Bizarre Adventure: All Roads Lead To Liverpool

Название станда: [Eve of Destruction]

Станд выглядит как небольшое насекомое, размером с самца богомола золотистого цвета. Вместо головы, у станда присутствует распылитель. Способность: с помощью специфической жидкости, которая присутствует внутри станда, [Eve of Destruction] метит рану или любое повреждение развившиеся из-за болезни, присутствующее на мертвом теле человека или крупного животного. Меченая рана, при прикосновении к ней станд-юзера переходит на его тело, не вызывая абсолютно никакого дискомфорта или проблем, которые бы чувствовал станд-юзер. Рана свободно перемещается по желанию станд-юзера на любую часть его тела, давая возможность прятать или не давать с ней контактировать другим людям. После того как рана перейдет на тело юзера, она, по желанию юзера, может перейти на другого человека, “активируя” ранение: если рана, которая была на станд-юзере – никак не влияла на его жизнедеятельность; то та же самая рана, но уже перешедшая на другого человека – сразу же начинает кровоточить и наносить реальный урон жертве. Для нанесения раны на тело другого человека нужен прямой контакт на ничем не защищенную частью тела, куда рана и будет нанесена. Ранение может переместиться и с помощью подручных предметов (например, шест от швабры) или другой подобный предмет (предмет должен контактировать с телом жертвы). Так, рана, перемещающаяся через предметы, будет также видна, как и на теле. Но, если ширина предмета будет меньше ширины раны, то она не переместиться по ней, а останется на том же месте, что и была. Также, предмет не должен быть больше одного метра в ширину. Если предмет по которому перемещается рана будет оторвана от тела жертвы, то рана опять материализуется на теле юзера, но та уже будет “активирована” и будет наносить реальный урон. Кроме того, раны, которые в последствии нанесения ее на тело человека имели вредоносные вещества будут возобновлены в том же количестве, сколько их и было при ранении. Так, рана, которая появилась в следствии укуса ядовитого животного – будет так же ядовита и будет иметь столько же яда, сколько его было и при укусе и впрыскивании яда внутрь. Это же и работает с ядами или другими вредоносными веществами (кислота, наркотики и им подобные), которые были нанесены на оружие. У способности перенесения ран есть один важный минус: если по части тела юзера, где находится рана, будет нанесен урон (сильный удар или другое ощутимое ранение), то она незамедлительно будет активирована и начнет наносить реальный урон уже юзеру [Eve of Destruction] без возможности ее дальнейшего снятия с тела. Количество одновременно переносящихся ранений ограничено лишь количеством свободных мест на теле юзера. Перенести два ранения за один раз нельзя. Накладывать одно ранение на другое – невозможно. Владелец станда – Рихард МакГуайр (утверждает, что ему 31) Рихард МакГуайр – это каменный человек, родившийся и выросший в Северной Дакоте. Когда ему исполнилось 17 лет и он влился в человеческое общество, он показал себя как довольно угрюмого и досадного человека, но выделялся большим любопытством и большим интересом к самому разному, а особенно – к загадочному фрукту рокакака. В 20 лет нелегально мигрировал с США в Австралию, через год – в ЮАР, а уже через полгода – в Британию, где и решил осесть. Тут же и создал картель, занимающийся рэкетом, торговлей наркотиками, контрабандой, заказными убийствами, кражей важной информации, мошенничеством, шантажом и другим криминалом. Знаком с Сашей Каррент с самого создания банды, но старался всегда дистанцироваться от нее, хоть и считал ее эффективным членом банды, хоть и очень специфичной. Из-за некоторых физических потребностей, он не переносит дым и алкоголь, также не переносит и другие наркотики, хоть в особых случаях (например, стресс) может немного выпить. В особых случаях может впасть в ярость, которую старается контролировать: она появляется из-за самонакручивания или огромного желания мести. Имеет диплом патологоанатома. Поговаривают, что занимался реслингом.

-----

Наступил вечер. Уже в пол-одиннадцатого сумерки покрыли все небо над Ливерпулем, превратив небо в огромную красивую мозаику. Луна в этот день была полной, а туч не было, так что сияния луны хватало, что бы осветить весь город и сделать ее для горожан более видимой. В такую хорошую погоду даже фонари были не нужны, что бы разглядеть все вокруг. В Гарстоне, где проживал Ирис Долл и Вивьен Морг – фонарей было мало, особенно в том районе, где расположились жилые дома, так что, немного отойдя за границы города можно было четко разглядеть почти во всех деталях звездное небо. Уснувшая еще с самого утра, Вивьен, все еще чувствуя легкую усталость, приподнялась с кровати Ириса, вспоминая все, что произошло утром: уборка, визит странного налогового инспектора, атака сзади, заточение в подвале, освобождение с подвала, победа над ожившей статуей и неудавшаяся погоня за еще одним человеком. Встряхнув головой, девушка быстро осмотрела комнату и поняла, что эта комната – не ее. Встав с кровати и потянувшись, Морт вышла из комнаты и направилась на первый этаж. Пройдя через гостиную которая была на втором этаже Вивьен увидела, что телевизор и приставка были включены, а игра была поставлена на паузу, но на диване никто не сидел. Учуяв приятный запах с первого этажа, Вивьен поняла, что Ирис готовит ужин. Несмотря на все свои старания, Вивьен, хоть и была очень самостоятельной и организованной девушкой – никак не поддавалась кулинария. Ирис же был ужасно неорганизован и превращал все комнаты, с которыми хоть как то действовал в постапокалистическую картину, но готовить он умел довольно хорошо, хоть и каждое его блюдо было на вкус как соленая вода, и когда к нему заехала Вивьен – он перестал добавлять соль вообще, оставляя для себя сахарницу поверх наполненную хлоридом натрия, Вивьен же оставлял небольшую сольницу. И так уж сложилось, что когда Ирис пропадал на несколько дней по причине “своих дел”, то готовил еду на перед, заваливая холодильник чем только может. Спустившись на первый этаж, Вивьен, когда зашла на кухню, увидела, как Ирис с перебинтованной головой стоял у современной индукционной плиты, где грелись две кастрюли. В одной из них парень помешивал содержимое. Запах, который исходил с кастрюли, захватил весь первый этаж, но Вивьен не могла понять, что же там такое варится. Ирис повернул голову и увидел, как Вивьен подошла к горячему электрочайнику и начала делать чай, стараясь не отвлекать домовладельца от его занятия. Но сам Ирис был рад увидеть, что единственный человек, к которому он имел теплые чувства, хоть и тайные – наконец-то проснулся. — Вечер добрый! — C улыбкой поприветствовал Ирис Вивьен, которая в тот же момент удивлено перевела взгляд с чая на него, — Ты уснула посреди газона сегодня, так что тебя оттянули ко мне. Что случилось! — Точно, нападение! — Панически схватилась за голову Вивьен, вспоминая все что происходило в более четких подробностях и развернувшись к выходу с кухни, — Украли несколько… — Нет, не нервничай, все пучком! Я уже все собрал и поставил на места. — Быстро перебил Ирис, успокаивая свою взволнованную сожительницу, — Переживать причин нет, просто забудь о произошедшем сегодня как о плохом сне. Правда дневника нет, но и не важно: небольшая трагедия по сравнению с тем, что вор-неудачник мог реально вынести с дома. Может, чего поесть хочешь? Я сейчас готовлю суп с мидиями. — Я не голодна, спасибо. — Вежливо ответила Вивьен, заливая заварку кипятком, — Я просто устала в плане психологическом: я, откровенно говоря, все еще не могу поверить в то, что на нас могли напасть. Неужели вы настольно важный человек, что находитесь в регулярной опасности? — Кхе, ну э… я… ну как это сказать… — Ирис заметно покраснел и повернул голову прямо на пар, который шел с кастрюли, посчитав такие слова от Вивьен как комплимент в свою сторону, потому решил быстро перевести тему, — Ты говорила о том, что хочешь отвлечься от чего-то? Можешь поиграть в игры на приставке или посмотреть сериалы на Нетфликсе. — Не хочу, я не люблю игры, — устало, но не меняя своего вежливого тона ответила Вивьен, садясь за стол, а затем – додавая к чаю два кубика сахара, — сериалы тоже не хочу пока смотреть. Но я благодарю за предложение, вы очень добры. — Ой, да что ты. — Фальшиво улыбнулся Ирис, скрывая смущение и пытаясь выискать еще чего, что бы сблизиться с девушкой на более высоком, ментальном уровне, — Ты, помню, хотела погулять на этой неделе. Может быть, самое время: район тихий, гетто отсутствуют, никакого криминала здесь и подавно не было? — Дело в том, что я даже не знаю, куда пойти: дальше этого района я еще не была, а хотелось бы побывать и в других местах. — Есть несколько парков в Аллертоне: Вултон Вуд и Аллертон Тауэрс. Они, насколько я помню, находятся возле Алертонского гольф-клуба, возле самоанскогого бара, секс-шопа и… Ирис запнулся, когда вспомнил о том, что возле того самого гольф-клуба есть еще одно заведение – паб “Переменный ток”, владельцем которого была Саша Каррент. Знакомство с этой девушкой вызвало к ней огромное недружелюбие со стороны Долла: будучи по натуре своей довольно мстительным, он хотел сделать так, что бы Каррент все же понесла наказание за то, что произошло с самого утра. Но, ни сил, ни желания, ни времени на это у Ирис не было, потому парень обошелся лишь одним советом: — … и одного сомнительного паба, который скорее кабак. Зовется “Переменный ток”, владелец вообще не очень приятный. — Вы там были? — Нет, конечно же: мне бы еще по каких-то пивнушках таскаться и якшаться с завсегдаями-алкашами! — С высокомерным тоном сказал Ирис, словно настораживая Вивьен перед посещением ее паба, — Но тебе есть восемнадцать, так что запрещать тебе что-то глупо. Но ты, все же подумай перед тем, как туда идти. — Хорошо, большое вам спасибо. Я, наверное уже буду собираться. — Поблагодарила Вивьен с уже куда жизнерадостным голосом, встав со стола и оставив стынуть чай. — Гуляй сколько хочешь. Думаю, на нас уже никто и не подумает сунуться. Да и я целую ночь занят буду, так что мы в безопасности. — Большое спасибо! — Да пожалуйста. Если что – звони, если далеко забредешь. Через несколько минут Вивьен, накинув на себя старую весеннюю куртку, в которой впервые она вошла в этот дом, она вышла и, ориентируясь с помощью навигатора Морт пошла гулять. На дворе было прохладно, так как на этот год конец весны синоптики обещали довольно прохладным. Разглядывая каждый коттедж, встречающийся девушке по дороге были самыми разными, но не менее уютными и красивыми от того, где она жила, и каждую из них было любопытно разглядывать, так как каждая имела свою изюминку и именно она отличала один дом от другого. Прогулка, которая оказалась довольно долгой (приблизительно около сорока пяти минут медленного хода с учетом того, что Вивьен Морт разглядывала каждое интересное для нее место), та смогла дойти до территории гольф-клуба. Но чтобы не переходить через их территорию гольфа, так как он уже был закрыт, и пытаясь не встрять в проблемы, та пошла по улице, а именно по той стороне улицы, соседствующей с тем самым гольф-клубом. Так пройдя минуту, Морт заметила те самые три заведения, о которых рассказывал Ирис. Паб, который Ирис крайне не рекомендовал, расположился посередине между двумя остальными заведеньями, но пока секс-шоп был закрыт, то самоанский паб, который носил название “Kokomo” и “Переменный ток” все еще работали, вот только в первом было видно, что людей было больше, чем во втором. Оба паба имели красивую неоновую подсветку: вывеска “Kokomo” выглядела как карта Гавайских островов, возле которого по двум сторонах были размещены пальмы, а посередине под изображением островов была надпись “Kokomo”; Вывеска второго паба была куда скуднее: две большие синие молнии обрамляли название паба, изображенного в виде шрифта “streamster”. Помня предостережение Ирис, девушка решила туда не заглядывать, но, подходя все ближе та начала слышать звуки драки и разбивания стекла, а через секунду уже были слышны крики. Подойдя еще ближе она увидела, что все окна в заведении были разбиты. Вивьен жуть как не хотела подходить ближе к этому пабу, но из-за того, что на помощь никто не пришел за все время наблюдения Морт за пабом, она перешла дорогу и начала медленно подкрадываться к окошку и подглядывать, что там происходит.

-----

Параллельно с тем, как Вивьен была на прогулке, работа в пабах не утихала: в ночь на воскресенье пабы развлекали своих посетителей пивом, закусками и прямой трансляцией матча ФК Флора против ФК Абердин, где счет шел в четыре против нуля на счет вторых. Только в пабе Саши Каррент, которая опять открыла свой паб совсем недавно – неделю назад, и по этой же причине посещение откровенно проседало – никто к ней после девяти вечера не пришел. Но, не разочаровываясь в своем бизнесе. Саша продолжала сидеть в пабе и протирала кружки для пива, смотря футбольный матч. Не то что бы футбол ее интересовал, просто нужно было сконцентрировать внимание на чем либо еще, но не на бокалах, которые за три года ведения бизнеса Каррент протирать научилась просто идеально. Когда то, на месте паба “Переменный ток” стояла старая водо-обогревательная система, которая уступала более новой, что была за пятьсот метров от нее. Обогревательную станцию закрыли, и оставив в ней огромное количество медных труб, про нее забыли на долгое время, сделав из нее склад металлолома. Через долгое время заброшенная и дешевая земля заброшки привлекла Сашу, и та, выкупив землю и вложив в нее достаточное количество денег превратила старое, страшное помещение в приличный паб, приносивший достаточную прибыль для покрытия всех расходов и спокойной жизни для владельца. Снаружи паб выглядел сыровато: над стеклянной входной дверью висела неоновая вывеска, а окна были заменены на небольшие широкие матовые витрины, позволявшие разглядеть паб изнутри; а внутри он был куда интереснее, чем снаружи. А внутри все было так: все стены в довольно обширном помещении паба были обставлены с соединенными вместе медными трубами, а на них были увешаны сами атрибуты по типу флага Великобритании, старых фотографий Ливерпуля, дартс с дротиками и флажки футбольных команд. На потолке разместились несколько люминесцентных ламп, особо не выделявшиеся от общего стиля заведения. Сам потолок был полностью голым (были видны кирпичи): Саша решила, что лучше будет без штукатурки (на самом деле был дефицит финансов, да и самой штукатурить было западло). Г-образная барная стойка была размером в четыре метра и разделяла помещения на две части: территория посетителей и территория бармена. Стойка, наверное, была самой дорогой вещью в пабе: в стойке, выполненной из досок африканского черного дерева, была проделан широкий и глубокий вырез, обложенный битым стеклом, целыми бутылками от дорогих напитков и подсветкой. Все было залито прозрачной эпоксидной смолой. Перед барной стойкой стояли несколько круглых барных табуретов с коричневыми мягкими сиденьями. Возле стен были помещены дополнительные стеклянные стойки с высокими барными табуретами. Свободное место, которого было достаточно, было использовано для установки круглых столов и сидений для посетителей. За барной стойкой разместился стенд из кедра, который был полностью забитым самым различным алкоголем. Аккуратно протирая кружку за кружкой, девушка не заметила, как в паб зашел посетитель. Только звук от звоночка, который срабатывал при закрывании двери смог привлечь внимание владельца заведения. Подняв голову, Саша Каррент увидела знакомое лицо. Будучи воспитанной, Саша, с присущей ей безразличием в голосе завела разговор первой: — Вечер добрый, Рихард! Рихард, который до недавнего времени был в холодильном отделении морга. Помахав рукой Саше в ответ, он, запихнув телефон себе в карман, пошел к барной стойке. Он выглядел почти также, только вместо медицинского халата на нем было черное худи с принтом логотипа группы “Ramones”, а синие медицинские штаны, в которых он и работал, он решил не снимать. Поправив заплетенные в сетку косы на правом боке Рихард осмотрел обстановку в пабе и сказал: — Вижу, дела идут так себе: куда делись посетители? Месяц назад от них отбоя не было. — Спячка все херит, но не расстраиваюсь. За пару недель все станет на свои места, как ни в чем не бывало. Что тебя сюда привело? Ты не куришь и не пьешь. Решил просто меня проведать? — Если бы: мой хороший товарищ умер. Было немного не по себе смотреть на труп своего друга, который разбился в ДТП. Хотя, я сомневаюсь в том, что это случайность: мой друг очень любил свою машину и следил за ней, и за рулем пил очень редко. — Угрюмо ответил Рихард, садясь на табурет и постукивая пальцами по эпоксидной смоле, — Очень грустно, что такой хороший и полезный человек умер, земля ему пухом. — Ты, наверное, хочешь выпить за упокой друга. Я временем с ним не работала? — Знаешь Пинка Уайтволла? Он сегодня утром разбился на своей машине и через некоторое время погиб, лежа на траве. — Ох, это грустно. — С таким же отсутствием эмоций Саша попыталась поддержать Рихарда, которому та налила виски со льдом и поднесла его своему знакомому, — За счет заведения. Саша понимала, что Рихард, как ее старый знакомый и коллега по ее бывшей работе - прекрасно понимал, что в смерти его друга как то связана она. Да что уж говорить: она его и убила, впрыснув с помощью своего станда Пинку в сонную артерию опасный яд, который убил его всего за пару минут. Но Саша, будучи очень опытным человеком знала, как парировать каждое завуалированное обвинение. Рихард взял стакан для виски в руку и, посмотрев на лед, он выпил залпом весь напиток, поставив стакан на место. — Меня воротит от одного вкуса спирта, что уж говорить о дыме от сигар, — сказал Рихард, поставив стакан на ребро, — но, я думаю, Пинк все же заслужил того, что бы за него выпили: характер у мужика был такой себе, он регулярно пиздился с футбольными хулиганами которые были фанатами других клубов, а его деспотизм и чрезмерная жестокость иногда выводила из себя; но как член команды он был чрезмерно хорош: разведка, проникновение на частную собственность, воровство важной информации и создание дополнительных рабочих рук было для нас очень важным аспектом. Но давай перейдем к другому: Как у тебя дела? Сколько лет тому назад ты ушла с бизнеса? Три? Четыре года тому назад? Я плохо осмотрел у тебя все, лишь бегло оценил всю обстановку, но, как я вижу, людям тут уютно. “Не заведение, а дерьмо: потолок не заделан штукатуркой, стены заменяют медные трубы, которые она взяла с этого же места. Она убила Пинка ради ремонта этой параши? Скотина! Так и знал, что у тебя с головой не все в порядке! Твое поведение не только глупое, но и опасное для бизнеса! Как я еще этого не понял?! — Сказал в мыслях Рихард, пытаясь не сдавить бокал, — Нет, все не так просто! Это ведь не основная причина, почему ты ему помешала. Я должен узнать, кто тебя нанял и сколько заплатили. Посмотрим, что она скажет.” Вдруг, из ничего, Рихард, которого Саша запомнила как довольно закрытого и угрюмого человека начал смеяться с ничего. Смех раздался по всему пабу, а сам он был настолько громким, что его можно было услышать на улице. — МакГуайр, неужели тебе так быстро ударило в голову спиртное? — Поинтересовалась Каррент у Рихарда, который даже не собирался останавливаться смеяться. — Ох, да черт подери, я так сильно рассмеялся, — перебил себя Рихард, пытаясь ухватить легкими побольше воздуха, — я никогда в жизни так еще не смеялся. Просто… ахах… просто я… о Боже… МакГуайр начал бить себя по груди, останавливая смех. Саша, желая помочь ему, налила в тот же стакан от виски уже чистую воду. Схватив стакан, парень начал из нее пить, перебив смех почти полностью. Но, все еще продолжая хихикать, Рихард уже смог нормально сказать то, что он хотел: — … просто я подумал о том, что ты могла его и убить. Но не просто так, а за ремонт своего бара. Юморно, правда? — Шутки у тебя дурацкие, Рихард, да и сам ты – дурак. — Спокойно ответила Саша, никак себя не выдавая, — Если ты хотел сюда зайти лишь для того, что бы залить мне обвинения без основательных доказательств – то ты выбрал не самый лучший день. — Ладно, успокойся, пхахах, просто в голову что то не то стукнуло. Не держи на меня зла, Сашок, я хоть тебя и не очень любил из-за твоего поведения, сама знаешь, я человек довольно-таки скрупулезный, но, наша старая дружба не даст мне тебя безосновательно поносить. Налей-ка мне еще выпить вискаря. Можешь даже стакан не менять. Каррент достала ту же бутылку виски и долила к немного подтаявшему льду напитка. Рихард, зажав нос, вновь выпил виски залпом и громко поставил стакан обратно на стол. — Да, мощная вещь. Кхм, итак, я изначально хотел у тебя не только выпить за упокой моего друга, но и о том, кто бы мог его убить. Я, как работник морга, имею просто огромное количество времени на то, что бы насмотреться на трупы людей, и, так уж случилось, что я начал разглядывать и его: труп, кроме старых ушибов от драк и раны, который он получил от удара об руль имел еще одно ранение – укус змеи на шее. Прямо по сонной артерии. Но яда от змеюки не было, только метил, которого в пиве не было. Довольно странно, правда? Змеи не имеют метил в своем яде, но твой станд, [Drink on Me] – как раз таки имеет, так еще и может быстро уничтожить свой яд. Вот уж совпадение. — Я дала тебе обещания, что я и пальцем не влезу в твои дела: я держу его по сей день, даже не обсуждая с твоими сотрудниками то, как у них идут дела в "бизнесе". А подставить меня мог, кто угодно. Да даже твой дружок Декстер “ходячий паровоз” Мидланд мог такое устроить, поскольку этот любитель ходить по шлюхам держит на меня зуб из-за одного инцидента, о котором очень сильно не хочет говорить. — Я и не заставляю тебя об этом мне рассказывать. Просто хочу что бы ты помогла мне в этом разобраться. Не может просто так змеюка появиться из неоткуда и укусить человека прямо в сонную артерию. — Ответил Рихард, вновь выставив стакан на ребро и крутя его вокруг своей оси, — А в своих людях я не сомневаюсь: они хоть и имеют свои изъяны, но нашему общему делу они верны, и на такие жалкие подставы они не пойдут. Скорее всего, Уайтволла убила вторая банда, но ты у меня будешь оставаться под вопросом, ты уж извини. Так что, поможешь мне? Оставаясь непреклонной, Саша, не изменяя своего тона и безразличного выражения лица, ответила МакГуайру отрицательно, продолжая протирать кружки от пива: — Прости, Рихард, но ты сам попросил, что бы я больше не влезала в твои дела. Единственное, что я могу сказать в свою защиту - это то, что я была здесь целый день: мне нужно поднимать свой бизнес с колен и наводить здесь порядок, а не бегать за твоими людьми и выкашивать их. Так что, не выйдет. Но если тебе будет помощь с выпивкой тебе или твоим друзьям – звякни ко мне. Саша понимала, что таким ответом Рихард довольным не будет, и была права: он стал куда серьезным чем три минуты назад, и, положив стакан нормально он встал с табурета и сказал: — Ладно, я тебя понимаю: нежелание больше водится с нами, особенно тогда, когда ты стала на ноги и имеешь прибыльное дело – это нормально, хотя, мне не нравится, что ты начала водиться с людьми. Но, я ничего не могу с этим поделать. — Рада, что ты это понял. Прикупить пива на дорожку не хочешь? — Нет, откажусь. — Ответил Рихард, поправляя свой капюшон и посмотрев на левую щеку Саши, — У тебя на щеку комар сел. Я сейчас его убью. — Комар? У меня работает электрофумигатор от комаров, их здесь быть не… Вместо того что бы ждать, когда Саша договорит, Рихард со всей дал девушке пощечину. Саша, явно не ожидая такого, быстро схватила место удара руками, уронив на землю бокал для пива, который, в последствии, разбился. — Ты больной?! — Саша мгновенно сменила тон на очень агрессивный, поглаживая место удара, — Больной кретин, я тебе сейчас… Саша ахнула и резко замолчала и, испуганным взглядом оттянула щеку так, что бы ее было видно глазу: на ней появился точно тот же укус, что и на Уайтволле. — Лгунья… — тихо сказал Рихард, отставив стакан подальше от себя. Сара резко повернула голову в сторону стенда с алкоголем и уже взялась за бутылку абсента, как вдруг Рихард моментально ее оттащил назад, дернув девушку за волосы. Бутылка упала на землю, но не разбилась, но девушка этому не была рада: Рихард повернул ее к ней и посмотрел ей в глаза. Схватив ее за голову, Рихард, сцепив зубы, ударил ее голову об барную стойку. Саша закричала и попыталась вырваться, но Рихард удержал хватку и продолжил ее бить об стойку, крича: — Тварь! Сука! Гнида! Блядина! Ты убила Пинка ради сраного ремонта своей конуры?! Я ведь прав?! Так и знал, что тебя нужно было убить, когда ты ушла с нашей банды! Вдруг, руку Рихарда пронзила сильная боль. Рихард МакГуайр отпустил Сашу и отошел, смотря на свою правую руку: на ней было несколько резаных ран, которые начали обильно кровоточить. Посмотрев на Каррент он увидел, что девушка держала в левой руке разбитую и окровавленную пивную кружку, которой Саша и отбилась от хватки парня. Нос девушки обильно кровоточил, но она, высмаркнув кровавые сопли, взяла из-под барной стойки открытую бутылку пива, в которую заполз ее станд, переместившись в нее по руке девушки. Хорошо замахнувшись, она бросила бутылку прямо под ноги Рихарду. Тот, конечно же, отошел вон от стекла, но разлившееся пиво дошло до его ног, и из этой лужи выполз [Drink on Me]. У Рихарда не получилось задавить станд ногами, и он заполз ему в ноги через правую штанину. Через мгновение, Рихард почувствовал жалящий, жгучий укус на бедре. [Drink on Me] быстро обвился вокруг берда и сделал укус прямо по сонной артерии. Жгучая боль заставила Рихарда крикнуть, но, быстро сообладав собой, МакГуайр резко схватил змею и выдрал ее от себя вместе с куском штанины, оставив большую рваную дыру. Станд начал извиваться, но Рихард, зная, на что способен этот станд, быстро схватил его за голову и хорошенько ее сдавил возле стыка головы и остального тела. Саша почувствовала, как ее шею сдавливает, а дышать становилось все тяжелее и тяжелее, но, сил девушки хватило для того, что бы та наконец взяла в руки бутылку с абсентом. — Я тебя не убью, мне нужно у тебя кое-что разузнать. Рихард схватил [Drink on Me] за другой конец и поднес ее к себе в рот, после чего – откусил кусок от змеи. Тут же на ладони Саши появилась кровавая, рваная рана, а оторванная плоть бесследно пропала. Острая боль пронзила ее руку, и та закричала, зажав левой рукой кисть правой руки. Не успев что-то сказать, Рихард отбросил змею вон, и сразу же отбросило и Каррент прямо на стенд с выпивкой: большую половину полок снесло, и дорогая выпивка упала на землю, разбившись и разлив все содержимое. Девушка упала на землю, скрутившись от боли в спине, но были и плюсы – бутылка абсента была цела и открыв ее – она начала его пить, что бы уничтожить свой же яд. — Я думал, что ты осталась для меня другом. — Злобным тоном сказал Рихард, подходя к стойке, — Между нами много чего было, но я предательства от тебя не ожидал. Ты за это пожалеешь. Но ты должна перед этим рассказать, кто тебя нанял! — Кхе, черт, вызовите скорую. — Жалостливо сказала Саша под звуки шуршания и клацанья какого-то непонятного механизма. — Не сегодня, все ровно от сюда живой не уйде… — Но не для меня! С боевым оскалом, Саша встала из-под стойки вместе с длинноствольным дробовиком, моментально направив ружье на своего противника и выстрелив. Это сбило с толку Рихарда, который смог лишь отбросить себя вправо, но это не помогло ему: дробь, скорее напоминавшая по своей мощности картечь, попала ему в руку, оторвав мизинец на левой руке вместе с небольшой частью ладони. Остальная дробь, попала в окно, разбив ее на куски. Осколки посыпались на землю, разбиваясь на еще меньшие части. Ошарашенный таким козырем Рихард побежал к укрытию: перевернув стол и сделав из нее импровизированный щит, он укрылся на ней и начал обрабатывать рану. МакГуайр оторвал большой кусок ткани от уже подранной штанины и начал с помощью нее перебинтовывать рану, наблюдая за тем, как оторванный палец каменеет и разламывается на куски. — Отдача – херня! Мой орленок смягчает отдачу, а этот стол я разнесу за минуту! — Победно сказала Саша, перезарядив дробовик и выстрелив еще раз, снеся кусок стола. “У нее хорошее оружие, Super Black Eagle. Помню, я был на сафари в Танзании: одним выстрелом снес льву череп к хуям. — подумал Рихард, закрывая свои уши ладонями, — Если такая дура попадет мне в кишки – пиши пропал, ведь с себя такое ранение я не уберу!” — Ладно, Каррент, я в патовой ситуации: давай просто поговорим! — Победители никогда не идут на переговоры, когда те гарантировано уничтожают противника в пух и прах. — Отрицательно ответила Саша, вновь выстрелив по столу и перезарядив, — Помнишь, ты мне говорил, что я отсюда живой не выйду? Я подумала и решила, что ты идеально подойдешь мне в качестве сада камней. Организую небольшой садок в своей комнате, когда начину отходить од абсента. — Хорошо, хорошо, я сдаюсь! — Не на шутку разволновался Рихард, приподняв руки над столом, — Решение нападать на тебя было ошибочным! Единственное, что я прошу у тебя так это ответить на один вопрос: зачем ты помешала Уайтволлу? Он тебя вообще не знал! Саша на несколько секунд задержала обстрел, держа мушку на левой руке МакГуайра. Саша сперла локти на стол, создав больше сопротивления для себя и напрягла правое плечо, в который спирался приклад. Заряжая внутрь новые патроны, Саша начала неспешно говорить. — Знаешь, я ему не мешала вообще. Да и мне никто не платил за его смерть. Просто вместе с белобрысым дохляком жила девушка, которая ему и поломала все планы: она не только самостоятельно выбралась с подвала, но и забила статую и напугала этого фаната “Ливерпуля” до усрачки. Я за этим всем наблюдала и очень восхитилась ей, ведь та смогла отогнать его вон. Единственное, что я сделала – это дала ему бутылку пива, а в ней уже и был мой станд. — Так зачем ты его убила?! Не убегай от вопроса! — Громко сказал Рихард, сдерживая крик. — Потому что она мне нравится. — С такой же непоколебимой спокойностью и безразличием ответила Саша, — Хочу позвать ее на свидание, а с трупом флиртовать как-то не очень. Потому и убила его как акт предупреждения, что бы вы ни к ней, ни к белобрысому больше не лезли. Может быть, даже перейдет на куда более серьезные отношения, как думаешь? “Так все это из-за того, что она просто хочет ебаться с этой сраной девкой! — Тихо прошипел Рихард, сцепив зубы вместе, пытаясь сдержать крик, — Я тебя захуярю, тварь!” Рихард опустил руки за стол, и Саша тут же открыла огонь, пытаясь успеть за ними, но не попала. Картечь же полетела во второе окно, начисто разбив ее. МакГуайр, не ожидая очередной перезарядки дробовика, поднял стол и со всей силы бросил ее в девушку. Стол, который уже был наполовину сломан, не только справился с предназначением, предоставленное Рихардом, но и перевыполнил его: он полетел точно в Сашу, делавшая очередной выстрел в своего противника. Стол оттолкнул Сашу и дробовик так, что при совершении выстрела он разбил часть стоек, на которых стояли небольшие фанерные подставки для кружек. Основной удар от стола прошелся по лице Саши: он оказался настолько сильным, что оттолкнул ее в стенд. Звук от удара раздался по всему помещению, а сам удар головы об стенд с выпивкой даже вздрогнул стену. Поломанный стол упал на пол, а за ним – и Саша. Дробовик упал за барную стойку, и Рихард поднял его. Взяв его за ствол, МакГуайр со всей силы ударил ружье по стойке несколько раз, пока не погнул дуло и не сломал цевье, приклад и рукоять, и когда он выпустил ярость – бросил сломанное ружье к разбитому окну. Ударив по столу кулаками, Рихард поднялся на стойку и встал на нее ногами, выглядывая Сашу. Разглядывая то побоище, которое он устроил вместе с ней, он увидел и саму Сашу, но та выглядела так: левая сторона ее лица и рваная рана на ладони – окаменели, но вот сама девушка никакого дискомфорта не чувствовала; наоборот, он сама захотела это сделать. — Какого черта…? — Удивленно спросил самого себя Рихард, с широко открытыми глазами смотря, что Саша смогла покрыть себя каменным слоем лишь на половину, а окаменелые части все еще были подвижными и активными. Такое удивление было не из проста: каменные люди не могли покрыть себя каменным слоем лишь на половину, так еще и оставаясь подвижными, когда те впадали в спячку. Саша посмотрела на лицо непонимающего Рихарда и ехидно улыбнулась. Быстро достав ту самую открытую бутылку с абсентом, которая была немного отпитая, Саша сделала слабый замах и бросила бутылку прямо в него. Опасаясь присутствия станда внутри бутылки, он быстро схватил ее правой рукой и зажал горлышко больший пальцем, но это было не все. Саша бросила вторую бутылку, на этот раз – с пивом, которая полетела прямо в абсент. Удар оказался достаточно сильным для того, что бы обе бутылки треснули, а все содержимое оттуда – вылилось прямо на Рихарда. Не успев отряхнуться, Саша быстро встала и достала из-под стойки зажигалку, которую МакГуайр сразу же узнал: это была зажигалка Уайтволла, которой он поджигал свои сигары. “На злость у меня нет больше времени! Теперь нужно мстить с холодной головой и рассчитать каждый свой ход. Я узнал достаточно и теперь без колебаний могу тебя захуярить!” Рихард, смотря на приближающуюся Сашу – быстро подпрыгнул и поджал ноги. Когда тот уже приземлился, то наступил прямо на ладонь Саши, сломав корпус зажигалку. Осколки от сломанной зажигалки “Zippo” впились в ладонь, но закричать от боли Саша не успела: сразу после приземления, Рихард ударил ее кулаком по голове, а левую руку поставил на ее правое плечо. Плавно, по его руке шла неглубокая, но длинная рана от когтей крупного животного, которая переместилась на плечо девушки и та сразу же начала кровоточить и вызывать сильную боль, от чего Каррент громко крикнула. — Кричишь? Так тебе и надо! — Злорадно сказал Рихард, поднимая ослабленную Сашу к себе, — Это еще не все! Подняв ее к себе и установив ее на ноги, он сделал захват головы (лицом к лицу) и подхватил ее левую ногу своей правой рукой, одновременной закинув левую руку Каррент себе за голову. Далее, встав на край стойки, Рихард крикнул “ФИШЕРМАН СУПЛЕКС!!!” и одним рывком перекинул Сашу через голову, упав вместе с ней на землю. Рихард был тренированным мужчиной и подтверждал слухи о том, что тот раньше занимался реслингом, потому от такого падения он получил лишь неприятный зуд в лопатках. А вот с ослабленной Сашей все было куда плачевнее: удар спиной об землю выбил из нее весь дух. От боли Каррент рефлекторно скрутилась калачиком, а вот Рихард встал на ноги как ни в чем не бывало и подошел к зажигалке, лежавшей на барной стойке. МакГуайр взял ее в руки и посмотрел на нее: кроме сломанного пластикового корпуса на ней не было никаких повреждений, и когда он поджег ее – из сопла вышло ровное пламя синего цвета. Убедившись в исправности, Рихард бросил ее через стойку прямо в лужу из крепких алкогольных напитков, которое тут же подожгло его. Развернувшись обратно, он увидел, что Саша все еще лежит, и тут же подошел к ней. Пнув ее ногой, Рихард развернул ее спиной на землю, после чего – сел коленями ей на живот, мешая девушке дышать еще сильнее. Поправив кровавую повязку на оторванном пальце — Я сожгу этот гадюшник дотла, а тебе же – оставлю подарок на память. Отодвинув правый рукав за локоть, он сунул руку в рот Саши так, что бы так не смогла его укусить или как-то работать челюстью. Каррент пыталась вытянуть руку МакГуайра, но все попытки были провальными – уж слишком сильно она ослабла. Единственное, что она могла сделать – это царапать его руку ногтями, что и начала делать, оставляя на руке Рихарда маленькие ранки. Рихард быстро среагировал: своей левой рукой он схватил ее кисти и прижал их к земле. Это было легко, поскольку Саша была очень ослаблена, так как даже нормально перевести сбитое дыхание – не могла. Завернув глаза кот лбу, Саша увидела страшное: весь стенд захватило пламя, которое понемногу переходило по полу к стойке, охватив его нижние полки. Помещение начало охватывать дымом, из-за чего МакГуайр подтянул свитер к носу, что бы вдыхать меньше чадного газа. — Знаешь ли, в мой морг, где я работаю, регулярно присылают мертвячину с самыми разными увечьями, которые меня постоянно привлекают. Рваные, резаные, вызванные различными болезнями – они все сами по себе интересны, так как одна никак не похожа на другую. Это словно паутина: каждая новая – уникальная. Особенно мне нравится рассматривать трупы людей, в которых наблюдается гангрена: некроз тканей человека может пойти как в длину, так и вглубь к костям. Она может быть настолько хаотичной, что из сухого вида она может перейти во влажную и наоборот. Во время разглагольствования из-под рукава начала проявляться страшная, почерневшая рана с редкими красными, гнойными рубцами, которая была настолько глубокая, что можно было увидеть голую, белую кость. Саша запаниковала и начала выдавливать из себя крики, словно моля о помощи. Каррент пыталась выбраться из-под давления ног Рихарда, но тот был слишком тяжел для нее. — Ну-ну, не переживай: умереть от такого не так уж и страшно. Можешь представить, сколько известных и важных людей умерло от него: Бальзак, Броз Тито, Людовик Четырнадцатый! Но никто из них не умер от того, что их болезнь появилась во рту, но ты – будешь первой. Даже тот фокус с окаменением отдельных частей тела тебе не поможет, так что не сопротивляйся. Страшная рана все ближе и ближе подходила к лицу девушки, пока к зубам ей оставалось всего несколько сантиметров. Засунув руку еще глубже в рот Саши, Рихард, сделав улыбку, которая скорее напоминала оскал, начал вести обратный отсчет: — Поезд заезжает в ротик! Пять, четыре, три, два, од…! Вдруг, со спины послышался звук скрежета, а уже через мгновение, Рихард, резко повернувший голову в сторону входа увидел, как кто-то подошел к нему сзади вместе с поднятым табуретом. — Это еще что за вафел?! Не дождавшись ответа на свой каверзный вопрос, незваный герой ударил Рихарда этим же табуретом по спине, поломав его на части. Если бы атакующий знал, что на спине хранится почти все запасы “оружия” Рихарда, то он бы ударил еще сильнее: удар табуретом прошелся по лопатке и ребрам, где хранились несколько ран, которые моментально активировались. Острая и страшная боль охватила спину Рихарда, и тот с громкими криками выхватил руку со рта противницы и лягнул на спину, корчась от боли, а гангрена опять ушла под рукав, так и не достигнув своей цели. Глубок вдохнув, Саша резко поднялась и сперлась на руки. Что бы избавится от вкуса руки в своем рту она начала отхаркивать слюну, пока к ней не обратился дрожащий и неуверенный голос девушки: — Т-тебе помочь подняться? Саша повернула голову к своей спасительнице и очень сильно удивилась: прямо перед ней с протянутой рукой, огненными волосами и лицом, явно выражающее неуверенность в своих поступках стояла Вьвьен Морт – девушка, которая с самого утра пережила битву с очень непростым противником. Игнорируя адские крики Рихарда, горящий паб и дым, окутавший помещение Саша, с широко открытыми лазурно-золотыми глазами и улыбкой, вызванной восхищением, радостью и волнением смотрела на Вивьен. Пребывая в алкогольном опьянении из-за очень крепкого абсента (восемьдесят пять процентов спирта), сказала: — Ебать… Быстро оторвав руку от пола, на которой была окаменевшая рана, та его подала Вивьен, но перед глазами уже все плыло, и Саша по руке своей спасительницы не попадала, пока Морт ей не помогла. — О, пасиб, — пробормотала Саша, неуверенно держась на ногах, — абсент очень сильно слабит. Расслабляет во всех смыслах этого слова, так сказать. Кстати, а я тебя знаю: я за тобой сталкерила около недели и украла твои трусы с ящика, когда ты лежала в отключке на траве. Не против, если я поношу их? — ЧТО?! Постой, как?! Когда?! — Смущенно и одновременно взволновано спросила Саша у своей новой знакомой, — Ладно, я об этом забуду, сошлем это на то, что ты пьяна. — Вот и правильно, не утруждай себя. Я, кстати, видела такие же самые у одного вокалоида, но не забивай себе голову, все ровно ты их больше не увидишь. — Медленно и спокойно ответила Саша, держась за плечо Вивьен, но когда та посмотрела влево, где должен был лежать ее поверженный противник – резко поменялась в лице, не на шутку взволновавшись, — А где Рихард?! Повернув голову к стойке, которая уже горела ярким пламенем, Саша и Вивьен увидели кровавый след ведущий к входу в подсобку, уже заваленный огнем. — Я могу его догнать! — Воскликнула Вивьен и тут же активировала [Shadow Play], — Нужно только… Не дав договорить, Саша немного наклонилась и обняла Вивьен, сперлась на ее грудь головой и потерлась об нее. Зевнув, Саша поджала Вивьен еще сильнее к себе. Покрасневшая от смущения Морт попыталась возразить Саше, но последняя ее перебила, сделав ненавязчивый намек: — А ты знала, что являешься привлекательной не только для мужчин? Такая фигурка и личико заставят задуматься даже женщину замужем. — Н-наверное… — Неуверенно ответила Вивьен, смотря на то, как чернеет эпоксидная смола и горит огонь вокруг барной стойки, все ближе подходящий к середине паба, — Давай лучше уйдем отсюда, вижу, тебе очень сильно досталось, даже рана на плече есть. — Да херня, смотри. — Сконцентрировавшись, Саша покрыла каменным слоем свое правое плечо, тем самым остановив ее кровотечение, — Потом ее обработаем вместе с другими ранами. А за этого идиота что только что побежал – можешь не переживать – он не придет сюда. — Так, мы можем уже идти отсюда? Просто из-за дыма уже тяжело дышать и глаза слезятся. — Не-е-е, еще не все! — Откинулась Каррент от Морт и шатаясь пошла в угол помещения, который еще не успел охватится пламенем, откуда что-то подняла. Вернувшись к Вивьен, она протянула к ней руку с кагором, на которой было написано “Yekteniya”. Выдернув корок, из-под рубашки выполз ее раненый [Drink on Me], который сразу же пополз по ее руке к бутылке, куда и залез, приняв удобную позу. — Отдыхай. — Сказала Саша засовывая корок обратно, а потом – вместе с Вивьен вышла из горящего паба и уже вместе те быстро скрылись, бросив горящий паб на произвол судьбы. Пожар после ухода все персонажей продолжал гореть, пожирая все, к чему успел торкнуться. Медные трубы начали краснеть и менять цвет, постепенно темнея от нагара. Через несколько минут заметили несколько людей, вышедшие из паба по соседству, что бы покурить. Вызывав пожарных, люди начали наблюдать за тем, как языки пламени доходили к окнам, покрывая черным нагаром еще не выпавшее из рамы стекло. Всего за три минуты пожарный автомобиль с нарядом прибыл и припарковался через дорогу к пабу, а далее – начал тушить огонь. Через пять минут наряд пожарных справился с пожаром, а к месту событий уже приехал наряд полиции и спасателей, начавшие поиск пострадавших, которых там не было и в помине.

-----

Проблемы Рихарда с дымом начались еще тогда, когда был в стадии развития: будучи еще в улье шершней колония едва не погибла во время пожара в лесу. Тогда и Рихард и шершней спасла удача: улей упал в реку Галлатин, которая и унесла улей подальше от огня. Но осадок, как всегда, остается: надышавшись дыма у Рихарда появились серьезные проблемы в виде аллергии на дым, которая могла перерасти в удушье. Так случилось и сейчас, когда МакГуайр смог выбраться из горящего паба через черный ход. Каждый раз, когда он пытался глубоко вдохнуть, то тут же начинал кашлять, падая на землю от чрезмерной усталости. Попутно с обильно кровоточащими ранениями на спине, которые страшно болели, Рихард начал ползти по-пластунски, периодически побивая свои карманы в поисках ингалятора. — Ну же, где же ты? — Хрипло говорил Рихард, судорожно ища свои лекарства, — Попадись, давай! Есть! Достав ингалятор с заднего кармана штанов, Рихард быстро взял его рот и принял лекарство, которое и спасло его от кашля. Выбросив использованную емкость парень смог глубоко вдохнуть и выдохнуть, лег головой об землю, игнорируя тяжелые ранения. — Теперь нужно отползти подальше и достать свисток, — начал мыслить в голос МакГуайр, ползя к выходу из закоулка, — без него я никак не выберусь. — Ой, вы ничего не слышал? — Сказал голос, прозвучавший недалеко от Рихарда. — Боже, ну и вонь. — Сказал второй голос, в котором были слышны нотки шепелявости, — Палмер, это от тебя так несет? — Эмерсон, завали ебало и выходи быстрее, в нас тут гости появились. — Огрызнулся третий голос хриплым голосом. — Я тоже слышу кого-то. Рихард медленно повернул голову назад и увидел, как из-за угла вышли три бомжа, одетые в ободранные лохмотья. — Мужики, смотрите, паб той девки горит! — Крикнул бездомный одетый в несколько шуб сразу, — Кто же нам теперь простроченную выпивку и закусон будет нести? — Эмерсон, лучше смотри сюда, — тыкнул пальцем в лежащего Рихарда второй бомж, с большим ожерельем из бычков, выстроенным в несколько рядов — кто-то нарисовался! Лейк не напиздел! — Палмер, вот видишь! — Сказал третий бездомный, сгорбленный и носивший обноски с латками из газеты, — Лейк никогда не лжет! “Еще этого не хватало, сейчас ко мне прилезут.” — О, я тоже вижу. На вид дохлый уже. — Сказал Эмерсон, подтирая нос от соплей. — Может быть, обнесем его? — Спросил Лейк, немного подступив к лежащему Рихарду и потирая руки об свою бороду, — Мне нравится его свитер! Уж лучше, чем обноски. — Возможно, у него и деньги будут. — Подумал Палмер, пыхтя бычок, — На несколько бутылок спирта должно хватить. Мертвым и так деньга не всралась, все согласны? “Ну уж нет! Меня какие-то всратые бомжи не станут обворовывать! Не позволю!” — Я тогда и первым пойду – найду бумажник и сниму этот свитер с него. — Смело воскликнул Палмер, хрустнув пальцами, — Дело на секунду. Как только Палмер подошел и потянулся к Рихарду, последний резко схватил его руку, со всей силы сжав его кисть. Далее, с его руки выползла, гангрена, которую он хотел передать Саше и поместил ее на руку бездомного, очень сильно испугавшийся от увиденного. Палмер попытался выхватить уже раненую руку из хватки МакГуайра, но тот лишь оторвал сгнившую руку от кисти, которая осталась в руках Рихарда. Испуганный бомж упал на землю и отполз вон, пока его ошарашенные друзья смотрели на все это, но боялись подойти. Рихард встал на ноги, хоть боль в спине сильно мешала. Подойдя к Палмеру, Рихард поставил правую руку на его голову и перенес уже вторую рану прямо на его макушку. Сразу же, из головы Палмера хлынула черная, вонючая кровь, полностью покрывшая его лицо. Рухнув на землю с закатанными глазами – он перестал дышать и подавать хоть какие-то признаки жизни. — Ты… Ты че с Палмером сделал?! — Дрожащим голосом сказал Эмерсон, быстро подняв с земли разбитую бутылку пива, после чего – наставил ее на Рихарда, — Ты его убил?! Я отомщу! Подняв “розочку” над собой, он побежал прямо на Рихарда, который едва стоял на ногах. Эмерсон надеялся на то, что он сможет сделать быстрый удар в шею и дело с концом, но МакГуайр не собирался расставаться с жизнью: Рихард бросил сгнившую ладонь покойного Палмера прямо в лицо наступающего Эмерсона. Не увернувшись, рука с гангреной тронула лицо Эмерсона, а тот с чувством омерзения, судорожно забрал ее с лица и вскрикнул от страха. Стал столбом, Эмерсон смотрел на упавшую руку своего мертвого товарища, и Рихард воспользовался этим, подойдя почти вплотную. Эмерсон, шарахнувшись, попытался отступить от МакГуайра, но не успел: Рихард ударом кулака выбил из рук Эмерсона бутылку, которую моментально поймал левой рукой и тут же воткнул “розочку” ему в шею. Струя крови хлынула с шеи бездомного и тот, вслед за Палмером рухнул на землю, делая под собой лужу крови. Единственным из компании остался Лейк, прижавшийся к стенке и смотревший на Рихарда как на страшного зверя. Разозленный Рихард начал подходить к нему. Но Рихард был слишком усталым для того, что бы что-то да сделать ему, ибо он потратил все свои силы на Эмерсона и Палмера. — Умоляю, не бейте меня! Лучше обоссыте! — Испугано молил Лейк, сложив руки вместе и начав реветь, — Я никогда больше к вам не подойду, только не трогайте мена, пожалуйста! — БУ! — Резко крикнул Рихард, немного дернувшись с места. Не на шутку испуганный Лейк тут же встал и бросился вон в подворотню, с которой и вышел, бросив своих друзей. Убегая сверкая пятками, крича о помощи, Рихард отошел от горящего паба подальше, присел на землю и опять лягнул на живот, что бы больная и все еще кровоточащая спина ни с чем не прикасалась. Проверяя карманы, Рихард все еже нашел то, чего хотел: он достал из правого кармана свисток, похожий на шахматную фигурку корабля. Дунув в него, МакГуайр тут же забрал его вон, закрыв глаза и вздремнув, что бы отвлечь себя от неприятного и болезненного зуда в спине, ожидая помощи.