In Reverse / В обратном направлении

За пределами Лендера, Вайоминг, 2006 год. Чарли проводил Сэма и Дина в комнату отдыха, предлагая им газировку из холодильника, что стоял на маленькой мини-кухне. Он указал на арочные двустворчатые двери, ведущие к ступенькам на низкую террасу, откуда, по его словам, открывался невероятный вид на каньон. Ким и Донна беспечно слонялись рядом. Винчестеры взяли из холодильника по банке газировки и оба отказались от предложения подняться на террасу, сказав, что сделают это в другой раз. — Хорошая обстановка у тебя здесь, Чарли, — прокомментировал Дин, останавливая их экскурсию, чтобы разглядеть ряды дисков с фильмами, выстроившиеся на полках позади стола для настольного футбола. — Как давно это место принадлежит вашей семье? — Примерно десять лет, — ответил Чарли, и Сэм был слегка рад заметить, что Дин до сих пор прекрасно себя вёл — выуживал информацию так плавно, что только Сэм мог это уловить. — Мой отец построил его. Он вырос неподалёку и, как ни странно, увлекается охотой, чего все мы в семье не до конца понимаем. Сэм поперхнулся газировкой, когда Чарли произнёс «охота». Он закашлялся, пока Дин не повернулся и не хлопнул его по спине чуть сильнее, чем было необходимо. И Сэм решил, что ему следует беспокоиться не о том, как Дин впишется в ситуацию, а о себе. Старший брат стукнул его ещё раз, бросив предупреждающий взгляд, когда Сэм выпрямился и взял себя в руки. — Ты в порядке? — спросила Ким с явным беспокойством в глазах. — Не в то горло пошло, — хрипло пробормотал Сэм. — Значит, здесь часто охотятся? — спросил он, возвращая разговор к Чарли, намеренно очищая интонацию от всего сверхъестественного, когда дошёл до слова «охота». — Слишком часто, как мне кажется, — ответил Чарли. — Только на Мэйн-стрит есть три заведения. Это очень тревожит. — Это серьёзно, — решительно согласился Дин. И Сэм вспомнил бесчисленные разговоры, которые они вели в детстве: о монстрах, что прятались ночью, и о тех, что ходили днём, и о том, кто из этих монстров, по их мнению, был самым ужасным. Чучела мёртвых животных возглавляли список Дина в течение многих лет после того, как он вернулся со школьной экскурсии в музей естествознания. — Эй, — продолжил Дин, — Сэмми упоминал, что здесь пропали туристы. Может, в этом виноваты несчастные случаи на охоте? Сэм съёжился от прозвища. Ким бросила на него удивлённый взгляд — очевидно, имя «Сэмми» нравилось ей не больше, чем ему. Донна подавила смех. — Сэмми? — прошептала она в сторону Сэма, в то время как Чарли, не обращая на них внимания, рассказывал Дину, что северное и южное ответвления каньона Синкс для охоты не предназначены. Младший Винчестер покраснел и пожал плечами, кивнул в сторону Дина и пробормотал: — Старшие братья генетически запрограммированы на то, чтобы чертовски смущать. Донна снова рассмеялась, и Дин наконец встретился глазами с Сэмом, словно пытаясь понять, что же он такого сказал, чтобы спровоцировать реакцию друзей брата. Сэм с лёгкой улыбкой покачал головой. Ущерб уже был нанесён, и, честно говоря, он был более или менее к этому готов. Младший Винчестер снова повернулся к Ким и Донне. — Итак, э-э-э… — он кивнул через комнату в сторону телевизора, желая сменить тему, — что вы двое смотрели? — «Проклятье», — ответила Донна. — Пока что я думаю, это страшно. — «Проклятье»? — вставил Дин. Он подошёл к Сэму и сказал тихим голосом: — Это очень уместно. — Если вы хотите посмотреть с нами, — сказала Донна, — мы не так уж далеко зашли и могли бы начать всё сначала. Сэм, возможно, даже ответил бы согласием, хотя он ненавидел такие фильмы, но открытая книга на длинном узком столе у стены привлекла его внимание. — Эй, а кто готовится к вступительным экзаменам? — он поднял глаза и увидел, что Чарли и Ким указывают на Сару, которая подошла ближе вместе с Гарретом, закончив свою игру. Вскоре после этого группа оказалась вовлечённой в разговор об академических кругах. Краем глаза Сэм наблюдал, как Дин заскучал и подошёл ближе к двум бильярдным столам, распределяя внимание между братом и беседой. Блейк поднял глаза, когда Дин приблизился. — Ты играешь? — спросил он. Старший Винчестер пожал плечами. — Немного. А ты? — В прошлом году я был чемпионом Стэнфордского турнира. — Ого, — ответил Дин слегка впечатлённым и уклончивым тоном. Блейк приподнял бровь в его сторону. — Хочешь дать себе шанс? Дин ухмыльнулся, и именно тогда Сэм, который краем глаза следил за ним, всё понял. — Извините меня, — пробормотал он своим друзьям, прервав Ким на полуслове, пока она объясняла, почему сменила специальность. Он сделал два длинных шага в сторону бильярдных столов и схватил Дина за локоть, потянув назад. — Что ты делаешь? — прошептал он ему на ухо. Дин невинно оглянулся через плечо. — Принимаю приглашение поиграть в бильярд. — Хорошо, — медленно произнёс Сэм, — но повторяй за мной: «Я не буду мошенничать ни с кем из друзей Сэма». — Да ладно тебе, Сэмми, расслабься, — Дин повернулся к нему, похлопывая по руке менее чем обнадёживающим жестом. — Это просто небольшая дружеская игра, чтобы я мог познакомиться с твоими приятелями. Сэм закатил глаза, всё ещё держа брата за локоть. — Никаких ставок, хорошо? Дин покачал головой, с тоской глядя на бильярдные столы. — Прекрасно, — резко и угрюмо согласился он. — Никаких ставок. Сэм отпустил его, наблюдая, как брат подошёл к столу, и Блейк приготовил шары, спросив Дина, какую игру он предпочитает. Дин покачал головой и сказал: — «Пул-9» мне подходит. Дин играл во все виды бильярда, но Сэм знал, что ему нравится «Девятка», или «Семёрка» при подходящих обстоятельствах. Он полагал, что Дину нравился темп этой игры больше, чем в прямом пуле. Сэм также знал, что, поскольку Дин никуда не торопился и не играл на деньги, он с самого начала будет использовать свои навыки, вместо того чтобы терять первые несколько раундов, проверяя соперника. И он выиграет, потому что драки, охота и пул — это то, что Дин делал лучше всего. Сэм решил, что эту игру стоит посмотреть: ведь Блейк думал, что у Дина нет шансов. Дело было не в самом Дине, просто Блейк всегда считал себя лучшим во всём. Младший Винчестер вспомнил времена из школы, когда Блейк в чём-то был хорош и автоматически предполагал, что это означает его превосходство над остальными. Блейк также был одним из самых способных людей, которых Сэм когда-либо встречал — звездой футбола в старшей школе, который приложил все усилия, чтобы доказать, что у него тоже есть мозги. Сэм уважал и восхищался этими качествами, восхищался усилиями, которые Блейк вложил в своё образование и во всё остальное. И он питал надежду, что Дин будет немного помягче — как с самим Блейком, так и с его ушибленной гордостью. Хотя бы ради того, чтобы в следующие несколько дней спокойно пожить и выполнить работу.

***

Дин бросил последний взгляд на Сэма и приготовился, когда Блейк дал ему сигнал. Он играл не на деньги, но Блейк явно был хорош и считал себя лучшим. Дин хотел сначала увидеть, как парень работает за столом, чтобы понять, против чего ему придётся играть, и Блейк, похоже, не возражал. Это было частью того, что Дину нравилось в игре — сосредоточенность и психология. А также то, что игра вытесняла из его головы тривиальные и не столь тривиальные проблемы. И он не ожидал, что будет чувствовать себя так спокойно, держа кий в руке и находясь среди друзей Сэма. Он решил взять столько нормальности, сколько сможет. Блейк сделал удар, прижался бедром к столу, затем плавно выпрямился, чтобы увидеть результат, когда шары остановились. Наблюдая, как выпадает луза номер четыре, Блейк уверенно повернулся к Дину и сказал: — Похоже, я выиграл. Дин пожал плечами. — Не волнуйся. Я начну играть с тобой проще, — добавил Блейк, — ты брат Сэма и всё такое. — Но он всё равно выглядел самодовольным, когда снова наклонился к столу. Поставив биток в нужное место, он прицелился и забил пять шаров подряд. Шестой остановился на пороге лузы. Блейк сжал челюсть, но быстро взял себя в руки, когда поймал взгляд Дина. Старший Винчестер подошёл к столу, поглядел на шары, медленно выдохнул, установил угол и отправил шар в лузу — это был бросок, при котором биток чуть не опрокинулся вместе с ним, отскакивая от борта, что выглядело немного неуклюже. И Дин остался доволен результатом. Это была одна из тех техник, над которыми он работал для мошеннических игр, желая, чтобы противник поверил, будто он случайно сделал удачный удар. Он играл не для того, чтобы обмануть Блейка, но ему всегда нравились медленные шаги в подобных играх. Кроме того, это была хорошая практика. — Удачный удар, — сказал Блейк, но немного поморщился, глядя, как Дин бьёт по девятке и снова забивает шары. — Повезло, — сказал Дин, возвращая кий Блейку. — Твой ход. Блейк выглядел так, будто собирался отказаться, — похоже, он ожидал, что Дин что-то замышляет. — Конечно, — сказал Блейк наконец, забирая кий. Это был серьёзный прорыв. Он выбил три мяча, но четвёртый был угловым. У него не было удачного хода, но он всё равно выстроился в линию, попытался забить удар и промахнулся. Дин сжал кий и опёрся о край стола. — Мы играем с фолом? Блейк посмотрел на него. — Да, — согласился он. — Это часть игры. Старший Винчестер схватил биток, перекатывая на ладони, как бейсбольный мяч, и приподнял бровь. — Мяч в руке, — сказал Блейк, кивнув в сторону стола и стараясь выглядеть спокойным. Дин наклонился, готовясь сделать удар по четвёрке, и дальше, чем Блейк, вероятно, ожидал. Он подтолкнул кий вперёд, затем отвёл назад, чтобы посмотреть результаты прокатки. Один шар он загнал в угловую лузу, но на следующем ударе семёрка откатилась в сторону. Он ударил так, чтобы шар толкнул по касательной восьмёрку, а девятка застряла за ней. — Ты заблокировал удар, — прокомментировал Блейк, и в его голосе прозвучало подозрение, что Дин сделал это намеренно, что он был способен сделать это намеренно. — Извини, — ответил Дин. Он не промахнулся, и был почти уверен, что Блейк тоже это знал. — Ты играл на соревнованиях? — спросил Блейк. — Мне просто нравится игра. — Ты изучаешь кинетические уравнения? — Сохранение энергии, коэффициент восстановления, линейный импульс и тому подобное? — уточнил Дин, слегка улыбаясь. Блейк выдержал его взгляд, но кивнул. — Нет, — ответил Дин. — Это среда обитания моего брата. Как я уже сказал — я просто люблю эту игру. — Ты не учился в колледже? — заключил Блейк, и маска беспечности слегка сползла. Дин пожал плечами. Их внимание привлёк смех в другом конце комнаты. Группа подошла ближе к диванам, и хотя Сэм казался полностью вовлечённым в несложный и лёгкий разговор, он сразу же поднял глаза, когда Дин взглянул на него. Старший Винчестер быстро перевёл взгляд на бильярдный стол и попытался сделать это, не закатывая глаз, понимая, что осведомлённость Сэма и раздражающе бдительные постоянные взгляды не прекратились. Блейк заговорил, наклоняясь вперёд, чтобы сделать свой следующий ход. — Итак, Дин, как Сэм себя чувствует? Дин оглянулся на Сэма, не готовый обсуждать своего брата с незнакомцем, даже с тем, который думал, что знает его. — Неплохо, — просто ответил он. Блейк выпрямился, не сделав хода. — Путешествие с тобой, должно быть, помогло ему пережить всё, что… ну, всё, что случилось. Дин уловил тонкий намёк сарказма в этом заявлении. Он отказался отвечать и на этот вопрос, решив, что Блейк на самом деле не ожидал ответа, хотя парень ненадолго замер, прежде чем снова наклониться и наконец изменить угол своего удара. Он ударил по шестёрке и загнал пятёрку в лузу, затем снова заговорил: — Знаешь, это потребует некоторой спешки, но если Сэм подаст прошение о ещё одном собеседовании, он сможет восстановить своё заявление на юридический факультет и начать учёбу этой осенью. Дин сжал челюсть, но Блейк продолжал говорить: — И может быть, если он вернётся в нужное русло, ему будет намного легче двигаться дальше. — Он снова наклонился к столу. Теперь ему нужно было ударить по шестёрке, которая оказалась в ловушке, слишком близко к середине стола. Он промахнулся и чуть не выбил девятку, отправив её в борт слева от лузы. — Сэм сейчас отдыхает от школы, — парировал Дин, игнорируя подколку, и думал о том, как продолжить разговор, не устраивая скандал. — Путешествуя с тобой? — на этот раз усмешку было легче уловить. — Это довольно долгое путешествие. Дин почувствовал, как по спине прошла дрожь. Он ожидал, что с приятелями Сэма будет непросто, но не совсем ожидал, что это случится так скоро. Он сделал вдох, заставляя себя успокоиться, делая свой тон вежливым и даже… осторожным. — Я езжу по работе. Сэм работает со мной. — И это то, чем хочет заниматься Сэм? — Сэм сам принимает решения, — ответил Дин, ища способы избежать этой очереди вопросов. Это не было ложью. Сэм всегда принимал собственные решения. И он ясно дал понять — после телефонного звонка их отца, приказавшего им отступить, — что будет продолжать следовать своим путём, и будь прокляты последствия. После их краткой разлуки он выбрал Дина. И Дин примет это, он будет присматривать за Сэмом, пока сможет, и сделает для него всё, что в его силах, если Сэм ему позволит. Потому что это то, что делал Дин. Это всё, что у него было. Старший Винчестер сделал точный удар и забил девятку, выигрывая игру. Блейк нахмурился, но, похоже, не воспринял поражение так плохо, как в предыдущей игре. — Я просто говорю, что, может быть, Сэму нужен толчок, чтобы вернуться на правильный путь. — И всё же его разум, казалось, застрял на том, чтобы сказать Дину, что Сэм должен вернуться в школу. — А я говорю, что он мой брат и сам принимает решения. — Что ж, ему не следует ждать слишком долго. Ты действительно не понимаешь, на что он способен. — Намёк на то, что Дин — не материал для Лиги Плюща, был очевиден. — Я дам ему знать, что ты так думаешь, — ответил Дин. Это был намёк отвалить, и он надеялся, что Блейк его уловит, потому что сам не планировал больше обсуждать это. Переставив шары, Дин сделал ход. Он выиграл третью игру, забив девятку почти сразу, и был рад, что Блейк больше ничего не сказал о его Сэме. Он выиграл и четвёртую партию, твёрдо выдерживая каждый удар, и это, должно быть, начало привлекать внимание, потому что Сэм и его друзья подошли к столу. Или, возможно, они забрели сюда оттого, что бдительность младшего Винчестера обнаружила что-то не совсем правильное в брате, и он подошёл всё проверить. Дин не смотрел на Сэма и его друзей, продолжая играть, игнорируя впечатлённые вздохи, которые издавали молодые люди, когда он бил по битку особенно красивым ударом, забивая по два шара сразу. И не поднял глаз, даже когда Чарли присвистнул после того, как он забил пятый и шестой шар одним ударом в четвёртой игре. Блейк выиграл пятую игру, но сломался на шестой, почти забив девятку. Но «почти» всё ещё был промах, и Дин занял оставшуюся часть стола. Ближе к концу седьмой игры Дин наконец встретился глазами с Сэмом и был благодарен за то, что в глазах брата была улыбка, а не злость. И внезапно Дин перестал чувствовать себя так плохо из-за того, что заставил Блейка заткнуться. Когда старший Винчестер выпрямился после того, как забил девятку, он заметил, что Сэм скосил глаза в сторону, где Гаррет передавал деньги Чарли. Дин невинно пожал плечами, и Сэм засмеялся, хотя было очевидно, что он старался сдержаться. Дин расслабился, решив, что ему следует остановиться. Он всё равно устал, и чувствовал, как начинает болеть голова, поэтому решил, что ему следует уйти сейчас, пока Сэм не заметил его плохого самочувствия и не начал беспокоиться по этому поводу. — Я закончил, — сказал Дин Блейку, прислонив кий к стене. Затем, хотя он знал, что Сэм не оценит этого, Дин добавил в голос сарказма. Он был почти уверен, что Блейк это уловит, но не мог удержаться от слов: — Спасибо за игру, шорт-стоп. Он надеялся, что намёк на то, что Блейку ещё рано присоединяться к профессионалам, был очевиден.

***

Сэм проследовал за братом на второй этаж, в их комнату, после того как Дин извинился и ушёл из подвала. Он не был совсем уверен в настроении брата и не пытался ничего сказать, пока они не оказались в комнате за закрытой дверью, а Дин не сидел на диване, открыв свою сумку. — Шорт-стоп? — спросил Сэм. Он надеялся, что единственное, что происходит между Дином и Блейком, — это чистая конкуренция, пока Дин не бросил этот комментарий. — Шорт-стоп — хороший игрок, — рассеянно ответил Дин, вытаскивая из сумки стопку бумаг, которые они скопировали в библиотеке. — Шорт-стоп — хороший игрок, которому не довелось выиграть соревнования, — парировал Сэм, плюхаясь на диван рядом с братом. Он и Дин могли целый день обсуждать этот язвительный комментарий, но Сэм планировал забросить эту тему. Он думал о другом. — Зачем ты сюда пришёл? — Я решил начать просматривать информацию, которую мы собрали. Тебе не нужно было следовать за мной. Эй, ты узнал, когда твои приятели собираются на охоту за привидениями? — Сегодня вечером они спускаются в каньон. Будут разводить костёр, готовить закуски и тому подобное. Но они также говорят о том, чтобы разбить там лагерь на ночь — как вызов или что-то в этом роде. Сэм критически наблюдал за Дином, пока говорил, зная, что брат, вероятно, чувствует этот оценивающий взгляд, но не мог ничего с собой поделать. Немного погодя он потянулся, чтобы взять несколько скопированных страниц, сосредоточившись на исследовании и одновременно обдумывая, как задать Дину два вопроса, на которые тот не хотел отвечать. — Знаешь, тебе не обязательно работать над этим со мной, — сказал Дин, прежде чем Сэм смог придумать способ сформулировать свои вопросы вслух. — Ты можешь зависать внизу со своими приятелями. — Знаю, и так и сделаю, но позже. Если мы сегодня вечером отправимся в поход по этому каньону, я хочу быть готовым. Взгляд Дина был подозрительным, но он ничего не сказал, чтобы опровергнуть это заявление. — Кстати говоря об этом, — добавил Сэм, решив спросить, стиснув зубы, независимо от реакции Дина, — что же ты нашёл в папином дневнике сегодня утром? — Немного, — ответил Дин, раздражённо вздохнув. — Я не думаю, что мы имеем дело с тем же, что было в прошлый раз. — И ты, наверное, прав, но я просто чувствую, что мы должны убедиться. — Это говорит твоё «паучье чутьё»? Сэм закатил глаза. — Я не знаю. Как я уже сказал, просто хочу убедиться. На что тогда охотился папа? — В дневнике об этом мало написано. Тебе было двенадцать, что ты помнишь? Сэм нахмурился, не ожидая, что Дин перенаправит вопрос на него. — Ну, я помню, что призрак был женщиной, которая была одета в белое. Но папа был уверен, что это не «женщина в белом». Когда мы пошли за духом, папа отвлёк внимание, чтобы мы могли пойти к хижине, где кости были закопаны под полом. Я помню, как ты рубил пол топором, а я засыпал кости солью, когда ты… потерял сознание. Я помню, папа утащил тебя с дороги, сказал мне остаться с тобой, и э-э-э… он сам сжёг кости, а потом отнёс тебя обратно в арендованный домик. Дин выглядел задумчивым, словно сравнивая рассказ Сэма со своими собственными воспоминаниями. — После этого, я помню, ты был без сознания примерно… — Два дня, — закончил Дин. — Два дня? — спросил Сэм удивлённо. — Ты уверен? — Совершенно уверен, — ответил Дин. От того, как он это сказал, Сэм почувствовал, что Дин что-то скрывает. — Что? — спросил старший Винчестер, когда увидел, что брат смотрит на него. — Я не знаю, чувак. Я просто помню… если бы это было всего два дня… мне показалось намного дольше. — Прошло два дня, — повторил Дин, и Сэм попытался осмыслить эту мысль, наконец допустив, что два дня покажутся вечностью для двенадцатилетнего ребёнка, так что, возможно, Дин был прав. Сэм покачал головой, не в силах обдумать эту идею, и двинулся дальше. — Так что, если призрак не был «женщиной в белом», то кто это был? — В дневнике мало что написано, — ответил Дин. — За исключением того, что папа называл это «привязанной». — Привязанной? Типа… как Кровавая Мэри цеплялась за зеркала, или Человек с крюком, который был привязан к своему крюку? — Я так не думаю, — ответил Дин, перетасовывая другую страницу в конец стопки. — Но если это так и было, это имело бы смысл. Мы только посолили и сожгли кости. Но если дух за что-то цеплялся, может, папа так и не убил его. — Нет, — покачал головой Дин. — Запись в дневнике отца сделана до того, как мы поднялись в хижину. Если бы он называл её «привязанной» и знал, на что она способна, он бы не остановился на том, чтобы просто сжечь кости. Кроме того, у меня такое ощущение, что если бы он не закончил охоту, я бы, наверное, не проснулся. Сэм ничего не сказал, задумчиво кивнув. — Что? — спросил Дин. — Ничего, я просто… согласен с тобой. В любом случае, с последней частью. Я помню, как был немного напуган, но папа… он был так уверен, что ты проснёшься. Как будто это был свершившийся факт. Он всё время говорил мне, что ты будешь в порядке… Я просто не знал, стоит ли в это верить. — Папа не стал бы лгать тебе об этом, — защищаясь, сказал Дин. — Я знаю, — успокоил его Сэм. — И в любом случае, Сэм, мы будем иметь это в виду. Посмотрим, расскажет ли нам это что-нибудь о том, что произошло тогда, — Дин указал на бумаги, — и если это поможет тебе разобраться в своих паучьих чувствах. Но пока что нам нужно сосредоточиться на южной развилке, вот где сейчас всё происходит. Хорошо? Сэм кивнул. — У тебя есть номер телефона того туриста — Трейса Коллинза? Я хочу попробовать позвонить ему. Сэм достал бумажку с телефонным номером из кармана и протянул Дину, думая, что со вторым вопросом, который он хотел задать брату, придётся подождать, потому что он не знал, как сказать, что брат выглядит усталым. И он не мог придумать, как спросить его, не хочет ли он вздремнуть, чтобы Дин не назвал его помешанным на контроле, наседкой или ещё хуже.