У страха глаза велики, а у тебя их даже нет

Холодный ветер больно кусал шею, беспощадно грыз покрасневшие пальцы, пытался забраться за шиворот, но никак не мог пробиться под теплую кожаную куртку, и оттого ещё яростнее впивался мелкими зубками в щеки и кончик носа. Осенний лес стоял молча, пугливо прислушивался к каждому шороху и скрипу. Здесь, в хвойном царстве, краски не тронули листвы, но в городе парки уже начинали понемногу блекнуть, готовясь вспыхнуть калейдоскопом золотых и алых цветов. Но Бриз не верил ни пугливому лесу, ни злому ветру. Все это только хитрая уловка, чтобы заставить людей поверить, что лето кончилось. Через пару дней небо прояснится и снова станет тепло, может быть даже жарко, самые осторожные неуверенно отложат тёплые куртки, а дети, сбросив с плеч ненужный груз, отправятся снова на улицу. Он остановился, расстегнул старую, немного заедающую молнию, впуская под куртку злой ветерок. По спине пробежали мурашки, но уже через пару минут снова стало тепло. Человек привыкает ко всему, особенно к холоду. Бриз вынул руку из кармана и посмотрел на пачку сигарет, что почему-то до сих пор там лежала. Он ведь бросил пару недель назад… тонкие сигареты с ментолом, изящный узор на пачке точно не для мужчин напечатан. Но это было не важно, главное то, что, если затянуться и закрыть глаза, можно представить, что Гвэн идет рядом. Можно представить… а можно наконец-то задуматься о своем здоровье и прекратить мучать себя несбыточными мечтами. Сильные пальцы легко смяли тонкую бумажную трубочку, на землю просыпался табак. Мужчина сунул упаковку в карман и продолжил путь уже куда более быстрым шагом. Эта прогулка была не прихотью уставшего от городского дыма человека, а вынужденной необходимостью. Глупо не подчиняться указаниями практикующего психолога с большим опытом, даже если этот замечательный профессионал каждое утро смотрит на тебя из зеркала. Ему нужно немного развеяться, а книги в последнее время перестали помогать. Они только ухудшают ситуацию. В какой-то момент он дошёл до того, что записал к себе на приём не существующего человека и два часа просто сидел в кабинете, глядя в потолок и пытаясь разглядеть в неровностях побелки кролика. Иногда это удавалось, но чаще всего кролик не показывался. В тот день Бриз без толку смотрел в потолок и напрягал глаза, маленький грызун с короткими ушками видимо нашёл дело более важное, чем поддержание морального спокойствия хозяина кабинета. И нельзя его за это винить… Никто не захочет лечиться у больного врача. Люди будут с подозрением смотреть на сапожника в дырявых ботинках, а вот психологи всегда являлись исключениями из этого забавного правила. Человек без раны на сердце просто не способен понять и поддержать страдающего пациента. Как писала одна девушка, коллега Бриза, родилась она с дырой в душе, страдала, мучилась, а потом в эту дыру люди стали говорить о своих печалях. Приносили цветы, свои беды и горести. И каждый получал немного тепла, исходящего из разорванного сердца. Форма слишком яркая, но суть совершенно верна. Все они — раненые целители, и мало кто способен помочь себе излечиться. Но ведь попытаться стоит. Навстречу Бризу неслась стайка детей. Дорога давно уже кончилась и началась настоящая лесная тропа, а они гнали вперёд как сумасшедшие, совершенно не думая о том, что корни могут стать причиной падения. — С дороги! Тявкнул фальцетом первый, Бриз еле успел посторониться, а они уже пронеслись мимо. Один из мальчиков обернулся и бросил через плечо: — Беги обратно, дебил, туда нельзя! Мужчина выгнул бровь, скептически окинув взглядом пацанов. Запрещающих знаков нет, в новостях ничего не было, а значит все в порядке. Бриз всегда отличался высоким ростом и крепким телосложением, а потому просто продолжил свой путь. Стань он сейчас немного объективнее, понял бы, что решение это говорит скорее о пофигизме, чем об уверенности, но ему было не до рефлексии. Впереди кто-то был. Бриз оглянулся, прикидывая, как далеко от дороги он ушёл. Выходило, что минимум на несколько километров. Тогда что здесь делает ребёнок? — Хэй, малой, ты в порядке? Кажется он не особенно хотел быть замеченным, но спрятаться здесь было негде. Поэтому после недолгой заминки он помахал рукой и зашагал навстречу Бризу. — Ага, у меня все круто, не волнуйтесь. Я тут, типа, с родителями отдыхаю. Решила прогуляться. Правда погода супер? Голос немного смутил Бриза, видимо перед ним стояла девочка. А на первый взгляд и не скажешь. Ответ его успокоил на время, но тут опытный взгляд заметил растрепанные волосы, измазанные колени и плохо выглядящий свитер. Конечно можно списать это на активность ребёнка, кто станет одевать на лесную прогулку или ночевку новые вещи… но вот чего он точно не мог объяснить, так это сандалии с шортами. При всей любви Бриза к прохладе он все же был одет намного теплее. — С тобой точно все хорошо? Если нет, я могу позво… — Я же сказала, все чудесно, — Кэра заметила взгляд незнакомца и уперла руки в боки, — просто в лагере слишком скучно, вот я и решила пробежаться немного. А бегать в сотне шуб немного жарко. Ну, мне уже пора. Пока! Кэра помахала Бризу рукой, развернулась и рысцой направилась вглубь леса по тропинке. Может действительно просто не очень опрятная девочка на отдыхе, тем более что впереди как раз начинаются поляны туристов. Бриз вздохнул, повернул было обратно, но краем глаза заметил где-то вдали что то черное, резко обернулся, но не смог разглядеть ничего подозрительного между кедров. Кролик опять спрятался на потолке и разглядеть его снова не выйдет. Он усмехнулся, сунул руки в карманы и быстрым шагом двинулся к городу. Забавно. Мятные эфирные масла, в том числе и ментол, используют как обезболивающее средство. Бриз нащупал в кармане помятую пачку. Хорошо, если так.