In Reverse / В обратном направлении

За пределами Лендера, Вайоминг, 2006 г. Когда Дин наконец повернул ключ, чтобы заглушить двигатель Импалы, Сэм почувствовал странную пустоту из-за отсутствия глубокого гула машины и впервые пожалел, что они с Дином не сняли номер в мотеле, куда можно было бы поехать. Возвращение в хижину Чарли было не похоже на возвращение в мотель, где были только они с Дином и ненужное притворство, которое для Сэма внезапно стало синонимом дома. После дня, полного бурных событий, после всех его смешанных чувств, Сэм просто хотел домой. Он обнаружил, что думает о своих друзьях так, как никогда раньше о них не думал. Сейчас он думал, что, оставаясь с друзьями, он выполнял работу. Они ему нравились. Они ему нравились. Не так, как любил Дина или папу, или Джесс, но симпатия всё же была. Сэм мог вспомнить время, когда чувствовал себя комфортно среди друзей — связанный с ними поздними ночными занятиями, небольшими ежедневными кризисами, отсутствием родителей, которые могли бы взять на себя ответственность, и тем, что они полагались только друг на друга, или празднованием успехов, подбадриванием друг друга, или сочувствием в страданиях. Их связывали совместные обеды, внимательность и лёгкость повседневных дел. Они были связаны нормальностью. С тихим усталым ворчанием он открыл дверь, наблюдая — теперь уже по привычке — как Дин сделал то же самое. Большой белый фургон, на котором Чарли возил группу друзей, стоял в незакрытом гараже рядом с машиной, которая, как предположил Сэм, принадлежала Джеку, и внедорожником, которого он раньше не заметил. Присутствие каждой машины говорило об активности внутри дома. Сэм начал думать, что, возможно, есть что-то хорошее в антисоциальной философии, за которую он критиковал Дина ещё до того, как они оказались в Сент-Луисе. Младший Винчестер вздохнул, глядя на дом. — И что теперь? — спросил он Дина, не совсем уверенный в том, о чём спрашивает, но надеясь, что брат ответит. Дин вытаскивал с заднего сиденья чёрную сумку, качая при этом головой, как будто пытался размять затекшую шею или напряжённые мышцы. В голове Сэма заиграла заезженная пластинка: Дин всё ещё был бледен. Сэм допускал небольшой шанс, что усталый вид брата был его воображением, но он в этом сомневался. Ему казалось, что после всего, через что они прошли, Дин теперь всегда будет выглядеть для него бледным. И была небольшая вероятность, что это действительно призрак усиливал его страхи. Маленький шанс. Но Сэм в это не верил. Это звучало хорошо — правдоподобно — просто этого было недостаточно, чтобы отогнать напряжение, которое сжимало все внутренности всякий раз, когда он смотрел на старшего брата. Сэму приходилось сознательно сдерживаться, чтобы не забрать сумку с плеча Дина. Но он сдержался, потому что эта мысль была нелепой. Дин мог нести сумку. Он смог достаточно быстро вытащить их обоих из каньона. И это усилие не вызвало сердечный приступ, не привело к тому, что он потерял. Итак, независимо от страхов и призраков, а также от того, что они могут или не могут сделать, Дин был прав. Дин был в порядке. Его сердце было в порядке. — Сэм. Младший Винчестер моргнул. Дин стоял перед ним, раздражённо махая рукой перед его лицом. — Сэм носит женское нижнее белье, — бормотал Дин без всякого юмора. Сэм понял, что что-то пропустил. — Что? — Я сказал: теперь нам нужно получить реальные ответы, потому что мы всё ещё работаем вслепую, и мне это не нравится, — монотонно повторил Дин, как будто ему приходилось повторять это не раз, хотя Сэм не думал, что был в ступоре так долго. — Извини, я задумался, — защищался он. — Ну что ж, когда ты задаёшь вопрос, обычно хочешь услышать ответ. И да, я уже понял, что ты задумался, — проворчал Дин, поправляя сумку на плече, закатывая глаза и шагая к дому. — И не говори мне, о чём ты думал, потому что я знаю этот взгляд, и мы уже всё обсудили. — Он бросил взгляд через плечо; в походке был сердитый подтекст. Сэм последовал за ним, протестуя по привычке: — Ты не знаешь, о чём я думал. — Ненавижу обламывать тебя, Сэм, но мне не нужно быть гением, экстрасенсом или тобой, чтобы знать, о чём ты думаешь. О, подожди, если бы я был экстрасенсом или гением, я был бы тобой. — Очень забавно. Они добрались до крыльца. Дин поднялся по ступенькам и повернулся, наклонив лицо вниз, внезапно получив преимущество в росте. — Серьёзно, Сэм. Ты должен перестать обращаться со мной, как будто я стеклянный. Сэм не был готов к резкому изменению темы разговора. — Я так себя не веду, — защищался он. — И разве мы уже не обсудили всё это сегодня утром? — Тогда ты должен прекратить смотреть на меня так, словно я упаду в любой момент. Сэм покачал головой. — Ты не можешь… ты не запретишь мне беспокоиться о тебе. — Могу, если это доставляет нам неприятности или помешает выполнить работу. Тебе нужно расслабиться, Сэм. «Доставляет нам неприятности?» Сэм почувствовал, как жар поднимается к его лицу, покалывает уши, и накатывает злость. Он стиснул зубы и сжал кулаки, чтобы не отреагировать. Он постарался напомнить себе, что разум Дина работал не совсем так, как его, напомнить, что Дин мог отступать и прыгать вперёд так быстро, что у Сэма кружилась голова. У него было ощущение, что Дин действительно что-то хотел сказать. Поэтому он решил ответить отговоркой. Тщательно подобрав слова, Сэм задал следующий вопрос: — С чего это мне нужно расслабиться? — Если ты расслабишься, то сможешь смотреть на эту работу, как и на любую другую. Потому что ты на самом деле этим не занимаешься. Тебе нужно… мы должны взглянуть на некоторые факты, вместо вопросов «как ты себя чувствуешь», если собираемся всё сделать правильно. — Дин говорил спокойно, но в его словах скрывался какой-то смысл, и он вёл Сэма по дороге, которая ему, вероятно, не понравится. — Духи, которые задерживаются… события, вызывающие склеенный клубок… Это нечто большое. И мы должны были уже в этом разобраться. В южной развилке новые тропы, и что бы ни случилось — и не стало причиной появления духа, — это тоже должно быть новым. Мы должно быть что-то пропустили. Это звучало спокойно и разумно, так почему, подумал Сэм, он чувствовал подвох? — И? — подсказал он. — И, — ровно ответил Дин, опустив взгляд, — ты не можешь снова вернуться в каньон. Сэм покачнулся на каблуках, открыл и закрыл рот, нахмурился, прищурился, почувствовал, как укол злости поднимается по позвоночнику, смешиваясь с головной болью у основания черепа. Он попытался осмыслить то, о чём говорил Дин, — что Сэму придётся позволить ему вернуться в каньон одному. «Не теряй его, сынок». Внезапно он вспомнил слова, сказанные отцом в его сне, и Сэм оказался в растерянности, потому что Дин был прав и очень неправ одновременно. И бесполезно было говорить ему, что разделиться — очень и очень плохая идея. Сэм опустил руки по бокам, сдерживая желание вцепиться в куртку Дина на случай, если что-то внезапно попытается его забрать. Вместо этого он боролся за рациональный аргумент, за способ спокойно сказать брату, что, чёрт возьми, он ни за что не пойдёт туда, куда Сэм пойти не сможет. Внезапно дверь позади старшего Винчестера распахнулась, и свет, лившийся из дома, был чуть ярче, чем солнечные лучи заходящего солнца. Сэму пришлось на минуту прищуриться, чтобы рассмотреть Гаррета. — Эй, вы уже вернулись, — поприветствовал он, выходя на крыльцо. Но, должно быть, почувствовал напряжение в воздухе, потому что почти сразу же отступил на шаг. — Эээ… извините. Я просто собирался… Я что-то прервал? — Нет. — Сэм покачал головой и попытался расслабиться. Дин двинулся боком к двери, и Сэм встал рядом с ним. — Нет, — продолжил он, — мы просто… — У него не было объяснений, и было сомнительно, что Гаррет действительно их хотел услышать. — Куда ты собираешься? — спросил он вместо этого. Гаррет махнул рукой в сторону гаража, показывая на внедорожник, который Сэм не узнал. — Туда, — усмехнулся он в ответ. — Сегодня мы ходили по магазинам, и мне нужно принести продукты из взятой напрокат машины. — Тебе нужна помощь? Что вы купили? — Сэм попытался казаться заинтересованным, старался не показать, что его настоящее внимание было сосредоточено на Дине, который осторожно увильнул от разговора и вошёл в дом. — Да, если хочешь, — сказал Гаррет, шагая с крыльца. — У нас достаточно нездоровой пищи, чтобы Сару разозлить на месяц. И Блейк готовит для нас сегодня вечером, это будет потрясающе. Сэм последовал за ним, пытаясь погрузиться в болтовню друга. Пытаясь выразить благодарность, что никто не прокомментировал его или Дина поведение. Он надеялся, что Дин, по крайней мере, не попытается сегодня вечером вернуться в каньон один. Ведь они мало что знали. И пытался быть благодарным, что у него есть время придумать рациональный аргумент против этого.

***

За пределами Лендера, Вайоминг, 1996 г. На этот раз ни песня, ни ритм, никакие уловки не помогали Дину отвлечься. Не было ни облегчения, ни воспоминаний, ни чего-либо, что могло бы облегчить или перехитрить боль. Он почувствовал себя так, словно его разрывают, сжимают и растягивают одновременно. Боль была ослепляющей — или была бы такой, если бы он мог открыть глаза достаточно, чтобы увидеть своё разорванное тело. Боль ошеломляла. И разве не этого он опасался? Через некоторое время Дин растворился в этом тумане, не в состоянии думать или понимать, не в состоянии плакать или хныкать. Он не знал, сколько прошло времени. Были голоса. Иногда. А иногда и нет. Но даже когда они были там, он не мог отличить их друг от друга, не мог сказать, были ли они счастливы или грустны, обеспокоены или полны надежд. Он слышал обрывки — имя своего брата или отца, — но их лица внезапно стали неуловимыми в памяти. Песня как воспоминание о его матери, которую трудно было понять раньше, теперь была слишком далека, чтобы предложить ему утешение. Огненная боль во всём теле истощила силы, оставив его разорванным на части. Были и другие звуки. Звуки, которые его разум не мог обработать. Даже случайные прикосновения были слишком краткими, чтобы помочь, слишком лёгкими, чтобы заметить их. Потому что больше всего была именно эта неописуемая, неконтролируемая боль. Когда какой-то вес наконец лег ему на грудь, Дину потребовалось много времени, чтобы понять, что это была голова Сэма. Прошло несколько минут, прежде чем он осознал, что боль ушла. Он потерялся в эйфорическом тумане спокойствия. К тому времени, когда он наконец понял, что Сэм говорит с ним, Дин не мог расшифровать голос, чтобы понять, что тот говорит. Может быть, его имя, а может быть, ещё что-нибудь. Дин не был уверен, что это имело значение. Он думал только о том, чтобы Сэм остался рядом. Пожалуйста, останься. Пожалуйста, останься. Пожалуйста, останься. Пожалуйста, останься. Пожалуйста, останься…

***

За пределами Лендера, Вайоминг, 2006 г. Когда Сэм спустился из их комнаты на кухню, он всё ещё чувствовал себя плохо подготовленным к резкой какофонии голосов, с которыми столкнулся. В тот момент, когда он вошёл, голоса стали приглушёнными. Он остановился у входа, пытаясь понять, что происходит. И сразу же заметил Дина, который прислонился к стойке, достаточно далеко от остальных, чтобы его можно было рассматривать как отдельный остров. Он держал тарелку с недоеденными энчиладас, на лице было мрачное выражение. Его взгляд упал на Сэма, когда младший брат вошёл в помещение, словно Дин проверял, не больно ли ему, отчего Сэм озадаченно нахмурился. В дальнем конце кухонного стола Гаррет выглядел таким же смущённым, как и он сам. Рядом с Гарретом стояла Ким, её взгляд был не столько смущённым, сколько… обеспокоенным? Расстроенным? В любом случае, заметив её, Сэм обрадовался, что сменил рубашку и джинсы и теперь казался не таким растрёпанным. У ближнего конца стола стоял Блейк, сузив глаза, его взгляд метнулся к Дину, к Сэму, а затем он снова уставился на свой обед. Он выглядел… угрюмым? Самодовольным? Блейк и Дин снова кидали друг в друга колкости? Сэм внутренне застонал. Ему это сейчас так не нужно. Рядом с Блейком стояла Донна. Она встретила взгляд Сэма, потом посмотрела на Дина и отошла от Блейка, как будто… была смущена? Словно ей было неудобно, поправился Сэм. Донна никогда не смущалась. За стойкой, ближе всех к Дину, стояла Сара. Она посмотрела на Сэма, и в её взгляде было… извинение? Младший Винчестер снова посмотрел на Дина и шагнул в его сторону, готовый защищать, пытаясь разгадать причину напряжения, думая, что, может быть, Джек что-то сказал? И будет ли достаточно слов: «О, кстати, брат Сэма здесь, чтобы расследовать исчезновение туристов», чтобы снять напряжение в комнате? Сомнительно. Дин опустил глаза, его взгляд был пустым. На лице не было ничего, кроме оставшегося намёка на гнев или разочарование. Сэм придвинулся достаточно близко, чтобы подтолкнуть его локтем. Что-то было в позе Дина… Голос Чарли доносился из-за кухни, врезаясь в напряжённую атмосферу, но сохраняя само напряжение. — Джек, мы сегодня не будем устраивать кемпинг, — услышал Сэм голос друга. Когда он немного наклонился вперёд, то заметил Чарли и Джека через арочный проём в дальнем конце кухни. Он видел, как Джек говорит, но не мог разобрать, что он сказал. Хотя голос Чарли был слышен, Джека — нет. — Ладно. Расслабься, хорошо? — Чарли коротко похлопал брата по плечу, отвернулся, затем проскользнул в кухню и пересёк гладкий деревянный пол в одних носках, улыбаясь и не обращая внимания на напряжение, которое было в помещении. — Пора есть десерт! — объявил он, скользя к холодильнику. — Сэм, хорошо, что ты наконец-то присоединился к нам. Ты уже взял еду? Младший Винчестер коротко покачал головой. Рядом с ним Дин медленно откусил от энчиладас. Сэм покосился на каменный профиль своего брата, затем перевёл взгляд с Чарли на арку, где увидел, как Джек наблюдал за ними. Доктор встретился с ним взглядом с каким-то смущённым пониманием, моргнул, затем ускользнул в ту часть дома, которую он назвал своей, и Сэм понял, что Джек не разговаривал ни с Чарли, ни с остальными. Тот разговор, который Сэм прервал, когда вошёл на кухню несколько минут назад, произошёл из-за чего-то совершенно другого. С усилием он проглотил все вопросы, застрявшие у него в горле, и отложил инцидент на потом, решив расспросить Дина, как только они останутся одни, потому что с возвращением Чарли атмосфера уже была менее напряжённой. И положительный настрой Чарли был противоположностью для всех остальных. И Сэм обнаружил, что вместо этого думает о Джеке и старших братьях в целом. У него было ощущение, что Джек видел в этом каньоне в ночь исчезновения Элли гораздо больше, чем рассказал. У него было чувство, что Джек, вероятно, видел то, что видела Элли, и каким-то образом пытался найти объяснение, доказательство, что ни один из них не был сумасшедшим. Сэм мог бы дать ему это объяснение, но он вряд ли согласился бы с ним. Младший Винчестер задавался вопросом, расскажет ли Джек когда-нибудь Чарли о том, что произошло, признается ли он когда-нибудь, даже самому себе, что столкнулся с призраком. — Разве Джек не собирается есть? — спросил Сэм, глядя на Чарли, который подал ему тарелку с ужином. Вокруг них завязывались другие мелкие разговоры, и напряжённая тишина почти исчезла. Сэм откинулся назад с тарелкой в руке, копируя позу Дина, наблюдая, как брат методично жуёт. — Нет. Он сказал, что не голоден. Думаю, у него был тяжёлый день на работе, — Чарли на мгновение нахмурился, но потом отбросил все плохие мысли и потянулся к холодильнику, чтобы достать десерт.

***

— Очень жаль, что тебя там не было, Сэм, — сказала Ким в четвёртый раз. Слушая, как его друзья говорят о том, что они делали сегодня, младший Винчестер чувствовал отголосок ревности. И дело было не столько в том, что они делали, сколько в полной беззаботности того, как всё звучало. Сэм не мог вспомнить, сколько времени прошло с тех пор, как ему самому не о чем было беспокоиться. Даже сейчас, когда солнечный свет за окном тускнел, Сэм бросал взгляды на Дина и гадал, стоит ли ему подняться наверх и взять сканер ЭМП. Он сдерживался только потому, что если он начнёт крутиться вокруг Сары с ЭМП, это будет слишком заметно. Наконец, Дин стал выглядеть достаточно расслабленным. Или, по крайней мере, безразличным ко всему. И они были вместе, что сдерживало беспокойство Сэма. Дин даже несколько раз улыбнулся ему во время беседы после десерта, добавив некоторые из своих собственных комментариев и рассказав группе достаточно безопасную историю о том, как Сэма вырвало в общественном бассейне в возрасте восьми лет, потому что он съел двадцать семь пакетов желейных мишек в рекордно короткие сроки. А потом он задал ребятам несколько вежливых вопросов о том, что они делали в этот день. Сэм чувствовал себя спокойным, пока беседа продолжалась, думая, что это действительно нормально и что он слишком критически отнёсся к общению со своими друзьями. Он недооценил их, не дал им достаточного признания, не помнил, какими успокаивающими они могут быть. Когда Сара — единственная, кто не ела десерт, — встала, чтобы собрать посуду и отнести её к раковине, Сэм почувствовал себя обязанным помочь. Она включила тёплую воду, и они вошли в лёгкий ритм, пока ополаскивали посуду в раковине и складывали в посудомоечную машину. Сэм улыбнулся, увидев, насколько обычной и знакомой была эта простая задача, и обнаружил, что наслаждается этим, когда за их спиной продолжали звучать спокойные разговоры. — Эй, Сэм? — осторожно сказала Сара, когда они почти закончили, и по серьёзности в её голосе Сэм понял, что это не имеет ничего общего с одержимостью. — Да? — Он вытер руки полотенцем, пока она ополаскивала и складывала последние две тарелки. — Я просто… — вода всё ещё текла. Сэм потянулся к крану, чтобы выключить её, но Сара схватила его за запястье, останавливая, и так же быстро отпустила, выглядя смущённой. — Я просто хотела извиниться. — Извиниться? — спросил Сэм, позабыв о воде. — Из-за Блейка, — сказала она. Сэм в замешательстве моргнул и поджал губы. Сара склонила голову набок, отводя глаза, и взяла у Сэма полотенце, чтобы вытереть руки. — За то, как он обращался с твоим братом, — объяснила она. Мгновенно взгляд Сэма метнулся к Дину. Что происходит? — Я знаю, что Блейк был придурком, но… думаю, он просто… он просто… — Она выключила воду и замолчала, пытаясь подобрать слова. Сэм начал вспоминать о том, что знал о взаимодействиях Блейка и Дина, гадая, что он пропустил. Все слышали, как Дин сказал «шорт-стоп» в конце игры в бильярд. Это был классический, язвительный Дин. Сэм не мог припомнить, чтобы Блейк отвечал взаимностью. Он слышал, как они оба комментировали ситуацию прошлой ночью в каньоне. Но это были просто подколы. Соревновательный словесный спарринг. Ничего такого, с чем Дин, вероятно, не справился бы, и уж точно ничего такого, что Сэм считал достойным извинений. Блейк иногда мог быть придурком, но, честно говоря, Дин тоже. — Остальные… ну… — Сара наконец снова посмотрела на него, всё ещё не находя слов. — Я просто… Я рада, что у нас появилась возможность снова увидеть тебя, Сэм. Это было так давно. И я рада, что у меня появилась возможность встретиться с твоим братом. Я рада, что он был рядом с тобой после… Джесс, — закончила она неловко. Всё ещё сбитый с толку, Сэм ответил: — Да. Да, я тоже. Он не знал, что ещё сказать. И, вероятно, это не имело значения, потому что Сара отступила назад к группе, заняв стул справа от Гаррета. Младший Винчестер задержался у раковины, сожалея, что не успел спросить Сару, что она имела в виду. Он чувствовал себя странно нерешительно, когда вернулся к столу. Он хотел расспросить Дина… — А как насчёт тебя? Ты сделал в городе всё, что нужно? — спросил Чарли Дина. — Да, — ответил Дин. Сэм неуверенно откинулся на спинку стула. Он не совсем уловил мимолётный взгляд Блейка и Ким. — И это было для работы? — спросил Блейк. Сэм заметил приподнятые брови Блейка, морщинку на его лбу. Он знал этот взгляд. Блейк использовал тот же самый взгляд во время их экзаменов в Стэнфорде — это был тот взгляд, который он бросал на свидетеля. — Да, для работы, — вмешался Сэм, прежде чем Дин смог ответить, чувствуя себя защитником по неизвестным причинам и настороженно относясь к тому, о чём Сара говорила. Блейк взглянул на него. — Работа твоего брата? Сэм отступил, чувствуя что-то непонятное за словами друга. — Да, — ответил он. Неужели Джек всё-таки проболтался? Следующий вопрос Блейка был задан Дину: — Сэм сказал мне, что ты консультант по расследованиям? Младший Винчестер снова хотел вмешаться, но не стал, решив подождать, что скажет Дин. Его брат мог постоять за себя. Сэм знал, что Дину не нравится Блейк, и он мог быть излишне язвительным с людьми, которые ему не нравились, но он также знал, когда позволить прошлому уйти в прошлое. Обычно так и было. Но наблюдая за ним, Сэм внезапно понял, что дело не только в шутках, потому что взгляд Дина стал слегка хищным. — Что-то типа того, — Дин пожал плечами, встал со стула, небрежно откинулся на стойку, упираясь локтями в столешницу. — Ты ходил в колледж для этого? — спросил Блейк. На этот раз Сэму не составило труда расшифровать тон, который просочился в голос Блейка, — что-то вроде снисходительности. Реакция была автоматической — Сэм ощетинился. У Дина не было высшего образования, но это не означало, что он был глупым или что он не смог бы закончить колледж, если бы у него был шанс. Для него это могло быть немного сложно не потому, что у него не было интеллекта, а потому, что интеллект Дина был другим. Определённо не средним и выходил далеко за рамки того, что можно было бы втиснуть в обычные ярлыки. Его брат был творческим. Был разумом и чувствами. Дин был полон энтузиазма, движения, вкуса, прикосновения, звука, формы, внутреннего осознания тонкости, движения и намерения. Решения проблем. Передачи другим энергии, оживления и баланса. Дин был механиком, он был почти гением в электронике, всё время что-то конструировал и улучшал различные инструменты для охоты. Он постоянно адаптировал и изобретал то, что они впоследствии использовали. Если бы Сэму пришлось угадывать, кто придумал каменную соль в патронах для дробовика — Дин или отец, — Сэм готов был поставить на брата. — Мой отец научил меня тому, что мне нужно знать, — просто сказал Дин, в то время как Сэм продолжал свой список внутренних улик, опровергающих инсинуацию Блейка. — Конечно, — ответил Блейк. — Сэм сказал, что вы двое делаете одно и то же. Твой отец военный, верно? Дин бросил на брата быстрый взгляд, но Сэм не мог понять, о чём он думал. — Морской пехотинец, — ответил Дин. — Верно. Морские пехотинцы известны своими отличными исследовательскими способностями. Сэм снова вздрогнул, но не смог заговорить, потому что Блейк ещё не закончил. — Он научил тебя драться? Что? Серьёзно. Что?! — Достаточно, чтобы позаботиться о себе, — небрежно ответил Дин, оттолкнувшись от стойки. Искра в глазах казалась опасной. Младший Винчестер выпрямился, затаив дыхание, пытаясь придумать способ направить этот разговор в другом направлении. Для всех остальных в комнате тема могла показаться обычной. Как и остальные его друзья, он знал, что Блейк был способным. Но в отличие от них, Сэм знал, насколько опасным может быть Дин. И если предполагаемые нападки на его семью вызывали раздражение даже у Сэма, он был почти уверен, что эмоции Дина вылетали за пределы графика. — Он научит тебя боевым искусствам? — спросил Блейк. — Немного, — ответил Дин. Это был тот же тон, который он использовал, когда сказал Блейку, что просто играет в пул. Искра в его глазах теперь сочеталась с мимолётной опасной ухмылкой. — Я с детства занимаюсь этим, — сказал Блейк. — Может, нам стоит как-нибудь потренироваться вместе. Сэм предостерегающе кашлянул. Но улыбка Дина только стала дикой. И Сэм снова кашлянул — громко. Дин проигнорировал его, наклонился вперёд, немного опустив голову, как волк, наблюдающий за добычей. Сэм приготовился встать, чтобы оказаться между Дином и тем, кого он намеревался атаковать, или, может быть, для того, чтобы самому ударить Блейка. Честно говоря, это была жеребьёвка, но лучше ударить Блейка, чем Дина. Но как только он начал подниматься, плечи Дина немного опустились, и он покосился на младшего брата. — Может быть, позже, — пожал он плечами, отклоняя вызов Блейка. Сэм немного расслабился и с облегчением выдохнул. — Вы двое можете тренироваться прямо сейчас. Сэм посмотрел на того, кто открыл рот. Честно говоря, он любил Чарли и мог описать друга как действительно хорошего парня, милого практически со всеми. Но, возможно, вся эта любезность сделала его немного наивным, иначе он бы понял, что Сэм собирался убить его. — Сейчас? — спросил Гаррет. Сэму внезапно показалось, что он наблюдает за крушением поезда. — Ага, — легко пожал плечами Чарли. — Мой отец соорудил целый тренажёрный зал в задней комнате на этом этаже. Маты, перчатки, головные уборы… всё. Сэм неосознанно покачал головой, предупреждающе глядя на брата. К его облегчению, в глазах Дина застыла сдержанность, возможно, даже немного юмора из-за паники Сэма. И он отступил, говоря: — Я так не думаю… может быть, в другой раз. — Всё ещё чувствуешь… слабость, — усмехнулся Блейк. Очевидный удар, холод и вызов были настолько сильны, что даже Чарли напрягся. И мгновенно дикая улыбка Дина вернулась. Сэм встал, быстро подошёл, чтобы ухватить брата за локоть, хотя Дин даже не пошевелился. — Да, вообще-то, — ответил Сэм за старшего брата. — Он был болен… серьёзно болен. — Но сейчас мне лучше, — спокойно произнёс Дин, глядя на Блейка, вытаскивая локоть из хватки Сэма. — Отлично, — Блейк встал, махнув рукой и указывая путь к задней части дома, к спортзалу Чарли. — Давайте перейдём к делу. Дин двинулся вперёд после того, как Блейк и остальные вышли, снова стряхнув хватку Сэма. Младший Винчестер остался стоять, опираясь о кухонную стену. В комнате остались только он и Чарли. Друг смущённо посмотрел на него, очевидно понимая, насколько он всё испортил своим предложением. — Я уверен, что Блейк с ним будет помягче, — попытался успокоить он Сэма. Младший Винчестер прикусил щёку и откинул голову назад, слегка ударившись затылком о стену, прежде чем снова взглянуть на Чарли. — Я не совсем об этом беспокоюсь, — сказал он, отталкиваясь от стены, и последовал за остальными.

***

Матч был… недолгим. К тому времени, когда Сэм и Чарли вошли в спортзал, Блейк был в шлеме, наколенниках, он снял обувь и танцевал по циновке. На другой стороне комнаты Дин закончил расшнуровывать ботинки и ступил на мат в носках и без снаряжения. Сэм попытался остановить всё ещё раз. Он догнал брата и предостерегающе потянул его за локоть. Но Дин стряхнул его хватку. — Извини, Сэмми, — сказал он, не глядя на него. — Он сам напросился на это. — Дин… — Я не причиню ему вреда… сильно. Взгляд Сэма метнулся к Блейку. Мысленно он услышал язвительный тон Блейка и понял, что не сможет остановить Дина сейчас, даже если попытается, и, возможно, не будет возражать, если Дин действительно причинит Блейку боль — совсем немного. Смеясь, Гаррет попытался исполнять обязанности рефери, в его тоне просочилась лёгкая озабоченность, когда он попытался придать соревнованию некое подобие правил. Хорошее усилие. Но это было безнадёжно. В первый раз Блейк быстро подошёл к Дину. Без предупреждения. Дин почти не двигался, равнодушно стоял, отражая атаку. Он поймал запястье Блейка, в то же время другой рукой хлопнув его по затылку, следуя правилам Гаррета. Блейк не стал ждать и снова напал на Дина, подставив подножку, пытаясь вывести его из небрежной позиции. И снова старший Винчестер почти не двигался. Он поймал Блейка за ногу и потянул вперёд, отклонил атакующую руку и ударил пальцем по груди. Опять-таки, следуя правилам Гаррета. Блейк не беспокоился о правилах, когда подошёл к Дину в третий раз, и они оба оказались в движении рук и ног — игры, которую Сэм и Дин практиковали всю свою жизнь. У Сэма это хорошо получалось, он вступил в бой с оборотнем, который выглядел как его старший брат, и в конечном итоге проиграл. Это была игра, которую он выигрывал у своего настоящего брата только четыре раза. И в один из таких случаев Сэм был почти уверен, что Дин ему поддался. Так что, наблюдая за Дином и Блейком, Сэм знал, что его брат играет. Движения были его второй натурой. Со стороны Дина не требовалось никаких второстепенных мыслей или усилий. А Блейк… Блейк старался. Старался так усердно, что не сразу понял, когда оставил себя открытым. Сэм прикусил губу, зная, как больно получить удар ладонью в грудь. Дин отразил удар в последнюю секунду, сделав движение больше толчком, чем ударом, сбив Блейка на коврик, прежде чем отступить. — Три очка? — спросил он Гаррета, который слегка ошеломлённо кивнул. Дин посмотрел на Блейка. — Думаю, я выиграл. — Он повернулся и сошёл с циновки. — Я собираюсь принять душ, — сказал он, проходя мимо Сэма и не глядя ему в глаза. Он подхватил свои ботинки и вышел из комнаты. Сэм наблюдал за его уходом, готовый последовать за ним. Чарли остановил Дина у двери, похлопал по спине и озорно усмехнулся. В его глазах было облегчение. Чарли был не из тех, кто выбирает сторону, если его друзья дерутся. Обычно он занимал позицию Швейцарии, но у него не было проблем с выбором стороны в соревновании. Сэм догадался, что Чарли также чувствовал облегчение при окончании матча, так как именно он предложил соревнование, не совсем понимая подтекста ситуации. Это вернуло Сэма к оставшимся у него вопросам. Что ещё за этим стояло? С чего всё началось? Что именно сказал Блейк Дину? Их внимание привлёк звук с другой стороны комнаты. Переведя взгляд туда, Сэм чуть не рассмеялся, наблюдая, как Блейк сорвал с себя шлем и с силой хлопнул им по мату. И хотя Сэм не смеялся, Сара и Донна открыто хихикали, протягивая Блейку его туфли. Блейк посмотрел на Сэма, и по какой-то причине в тот момент, когда они встретились взглядами, Сэм почувствовал, как возвращается тень его собственного гнева. Разговор на кухне, который привёл к этому матчу, вероятно, был одной из вещей, о которых говорила Сара. Младший Винчестер скрестил руки на груди и неподвижно стоял посреди спортзала. Возможно, это было глупо, но он чувствовал себя немного… преданным Блейком. Если отбросить конкуренцию, он, честно говоря, не ожидал от него такого. И когда их взгляды встретились, он не скривился и не улыбнулся. Как ни странно, Блейк казался удивлённым, увидев его каменное выражение лица. — Сэм, — начал он, вставая и подходя ближе. Сэм быстро отмахнулся от того, что Блейк собирался сказать, резко взглянув на всех притихших друзей. Потом повернулся и вышел из комнаты так же решительно, как Дин. Сэм был почти у лестницы, когда его догнала Донна. — Эй, Сэм, — позвала она. Младший Винчестер послушно остановился, глядя, как лёгкая улыбка играет в уголках её губ. Он не думал, что её разрыв с Блейком вызывает какие-то горькие чувства, тем более что это было так давно, но в глазах Донны было очевидное ликование при виде поражения бывшего парня. — Привет, — ответил он. — Я просто хотела, чтобы ты сказал своему брату… это было круто. — Теперь она откровенно смеялась. И хотя Сэм знал, что ему, вероятно, не следует радоваться, он не мог сдержать улыбку. Он никогда раньше не видел, чтобы Блейк был таким придурком. Он смутно помнил — когда Джесс их впервые представила, — что они не сразу поладили. Но они узнали друг друга получше, и всё наладилось. — Не думаю, что Блейк будет смеяться над этим так же легко, как и ты, — ответил он. Ему действительно было всё равно, будет Блейк злиться или нет, но они всё ещё были в одном доме, и Сэм не хотел, чтобы ситуация обострялась. — Не беспокойся о Блейке, — усмехнулась Донна. — Он уехал в город, скорее всего, чтобы зализать свои раны. К тому времени, как вернётся, он остынет. Думаю, он был… я не знаю, может быть, чувствовал себя собственником. — В её глазах промелькнуло сомнение, но оно исчезло прежде, чем Сэм смог прочитать его полностью. — Вы, ребята, не всегда это видели, но иногда он может быть таким. — Собственник против Дина? Она пожала плечами, глядя в сторону. — Я думаю, что он всегда был собственником с новыми людьми. Некоторая глупость альфа-самца. И в любом случае… ему нужно время от времени напоминать, что он не лучший во всём. Сэм кивнул, оценив её… мстительность? Это было неправильное слово. Он чувствовал её поддержку. — Спасибо, Донна. — Не за что. — Она снова улыбнулась, на этот раз мягче, затем ушла, по-видимому, вернувшись к Чарли и остальным. Сэм на мгновение сел на ступеньки и сделал несколько медленных вдохов. Это было похоже на американские горки, он с трудом справлялся с поворотами, которых не ожидал в этот день. Он посмотрел в том направлении, куда ушла Донна. Блейк ненадолго уехал. Сэм мог бы вернуться к остальным, мог бы последовать за ней, но сначала хотел проверить Дина. Младший Винчестер услышал над собой смутный и отдалённый звук душа и встал. Он, наверное, мог — и должен — сейчас перестать так сильно беспокоиться о своём брате. Блейк не был таким уж хорошим бойцом, и Дин даже не вспотел. Что было ещё одним свидетельством паранойи Сэма. Если бы с сердцем Дина до сих пор было что-то не так, такой день, как сегодня, уложил бы его в больничную койку. Сэму нужно признавать, что Дин действительно в порядке. Но тогда почему это было так сложно сделать? Поднявшись по лестнице, Сэм открыл дверь в их комнату и замер на целых три секунды, прежде чем осмыслил увиденное и бросился вперёд. — Дин! Старший Винчестер лежал на спине посреди комнаты, бледный, с закрытыми глазами. Он был одет только в джинсы, волосы всё ещё были влажными после душа, полотенце висело на краю кровати позади него. Чёрт возьми. — Дин? — Сэм неуверенно встал на колени рядом с братом, проверяя его пульс дрожащей рукой. И с облегчением почувствовал пульсацию под пальцами. Сэм хотел, чтобы этого было достаточно, чтобы успокоить его. — Дин? Ничего. Это было уже слишком. Сэм не мог вынести так много за такое короткое время. Он похлопал Дина по щеке. — Дин, — сказал он громче. — Эй, Дин. Младший Винчестер провёл костяшками пальцев по грудине брата, вспоминая то, чему учил их отец. Потом сильно ущипнул брата, но Дин даже не вздрогнул. Нет-нет-нет-нет-нет! Сэм вскочил на ноги и прыгнул обратно к открытой двери. — ДЖЕК! — крикнул он. — ДЖЕК!