In Reverse / В обратном направлении

Лендер, Вайоминг, 2006 год. Рядом со стоянкой мотеля располагалась семейная закусочная «Oxbow». Ни Дин, ни Сэм не желали искать что-то другое. Они приняли душ, немного поспали, переоделись в чистое, но обоих всё ещё тяготила усталость. Они скользнули в закусочную и, согласно своей привычке, заняли столик в углу. Какой бы странной ни была их жизнь, в ней имелись утешительные константы. Места, где блины подавали в любое время суток и где можно было анонимно затеряться в толпе, — как раз из таких обыденных вещей. Поэтому для обоих стало шоком, когда из глубины зала раздался голос, окликнувший Сэма по имени: — Сэм? О, чёрт возьми! Сэм Винчестер, это ты! Братья подняли головы и увидели приближающуюся к ним жизнерадостную брюнетку. — Ребята, смотрите! Это Сэм Винчестер! Винчестеры перевели взгляд туда, куда она обернулась, и заметили компанию молодых людей лет двадцати, собравшихся за столом в противоположном углу закусочной. Дин оглянулся на Сэма, ожидая подтверждения: либо он их знает, либо брюнетка сошла с ума. Однако Сэм поднялся с места с удивлением на лице. — Ким? Вау, — произнёс он и вышел из-за стола как раз в тот миг, когда девушка заключила его в объятия. — Что вы здесь делаете, ребята? — Что мы здесь делаем? А что ты здесь делаешь? О тебе уже несколько месяцев никто ничего не слышал! Дин неуклюже встал, когда остальная компания Ким приблизилась к ним. Ещё две девушки обняли Сэма, а четверо парней пожали ему руку и хлопнули по спине. — Да, я был… занят, — ответил младший Винчестер, отвечая на вопросы, и махнул рукой в сторону Дина. — Я путешествую с братом. Мы просто проездом. — Точно-точно, — сказала Ким. — Ты упоминал, что некоторое время назад путешествовал с братом. Я думала, ты уже покончил с этим к сегодняшнему дню, — продолжила она, словно поездка со старшим братом была юношеской фазой, которую Сэм должен был перерасти. Или, что хуже, дурной привычкой, от которой Сэм наконец избавился. Тем не менее Ким посмотрела на Дина и протянула ему руку. Старший Винчестер замешкался, прежде чем ответить на рукопожатие и на ту совершенно неискреннюю, чересчур вежливую улыбку. «Да уж, — подумал он, — всё идёт как нельзя лучше». — Я Ким, — представилась она, и у Дина возникло ощущение, будто она решила разговаривать с ним как с четырёхлетним ребёнком или с кем-то недалёким. — Я уже понял, — ответил он, позволяя притворству сползти с лица. Сэм легонько толкнул его локтем — это означало, что младший брат уловил его колкость, но не одобрял пренебрежения к своей подруге. — Ким была соседкой Джесс на первом курсе, — пояснил Сэм, и то щекотливое молчание, которое повисло после этого имени, произнесённого почти шёпотом, вовсе не было неожиданностью. — Это мой старший брат Дин, — быстро добавил Сэм, нарушая неловкую тишину, неизменно сгущавшуюся там, где произносили имена мёртвых. — Дин, это несколько моих друзей из Стэнфорда. Ким, Донна, Сара, — Сэм указал на девушек. — А это Гаррет, Чарли, Блейк и… Прости, но, кажется, я тебя раньше не встречал. Четвёртый мужчина наклонился вперёд и по очереди пожал руки обоим Винчестерам. — Я Джек, — сообщил он, и, похоже, чувствовал себя так же неловко от этого представления, как и Дин. Тот парень, которого Сэм назвал Чарли, подпрыгнул: — Джек — мой старший брат, — добавил он, оглядываясь на более высокого Джека, — который никогда ни в какое путешествие со мной не ездил. Джек притворно обиделся, а две девушки — но не Ким — хихикнули. — Доктор Джек? — переспросил Сэм тоном, который говорил, что он уже слышал о парне раньше, и, возможно, не раз. Чарли кивнул, в то время как глаза Джека слегка блеснули. Тот, вероятно, гадал, что именно брат о нём рассказывал. Ему наверняка было так же любопытно, как и Дину, узнать всё об этой странной встрече. Дин сдерживал свои вопросы. Он обнаружил, что по привычке делает то, что всегда делал на работе: наблюдает и оценивает. Как обычно, его младший брат оказался в центре разговора. Дин понял, что дополнительные детали любой ситуации можно уловить не только читая окружающих, но и читая Сэма. Сэм был экстравертом (более или менее), и именно сейчас он буквально вибрировал от быстро сменяющих друг друга эмоций — нервозности, возбуждения, потрясения. А ещё в нём чувствовался какой-то приглушённый оттенок, который показался Дину печалью. Сэм сунул одну руку в карман и, пока говорил, переступал с ноги на ногу. Дин уже видел, как брат делает так, когда представлял его Ребекке Уоррен. Когда Сэм перестал ёрзать, старший Винчестер решил, что Ребекка, вероятно, нормальный человек. Но эту группу читать было труднее. Джек выглядел так, как Дин всегда представлял себе врача: добрый, бесстрастный, умный и, возможно, немного скучный. Он мысленно записал Блейка и, может быть, Сару в категорию придурков из интеллектуального общества, тем более что казалось очевидным: Чарли и Джек — из богатой семьи. В общем, от всей группы разило смесью фальшивого студенческого лоска и интеллектуального превосходства. Не зная, как иначе вытащить Сэма из шока от столкновения с его прежней жизнью, Дин приблизился на полшага — их рукава соприкоснулись, когда он наклонился к брату. Сознавая это или нет, Сэм бросил на него благодарный и встревоженный взгляд. — Приятно познакомиться, Дин. Как долго вы будете в городе? — спросил Чарли. Парень, по крайней мере, казался искренним. Дин собирался ответить «недолго», но Сэм его опередил: — Не уверен, — сказал он. — Мы просто… отдыхаем от дороги. Дин хотел толкнуть его локтем в ответ, но не мог сделать это незаметно. — Отлично! — воскликнул Чарли, подтверждая то, чего опасался Дин. Было ясно: группа отправилась в некое подобие поездки, и если бы Винчестеры ответили: «Нет, извините, мы уезжаем сегодня вечером», ему бы не пришлось смотреть, как Сэм размышляет о возможном воссоединении со своей студенческой жизнью. — Вы двое можете присоединиться к нам в хижине, — закончил Чарли, переводя взгляд с одного брата на другого, а затем кивая остальным ребятам. — Семье Чарли принадлежит курортный домик примерно в двадцати минутах к западу отсюда, — пояснила Донна, опираясь на руку Чарли. Она была хорошенькой, заметил Дин. У неё были прямые длинные чёрные волосы, и она напоминала хиппи. Может, чуть самоуверенная, когда смотрела на него, но не такая высокомерная, как Ким, решил он. Затем она моргнула и отвернулась, слегка покраснев, и Дин передумал: она не столько самоуверенная, сколько застенчивая. Он улыбнулся и не пропустил того, как Чарли крепче обнял её. — Там много места, — добавил Джек, и Дин снова сосредоточился на разговоре. — Вы можете присоединиться к нам… э-э-э… к остальным. Они собираются провести несколько дней, лазая по горам и путешествуя. — И тут Дин заметил, что Джек выглядит старше остальных. Ненамного, но старше. Чарли закатил глаза и похлопал Сэма по плечу: — Точно. Сэм, Джек из твоего типа. Он собирается провести неделю, скучая на диване с учебниками. Он хирург-травматолог, ординатуру проходит. — Чарли посмотрел на Дина, и тот решил, что последняя фраза была добавлена специально для него. И Чарли ещё не закончил: — Остальные будут в восторге. — Он снова хлопнул Сэма по плечу. — Если ты придёшь, я не позволю его занудству тебя заразить. Что скажешь? — И это говорит студент-юрист из Гарварда, — Сэм легонько ударил Чарли в ответ, словно внезапно вспомнив их дружбу. Он смущённо покосился на Дина. — Я не знаю, если… Старший Винчестер видел, что Сэм хочет пойти или, по крайней мере, ему трудно сказать «нет». Что может быть привлекательнее, чем провести время со старыми друзьями в огромной хижине, притворяясь перед ними обычным Джо? Дин пришёл на помощь: — Вообще-то мы не планируем задерживаться здесь надолго, — объяснил он, — но… э-э-э… Сэм хотел бы присоединиться к вам на ужин. — Он слегка подтолкнул брата вперёд. — А как насчёт тебя? — спросил Чарли. — Я немного устал… поэтому мы и остановились, — соврал он. — Я просто зашёл в закусочную составить Сэму компанию. — Значит, вы просто проездом? — Да. Спасибо за приглашение. Сэму понравится компания. Я вернусь в наш номер, немного отдохну. Ким, как заметил Дин, вздохнула с облегчением. А вот Сэм нахмурился. — Дин, — произнёс он, поворачиваясь к старшему брату. — Просто иди поешь, Сэм. — Он ещё раз подтолкнул его и направился к двери, в то время как группа студентов из Стэнфорда вернулась к своему столу. — Я на секунду, — сказал Сэм друзьям, и Дин не удивился, когда на его плечо опустилась рука, останавливая бегство. — Дин, ты должен остаться, — произнёс младший Винчестер, разворачивая брата к себе. — Нет, Сэмми. Ты заслуживаешь вечера отдыха со своими приятелями, а я правда устал… Мне не до толпы и неизбежной болтовни, — признался он. С такими чувствами ему было бы слишком трудно притворяться, и он это знал. — Дин, — настаивал Сэм, произнося имя голосом, полным сомнений. — Сэм, всё в порядке. Я хотел бы провести ночь, не беспокоясь о твоём чувстве вины. Сэм слабо улыбнулся, но наклонился ближе, поймал Дина за локоть и настойчиво уставился прямо в глаза. — Тебе нужно поесть. Дин слегка усмехнулся, готовый снова взять на себя роль старшего брата. — У меня сейчас нет особого аппетита… как бы заманчиво ни было наблюдать за моим братцем-чудаком в его естественной среде обитания. Ты можешь принести мне что-нибудь позже, хорошо? — Он хлопнул Сэма тыльной стороной ладони по груди. Этот жест должен был казаться обнадёживающим и окончательным. — Дин, — по очевидным причинам Сэм не желал так легко отказываться от своей мимолётной власти. — Сэмми, иди поешь с друзьями, — приказал Дин. Он вывернулся из хватки брата и, не оглядываясь, выбрался из закусочной. Ему не нужно было смотреть на Сэма, чтобы знать, что тот хмуро наблюдает за ним. И он знал: примерно через тридцать секунд Сэм вернётся к столу друзей и, возможно, будет размышлять или дуться ещё пять минут, прежде чем наконец решится повеселиться с остальными. Он знал: назвать мелкого Сэмми — верный способ восстановить баланс сил.

***

Дин неторопливо вернулся в гостиничный номер, надеясь, что принял правильное решение насчёт Сэма. Он не солгал. Он всё ещё чувствовал усталость и не был уверен, что сможет хоть что-то съесть. К тому же Сэму полезно на несколько часов отвлечься от темы призраков и гоблинов и снова почувствовать себя нормальным. Потому что — если не считать кошмаров — Сэм превратил беспокойство в искусство. Дин просто надеялся, что это не обернётся для него неприятными последствиями, что вполне могло случиться. Сэм мог в итоге провести их следующую работу, отвлекаясь на посторонние мысли, думая о Джесс и Стэнфорде и вспоминая все причины, по которым когда-то так злился на Дина и их отца. В такие дни Дин задавался вопросом, помнит ли Сэм, с какой страстью он снова окунулся в их жизнь. Дин никогда не знал — или, по правде говоря, просто не признавал, — что у всех гневных чувств Сэма была причина. Он не признавал этого, потому что уход Сэма был болезненен и для него. И он предпочитал вообще не думать об этом. Но бывали времена, когда он никак не мог избежать таких мыслей. Это заводило его мысли по кругу. И ему просто нужен был перерыв. Сэму нужен был перерыв. Дойдя до двери гостиничного номера, Дин развернулся. Сквозь полуопущенные жалюзи закусочной он едва мог разглядеть Сэма. И, как и подозревал Дин, брат позволил друзьям увести его к столу и теперь сидел среди толпы приятелей. «Пожалуйста, пусть эта ночь будет для него просто расслабляющей». Это была не совсем молитва, а скорее чрезвычайно горячая мысль, посланная тому, кто во Вселенной мог бы услышать или исполнить тайные мольбы. Затем, пока Дин смотрел, Сэм улыбнулся. И хотя старший Винчестер не мог точно разглядеть с такого расстояния сквозь полуопущенные жалюзи, Сэм, похоже, начал смеяться. То, что младший брат смеётся, казалось таким необычным, что у Дина перехватило дыхание. Смеялся ли Сэм за последние дни? Улыбался ли? Почему-то Дин не мог вспомнить. На мгновение его охватил ужасающий страх, и, поскольку он почти всегда был честен с самим собой, признал: этот страх был не за Сэма, а за себя самого. Когда отец исчез… ушёл, Дин хотел, чтобы Сэм вернулся с ним в дорогу. Он не хотел оставаться один. И если после пяти минут с друзьями Сэм смеялся, то насколько близок был Дин к тому, чтобы снова его потерять? Точнее, насколько эгоистичным было с его стороны держать Сэма в семейном бизнесе? Был ли поиск того, что убило Джесс и их мать, на самом деле целью Сэма? Или причина была в том, что привили Дин и их отец, просто вырастив Сэма в такой среде? Дин покачал головой, прижимаясь спиной к двери и не обращая внимания на скачущие чувства. Он задавал вопросы, на которые нельзя было ответить. Оценивал прошлое, которое невозможно изменить. Наконец, оторвав взгляд от закусочной, он вставил ключ в замок и вошёл в номер. Похоже, эту ночь он проведёт, размышляя не о призраках в каньоне Синкс, а переживая за младшего брата. Бросив куртку на стол, Дин со вздохом лёг на кровать и начал переключать каналы пультом, убедившись, что пистолет и нож находятся в пределах досягаемости. Он не особо любил телевидение, зато любил кино — если только это не были девчачьи сопли. Несмотря на это, по какой-то причине он остановился на восьмом канале, когда понял, что идёт середина серии «Изгоев». Какое-то мгновение он смотрел, как Гризеры и Соцы сталкиваются в полном грохоте, а Дэрри, Содапоп и Понибой в ярких нарядах мелькают на фоне ночного пейзажа. — Я намного красивее Роба Лоу, — сказал он пустой комнате, слегка приглушив звук фильма. Он решил не выключать телевизор и ненадолго прикрыл глаза.

***

Замерев на месте оттого, что его назвали Сэмми достаточно громко, чтобы это могли услышать друзья, Сэм смотрел, как Дин уходит. Он хотел остановить его. Хотел убедиться, что с братом всё в порядке. Хотел что-то сказать. Хоть что-нибудь. Но, как обычно, когда дело касалось его упрямого брата, вежливых слов всегда не хватало. Дело в том, что Сэм действительно считал: Дину нужно поесть. — Сэм. — Ким оказалась рядом с ним, проследив за его обеспокоенным взглядом в спину Дина. — Всё нормально? Младший Винчестер поймал её взгляд. Она была хорошенькой, и он вспомнил время, когда собирался с ней встречаться, но это было до того, как он встретил Джессику. — Да, — пробормотал Сэм, решив отказаться от объяснений. — Всё в порядке. Дин просто… он плохо себя чувствует, и я не уверен, что мне стоит оставлять его одного. Ким улыбнулась: — Пошли, — она взяла его за руку и потащила к своему столу. — Каждому время от времени нужно побыть в одиночестве. — Может быть, — прошептал он, позволяя увести себя. Он не был уверен, что сейчас это действительно было необходимо Дину. Дин молчал со времён Небраски, думая о вещах, о которых Сэм не мог даже догадаться, и от этого он волновался. Вдобавок, с тех пор как у Дина обнаружилось заболевание сердца — как они привыкли это называть, если вообще упоминали, — Сэм стал острее реагировать на брата. Где Дин? Как у него дела? Он терял равновесие, когда старшего брата не было в поле зрения. Сэм знал, что повышенное внимание выводит Дина из себя и, вероятно, именно поэтому он заставил Сэма провести вечер вдали от него. Но Сэм ничего не мог с собой поделать. Ему не нравилось беспокоиться за Дина. Просто он не мог это изменить. Дополнительная проблема заключалась в том, что он не знал: оправданны его страхи или его вновь обретённое «паучье чутьё» пытается ему что-то сказать. — Сэм? Младший Винчестер снова перевёл взгляд на Ким. Он позволил губам раздвинуться в лёгкой улыбке. — Извини, ты права. Всем нужно побыть в одиночестве. Ким подмигнула ему и уселась за стол. Ему уже принесли другой стул, и он подвинул его, оглядывая друзей из своей прежней студенческой жизни… остатки того, на что он когда-то надеялся. Он чувствовал себя явно не на своём месте. — С твоим братом всё будет в порядке? — Сэм посмотрел налево и увидел, что к нему обратился брат Чарли. — Он выглядел немного бледным. Чарли толкнул Джека локтем и наклонился к Сэму: — Мой брат — доктор до мозга костей. Но Сэм задавался вопросом: если даже незнакомец заметил, что Дин бледный, насколько всё действительно плохо? Возможно, брат просто устал, как и говорил. По крайней мере, Сэм твердил себе это. Он очень хотел, чтобы причина была в этом. — Да, — сказал он, когда понял, что Джек всё ещё смотрит на него. — Он болел несколько недель назад, теперь ему лучше, но он мало спит, — выговорил Сэм, не обращая внимания на голос Дина в своей голове, который называл его лицемером и притворщиком. Но не мог же он сказать, что у Дина случился сильный сердечный приступ, а потом его исцелил добрый проповедник и его сатанинская жена. Что ещё ему придётся редактировать сегодня вечером, чтобы они с Дином казались нормальными? Он делал это и раньше. Но внезапно это стало намного труднее. Сэм не знал, справится ли он с этой задачей. Джек выглядел так, будто хотел спросить о болезни Дина подробнее, но Блейк сделал какой-то комментарий, и тема ушла в прошлое. Все перешли к другому разговору. Ранним вечером Сэм сказал им, что его брат и отец работают независимыми консультантами по расследованиям… потом ему пришлось отказаться от этого объяснения, потому что оно звучало так, будто он слишком старается. Когда Сара спросила, не «вроде частного детектива» ли это, Сэм просто кивнул. Никто не коснулся темы Джесс, хотя она витала в воздухе между ними. И Сэм был благодарен за это молчание. Они с Чарли много говорили: — Ты помнишь, когда мы… Гаррет и Блейк много дразнили его и Чарли: — А помните, как вы двое… Донна, Сара и Ким тоже предались воспоминаниям, начиная множество историй, которые, как знал Сэм, включали Джесс, но были тактично отредактированы, и хотя это было неловко, Сэм был благодарен и за это. Джек сидел в вежливой отстранённости — совсем не так, как повёл бы себя Дин, проведи он вечер с друзьями младшего брата. Отсутствие Дина раздражало Сэма, и ему сознательно и неоднократно приходилось отгонять эти мысли. Лишь дважды Сэма спросили, когда он вернётся в колледж. Первый вопрос Ким он легко отклонил. Второй вопрос Блейка было не так легко игнорировать: — Ну… со всем, что случилось, я пропустил своё собеседование, и… Он придумывал новые оправдания, когда Блейк перебил его: — Ты можешь пройти ещё одно собеседование, чувак. Этой осенью я работаю ассистентом профессора Гроссмана. Он помнит тебя по юридическому курсу. Он порекомендует тебя на другое собеседование в две секунды. Я могу поговорить с ним. Тебе не следует сдаваться только из-за… того, что случилось. Сэм внезапно вспомнил, что Блейк всегда хотел помогать другим осуществлять их мечты. Он и Джесс дружили ещё до того, как Сэм познакомился с ними, и Джесс всегда говорила: всякий раз, когда она расстраивается, всё, что ей нужно, — это позвонить Блейку. Когда Сэм впадал в уныние, она иногда дразнила его и заставляла делать то же самое. В конце концов Сэм просто кивнул, не имея другого способа отказаться. Он решил: если Блейк нажмёт, он запишет номер, как будто собирается позвонить, а потом просто придумает какую-нибудь отговорку. Для него не было будущего в юридической школе. Уже нет. И этот разговор приносил горечь — уродливое напоминание о том, что когда-то у него была жизнь. Сэм отбросил эту мысль, задушив её в зародыше. У него теперь была другая жизнь, и, хотя она была очень испорченной, всё не так уж плохо — если не считать пропавшего отца и брата, у которого случился сердечный приступ. И была надежда — смутная, но всё же надежда, — что всё это в конце концов принесёт пользу. Смутная надежда на то, что их с Дином ожидает некое подобие нормальности, когда они найдут убийцу мамы и Джесс. Наконец Блейк перешёл на другую тему, и Сэм решил, что сможет пережить вечер без массового столкновения двух своих жизней. Он усмехнулся, расслабился и начал рыться в кармане куртки, чтобы оплатить свою долю счета, планируя допить кофе и взять еду на вынос для Дина. Он надеялся вспоминать этот редкий вечер со старыми друзьями лишь со слегка горьковатой ностальгией. И разумеется, именно в этот момент Чарли упомянул призраков.