Тайна

Пятнадцать минут растянулись на сорок. Не то, что бы Ниган был не пунктуальным, вот только внезапно нагрянувшие неотложные вопросы с людьми, оказались важней. Разобравшись со всем, как можно быстрее, Ниган залпом выпил свой, разбавленный растаявшим льдом выдохшийся бренди, и, раздраженный, устремился прочь из дома. Дверь трейлера была не заперта, как и ожидалось. Внутри было темно, конечно: сколько времени Джули должна была ждать?! Сквозь жалюзи пробивался свет, падающий на силуэт в кровати. Силуэт спящего человека. Недолго думая Ниган юркнул в кровать, обнял свою добычу и внезапно подумал о младшем Диксоне. Вот так просто. Тот выплыл из подсознания и напрашивался в эту эротическую фантазию так невероятно навязчиво, что не хотелось ему отказывать. Тем более, что силуэт в кровати был явно не женским. Здоровенное плечо, отсутствие мягкой женской груди и мощный запах пота красноречиво сообщали: это не Джули! Но Ниган это сообщение проигнорировал, игриво вообразив, что он сейчас нежно обнял Дэрила. Наконец-то, поймал! На самом деле, мозг быстро подбирал более правдоподобные варианты на роль жертвы своего внезапного нападения. Если это Реймонд или Карлос, то придется их немного помучать обвинениями в том, что они вовсе не Джули. Джастина, однозначно, стоит подколоть, что хозяин пришел по его душу, ведь парень изведется от страха. А вот Марк и Джошуа могут решить, что от них сегодня, действительно, требуется ублажить своего лидера, ведь, без сомнений, они только этого и ждут, — с ними надо быть аккуратней! Но телосложение и длина волос намекали, что это вполне может быть Дэрил. От этой фантазии, почему-то просто уносило прочь все сомнения. Пусть это будет Дэрил, хотя бы на минутку. Даже если это не он, ведь ему тут неоткуда взяться, просто так приятно представить, что он! Это было неслабое откровение для самого себя. Все размышления пронеслись в голове очень быстро, сразу выветриваясь, оставляя лишь ощущение покоя. Но вдруг «Дэрил» шевельнулся: — Мерл, — заворчал он. — Отвали, какого хрена… Ниган дернулся, его обожгло словно кипятком. Все тело бросило в жар, он хотел отдернуть руку, но сдержался и замер, все еще прикасаясь к чужой груди, уже борясь и с инстинктивным порывом вцепиться сильнее. — Дэрил? — выпалил он, «представляясь», желая, чтобы внезапно материлизовавшийся прямиком из воображения в реальность Диксон узнал его голос. Интонация должна была сообщить, что он совершенно не ожидал вот так вот встретиться. Но она выдала не только удивление, а еще и восторг, а отчасти и страх: голос дрогнул, так как во рту мгновенно пересохло. Диксон застыл, его сердце ощутимо бешено заколотилось в груди. Должно быть, спросонья не мог понять, что происходит и как теперь быть. Черт, так ведь, блядь, не бывает, какого хуя, Диксон, неужели?! — но сомнений тут быть не могло: его голос он узнал бы из тысячи. Лишь от его голоса екало сердце, запуская волну мурашек бегущих холодком по спине. Нигана словно застукали за дрочкой. Как в плохой порнушке: девушка вошла, разоблачение случилось, но еще немного и все разрешится само, ведь она непременно присоединится и поможет ему… Дэрил воплотился в фантазии о Дэриле и теперь нельзя его отпустить, просто никак. Тем лучше, что он молчит! Никогда Ниган не был так рад его молчанию. Младший просто замер, не шевелился и, тем самым, позволял фантазировать о себе и дальше, отсрочивая тот момент, когда должно последовать объяснение: какого хуя главарь приперся ночью в чужую кровать?! Теперь этот запах казался Нигану невероятно сексуальным, помимо пота это был табак и костер, запах леса, запах его кожи, рука захотела опуститься с груди на бедро. Прижаться там, внизу. Голова шла кругом. Это неловкое замешательство могло продолжаться и дольше, но как только Ниган решился осуществить задуманное, арбалетчик среагировал. Дернулся, развернулся и откатился в стену, не далеко, на какие-то несчастные полметра. Но Ниган успел схватить его за загривок, крепко, словно непослушного щенка. Не вырывайся! — мысленно умолял он, ощущая, как нешуточное волнение окутывает его с ног до головы: Диксон насквозь прожигал своим горящим взглядом, хорошо различимым в луче света, пробивающимся сквозь жалюзи. Ниган же не был стопроцентно уверен, что младший его опознал, ведь на его лицо свет не падал. Но по реакции, казалось, что очень даже узнал: он дышал так быстро, что от раздувающейся груди его качало. Любого другого Диксон треснул бы по роже. Не раздумывая. Да он же обычно вскипает даже от любого косого взгляда, от любого неосторожного слова. Так чего он ждет?! Узнал, засранец! Слишком привык при Нигане сдерживать эмоции, так сильно привык, что оно работает на автомате? Или он еще толком не проснулся?! Его классическая глухая оборона сейчас дала сбой: уже происходило то, чего терпеть не следует, а он еще этого и не понял! Его взгляд был таким колючим. Сердитый арбалетчик, прижатый в темном углу, ну и где же теперь твое напускное безразличие и невозмутимость? К нему тянуло, как магнитом. Таинственное молчание так сильно затянулось, что уже было поздно что-либо объяснять. Все должно быть вполне очевидно: Ниган оказался в чужой постели, и не собирается уходить. Хотя в его голове все еще зачем-то крутились эти нелепые объяснения про Джули. Раз ее нет: надо довольствоваться тем, что есть. А точнее, тем КТО есть. Отличное объяснение! Дэрил тут же войдет в положение и не станет сопротивляться… Но он и так — не очень-то сопротивляется. Как всегда, лишь молчит и терпит. Вот только теперь то он — точно в ловушке, совсем один. Движимый неумолимым желанием близости, Ниган притянулся, вплотную, запирая арбалетчика у стены, лишая возможности для маневра. Если захочет уйти, ему придется оттолкнуть. Осмелится ли? Теперь Ниган заметил, как Диксона бьет мелкая дрожь. Тот был адски напряжен, просто весь на взводе, словно бурлящий котел. Это страх или злость? Младший не понимает шуток, особенно с сексуальным уклоном. Значит, злость. Да и никогда он ничего не боялся, никто не был так смел перед Ниганом, как он. Но эта дрожь чертовски похожа на страх. Что-что, а страх Ниган различал прекрасно. Чего ты боишься, засранец? За свое положение, за Мерла? Где же твоя вспыльчивость, Диксон, что с тобой?! Такое нельзя спускать на тормозах! Реакция Дэрила приводила в замешательство, да и свои внезапно нахлынувшие к нему нежные чувства мешали опомниться и прочитать чужую эмоцию. Да и плевать. Сейчас он расколется, не выдержит, взорвется, тогда и посмотрим, что у нас там за истинное отношение. Ниган положил руку на его бедро и опасно прижался лбом к чужому виску, дыша Диксону в шею, вдыхая его трепет и страх, как будто они имели свой собственный запах. Ощущая на себе и его сдерживаемое сбивчивое дыхание, такое обжигающе горячее и желанное, что это было уже слишком. Их тихое откровение, оказалось настолько громкоговорящим, что давление пульсировало в ушах. Не справляясь с головокружением, Ниган рвано задышал ртом, его продолжал волнами окутывать жар, он не мог и не хотел скрывать тот факт, что ситуация до чертиков его возбуждает. Дэрил, если ты меня не остановишь, я не остановлюсь! Гребаный Дэрил Диксон лежит с ним в одной кровати, скованный ступором, молчаливый и без пяти минут оприходованный. Он подчинится. Он уже подчинился? Какого черта он молчит?Это согласие? Спросить? Черта с два! Сегодня или никогда, либо он расколется, либо ему несдобровать, пусть решает. Но больше он никуда не сбежит! Набравшись решимости, которой никогда с таким трудом не приходилось набираться, Ниган нагло потянулся к чужим губам. Еще немного и младший психанет! Он же видит, что происходит, он не может не понимать, что все это значит. Касание. Волнительное, яркое, горячее касание и легкий рывок, Дэрил дернулся. Лишь слегка, от неожиданности, но тут же его губы снова попались в плен. От первого прикосновения Ниган ощутил удар тока, екнуло сердце, а сигнал побежал дальше, вниз по телу, прямиком в пах. А от последующего уже долгого касания между ног все просто загорелось. Это было немыслимо, невероятно, слишком смело, чтобы быть правдой, такого мужикам делать не позволительно. Но было плевать. Сухие и грубые наощупь губы Дэрила оказались накрыты чужими губами, и ничего страшного не произошло. Вот только почему-то это значило так дохуя много. Поцелуем Ниган уже в открытую заявлял о своих намерениях. Это не шутка и не игра. Если Дэрил что и скрывал, то нужно было реагировать прямо сейчас. Но тот лишь вжимался в стену, держа навесу руку, заползая ею куда-то вверх, как бы, не зная куда ее деть и сильно жмурился, видимо силясь стерпеть все, что с ним сейчас происходит. Ниган отстранился, облизнулся и примкнул снова, смачивая слюной диксоновкий рот. Ощущения были божественны, и он был на седьмом небе от того, что Дэрил терпел, не мешал, а лишь взволнованно дышал ему в лицо. Размыкая и смыкая губы, Ниган заметил, что еще никогда не чувствовал себя такой наглой пиявкой, мягко и сочно присасываясь, он и не думал отставать, ведь весь этот трепет и внутренне сопротивление Дэрила так наполняли огнем, что, казалось: еще немного и загорится постель! Хотелось моментально его раздеть, схватить сильнее, повернуть и войти в его тело, так же смачно прилипая губами, покрывая слюной его спину и плечи. Чтобы от возбуждения горело все тело, и чтобы он так же все это позволил. Упрямый вечно хмурый арбалетчик, такой вкусный, чертов запретный плод, кто бы знал. Рот Дэрила податливо приоткрылся, будто приглашая вовнутрь, толи от растерянности, толи от головокружения, кажется Диксону не хватало воздуха, и он просто пытался дышать. Наполовину отлепившись, не веря, что пришло время распаковывать такие подарки, Ниган шумно рвано выдохнул, но тут же опомнился и поспешил воспользовался случаем, жадно выпуская язык, чтобы тот влажно скользнул по снова сжимающимся губам, уверенно раздвигая их и проникая внутрь непокорного диксоновского рта, который перед ним так редко открывался. Не хотел иначе, значит будем так. Целовать другого мужика приходилось впервые, и это должно было быть чем-то вроде наказания Диксона за его неприступность. Его реакции были непонятны, но зато свое наказание он тоже, как и все остальное, принимал очень стойко. Наверное, уже в сотый раз успел пожалеть, что оказался не в том месте и не в то время. Как он вообще сюда попал? Диксоны ведь держатся особняком и строго вместе, где-нибудь поодаль от основного лагеря… Но, так или иначе, а сегодня ему «повезло». А как же повезло Нигану! Весь вечер его терзали мысли о том, как увидеть братьев, как увидеть Дэрила. Воспоминаний о какой-то очередной девице, которую требовалось оттрахать, уже не было и в помине. Теперь не нужно было «забыться», наоборот, не мешало бы «опомниться», но Ниган этого делать точно не собирался. Пусть это безумие не прекращается никогда. Оно же торкает сильнее, чем что бы то ни было! Он крепко и нежно обнял Дэрила, просунув под него руку, медленно и жадно вплетая пальцы в волосы, и, приложив усилие, отодвинул арбалетчика от стены, попутно окунаясь глубже в его глотку своим языком. Дэрил ерзал, упираясь, но явно стараясь не давать волю рукам, и рвано хватал ртом воздух, когда выпадала возможность, но не проронил пока еще ни звука. Зато расслабил лицо и уже не жмурился. Целоваться он явно не умел, или не хотел, но, главное, он не сопротивлялся. Его язык время от времени шевелился, случайно попадая в такт движениям, но было сложно понять, отбивается он, или хочет участвовать. Скорее всего просто испытывает неудобство. Периодически его отчетливо трясло, и это было дико волнующе. Возбуждение накатывало все сильней. Диксон, не без внутреннего сопротивления явно, но все же покорно стал игрушкой. Сексуальной игрушкой. Должен же он понимать, к чему все идет? Когда же он собирается пустить в ход свои кулаки? Еще немного, и точно станет поздно! Руки Нигана гуляли по его телу, рука державшая за голову, вдруг бойко опустилась вниз, проскользнув под туловищем и схватила за задницу. Ниган вжал Дэрила в свое тело, почувствовав, что у того появилась эрекция. Вот это да! Дэрил возбужден? Его лицо наощупь было обжигающе горячим. Он затаил дыхание, когда Ниган заметил его стояк. Но проблемой это точно не стало. Я так и знал, что ты меня любишь, младший!— Нигану было так сладко, так хорошо, что плевать он уже хотел на разгадывание чужих тайн, главное, что все у него под контролем, и Дэрил теперь с ним. В тишине и полумраке было слышно только сбивчивое дыхание и возня, шелест ткани. Ноги переплелись, нерешительная рука Диксона обреченно легла Нигану в районе бедра, вторая была зажата под его головой и лежала, вцепившись в матрас, стараясь не участвовать. Ниган, наконец, отлепился от чужого рта и собирался с мыслями, дыша арбалетчику в шею. Думать было не о чем, желание одолевало разум. Попытки понять, почему оно так, были тщетны. Неужели все только потому, что Дэрила так хотелось поймать в свои руки? Вот он. В руках. Совершенно готовый принять все, что угодно. Но этого мало. Его покорности, его кротости, его молчаливого согласия, его взаимного возбуждения. Теперь так мучительно сильно хочется взаправду овладеть им. Вопреки рассудку, отголоски которого еще вспыхивали время от времени, Ниган звякнул пряжкой ремня, собираясь освободить свое тело от плена одежды. Дэрил встрепенулся и дернулся, но вырваться не посмел, хотя его все равно пришлось вновь прихватить за шкирку, для ясности, что его присутствие сейчас строго необходимо. Он лишь задышал сильнее, стараясь не смотреть вниз, снова не произнеся ни слова. Чертов молчун. Жди и наблюдай, как и до тебя дойдет очередь. Она дошла. Освободив свой изнывающий от напряжения пульсирующий член из плена уже влажного от смазки белья, Ниган полез в штаны к Дэрилу. Пальцы одной руки ловко расстегнули все, что было нужно и пролезли под ткань. Рваное нервное дыхание Диксона сорвалось на шипение, когда рука коснулась его горячей плоти. Младший все-таки был явно напуган, но, по всей видимости, считал себя обязанным подчиниться. Да и не сказать, что ему было противно, иначе бы у него и не встал. Тем более так крепко. Его, наощупь, весьма крупный член предстал во всей красе. Несмотря на то, что зрением в темноте его едва можно было различить, а тем не менее удивленный взгляд Нигана опустился вниз, всматриваясь в полумрак, а по лицу поползла растягиваться широкая довольная улыбка. Казалось бы, какая разница, какой у младшего член? Какое это должно иметь значение? И разве стоит себе позволять оценивать?! Трогать, радоваться виду? Это же стопроцентная пидорская хуйня! Вид чужого члена не должен вызывать никакого аппетита, это точно! Но, черт возьми, это же не кто-нибудь, в смысле, это же Дэрил, чтобы это, блядь, не значило! И тот факт, что он очень и очень хорош, приносил дополнительную, неслабую дозу счастья. Овладеть им захотелось вдвойне сильней. Диксон схватил чужую наглую руку за запястье и задергался, неловко пытаясь отодвинуться, но его телодвижения лишь раззадоривали, провоцируя щупать и хватать всюду, где этого делать не следует. Сдернув пониже его штаны, а затем и свои, Ниган прижался к его телу, насильно переплетаясь ногами и слегка наваливаясь. Оба члена вжались друг в друга и все это пребывание в одной кровати вдруг заиграло совсем новым смыслом. Никогда Ниган не прикасался ТАМ к другому мужику, никогда о таком не думал, не подумал и сейчас, когда взял и сделал это. Осознание пришло опосля. Теперь уже поздно было о чем-либо себя спрашивать. Разве что… А взял ли он с собой…? Он поспешил обыскать свою куртку, ощупав карманы. В одном из них, все же был искомый предмет. Нетерпеливо дернув молнию, он извлек тюбик. Смазка, мешок которой сегодня привезли Диксоны. Вот ведь ирония! Ниган вовсю заулыбался, глядя Дэрилу в глаза. Тот ждал, как загнанный зверь, ждал, что с ним будет дальше, ведь, наверняка ему казалось, что ничего более постыдного с ним сегодня не произойдет. Произойдет! — усмехнулся Ниган, открывая зубами колпачок лубриканта. Холодная жидкость полилась на гениталии, как на угощение сироп. Дэрил снова зашипел от ощущений. Снова шевельнулся. Это движение всколыхнуло эмоции. Любые касания отзывались эхом по всему телу. Члены скользнули, притираясь бок о бок. Это было так многообещающе: Ниган блаженно застонал. В голове сейчас он уже трахал Дэрила раком, трахал так, чтобы арбалетчик надолго это запомнил. Эта безумная фантазия мгновенно захватила разум. Захлопнув кое-как колпачок тюбика, рука отбросила его прочь и поспешила сжать оба члена своей крепкой хваткой, подавляя спазм, пытаясь унять острое, болезненное желание незамедлительно начать быстро и жестко трахаться. Дэрил не мог больше быть смирным, ерзал, заставляя сдерживать себя. Должно быть к ласке не привык. К ласке? Конечно он не привык, что его будут хватать за член! Но оскорбленным он не выглядел. Это было так приятно: видеть его не отрешенным, не обиженным, не хмурым больше. Он и сейчас лишь стойко терпел, но вроде бы был не против таких смелых экспериментов. Казалось, ему даже нравится. Конечно, ему должно нравится, ему же главарь передергивает! Вряд ли у арбалетчика была близость с кем-то из группы, а если верить Мерлу, то у него ее и вовсе не было за все это время нового мира. А как можно жить без секса? Даже дрочка, совершенное иная, если тебя касается другой человек. Дэрил же не железный, ему ведь не чужды теплые чувства. Ниган старался сделать все приятно, очень хотелось приручить арбалетчика, очень нравилось его дразнить и идти постепенно, смаковать каждый момент, проведенный с ним. Между ними все так и искрилось. Судя по нетерпеливым выдохам и тому, как тело Дэрила стало двигаться, поддаваясь навстречу руке, он, должно быть, уже хотел быстрее с этим покончить. Тебе хорошо? Ты это чувствуешь? Черта с два ты думал, что оно может быть так, верно?! — все разговаривал с ним Ниган в своей голове. Сейчас, впервые в жизни, ему, действительно, хотелось поделиться мыслями, и узнать чужие. О том: каково Дэрилу с ним, что он чувствует, испытывает ли он тоже самое? Но нарушать тишину было нельзя. Это противоестественное действо должно было произойти втайне, само по себе, как будто никто этого не планировал, не хотел. Хотя никто и не планировал. Теперь уже сложно было судить, хотел ли? Но точно такого никто себе не воображал. С девушками — да. Такого — никогда! Но теперь было поздно. Теперь в голове было полно самых грязных образов, в которых фигурировал именно Диксон. Его упругие узкие бедра, его широкие плечи, и его роскошный крепкий стояк. Его податливый горячий рот и этот головокружительный испуганный взгляд. Теперь было чувство, что сегодня попался в ловушку не только Диксон. Он не уйдет! Он не посмеет! Не сможет! — уже успокаивал себя Ниган, опасаясь, что свободолюбивый подчиненный назавтра захочет сбежать, испугается, очнется и поймет, как ужасно то, что ему теперь приходится делать. А ведь Ниган старался не быть ужасным, а был нежным. Конечно, он не дал бы Диксону уйти из этого трейлера, даже если бы тот захотел. Но Дэрил же не пытался! Он сам сделал вывод, что не вправе уйти! Быть может считал, что в случае своего отказа подставит брата, ведь впасть в немилость главаря — это последнее дело. Но это не важно, ведь главное, что он стал «сговорчивей». Если будет продолжать в том же духе, то и Мерлу от этого будет только лучше! Братья и так на хорошем счету, но теперь они будут настолько ближе к солнцу, что смогут хорошенько понежиться в его лучах. Если, конечно, смогут и дальше принимать с благодарностью то, что так щедро (как сейчас) выпадает на их долю. Конечно, на долю Дэрила выпало больше щедрости. Просто: он моложе, красивей и что-то еще в нем таилось, его присутствие ощущалось по-особому. Такого странного, непонятного отношения, Ниган не испытывал на себе никогда. Младший был таинственным, скрывая что-то очень непростое, должно быть, болезненное, личное, важное, и ахуенно безумно интересное. То, что он до сих пор скрывает, даже в момент такой невероятной близости! Оба напряженных ствола скользили друг по другу, плотно сжатые между собой. Ничего более постыдного Ниган в жизни не делал. Это вызывало острое удовольствие. Следующим этапом его член, непременно толкнется куда-то, куда он сможет погрузиться целиком. Это необходимо. Внутрь Дэрила! Это неизбежно. Туда, где младший точно не знал ласки. Это неотвратимо случится. В его девственную… Волна возбуждения, наконец, перепрыгнула через все бесстыжие мысли и захлестнула, так внезапно, так сладко, рука заработала быстрее, подгоняя, стимулируя выплеснуться наружу всему, что накопилось, всему без остатка. Хватаясь за свою жертву Ниган, самозабвенно, радостно и удивленно постанывая, неприглядно грязно кончал, забрызгивая спермой обоих, одежду и матрас. Дэрил вряд ли собирался сделать тоже самое, игрушки не кончают, так что его можно было не ждать и больше не мучать. В этот момент было точно не до того, чтоб прислушиваться к чужим чувствам, хватит играть в угадайку. Надо признать, что все эта аккуратность и нежность была нужна для того, чтобы Дэрил не сбрыкнул, чтобы втянулся и позволил этому случиться. Эксперимент удался! Их первый. Ниган отстранился, убрал руку и упал на лопатки, чтобы отдышаться, но окончательно уходить не спешил. Никуда он теперь не уйдет. На улице послышались голоса людей, проходящих мимо трейлера. Закрыта ли дверь? Закрыта: Джули, интим, запер! Черт,Джули! Она ведь не стала бы интересоваться, рассказывая всем вокруг, что так и не дождалась меня в гости? Да нет, она бы не стала. Он посмотрел на Дэрила. Тот, видимо, решил, что представление окончено, уже убрал свое хозяйство обратно в трусы и даже наивно пытался застегнуть ширинку, судорожно сглатывая слюну и стараясь успокоить дыхание, наверное, собирался куда-то уходить. Член его, правда, в отличие от него самого, торопиться и даже прятаться вовсе не собирался, похоже, приводя арбалетчика в крайнюю степень замешательства и смущения. И вот опять Дэрил хмурился. Теперь это было невероятно умильно и забавно. Ниган решил дать ему минутку, отвернувшись и блаженно откинувшись на подушку. Дэрил был сейчас такой милашкой, от этой мысли глупая счастливая улыбка расползлась по лицу. Да ему точно понравилось, зачем он это скрывает?! Одно только слово, и я помогу ему закончить! Отмалчивайся дальше, чертов мазохист. Штаны еще не порвал? А если серьезно: стоит ли сейчас открыть рот и испортить эту волшебную, как сон «тайную» встречу, облекая происходящее в слова, в понятия? Находя объяснения. Какие тут могут быть объяснения и слова?! Нет, только не сейчас! Трезвость после оргазма позволила слегка прийти в себя и одуматься: хорошо, что это была всего на всего безобидная дрочка. Ничего страшного, ничего бесповоротного, ничего из того, что воображалось в одурманенной голове. Подумаешь, дрочка, с кем не бывает. И поцелуйчик. Односторонний. Младший почти и не поучаствовал. Его губы были сухие, как и он сам. Если не считать того обстоятельства, что у него тоже встал… Хотя тот почти уже сделал вид, будто этого не было. Дэрил, мать его, Диксон. Парень, которого ничем не пронять. Мистер «невозмутимость». Он быстро решает проблемы. Он рядом в трудную минуту. И он никогда не задает вопросов! Ему что, даже неинтересно, что это сейчас было?! Он не спросит? И потом никогда не станет об этом вспоминать? Быть может из головы выбросит так же легко, как и согласился на все это? А что если… что если он сможет сделать так же и после настоящего секса? Если он будет продолжать молчать, то и я… буду продолжать! Голоса стихли. Находиться вдвоем в одном маленьком помещении, в одной небольшой кровати, освещенной тусклым светом, падающим из окошек, было так хорошо. Как будто больше ничто не волновало в этом мире. Никуда не надо идти, хорошо бы остаться здесь вместе и мирно уснуть. Просто, чтобы знать, что этот долбанный засранец рядом. Было бы круто еще представить, что Диксону этого тоже хочется. Но Дэрил, по-любому, предпочтет теперь куда подальше свалить. Наверное, он и остаток ночи не сможет тут провести… Наверняка не сможет. Особенно после того, как я с ним закончу…

***