — оставалось десять минут. Ещё раз взглянув на себя в зеркало, Завгородняя поправила свой объёмный пиджак и гордо подняв подбородок, направилась к выходу из комнаты. *** На удивление Ксении, стоило ей переступить порог кабинета, как на неё уставились сразу две пары глаз. Федотовы… Девушка заметно напряглась. Их компания откровенно была ей неприятна. Хмыкнув, девушка подошла к своему креслу, которое уже было занято — Маргаритой. Та смотрела на неё хитро, с прищуром — явно что-то задумала. Либо уже сделала. Чёрт с ней. Пусть сидит сколько влезет. Завгородняя встала возле Федотова, искося на него поглядывая. Мужчина был в хорошем настроении, загадочно улыбался дочери и даже подмигнул управляющей. Ксению это почему-то не радовало: под ложечкой засосало, а неприятное предчувствие окутывали девушку. Здесь явно был какой-то подвох, но Ксения до конца не могла понять какой именно. Вдруг дверь кабинета отворилась и на пороге появился врач. Как всегда в идеально выглаженной рубашке голубого цвета и в таких же идеально выглаженных светлых брюках. Кивнув всем присутсвующим в знак приветствия он задержал взгляд на Ксении, которая в очередной раз делала вид, что не замечает парня. Она попросту игнорировала его существования, что невероятно злило того. — Раз все в сборе, — Лев вдруг заговорил, огибая стол и становясь в середину комнаты, — Пока сюда не притащили свои задницы остальные, хочу сделать объвление для самых важных лиц в моём отеле. Рита ослепительно улыбнулась, Юра лишь уважительно хмыкнул, а Ксения занервничала ещё больше. Его тон, манера речи и довольное лицо Риты… Это не предвещало ничего хорошего. — Не будем тянуть кота за его причиндалы, как говорится, — Федотов усмехнулся, не реагируя на цокающую дочь, — С этого дня: запоминаем, управляющей отель Гранд становится моя дочурка — Львовна Маргарита Федотова. Удар. Сердце пропустило глухой удар, а земля, казалось, ушла из-под ног. В ушах зазвенело, глаза застелила пелена. Но слёз не было — она выплакала слишком много и было не способна на такую простую вещь как слёзы. Девушка в недоумении приоткрыла рот, с ужасом смотря на присутсвующих. Рита победно улыбалась, Федотов продолжал что-то говорить, а Юра… Юра выглядел до жути спокойным и его спокойствие убивало последнее в девушке. Даже слова против не скажет? Так то он её любит? Или ему совершенно наплевать на то, какую из управляющих обхаживать? — Но это ещё не всё… — Ксения вдруг снова начала всё слышать, — Я назначил Маргариту на роль управляющей не просто по своему хотению. По совету Юрия Сергеевича, которые однажды сказал мне о том, что у нашей управляющей имеются некоторые проблемы со здоровьем, я сделал вывод, что… Дальше девушка уже не слушала, сердце забилось чаще. В голове отпечаталась фраза: по совету Юрия Сергеевича. А как же… Его правая рука, лучший, друг и соратник. Посоветовал сместить Завгороднюю. Девушку переполняла злость и обида, боли здесь не было и место. Она буквально возненавидела того, кто сейчас смел смотреть на неё своими влюблёнными глазками. Её же взгляд выражал дикую ярость ко всему происходящему. Кто позволил ему решать за неё? Неужто он решил, что если она беременна, то обречена? Кто позволил ему распоряжаться её должностью и решать, стоит ей работать или нет? Её здоровье его не касается! Разве что здоровье их ребёнка. Она могла работать… Могла работать ещё как минимум полгода, могла попытаться наладить отношения с Федотовым за это время. А он так подло с ней поступил, в очередной раз прерывая её доверие своей ненужной заботой. — Да пошли вы всё к чёрту… — голос девушки предательски дрогнул. Пошатнувшись, она направилась к двери, — А ты — в особенности, — она кинула гневный взгляд на Юрия, который явно не ожидал такой реакции. Собственно говоря, Федотов тоже стоял и ничего не понимал. Казалось, что самой счастливой в этой комнате была Рита. Ещё бы… — Постой, Лев Глебович ещё не договорил, — Юра поднялся из-за стола и попытался ухватить Ксению за локоть, но она грубо отпихнула его от себя, ударив по плечу. — Никогда. Слышишь меня? Никогда не прикасайся ко мне. О своём «долгу» можешь забыть. И нас, — она многозначительно посмотрела ему в глаза, — Тоже. Удачи под крылом Федотовых, — ядовито выплюнув эти слова в лицо опешевшего врача, Ксения быстро ретировалась, громко хлопнув дверью. Она так и не услышала главных слов, сделав для себя поспешные выводы.