Исцелённый

Год спустя

Охр сидел в парке, покрепче держа свиток, чтобы его не сдул внезапно появившийся порыв ветра. Ветер оставил после себя приятный запах диких роз, который щекотал нос Земляного. Дракон шмыгнул пару раз, сдерживая чих, и, когда щекотка прошла, наконец расслабился. А вот Стерх не смогла совладать с собой и начала чихать, веселя брата своим тоненьким голосом. Сибы читали под золотой листвой вяза, скрываясь от полуденного солнца. И Охр тоже, да. За прошедший год он наконец научился читать. Его свиток был рассчитан на дракончиков, так как что-то сложнее ему пока давалось с трудом. А Стерх, конечно же, читала что-то более мудрёное — возможно, стихи. Утро они провели в библиотеке, но в такой тёплый солнечный день прогулка по парку напрашивалась сама собой. Судя по всему, другие думали о том же. Большинство драконов нашли себе уютное место для отдыха, некоторые бродили по парку и наслаждались растениями или общались с друзьями. Где-то вдалеке Охр увидел Молнию — подругу и несколько месяцев как девушку Стерх; она проводила очередную экскурсию. Неподалёку, слева Земляной заметил Берга, Ледяного и друга Жара, который поливал клумбы с высокими лилиями. Охр не знал, насколько хорошо они с Небесным ладили. Жар лишь настаивал, что они друзья; Земляной не вдавался в подробности. Разве что узнал, что Жар помогал Бергу следить за парком, хоть и нечасто, ведь большую часть времени Небесный проводил на кухне. Вообще, Жар так часто помогал готовить, что шеф-повар взял его в ученики. Теперь помимо обучения он даже подрабатывал готовкой… И тратил все полученные гроши на графитки или какие-нибудь вкусняшки. Сейчас ему нравились пироги с инжиром. Благодаря ветру Охр вдруг услышал группу шумных Радужных, ходивших по парку. Довольный, он проследил за тем, как разноцветные драконы присоединились к тёмным Ночным, отдыхавшим возле фонтана. В Медцентре случилось немало перемен. За эти месяцы он получил сильнейший толчок к развитию. После успешного года работы слухи о нём разлетелись по всему континенту, и сюда стали приходить драконы со всех уголков Пайрии. Стало больше пациентов, но так же появились новые врачи, целители и волонтёры. Теперь помимо Небесных в зданиях убирались и многие другие племена, которые проводили различные мероприятия, в целом делая это место оживлённее. Это был новый опыт, напомнивший Земляному первые дни в Академии Яшмовой горы, когда он впервые увидел столько различных драконов. От мыслей отвлёк смех дракончика. Охр обратил взор на красивого Небесного и на развернувшуюся сцену. На некотором расстоянии на небольшом травяном участке земли сидел Жар вместе с маленьким крепким дракончиком с чешуёй синих, фиолетовых и красных оттенков. Дракончика звали Хромис, и он был сводным братом Жара. Малютка вылупился всего неделю назад, и сегодня он впервые оказался вдалеке от гнезда. Он был так рад увидеть своего старшего брата, что не мог устоять на месте. Хотя, может, дело было в том, что он ещё не научился держать равновесие. Его тело было худощавым, как у Небесных, а лапы были короткими и широкими, как у его отца, Морского, с небольшими перепонками между пальцами. Хромис извивался всем телом; Жар держал перед ним небольшой мяч. Сегодня был довольно сильный ветер, но он ненадолго затих, и Охр смог услышать их разговор: — Слушаешь, Хро? — спросил Небесный. — Слушай внимательно, это очень важно. Так, видишь этот мяч? Дракон протянул игрушечный мяч, и Хромис закивал. Его широкие оранжевые глаза прищурились, а сам дракончик нахмурился, готовый впитать очень важные слова старшего брата. — Отлично. Сейчас я брошу его, а ты попробуешь поймать его и бросить мне. Понял? Дракончик затопал лапами от предвкушения. — Дя! Готов! — пропищал он, пустившись в неистовый пляс. Судя по выражению Жара, тот гадал, откуда в тельце размером с его лапу было столько неконтролируемой энергии. Охр покачал головой, улыбаясь. Жар и понятия не имел, во что он ввязался. Чувствуя себя неуютно, Небесный отошёл на пару шагов и приготовился бросать. — Ладно, начали. Дракон подбросил мячик всего на пару метров. Хромис не спускал с мяча глаз, пока тот медленно приближался к нему. Он уже был готов поймать его, но в последний момент ветер выхватил и унёс мяч на несколько метров в сторону. — Я заберу, — сказал Жар, направившись за мячом, вот только Хромис запрыгнул ему на лапы. — Нет! Я! Забрать! Дракончик поспешил к цели утиной походкой, и каждый его шаг сопровождался свечением недоразвитой сигнальной чешуи на шее и спине. Приближаясь к цели, гибрид замедлился, а затем и остановился недалеко от мячика. Что-то привлекло его внимание. Забыв про мяч, дракончик стрелой устремился к новой цели. — Хро! Ты куда? — крикнул Жар. Слишком поздно он догадался, что произошло. Хромис заметил очередной фонтан. За это утро Охр узнал, что если дракончик увидел воду, то он любой ценой окажется в ней. Этим дракончик и был сейчас занят. К счастью для Хромиса и к несчастью для Жара, края фонтана были невысокими. Дракончик зацепился за край передними лапами и едва закинул туда одну заднюю лапу. Он поднялся, покатился и тихо плюхнулся в воду. — С-с-слива спелая! — прошипел Жар и побежал к фонтану. Охр засмеялся, и к нему присоединилась Стерх. Прежде, чем дать Хромису встретиться с братом, Лавина установила несколько правил, в частности запретила Небесному ругаться. В итоге Жар был крайне недоволен, а все остальные веселились от его попыток прикрыть брань. Сквозь слёзы веселья Земляной наблюдал, как Жар бегал и плескался вокруг фонтана, пытаясь выхватить дракончика, который каждый раз ускользал от него. Последовали новые витиеватые словечки, а затем Небесный и сам залез в фонтан и стал барахтаться в нём. Неглубокая вода стала волнами стекать с фонтана. Весёлый визг Хромиса раздавался вокруг, дойдя даже до одной пары драконов, отдыхавших под ближайшим деревом. Лавина резко открыла глаза. Она высоко подняла отдыхавшую на лапах голову. — Кажется, я слышу, как мои дети кричат. Стоит ли мне вмешаться? — обратилась она к Морскому по имени Шримс, который находился возле неё. Это был поджарый дракон с чешуёй травяного цвета. Его выступавшая нижняя челюсть выглядела сломанной: она была заметно смещена влево. Хоть это и не мешало ему говорить, но жевать пищу было проблематично. Морской однажды охотно, даже настойчиво рассказал Охру о том, что повредил челюсть в детстве и что она так и не зажила. Шримс продолжал сосредоточенно мастерить корону из ромашек. — Надо уточнить: они умирают, может серьёзно ранены? Лавина прищурилась, продолжая наблюдение. — Нет. Они всего лишь портят имущество и нарушают общественный покой. Шримс засмеялся. — И всё? Думаю, с ними ничего не будет. А теперь — замри. — Дракон аккуратно поднял хрупкую корону и торжественно положил её на голову Небесной, как набросок к шедевру. — Вот так. — Морской встряхнул лапы и стал любоваться результатом. — Прекрасна, прямо как жемчужное ожерелье. Осталось застыть так и больше никогда не двигаться. Ухо Небесной дёрнулось, когда его коснулся поникший цветок, — и вся корона рассыпалась. Её листья и лепестки посыпались на голову и на недовольную морду. Шримс поник. — Хм-м. Прости меня. Надеялся, что в этот раз корона выдержит. Он потянулся за лепестками на рогах и чешуе супруги, но Лавина схватила его лапу, притянула к себе и поцеловала в щеку. Смущённый, Охр отвернулся. Земляной попытался вернуться к чтению свитка, но случайно услышал ответ Небесной: — Какой же ты болван. А Морской ответил: — Болван, которого ты никак не можешь побороть, прошу заметить. Ответа Лавины Охр не услышал. В его сторону топал мокрый, очень хмурый Жар со светящимся от счастья дракончиком, которого Небесный держал под крылом, словно мешок картошки. — Мама! Видеть? Видеть меня?! — прочирикал Хромис. Он вырвался из хватки Жара и побежал к матери, которая ждала его с распростёртыми лапами. Она взяла его и начала ласкать, после чего вернула на землю и строго отчитала за то, что тот плавал в фонтане. Небесный же тем временем приполз к Охру и упал, прислонившись к нему, с пустыми широко раскрытыми глазами, будто на него снизошло тайное откровение. — Я не осилю собственных дракончиков, — прохрипел он через какое-то время. Его бордовую чешую украшали капли воды. Охр захохотал. — Не торопись с выводами. Тебе ещё о-очень нескоро быть отцом. Используя остатки своей силы, Жар поднял голову и уставился на Земляного. — Да я едва могу за растением уследить. Вряд ли я осилю что-либо прихотливее кактуса. Хромис направился к нему, и Небесный уронил голову и вздохнул. Теперь по нему проще всего было взобраться через морду, что дракончик с удовольствием и сделал. — Играть? — с надеждой спросил он. Пользуясь нижним краем пасти как ступенькой, дракончик залез на морду брата и стал тыкать того по щеке. — Шар, играть? — вновь спросил он, пытаясь выговорить имя Небесного. — А может, спать? — предложил Жар. — Спать полезно. Можем просто лежать и ничего не делать. Но Хромису уже стало скучно, и он стал взбираться на брата, словно кошка, которая забиралась вверх по перилам. Правда, кошке было семь дней от роду, да и двигалась она, скорее, как застрявший в дереве, паникующий осьминог. Охр положил свиток, готовясь поймать дракончика в случае чего, но его опередили. Шримс подкрался к сыну и стащил его с усталого Небесного. — Не-е-ет! — заныл дракончик, но отец не отпускал. Он держал недовольного Хромиса перед собой. — Давай-ка без этого. Ты весь день играл с Жаром, и он устал. Пора домой. — Не-е-ет! — запищал Хромис, пытаясь выкарабкаться. — Шар! На помощь! Охр помог Небесному встать, и тот устало улыбнулся. — Прости, Хро. Шримсу перечить нельзя. — На самом деле это Лавине перечить нельзя. Я лишь передаю её слова, — поправил Морской, подмигнув Жару. Тот подмигнул в ответ. Жар и Шримс… не сразу нашли общий язык. Они впервые встретились вскоре после того, как Лавина отложила яйцо Хромиса. Хоть Жар и не вёл себя враждебно по отношению к Шримсу, он давал понять, что Морскому придётся заслужить уважение Небесного. В конечном счёте его харизма и очевидная любовь к Лавине завоевали расположение Жара. Морской был добрым и жизнерадостным, но так же решительным и жёстким. Всякого, кто считал его бесхребетным, он ставил на место. Именно поэтому мольбы сына не оказывали на него никакого влияния. — Папа! Хочу остаться! Хочу оста… — Жалобы дракончика прервала сильная зевота. — Ага. Так я и думал, — приметил Шримс. К ним подошла Лавина и взглянула на небо, защитив глаза крылом. — Надо возвращаться, если не хотим пропустить обед, — произнесла Небесная. — Нельзя оставлять Хромиса без обеда. Драконы встревоженно переглянулись. Кивнув, Морской отправился за ремешками для переноски дракончиков, которые остались в тени дерева, и стал готовиться к вылету. Лавина же обратилась к старшему сыну. — Выглядишь совсем без сил, — задумчиво сказала она. Жар фыркнул. — Вот так совпадение, я и чувствуя себя так же. Его мать рассмеялась, и драконы соприкоснулись лбами. — Спасибо, что последил за Хромисом сегодня и дал нам отдохнуть. Увидимся через пару недель… Если, конечно, ты за это время поправишься. Юный Небесный закатил глаза. — Да успею я отдохнуть. Честно. А теперь летите, а то Хромис сейчас вырвется из своей тюрьмы и снова заставит меня играть с ним в догонялки. Охр взглянул на дракончика, которого уже успели привязать. Он был прикреплён к груди Шримса, и было видно, что ему это совсем не нравилось. Лавина поцеловала Жара в лоб и кивнула Земляному на прощание, после чего отправилась к мужу. Вместе они прямо там и взлетели. — Пока, Шар! — крикнул Хромис, оказавшись в воздухе. Небесный помахал ему лапой, улыбаясь, и вскоре троица исчезла в облаках. Затем Жар протяжно вздохнул, выпустив из себя весь воздух. — Лавина права, ты выглядишь уставшим, — приметила Стерх со взволнованным видом. — Может, полежишь пока? — На-адо бы, — согласился Жар. Он потёр шею, представляя, как она будет болеть после сна. — С ним, конечно, весело играть, но какой же пиздец! Я как выжатый лимон сейчас! — Так-так-так, за языком следи, — подразнил Охр, прикрыв пасть Небесного хвостом. Тот же притворился, что хочет укусить предложенный хвост, и Земляной быстро вернул его на место. — А не то что? Остановишь меня? — бросил Жар с игривым огоньком в глазах. Охр покраснел, его сердце застучало, а в голову стали лезть шаловливые мысли. — Может, и не остановлю, но вот наказать тебя могу. Изумлённый Небесный сделал шаг назад, а затем игриво зарычал на радость Земляному. — К-хем! — громко напомнила о себе Стерх. Охр уставился в пол. Жар закашлялся, пытаясь так скрыть румяную морду. — Кхем, так вот, в общем, — заговорил Небесный. — Прежде, чем я уйду в спячку на десять дней, я хотел кое о чём поговорить с тобой. — Его голос звучал нейтрально, вот только Охр уловил в нём нотки неуверенности. Земляной задумался. Что же такого важного хотел обсудить Жар, пытаясь при этом скрыть любые эмоции? — Хм, ладно, — сказал он и сел. — О чём хотел поговорить? Небесный на мгновение взглянул на Стерх. — Не сейчас. Не здесь. — Дракон указал хвостом на извивавшуюся реку вдалеке от парка, вокруг которой росли камыши. — Встретимся у берега реки на закате. Охр пригляделся к указанному месту. — Э-э… Ладно? Но зачем? Ответа не последовало. Земляной повернулся и увидел, что Жар уже скрылся за клумбой бегоний. Он вздохнул. — Странно это всё… — обратился Охр уже к сестре, желая обсудить произошедшее. — Тебе так не кажется? Земляной начал что-то подозревать, когда увидел лукавую улыбку Стерх, которая пыталась читать свиток. Дракон прищурился. — И что же тебе известно? Драконица проводила когтями по пергаменту. — Да ничего, — быстро ответила она. Охр не поверил ей, и вскоре он оказался возле сестры, уставившись на неё своим самым суровым взглядом. — Уверена? Твоя улыбка говорит об обратном. — Я не улыбаюсь. Земляной поджал края пасти. — Улыбаешься, и ещё как. Я так-то вижу и тебя, и твою улыбку. Драконица медленно прикрыла пасть свитком, продолжая смотреть в глаза брату. — Теперь нет, — приглушённым голосом ответила она. Охр рассмеялся и покачал головой. «Так уж и быть», — подумал он. — «Что бы они от меня ни скрывали, вряд ли это что-то плохое. Да и Стерх никогда не расколется, лишь время впустую потрачу». Дракон подобрал свой свиток и вновь лёг; мягкая прохладная трава стала щекотать его грудь. Он попытался вернуться к чтению, но мысли постоянно возвращались к Жару. Что же он задумал на этот раз?

***

Жар прибирался на кухне, как вдруг он ощутил запах коричневого сахара. Печенье вот-вот будет готово. Хоть он и был вымотан игрой с Хромисом, работа на кухне не терпела отлагательств. Шеф-повар не давал ему заскучать, видимо, потому, что теперь дракон формально был его учеником. Однако жаловаться было не на что — хотя хотелось. Готовка была его призванием, и хоть работы было много, Небесный был уверен, что все его старания окупятся, как только он станет лучшим поваром во всей Пайрии! Может быть, к тому моменту он даже откроет собственное заведение. Хотя Небесный не был уверен, что хочет этого. Всё-таки придётся торчать в одном месте, вести бизнес и заниматься другими скучными делами. Пока что у него было время всё это хорошенько обдумать. А ещё сейчас были более насущные проблемы. Жар взглянул в печь, проверяя содержимое. Его натренированный глаз твердил, что всё готово, и дракон надел варежки, чтобы вынуть своё творение. Пока печенье остывало, он набирался сил для следующего шага. Сегодня был особенный день. Жар был готов официально закрепить отношения с Охром. Сердце стучало от одной лишь мысли об этом. Этот год был лучшим в жизни Небесного, во многом благодаря Земляному. Дракон непроизвольно улыбнулся, вспоминая время, проведённое вместе с ним. Все их невероятные приключения, ночные посиделки, которые иногда… выходили за рамки невинных разговоров. Их связь заметно окрепла. И всё же Жар был изумлён, когда в один знаменательный день понял, насколько глубокие чувства он питал к Охру. Одним прохладным осенним утром драконы сидели в комнате Жара со сплетёнными хвостами, как вдруг внутрь проник тёплый солнечный свет. Голова Небесного лежала на груди Охра, и дракон слушал, как Земляной всё говорил о различных сортах горячего сока из листьев, который так ему нравился. В какой-то момент Жар взглянул на него, собираясь подколоть, но у него перехватило дух. Слабый свет, который подчёркивал улыбавшуюся морду, внезапно разжёг внутри него сильнейшее пламя. Казалось, сам мир твердил ему: «Вот кому принадлежит твоё сердце, сейчас и во веки веков». В тот момент Небесный был абсолютно уверен в том, что это была любовь. И сегодня он собирался поделиться этим с Земляным. Весь год Охр поддерживал Небесного и терпеливо ждал, давая время разобраться в себе и стать лучше. Никаких сроков и никаких жалоб о том, что дракон думал только о себе. И Жар был уверен, что Земляной в теории мог подождать и десять лет, достаточно было просто попросить. Небесный считал, что никогда не будет достоин Земляного, но его сердце всё равно принадлежало ему, и настало время наконец сообщить об этом. Наконец развеются все сомнения. Больше не будет никаких неловких переглядок, если спросят, встречаются ли они или всё уже по-серьёзному. Небесный был готов поставить точку в этом вопросе. Конечно же, он обсудил с Молнией и Стерх, как можно было романтично преподать это признание. Драконицы поклялись держать всё в секрете, и вот так Жар стал готовить сцену из какого-нибудь слезливого романтического свитка. Хоть Охр и обожал подобное, Жар думал, что даже для него это может быть чересчур. В конце концов Небесный решил действовать по наитию. И да, признание в любви у берега реки на закате звучало романтично, вот только это было самое уединённое место, которое пришло ему на ум, а к закату он успевал закончить смену и приготовить печенье, которое как раз остыло. Небесный аккуратно сложил его в маленький тканый мешок и завязал мешок лентой. Приближался закат, но перед встречей с Охром нужно было кое-куда сходить. Решив убраться на кухне позже — если, конечно, получится не забыть об этом, — Жар взял мешок под крыло и покинул кухню. На третьем этаже главного корпуса, рядом с учебным помещением для поваров, где Жар вместе с Охром приготовили тот яблочный пирог, находилась комната для рисования. В ней Небесный и нашёл того, кого искал: Камнероя. Потрёпанный Ночной прибыл сюда где-то месяц назад. Понадобился почти год, чтобы убедить этого упёртого пугливого дракоманта покинуть Яшмовую гору, но после многочисленных визитов Бури и Астера и встреч с другими дракомантами и Солнышко он наконец согласился отправиться в Медцентр. Конечно, всему была своя цена. Камнерой больше не был дракомантом. По собственной воле он избавился от проклятия окаменения, а затем и от собственной силы. Лишь дракомантия и страх превратиться из-за неё в чудовище держали его восемь лет в этой пещерной тюрьме под горой. После этого обессилевшего, дрожавшего дракона перенесли в Медцентр. И сделать это было непросто. Понадобилось три дракона, чтобы держать его на носилках, но в конце концов он оказался здесь. Жар высунул голову из-за двери и увидел, как худощавый Ночной сидел сгорбленный перед мольбертом. Свет из-за окна падал на его спину. Дракон рисовал закат. Ну, пытался сделать это старыми непослушными лапами. Небесный поморщился, когда Камнерой поднёс кисточку к холсту и его лапа болезненно задрожала. Всё-таки он почти десять лет не использовал свои конечности. Второй лапой хмурый Ночной пытался остановить дрожь, однако не успел он коснуться холста, как за его запястье схватились лавандовые лапы и выхватили кисть. Возле него сидела Радужная, чьё имя Жар никак не мог запомнить. Кажется, оно начиналось на «Ц»… но не факт. Он лишь помнил, что она была новым волонтёром и, кажется, танцовщицей. И поэтому она помогала Камнерою восстановить силы и вернуть контроль над телом… Вот только эти двое проводили немало времени и вне формальных занятий. — Думаю, пора отдохнуть, — прошептала драконица, круговыми движениями расслабляя ладони Ночного. Голос её напоминал мягкие лепестки, а зелёные глаза грели душу, как домашний очаг. Камнерой постепенно успокоился. Жар решил, что стоило прервать их именно сейчас, а не то будет слишком поздно. — Эм, привет, — произнёс Небесный, зайдя в комнату. Драконы взглянули на него, и Камнерой улыбнулся. — О, Жар, рад видеть тебя, — поприветствовал он, убрал палитру с ближайшего стула и подозвал к себе. — Садись. Пока будешь рассказывать про свой день, я попытаюсь нарисовать самый кривой закат в Пайрии. Радужная выразила недовольство его ироничным замечанием: — Не торопить ты так. За день твои лапы не восстановятся. Ты переусердствуешь, и это ряд ли пойдёт тебе на пользу, без обид. Ночной приподнял уголки пасти и положил несколько грязных кисточек в ещё более грязную чашу с водой. — Но я хочу выкладываться на полную. Хочу превозмогать себя, вновь распробовать жизнь на вкус, — ответил он с такой искренней радостью, что Радужная сдалась и лишь тоскливо улыбнулась. — Вообще, у меня есть дела, так что посижу с вами как-нибудь в другой раз, — сказал Жар и достал мешок из-под крыла. — Я хотел лишь передать печеньки. Небесный знал, что это было излишне, но, видимо, он всё ещё хотел загладить вину перед Камнероем. Ему хотелось показать, что он был рад его компании и был не против стать ему другом. — Печеньки? — оживлённо повторила драконица, уставившись на мешок с ними, словно хищник на свою жертву. Камнерой рассмеялся и положил кончик хвоста ей на плечо. — Цветица, ты уже три куска пирога за день съела. Не кажется тебе, что ты немножко перебарщиваешь с сахаром? У тебя же кариес разовьётся. Драконица отмахнулась от его хвоста и от его слов. — Не переживай. Я поела овощей; уверена, что теперь всё обойдётся. Ночной нахмурился. — Ну да, ну да. Жару захотелось ухмыльнуться. Хоть он и постоянно забывал имя Радужной, он помнил, как она выглядела, когда только оказалась в Медцентре: худая, как ветвь ивы. Теперь же после нескольких месяцев постоянного употребления выпечки, пастилы и различных сладостей из столовой драконица заметно пополнела. Но она об этом не переживала… Да и Камнерой был не против. Ночной забрал мешок с печеньем и благодарно кивнул. — Что ж, спасибо за сладости. Постараюсь что-нибудь съесть, пока Цветица не забрала всё себе. — Дракон подмигнул ей, и та театрально обиделась. Небесный торопился, но он решил всё-таки немного с ними поговорить. В частности он спросил, как прошла встреча с Солнышко несколько дней назад. Целители стали посещать академию в рамках недавно начавшейся программы, и с тех пор драконица стала навещать Медцентр всякий раз, когда заканчивала с делами в академии. Она приходила как минимум несколько раз в месяц. И каждый раз, когда Жар встречал её в каком-нибудь коридоре, он чувствовал себя очень неуютно. Юный дракон заметил, что солнце уже стало уходить за горизонт, и он попрощался и стал спускаться в сторону столовой. Хорошо, что Камнерой смог здесь устроиться. Хоть он и провёл тут не так уж много времени, дракон уже изрядно изменился. Он теперь почти не вздыхал! И нередко на его морде теперь виднелась лёгкая улыбка вместо безнадёжного хмурого выражения. Впрочем, Жар не был этому удивлён. Ведь день, проведённый на солнце, а не в какой-то древней сырой пещере, любому поднимет настроение. Багровый дракон вступил в ухоженный парк и стал аккуратно обходить отдыхавших, садовников и клумбы с цветами, пока не нашёл тропинку через высокую траву, которая вела к берегу реки. Его сердце ёкнуло при виде Охра, который сидел возле камышей, точнее среди них. Маленький дракон спрятался среди растительности, которая росла на грязи. Его бурая чешуя хорошо сливалась с окружением. Жар гулко рассмеялся и подошёл ближе. — Прячешься от меня, да? Земляной с улыбкой оглянулся. С испачканными грязью лапами он вышел на тропинку и поприветствовал Небесного. — Ну ты ничего не уточнил, только сказал: «Встретимся на закате», так что я решил прийти пораньше, и, ну, здесь есть грязь, а я Земляной, думаю дальше можно не объяснять. — Не надо, я понимаю, — ответил Жар. Он ткнулся в крыло Охра, и драконы направились вдоль берега, обвившись хвостами. Небесный завёл разговор ни о чём: спросил, как прошёл день у Земляного, чем он занимался, понравился ли ему тот свиток. А в это время сердце его колотилось от предвкушения. Хотелось признаться прямо сейчас, но нужно было выждать подходящий момент. Жар решил, что подберёт нужный момент на месте. Хотелось бы верить. А пока придётся ждать, то есть заниматься тем, что у него получалось довольно плохо. Пока они шли, Жар вдруг словил приступ неуверенности. Он сделал глубокий вдох. «Спокойно. Не паникуй. Ты год ждал этого, чего стоит подождать ещё пять минут?» За пару шагов получилось успокоиться, и Небесный облегчённо вздохнул и вернулся к словам Земляного. — Мы получили письмо от Глина, — вспоминал Охр. — Он хочет собрать всех сибов вместе. — М-м. Хорошо, — произнёс Жар. «Подходящий момент будет с минуты на минуту, не смей его запороть! Он должен быть идеальным! Сохраняй спокойствие и не тупи». — А! А ещё в городе, в центре открылась новая чайная! — продолжил Охр, широко улыбаясь. — У них даже оранжевый ройбос есть! Мой любимый. Так что я, конечно же, взял побольше, мне даже скидку дали… — Голос Земляного затерялся, так как Небесный вновь стал накручивать себя. «Соберись, Жар! Всё должно быть максимально романтично! Солнце в идеальном положении. Осталось только каким-то образом подвести разговор к нужной теме…» — А затем я понял, что мне некуда сложить мешки с чаем, и пришлось перелопатить вообще весь шкафчик, но это того стоило, ведь теперь всё выглядит чисто и опрятно, а ещё… — Охр, я люблю тебя! — крикнул Жар на одном дыхании. Мир вокруг застыл. Охр умолк и замер с открытой пастью; его жёлтые зрачки дрожали. Небесный тоже замер. «Проклятье. Не так я планировал признаться, но раз уж начал, надо до конца». Дракон выпрямился, пытаясь придать себе уверенности. — Н-надо было раньше это сказать, но я, знаешь, плохо признаюсь в чувствах. — Жар внимательно рассматривал Земляного. Не потому что он боялся или в чём-то сомневался, нет. Он просто хотел насладиться моментом. Запечатлеть каждое мгновение, каждую деталь в своей памяти. Небесный схватился за грязные лапы Охра; тот продолжал пялиться на него. — Сам знаю, долго я к этому шёл, и хотя я не верю, что когда-либо буду достоин тебя, я не хочу заставлять тебя ждать. Я люблю тебя, и я готов на всё ради тебя. — Небесный набрал воздуха в грудь, наклонил голову и поласкал челюсть Охра. — Готов стать супругом, парнем — в общем, кем хочешь, лишь бы мы были вместе. Это всё, чего я прошу. Последовало недолгое молчание, которое прервали всхлипы Земляного. Жар встал на задние лапы, чтобы понять, что стряслось. Охр вытирал слёзы, но продолжал улыбаться так, что сердце Небесного было готово в любой момент выпрыгнуть из груди. — Какой же ты идиот. — Дракон смеялся и всхлипывал. — Ты уже давным-давно покорил меня. Грудь Небесного распирало от любви. Он крепко обнял Земляного крыльями, и они стукнулись носами, а затем соприкоснулись лбами. — Какой же ты болван, Охр. Я не хотел доводить тебя до слёз. — Дракон поцеловал его в щеку и, ощутив, как накатывают слёзы, попытался отшутиться, разговорить щемившее горло. — И с каких это пор ты зовёшь других идиотами? Откуда ты узнал такое грубое слово? Усмехнувшись, Земляной уставился мокрыми глазами на Жара. — Хм-м, даже не знаю. Не мог же я проводить почти всё время с тем, кто знает больше оскорблений и ругательств, чем матёрый моряк. Небесный решил пропустить очевидный намёк мимо ушей. — Это всё из-за Молнии, да? И чему она только учит окружающих? Охр освободился от хватки Жара, согнулся и захихикал. Когда Земляной пришёл в себя, он потянулся к голове Небесного и поцеловал его. Однако поцелуй не был коротким. Их тела, оказавшиеся на земле, стали единым целым, и с помощью тепла и активных движений они пытались стать ещё ближе друг к другу. Длилось всё это, пока Жар не оказался сверху, вот только долго он там не продержался. Драконы разъединились и стали глотать пастями воздух. Охр блаженно светился под Небесным. Он покачал головой и поцеловал Небесного в нос. — И как я вообще влюбился в такого идиота? Жар расхохотался. — Отличный вопрос. И как же? Земляной хитро улыбнулся. — О, когда-нибудь да расскажу… Если поймаешь меня. Жар нахмурился. — Но… Ты же уже в моих ла… А-а! — завопил он, ощутив шарик из грязи у виска. Охр выскользнул из его хватки, безумно хохоча. Драконы случайно докатились до края берега, где была грязь и росли камыши. Небесный быстро встал, на ходу готовя свой комок грязи, но его цель уже убегала. Он бросил свой шарик, даже близко не попав в отдалявшегося Земляного, но это были мелочи. Тело вспыхнуло от азарта, на морде появилась ухмылка, и дракон схватил новый комок и погнался за Охром, вот только тот был уже наготове. Жар не заметил очередной летевший в него шарик, и тот попал прямо в грудь. Небесный прищурился. Это была война. Длилась она долго: солнце уже давно исчезло за горизонтом. Только глубокой ночью драконы, выдохшиеся, покрытые грязью, наконец согласились на ничью. Они направились к прохладной освежающей реке, чтобы смыть грязь, а затем пошли по освещённой звёздами тропинке. Вокруг шелестел ветерок. Охр проводил Жара до его комнаты, и драконы свалились на кровать. Земляной сразу же заснул. Небесный пока держался; в голове у него роились различные мысли. Юный дракон вспоминал Хромиса и мать; торты, которые придётся завтра готовить; подарок, который стоило купить для Астера на его День яйца на следующей неделе. Но в основном он думал о храпевшем возле него Земляном. Жар всё ещё не мог поверить, что Охр считал его достойным, но те слова вселили в него надежду. Надежду, что когда-нибудь он сможет преодолеть свои сомнения. Всё же у них вся жизнь была впереди. И они проживут её вместе, занимаясь готовкой, ловлей дракончиков в фонтанах, спасением дракомантов, уничтожением толп зомби, поднятых Повелителем Зла… Даже в полудрёме Жар заметил, что последняя мысль звучала… странновато. Дракон призадумался: кажется, на фоне усталости его мысли свернули куда-то не туда. Он вздохнул и прислонился к Охру, опустив крыло на своего супруга. Его стала переполнять радость. Земляной был его парнем, супругом. Теперь всё было официально! У Небесного сердце ёкало, когда он вспоминал, с каким счастьем Земляной принял его слова. Он стал вновь и вновь прокручивать ту сцену в голове. И каждый раз ощущался как первый. Хоть Охр так и не ответил, почему он влюбился в него, может, это было не так уж и важно. Главное, что Земляной любил его и что Небесный будет вечно признателен ему за это. Вообще, его жизнь отныне была полна любви. Чуть больше года назад он бы и не посмел о таком мечтать. Небесный улыбнулся. Жар из прошлого назвал бы его сейчас слащавым придурком. Может быть, это и было правдой, но по крайней мере теперь он был счастлив. Дракон продолжал прокручивать в голове сегодняшние события, и вот его тяжёлые веки стали опускаться. Поток мыслей иссяк, и Небесный полностью сконцентрировался на размеренном дыхании Охра. В последние мгновения перед сном он обвился всем телом вокруг Земляного, после чего наконец заснул с улыбкой на морде. Во снах Жар предвкушал завтрашний и все последующие дни.

КОНЕЦ

Послесловие автора: Вы дошли до финала! Спасибо, что прочитали этот фанфик! Неважно, читали ли вы главы по мере выхода или прочли всё, когда работа вышла целиком, — я вас сердечно благодарю. Надеюсь, вам понравилось. (Далее пойдут всякие подробности, можете пропустить, если вам это не интересно) Итак, год спустя мой первый фанфик завершён (через неделю будет годовщина)! Очень довольна этой работой, но понимаю, что могла бы много чего переделать. Рассказ далеко не идеальный, но он очень помог мне нащупать собственный стиль. Теперь я понимаю свои слабые стороны и знаю, в каком направлении мне двигаться. Накопленный опыт я использую в последующих работах. И не надо грустить (если вам вдруг стало грустно)! Хоть основной сюжет и завершён, мне было так интересно расписывать взаимодействия персонажей, что я не могу просто взять и оставить их ;3 У меня есть куча идей для драбблов с Жаром, Охром, Стерх, Молнией, Астериасом и другими персонажами. Но вначале я хотела бы узнать, о чём вы хотите почитать! Дайте знать, если есть какие-нибудь предложения! Можете предлагать любых персонажей из Исцелённого, основных или второстепенных, или даже любого персонажа из ДС. Не даю обещаний, что буду часто что-то выкладывать, но я всегда готова выслушать различные идеи. Напишите мне в личку или оставьте комментарий под работой! Больше всего мне нравится взаимодействовать со своими читателями, так что не стесняйтесь! А ещё спасибо всем, кто оставлял отзывы! Тех, кто писал со своих аккаунтов, я поблагодарила лично. А остальных поблагодарю сейчас: спасибо за каждый греющий душу комментарий! Думаю, пора уже заканчивать с послесловием, ведь у вас наверняка есть свои дела. Вот не люблю я прощаться, даже с законченным рассказом. Ещё раз огромное, огромнейшее спасибо за вашу поддержку. Если вам интересно, не забывайте следить за новыми историями из вселенной Исцелённого!