King and Prince

Профессор Кинг в самом деле поговорил с профессором Флитвиком, обеспечив Энни Смит, по крайней мере, один час практических занятий в неделю под его присмотром. Стоит отметить, профессор Кинг уже успел себя зарекомендовать как добрый малый с самыми лучшими побуждениями. Вот только к идеям его все больше относились с подозрительностью и осторожностью. — Нет, он, конечно, хочет как лучше, я понимаю! — слышала Энни разговор профессора Спраут и Септимы Вектор. — Но ему очень недостает познаний в области магии, это прямо заметно. — Да и методы у него… Магическое сообщество может воспринять его как угрозу. Это будет совсем не хорошо! — А ведь такой милый молодой человек! Они ведь почти ровесники с Северусом?.. И его восприняли как угрозу. Почти равную сумасшедшему Поттеру. Потому, что он был с Поттером заодно. И вместе им удалось доказать хотя бы то, что Долорес Амбридж оказалась сукой. А что будет дальше? Энни не могла не заметить, что роль профессора тяготит Кинга. Он жаждал битвы! Он постоянно нарывался на неприятности. Он старался как можно быстрее закончить занятия, при этом умудряясь находить все же способы просветить студентов в своем предмете максимально продуктивно.

***

На выходных Энни отправилась в Хогсмид. Старшая сестра Элизабет обещала встретиться с ней там. Сама Лиз окончила Хогвартс пять лет назад и теперь помогала родителям. Мистер Смит, сам будучи полукровкой, женившись, почти отошел от магии. Он открыл книжный магазинчик в Лондоне. — Книги — это великая сила, девочки мои, — говорил он дочерям. — Мне кажется, порой куда большая, чем магия. У волшебников много книг о всевозможных заклинаниях, зельях и диковинных зверушках! Но в плане художественной литературы их мир уступает маггловскому и намного! А ведь, если сравнивать — полукровки и магглорожденные подчас превосходят чистокровных волшебников сообразительностью. Взять хотя бы для примера профессора Снейпа и Корнелиуса Фаджа. Или мистера Малфоя. Ясно ведь, что первый двум последним во всем фору даст! Девочки с отцом были полностью согласны. Элизабет в свое время училась на Когтевране и пусть не была особо одаренной волшебницей, сообразительностью превосходила многих. И вот теперь сестры сидели у мадам Розмерты и в молчаливой задумчивости пили кофе со сливками. Когда он был почти выпит, Элизабет наконец решилась нарушить молчание. — У тебя все хорошо, Энн? — Да! — встрепенулась Энни и тепло улыбнулась сестре. — Да, все хорошо. Знаешь… профессор Кинг посчитал, что над моей идеей стоит поработать! Даже уговорил профессора Флитвика мне помочь. Хотя тот, кажется, настроен более скептически… Элизабет рассмеялась. — Профессор Флитвик просто давно не решался на такие амбициозные эксперименты. Но если у вас все получится — он будет на седьмом небе от счастья. — Надеюсь на это, — слабо улыбнулась Энни. — Не очень хочется, чтобы они с профессором Кингом зря потратили на меня свое время… На какое-то время девушки умолкли. Каждая думала о своем. Потом Энни осторожно подала голос. — Слушай, а помнишь… ты как-то говорила… ну, когда мама тебя спрашивала… — Ты в кого-то влюбилась? — с мягкой улыбкой спросила Элизабет. — Нет! — поспешно замотала головой Энн. — То есть… я не думаю… «По нему и так уже полшколы сохнет…» — Тогда в чем дело? — Просто… — Энни на мгновение замешкалась, а потом все же спросила: — Почему ты ему не сказала? — Ох, Энн… — Элизабет чуть порозовела и посмотрела на сестру с шутливой укоризной. — Он — профессор. А я была просто студенткой, понимаешь? — Да, но потом! — не унималась Энни. — Ты уже пять лет как не студентка! И не встречаешься ни с кем до сих пор… Элизабет только покачала головой, грустно улыбаясь. — Вряд ли из этого что-то выйдет, Энн. Ему не до того, я же вижу… Иногда бывает так, что никто уже и не нужен. А у меня есть ты. Есть родители. Есть книги. Мне этого достаточно. Не будем об этом, хорошо? Они поговорили еще. Об идее с адаптацией маггловских технологий к магии. О последних событиях в школе. О возвращении Волдеморта. Мистер Смит в этом плане склонен был доверять Дамблдору. Элизабет сказала, что отец в последнее время начал больше практиковать защитные и боевые заклинания. И наложил на дом и магазин некоторые защитные чары. — А еще он посоветовал поработать над Патронусом, — добавила она с улыбкой. — Запастись счастливыми воспоминаниями впрок, пока есть время… — Обожаю папу! — рассмеялась Энн. Разговор снова коснулся профессора Кинга. Сестры уже предвидели грядущий скандал, связанный с разоблачением Амбридж. И дружно сочувствовали бесстрашному сквибу, который так отчаянно бился за Свет, невзирая на то, что даже колдовать не мог. Однако, грянувший скандал превзошел ожидания сестер. Энн с искренним сочувствием смотрела на профессора Кинга, который с завидной выдержкой переносил последствия своего геройства. Он по-прежнему был с ней предельно вежлив и дружелюбен. Хотя Энн могла поклясться, что Кинг не слишком рад ее обществу, пусть и пытается тщательно скрывать свои чувства. Это удручало ее. Уильяму явно приходилось очень тяжело, но девушка совершенно не знала, как помочь человеку, который так усердно помогал ей. В один из дней она засиделась в библиотеке. Мадам Пинс не сразу ее заметила и теперь набросилась на Энн, ворча о том, что уже давно пробил комендантский час, и слизеринцам особое приглашение нужно… Хогвартс был погружен в тишину. Таким тихим он еще никогда не казался. Энн осторожно брела по коридорам, направляясь в Подземелья и опасаясь нарваться на кого-то из профессоров. Когда Слизерин терял баллы из-за полукровок — это было не то, как если бы баллы потерял кто-то из чистокровных волшебников. И даже учитывая покровительство декана, ощущать обжигающе-холодное осуждение со стороны своего факультета Энн не слишком хотелось. Тем более, на своем курсе она была единственной полукровкой среди девочек. Коридор повернул вправо, и за углом Энн едва не врезалась в широкую обтянутую черным сукном грудь Северуса Снейпа. На несколько секунд она растерялась, а потом пробормотала неразборчивые извинения, не пытаясь оправдываться — Снейп не слишком жаловал оправдания. — В общей гостиной для Вас не нашлось места, мисс Смит? — отстраненно поинтересовался зельевар, пристально глядя на потупившуюся студентку. — Нет, сэр, я была в библиотеке, — тихо пробормотала Энн. — Профессор Кинг выдал Вам допуск в Запретную секцию, так? — мисс Смит только прикусила губу, и Снейп нахмурился. Уильям Кинг весьма специфично влиял на студентов, и это ему не нравилось. Взяв девушку за подбородок, он требовательно приподнял ее лицо, заставляя посмотреть себе в глаза. — Все в порядке, мисс Смит? — ровным тоном поинтересовался он, пронизывающим взглядом поймав несколько испуганный взгляд Энни. — Все в порядке, сэр! — выдохнула она. Он отпустил ее, чуть хмурясь. — Что ж, тогда отправляйтесь в свою гостиную. И поживее. Он двинулся дальше. И Энн все же решилась спросить о том, что ее тревожило. — Профессор, а если бы Вы… узнали, что в Вас… влюблена одна девушка… Что бы Вы… сказали? Снейп невольно остановился. Взгляд его потускнел, губы дернула горькая ухмылка, и он глубоко вздохнул. — Скажите этой девушке — не стоит пытаться осчастливить того, кто не желает, чтобы его осчастливили. Пусть поищет более отзывчивого и наивного дурачка, который еще верит во что-то подобное. Через пять минут Вы должны быть в общей гостиной, мисс Смит. Иначе мне придется снять баллы с собственного факультета. Энни Смит вспыхнула, как роза на рассвете, и бросилась со всех ног в Подземелья, боясь обернуться на окутанного непроницаемым холодом профессора. И сердце ее безумно колотилось от странного страха, который она сама еще не в силах была себе объяснить…

***

Кинг бродил по коридорам, радуясь тому, что хоть ночью здесь не снуют толпы студентов. Во время этих ночных прогулок по замку ему представлялась возможность о многом подумать спокойно. Или относительно спокойно. Он все думал о ней. И о Снейпе. Он не мог не замечать, с каким уважением она относится к своему декану. Он помнил наизусть стихи, которые она ему посвящала двадцать лет назад. «А тебе? Сколько стихов она написала о тебе, Уильям Кинг?» «Но она была со мной! Мы уже почти поженились!» «Только потому, что Его тогда не было рядом! Стала бы она оставаться с тобой, будь у нее выбор между вами?» За углом послышались голоса. Поначалу Кингу показалось, что это воображение разыгралось. Однако, едва завернув за угол, он тут же отпрянул назад. «Все в порядке, мисс Смит?..» «…Что бы Вы сказали?..» «…пусть поищет… дурачка…» Слова долетали до Кинга будто сквозь вату. Привалившись к стене, он с трудом мог глотнуть хоть немного воздуха. Кто-то будто пытался выковырять сердце из его груди раскаленными железными когтями. Он бы сейчас выл, но на это не хватало дыхания. Какой уж тут может быть выбор?.. Она и здесь его любит. И он хорош, сука! Такой весь из себя трагический герой, хранящий верность погибшей возлюбленной и защищающий ее сына! Не его ли ты копировал всю свою жизнь? Словно пытался доказать ей, что ты ничуть не хуже этого зельевара. Вот только… Только у тебя не было Поттера. А он сейчас ее еще и послал. Идиот. Только полный идиот будет посылать такую, как она! Наивную девочку с чистым и добрым сердцем, которая могла бы в самом деле осчастливить его. Но мы же гордые! Идиот… Снейп показался из-за угла, и Кинг мгновенно встретил его крепким ударом в печень. Это вышло спонтанно. Он еще хотел что-то сказать, но слова сейчас казались лишними. Просто убить его. Размазать мозги по стенам, удавить собственными кишками. Чтобы яд Нагайны казался ему самым легким способом умереть. А через секунду Кинг как подрубленный рухнул на каменный пол, едва слышно хрипя от жуткой боли, пронзившей все тело. Взмахом палочки отменив заклинание, Снейп смерил его презрительным взглядом. — Тебе стоит завязывать с выпивкой, Кинг, — холодно бросил он валяющемуся у него под ногами противнику. — Ордену еще нужны свежие идеи, как посильнее раздразнить Темного Лорда. Снейп ушел, а Кинг еще какое-то время лежал на холодных плитах и тяжело дышал. Мир рассыпался на мелкие осколки, и под ногами разверзлась черная пропасть. Это худший кошмар, какой он только видел в своей жизни…