Психолог, манипулятор... гриффиндорец?

— Арресто Моментум! — произнёс Гарри, совершая пасс одной рукой и удерживая крысу за хвост другой. Раздражённое животное щёлкнуло зубами около самого кончика вовремя отдёрнутой палочки и попыталось свернуться в клубок, чтобы укусить Поттера за пальцы. — Да чтоб тебя! — Гарри отдёрнул руку и напружинился, готовый поймать крысу раньше, чем она прыгнет кому-нибудь на голову. Крыса вздулась горбиком, готовая в свою очередь оказать сопротивление сразу, как Поттер потянется к ней руками. — Рэт Ин Ла́минам! — Гарри взмахнул палочкой с безопасного расстояния, пользуясь своей способностью трансфигурации крыс в подобие тарелок. Пушистый блин поковылял к краю стола, скрипя что-то матерное.  — Арресто Моментум! — Поттер воспроизвёл нужный пасс, и блин послушно замедлился. — Превосходно, мистер Поттер! — радостно возвестил профессор Флитвик, подпрыгивая на своей книжной башне. — Вы отлично справились с заданием! Попрактикуйтесь теперь на снитче! — он отлевитировал на стол Гарри клетку с бешено мечущимся золотым мячиком внутри и ободряюще улыбнулся. — Гений, тоже мне, — пробурчал с соседнего ряда Рон, взмахивая палочкой. Вместо того, чтобы замедлиться, его крыса вдруг замельтешила так, что снитч Поттера показался вяло подергивающим крылышками. Накопив достаточный для прыжка импульс, крыса скакнула в волосы сидящей через место Лаванды Браун, и та завизжала, пытаясь её стряхнуть. Крыса тоже завизжала, очевидно словив приступ клаустрофобии в густых волосах девочки. Стремясь исправить положение, Рон скомандовал «Акцио», и компактно обёрнутая клоком волос крыса послушно подлетела к нему. Лаванда на пару секунд онемела от шока, после чего запустила в Рона учебником по чарам, обозвала придурком и в слезах вылетела из класса. — И-извините, — в гробовой тишине произнёс Рон, комкая крысу в руках. — Да ты знаешь толк в обращении с дамами, Уизли! — фыркнул Драко, а сидящие рядом с ним Крэбб и Гойл заулюлюкали. — Сосредоточьтесь на теме урока! — Флитвик захлопал в ладоши, привлекая к себе внимание. — Подымите руки те, у кого получилось применить заклинание! — Арресто Моментум! — продолжал повторять Гарри, пытаясь прицелиться в снитч, пока профессор считал руки. В какой-то момент заклинание достигло своей цели, и заметивший это Флитвик пришёл в восторг. — Посмотрите! — воскликнул он, указывая на Гарри. — У мистера Поттера получилось! — Круто! — голова Симуса возникла над плечом Гарри. — Каждую жилку на крыльях можно рассмотреть! — Десять баллов Рэйвенкло за отличную работу! — провозгласил профессор. — Будь осторожен, Поттер! — воскликнул Малфой. — Уизли смотрит на тебя так страстно, что выдернутым клоком волос можешь не отделаться! Крэбб и Гойл снова захихикали, демонстрируя Рону неприличные жесты. — Завались! — тот вскочил из-за парты, направляя на троицу палочку. — Ты перепутал! — выкрикнул Драко, тоже вскакивая и храбро отползая за спины своих телохранителей. — Я — не Поттер! Незачем тыкать в меня своей палочкой! — Сначала он приревновал к Локхарту, теперь вот к Рону, — довольно громким шёпотом пожаловался Гарри Луне. — Как думаешь, мне стоит начать переживать? Щёки Драко яростно вспыхнули. Решив воспользоваться деморализацией соперника, Рон наколдовал «Слагулус Эрукто» прежде, чем Флитвик успел пресечь всё это безобразие. Салатовый луч, исказившись самым нелепым образом, угодил в Невилла, и тот поспешно покинул кабинет, зажимая рот обеими руками. Гарри призвал колдовать щиты, потому как Рон, очевидно, поставил цель извести сегодня всех своих сокурсников, и, следуя собственному совету, применил «Протего». Флитвик отчитал Уизли за нарушение дисциплины и снял с него баллы, но злобный взгляд гриффиндорца по-прежнему был прикован к Поттеру. Видимо, Гарри, по мнению Рона, полагалось восхититься его калечащими способностями, заступиться за него перед Флитвиком и подарить новую палочку взамен сломанной. В последнем аспекте имелась толика причастности Поттера, но едва ли была его вина. Просто Добби, услышав гадости в адрес своего кумира во «Флориш и Блоттс», решил проучить Рона и зачаровал проход на платформе Девять и Три Четверти. Заклинание было одноразовым, то есть, ударившись в кирпичную кладку, Уизли спокойно бы прошёл со второй попытки. Однако, потерпев неудачу, Рон тут же сделал вывод, что раз он не может зайти, то провожающие Джинни родители не могут выйти, а в Хогвартс нужно попасть непременно первого сентября под страхом жизни или смерти. Мистер и миссис Уизли были чрезвычайно удивлены, когда не дождались Рона на платформе, и ещё больше озадачены, когда обнаружили отсутствие форда там, где его оставили. Беспокойство достигло критической точки, когда Артуру и Молли начали приходить сообщения от знакомых, которые видели их машину. И поскольку она была собрана нелегально и не зарегистрирована в Министерстве, это грозило перерасти в большую проблему. Это не считая того факта, что в автомобиле с барахлящим регулятором невидимости могло выйти из строя что-нибудь ещё, а управлял им двенадцатилетний мальчик. По иронии судьбы невидимость включилась тогда, когда отказали тормоза, так что дежурящие во дворе Хогвартса преподаватели поняли, что Рон приехал, уже когда он врезался в Дракучую Иву. Дерево утихомирили, форд сняли совместными усилиями деканов, Рон отправился в Больничное Крыло с лёгким сотрясением мозга, но это не помешало Молли наорать на него, перемежая ругань с вопросами о самочувствии и поцелуями. О том, что его палочка вышла из строя, Рон узнал позже, но не решился сообщать семье о необходимости дополнительных трат. Учебники в этом году и так сожрали приличную часть бюджета, а у Рона уже даже не было сотрясения мозга, чтобы обезопасить свою голову от материнских затрещин. Просить помощи в починке палочки пришлось у Перси, потому как Фред и Джордж всё ещё были на него злы. Рону пришлось выслушать длинную и нудную лекцию о том, что магические артефакты, к коим безусловно причисляются палочки, не ремонтируют банальными чинящими заклинаниями. Однако после нескольких «Репаро» через трещину в древесине всё-таки перестала просматриваться единорожья шерсть, а палочка начала худо-бедно выполнять свои функции. — До конца урока ещё есть время! — напомнил Флитвик. — Займите свои места и продолжайте тренировать заклинание! У кого всё получилось, можете тихо заниматься своими делами! — добавил профессор, бросив взгляд на Гарри. Поттер неспешно собрал вещи в сумку и как раз раздумывал над тем, стоит ли углубляться в учебник по ЗОТИ с названием «Увеселение с упырями», когда услышал низкий шелестящий голос. Он на разные лады повторял слова «кровь», «вкусный», «убить», и Гарри завертел головой, пытаясь понять, что происходит. Никто из учеников не проявлял и толики беспокойства, поэтому Поттер тоже решил не паниковать. Слизеринец Эдриан Пьюси содержал маленького рунеспура, который обычно сидел у него за пазухой, шипя о тепле и комфорте. Некоторое время Гарри тоже не мог понять, откуда доносится голос, но в конце концов обнаружил его источник, когда Пьюси хвастал своим необычным питомцем старшекурсникам с Рэйвенкло. О своей способности говорить со змеями Гарри проговорился Дариусу в тот же день, когда впервые с ним познакомился. Просто был искренне убеждён, что все маги так умеют, и очень озадачился, услышав искренний совет не афишировать свою змееустность, потому что Тот-Кого-Нельзя-Называть тоже умел разговаривать со змеями, и такая особенность не будет ассоциироваться ни у кого ни с чем хорошим. — Ты в порядке? — с беспокойством поинтересовался Дариус, взглянув на бледное лицо Гарри. — Голова болит, — Поттер нервно дёрнул уголком рта и сильнее вжался в спинку стула, вращая глазами. Источник голоса будто бы находился совсем рядом. Явственно слыша шёпот и видя отсутствие пресмыкающегося на полу, где оно, по идее, должно было находиться, Поттер ощущал себя шизофреником. Он был уверен, что не только у Пьюси в Хогвартсе есть змея-фамильяр, но ни разу не слышал, чтобы животное вслух смаковало вкус жертвы, будто было маньяком-садистом. Дальнейшие расспросы Дариуса о самочувствии, пропорционально зависимом от позеленения лица Гарри, прервал звук колокола, обозначавший конец занятия. Ученики тут же зашумели, заглушая жуткий голос, и Поттер немного расслабился.

***

— Сегодня какой-то праздник? — осторожно спросил Дариус, потому как Луна спустилась к завтраку в парадной мантии, колокольчатом платье с многочисленными рюшами, и ботинками, надетыми на босу ногу. — Нет, — отозвалась девочка с рассеянной улыбкой, накладывая себе овсянку. — Твой наряд весьма причудливый, — деликатно прокомментировал Дариус, но оказался тут же перебит Мэнди Броклхерст. — Скорее чуднóй! — фыркнула она. — Теперь внешность не отличается от содержания, — добавила Лайза Турпин, — а то ведь кто-нибудь мог посчитать её нормальной! — Не могла сегодня найти свои вещи, — спокойно пояснила Дариусу Луна, игнорируя прочие реплики, — так что пришлось одеться вот так. — Волшебно выглядишь, — улыбнулся Дариус, не удостаивая взглядом других однокурсниц. — Правда, Гарри? — Правда в том, что Ромильда Вейн с Гриффиндора была обнаружена в коридоре изрядно покусанной, и истечь кровью ей помешало только её оцепенение, — проговорил Поттер, тяжело глядя на Лайзу и Мэнди, — а вы можете продолжать прятать чужие вещи, ведь это так забавно! — он театрально похлопал в ладоши и отодвинул свою тарелку. — Рэйвенкловцы не распускают нелепых слухов, Гарри, — ехидно пропела Мэнди, пытаясь выставить его вруном, но слышавшие реплику Поттера старшекурсники мгновенно оживились. — Ты точно знаешь? Когда об этом объявили? — загомонили они. Сестра Падмы, Парвати, упоминала, что Ромильда вчера не вернулась ночевать в гриффиндорскую башню, поэтому заявление Поттера произвело фурор. — Я был в Больничном Крыле и слышал, как профессор МакГонагалл разговаривала с мадам Помфри, — пояснил Гарри. — Давайте расскажем директору! — воскликнул Эрни Макмиллан, подтверждая, что можно быть не очень умным, но всё равно учиться на Рэйвенкло. — Уверена, ему и без тебя доложат! — шикнула на него Мариэтта Эджком. — Так что сказала мадам Помфри? — обратилась она к Гарри. — Они не знают, кто её проклял и какое животное покусало, но планируют использовать зелье из мандрагоры, чтобы попробовать её раскаменить, — пояснил Гарри. — Ты имеешь в виду то зелье, которое возвращает изначальный облик? — воскликнул Роджер Дэвис. — Но ведь сейчас не сезон мандрагор! Едва ли во всей Магической Британии найдётся хотя бы на одну порцию! Где они собираются их закупать? — Я посчитал бестактным уточнять этот вопрос, — с сарказмом заметил Гарри. — В Больничном Крыле достаточно коек, чтобы уложить штабелем всех, сующих нос не в своё дело. Роджер закусил губу, будто опасался, что из его рта может непроизвольно вылететь ещё какая-нибудь потенциально опасная информация, и покосился на преподавательский стол. Места́ директора и профессора Снейпа пустовали, а декан Гриффиндора выглядела рассеянной. — То есть по Хогвартсу лазает какая-то непонятная тварь, — добавил ещё один неутешительный вывод к уже имеющемуся Майкл Корнер, — и профессора понятия не имеют, как это ловить и не окаменеет ли завтра кто-нибудь ещё. — Не будь дураком! — чопорно воскликнула Лайза. — Профессор Локхарт запросто расправится хоть с драконом! — Это да, — покивал Гарри. — Дракон точно подавится его здоровенной брошкой. Он бросил многозначительный взгляд на Гилдероя, который как раз втолковывал что-то мадам Спраут. На мужчине была надета малиновая мантия с перламутровыми отворотами, а брошка в форме брильянта была такой огромной, что казалось удивительным, как профессор ещё не упал лицом в тарелку. Некоторые рэйвенкловцы захихикали, а Лайза пошла красными пятнами, оскорблённая за своего кумира. — Да как ты смеешь! — возмутилась она. — Выходит, в глаза ему говоришь комплименты, а за спиной — всякие гадости! Так вот ты какой! — Не знаю, что услышала ты, но я только что похвалил его прогрессивные техники умерщвления разной нечисти, — Гарри развёл руками, притворно сетуя на то, как люди могут переврать факты. — Ты издеваешься! — задохнулась Лайза, недоумевая, почему никто её не поддерживает. — Скользкий гад! Не зря Рон говорит, что твоё место на Слизерине! — Как мило, — скривился Дариус, потому как сказанное задевало его брата, — вы с Роном уже подали объявление о помолвке в «Ежедневный Пророк»? — А ты чего молчишь? — воскликнула Лайза, обращаясь к Мэнди. — Почему вы все молчите и позволяете этому малахольному оскорблять мистера Локхарта?! Мэнди, до этого пытающаяся отодвинуться от подружки подальше, потому что та уже перешла все границы и выставляла себя в дурном свете, вскочила и ретировалась, объявив, что хочет перечитать параграф перед чарами. — Если бы не Поттер, многих из нас могло бы не быть в живых, — хмуро бросил Роберт Хиллиард, староста Рэйвенкло, — так что советую тебе держать оскорбления при себе, если не хочешь до Рождества чистить кубки в Зале Наград. Лайза уткнулась в свою тарелку, плаксиво закусив губы, и рэйвенкловский стол утонул в неловком молчании.

***

— Если ожидаешь, что я спрошу подробности, которых ты не мог рассказать всем, — Дариус шутливо толкнул хмурого Поттера локтем в бок, — то я готов выслушать. — Не знаю, с чего начать, — пробубнил Гарри, замедляя шаг. — Для начала, как твоя отработка у Снейпа? — Я задержался допоздна, а когда возвращался в гостиную, — Поттер замолчал. — Да ерунда это всё! — с напускной весёлостью воскликнул он после долгой паузы. — Ты не ответил на вопрос, — Дариус явно не собирался сворачивать диалог, — как прошла отработка? Какое зелье ты варил? — А то ты не знаешь, — кисло заметил Гарри. — Я забыл, — пожал плечами мальчик. — Расскажи с начала. — Был обычный вторник, — с иронией начал Поттер. — Объяснив тему урока, профессор Снейп привычно встал за затылком Гарри Поттера, очевидно, будучи уверенным, что его мудрость передаётся посредством более тесного контакта. — И какое же зелье варил Гарри Поттер? — подключился к истории Дариус. — О! — воскликнул Поттер. — Это было замечательное и очень полезное зелье одноразовых перчаток! В тёплую субстанцию нужно опустить руки, и она застывает наподобие магловского латекса. К сожалению, теперь я не могу его готовить без того, чтобы вспомнить адресованное Рону замечание Драко. Весьма логично предположить, что опускай мистер Уизли в это зелье определённую часть своего тела, детей в их семье было бы поменьше, а денег побольше. С другой стороны, без этой реплики мы бы не узнали, насколько непросто отделить недоготовленное зелье от изрыгающего проклятия Драко Малфоя. — Насколько мы можем судить по окончанию этой истории, — фыркнул Дариус, — Гарри Поттер не сумел использовать момент отвлечения профессора Снейпа. — Это верно, — кивнул Гарри. — Профессор Снейп вернулся за затылок Гарри Поттера как раз вовремя, чтобы увидеть, как тот нарезает кристальный горноцвет металлическим ножом. — А ведь все мы знаем, — подхватил Дариус, — что если профессор хочет снизить кому-нибудь балл, то использует аргумент «неправильный инвентарь». — Также мы знаем, что профессор Снейп испытывает пылкие чувства к Гарри Поттеру, поэтому использует сомнительные аргументы с целью заманить его в свою кладовку. Дариус хихикнул. — На отработку, — поправился Гарри, делая вид, что оговорился из-за созвучности слов, — я хотел сказать, на отработку. Поттер сделал несколько пасов палочкой, накладывая заглушающее заклинание. — По пути в гостиную я снова слышал тот жуткий голос, — быстро, опасаясь передумать рассказывать, проговорил мальчик. Голос шептал «убить», «разорвать», «сожрать», и Гарри разрывался между желанием обнаружить источник звука и бежать оттуда сверкая пятками. — Я чуть не выжег себе сетчатку «Люмосом», — развёл руками Поттер, — но выяснил только, что эта змея лазает где-то в вентиляции. — Насколько мне известно, в Хогвартсе нет вентиляции, — задумчиво покачал головой Дариус. — Звук доносился из стены, — уверенно заявил Гарри, — с другой стороны находился класс трансфигурации, и звук тоже доносился из стены. Малфой медленно кивнул, принимая к сведению. — В любом случае, жутко шипящие стены сильно взбодрили меня перед сном, — Гарри нервно пригладил волосы, — и я пошёл в Больничное Крыло за снотворным. Мадам Помфри диагностировала мне нервное истощение, выдала Сон-Без-Сновидений и велела ложиться спать прямо там. А утром принесли тело, которое, как ты думаешь, где было обнаружено? — В коридоре на первом этаже? — предположил Дариус, и Поттер хмуро кивнул. — А когда это ты успел заработать себе нервное истощение? — с подозрением уточнил мальчик. — И вот мы приблизились к той части, которую я не готов обсуждать, — фыркнул Гарри. — А если я порассуждаю логически? — прищурился Дариус. Поттер скривил уголок рта в саркастической улыбке, выражая свой скепсис по поводу способности Малфоя добраться до его глубинных переживаний. — Я сам рассказал тебе о том, что тело Того-Кого-Нельзя-Называть так и не было обнаружено, — задумчиво проговорил Дариус. — И он был последним известным змееустом в Магической Британии. То, что ты был последним, кто с ним контактировал, и тоже обладаешь этой способностью, даёт простор для теорий. Надеюсь, ты не думаешь, что сам науськиваешь эту змею? — Ты бы предложил себя Локхарту в качестве соавтора, — буркнул хмурый Поттер. — Такой талант пропадает. — Однако я не думаю, что ты мог бы забыть шипение, вырывающееся из твоего собственного рта, — продолжал Дариус, игнорируя насмешки Гарри. — В прошлом году я был искренне уверен, что змеи говорят на чистом английском, — дёрнул плечами Поттер. — Но это вовсе не подтверждает правильность твоих выводов, — добавил он, заметив оживление на лице Дариуса. — Конечно-конечно, — тот торопливо состряпал покер-фейс. — Мы это всё теоретически обсуждаем. — Именно так, — кивнул Гарри. — И ты предполагаешь, что тот, кто говорит со змеями, может отдавать им сомнительные приказы, даже не осознавая этого, — полувопросительно констатировал Малфой. Поттер повёл плечами, давая понять, что не отрицает подобной вероятности. — В таком случае друг этого человека мог бы сопровождать его везде, дабы удостовериться, что тот не шипит в свободное время, — предположил Дариус. — Вряд ли это легко осуществить, — поморщился Гарри, — да и как быть со сном? — Использовать Сон-Без-Сновидений? — Малфой задумчиво почесал висок. — Его как раз изобрели для лечения лунатизма. — А ещё его не рекомендуют употреблять больше двух раз в неделю, — махнул рукой Поттер. — Мадам Помфри точно не даст его для самостоятельного применения. — В таком случае нужно сварить зелье немоты, — констатировал Дариус, — легко высчитать дозу, и ты точно будешь уверен, что не болтаешь во сне. — А если это приползёт ко мне в постель, я даже не смогу защитить себя, — саркастически отозвался Гарри. — Значит, будем спать вместе, — сориентировался Малфой, и по гиканью проходящих мимо старшекурсников понял, что действие заглушающих чар сошло на нет.

***

— Ой-ой, — сюсюкающим голосом пропел Маркус Флинт, капитан слизеринской сборной по квиддичу, обращаясь к Гермионе, — думаешь, твоё мнение кого-то ебёт? Девочка запнулась на полуслове, хватая ртом воздух. Она была как раз в процессе произнесения пламенной речи о чести, доблести, неподкупности, и то, что слизеринец перешёл к оскорблениям, даже не дослушав, повергло её в ступор. — Ах ты! — Рон сердито запыхтел и выхватил палочку. Монтегю тут же последовал его примеру и зло оскалился, давая понять, что если Уизли пустит в ход заклинания, последствия будут печальными. — Мерлин, дуэль с второкурсником! — воскликнул Оливер Вуд, капитан сборной Гриффиндора. — Вы совсем обалдели? — Раз у ваших сопляков нет инстинкта самосохранения, чтобы не махать деревяшками перед выпускными курсами, пусть сами и огребают! — поморщился Эдриан Пьюси. — И вообще! — подключился к дискуссии загонщик Слизерина Люциан Боул. — Чего мы тут языками чешем? У нас есть разрешение, так что валите с поля! И этих малахольных, — он кивнул на Рона и Гермиону, — с собой прихватите. Развели тут детскую лигу! — Повежливее, Боул, — хмыкнул Джордж, поигрывая битой. — А то профессор Снейп… — …может и не успеть добежать, — вступил Фред. — …чтобы вступиться за своих любимчиков, — закончил Джордж. — Это что же по-твоему, — запальчиво воскликнул Рон, — мы не можем посмотреть на тренировку?! Малфой с Поттером ведь смотрят, а они даже не со Слизерина! Упомянутые Гарри и Дариус тоже стояли рядом, но участия в споре не принимали, ожидая, когда команды выскажут друг другу всё наболевшее и можно будет пойти на поле. Люциус Малфой, уставший от причитаний Драко о покупке метлы последней модели, выдвинул сыну условие: либо тот проходит отбор в квиддичную команду и получает новую метлу, либо довольствуется старой. Ни лорд Малфой, ни Дариус, опрометчиво пообещавший болеть за брата на всех тренировках, не ожидали, что тот сумеет заполучить место. Но Драко заполучил, и теперь весь аж лоснился от самодовольства. — Да-да, ребята, осторожнее, — Гарри шутливо погрозил пальцем, придумав, как можно использовать реплику Рона о том, что они с другого факультета, — а то ведь можем выдать сборной Рэйвенкло вашу тактику! Шутка легла в благодатную почву, и с обеих сторон раздались смешки. В этом году сборная Рэйвенкло не могла нагрести игроков даже для основного состава, и пергаменты со слёзными призывами записаться в команду, даже если вы косой, глухой или слабоумный, были развешаны буквально на всех этажах. Гарри мысленно похлопал себя по плечу за правильно разряженную обстановку, но тут честная девочка Гермиона принялась попрекать Драко тем, что тот купил себе место. Тот заиграл желваками, потому что уделял тренировкам много времени и был лучшим из претендентов. — Да на такой метле даже нарл поймает снитч! — радостно подлил масла в огонь Рон. — Ты не поймаешь снитч, даже если он на нос тебе сядет! — презрительно выплюнул Драко. — А давай проверим! — Рон потянулся к метле Драко, и тот отскочил. — Ага! Боишься! — Держи свои грабли при себе, Уизли! — рыкнул Малфой. — Если думаешь, что я позволю трогать свою метлу, то ты ещё тупее, чем я думал! — О каком вообще честном соревновании может идти речь, если ваш инвентарь лучше? — чопорно воскликнула Гермиона. — Вашу команду вообще должны дисквалифицировать! — Завались, Грейнджер! — рявкнул Монтегю. — Спокойно, — буркнул Деррек, хлопая его по плечу. — Ну, а чего она лезет?! — разозлённый Монтегю сделал резкий жест в сторону Гермионы. — Сама в квиддич не играет, и всё туда же! В каждой бочке затычка! — Сейчас же пойду к профессору МакГонагалл, — фыркнула девочка, задирая нос. Монтегю засопел, а жилы на его шее вздулись. — Да пусть валит, — прошипел Боул. — Чудовищу Тайной Комнаты будет сподручнее сожрать эту грязнокровку. Трое охотниц сборной Гриффиндора немедленно взяли палочки наизготовку. — Что ты там пробулькал, Боул? — прошипела Кэти Белл. — Это низко, даже для тебя, — подхватила Джонсон. — Извинись! — велела Алисия Спиннет. — Не то что? — набычился парень, тоже вскидывая палочку. Тренировка в тот день так и не состоялась, но на посещаемости Больничного Крыла это никак не отразилось.

***

— Все как помешались с этой Тайной Комнатой! — пожаловался Гарри, поудобнее перехватывая сумку. Дариус хихикнул. — То, что несколько человек подошли к тебе с просьбой одолжить взятые в библиотеке книги, вовсе не повод таскать их везде с собой, — заявил он. — Неужели! — фыркнул Гарри. — Многие из этих любознательных людей учатся на нашем факультете, и если даже Макмиллан ни разу не оставался ночевать в коридоре, сражённый вопросами этого проклятого ворона, то и обойти защитные заклинания кое-кто может! Ходи потом, доказывай мадам Пинс, что тебя ограбили! — Да, — покачал головой Дариус, — мадам Пинс в последнее время вечно не в духе. — Трудно быть в духе, когда по замку находят окаменевших учеников, а остальные в панике выгребают все мало-мальски полезные книги, — пожал плечами Гарри. — МакГонагалл не помешало бы окончить свою лекцию про Тайную Комнату словами «и это вся информация, которую вы сможете найти в книгах, так что оставьте свои бесплодные усилия». Поттер искренне считал Наследника Слизерина фикцией, появляющиеся тут и там кровавые надписи на стенах свидетельством того, что у кого-то слишком много свободного времени, а чудовище Тайной Комнаты чушью. По его мнению, проспи какое-нибудь ископаемое пару тысяч лет под сводами Хогвартса, не ограничилось бы оцепенением и лёгким членовредительством жертв, а глотало бы оных целиком. То, что среди пострадавших не было ни одного чистокровного, тоже поддавалось логичному объяснению, потому что полукровок и маглорожденных априори было больше и вероятность встречи с ними была статистически выше. — Надо было всё-таки зайти по пути на кухню и раздобыть медовых пирожных, — подключилась к обсуждению Луна. — В этот самый момент, возможно, объявляют о более раннем комендантском часе, — фыркнул Гарри, — нет времени на расшаркивания! — Зачем нам пирожные? — недоуменно уточнил потерявший нить беседы Дариус. — Да вон, — Поттер указал подбородком на показавшуюся из-за пригорка хижину Хагрида. К ступенькам как раз подходили Рон и Гермиона. Совместный мордобой с участием двух квиддичных сборных оказал благотворное действие на их духовное сближение, и в последнее время ребята постоянно находились рядом, хотя до этого не были такими уж большими друзьями. — Разряжать обстановку, — понятливо протянул Дариус. — Нет, тут медовых пирожных маловато будет, надо было добывать эклеры со сгущёнкой. — Мне кажется, если бы у нас даже были котелки из «Сладкого королевства», обстоятельства для общения с Хагридом всё равно складываются не лучшим образом, — поморщился Гарри. — Может, они уйдут? — с надеждой уточнил Дариус. — Похоже, Хагрида нет дома, — заметила Луна, потому что Рон и Гермиона по-прежнему топтались на пороге. — А, нет, есть. Даже с расстояния сотни футов великан не выглядел довольным визитом. Он встал на пороге и втолковывал что-то Рону и Гермионе с озабоченным выражением на лице. — Похоже, самое время делать разворот, — уныло заключил Дариус, замедляя шаг. — Если он всё-таки открыл дверь, хотя мог этого просто не делать, вперёд, додавим его! — воскликнул Гарри, ускоряясь. Луна хихикнула и сделала пару подскоков на одной ноге, догоняя его. — Гарри и его неукротимый оптимизм, — против воли развеселился Дариус, тоже спеша за друзьями. — Нет-нет, ребятки! — увидев подкрепление, Хагрид дёрнулся назад, будто хотел спрятаться в хижине, но мужественно остался на месте. — Сейчас слишком опасно бродить по окрестностям! Почему вы не в своих гостиных? — Все оцепеневшие были обнаружены в замке, и от него мы стараемся держаться подальше, — с непробиваемой логичностью развёл руками Гарри. — А как у тебя дела? Всё ещё обнаруживаешь недостачи на птичьем дворе? — С десяток кур уже, считай, как гриндилоу сожрали! — немедленно раздухарился Хагрид, потому как немало в своё время отдал за породистых куриц, сочетающих в себе мясную и яйценосную породу. — Я их уже и запираю! И силки ставлю! Никакого эффекта! Поттер сочувственно покачал головой. — Может, установить на курятник оповещающие чары? — предложил он. — Чтобы они реагировали на кого-то, кто больше кур. Говорят, Флитвик в этом спец. — Ого! — воскликнул воодушевлённый Хагрид. — А это неплохая идея! Пользуясь тем, что великан отодвинулся от порога, Гарри зашёл в хижину, продолжая деловито рассказывать о возможностях сигнальных чар. Остальные потянулись следом. — Мы хотели принести пирожных, но кухня оказалась закрыта, — уведомил Рон, когда Хагрид извинился за отсутствие выпечки к чаю. — А это что у тебя, компот? — Точно! — оживился Хагрид. — Целый казан морса наварил, будете? Хотя, — великан немного поник, — вы, наверное, хотите чего-нибудь горячего? — Нет-нет, — воскликнула Гермиона, как раз снимавшая свитер, — морс нас устраивает. Даже несмотря на холодную погоду, в хижине Хагрида было слишком натоплено. Разливая морс, великан налил и себе в самую большую чашку и осушил её до дна с довольным «уф». — Может, откроем окно? — предложил Рон, ослабляя галстук. — Тут жарковато. Хагрид, секунду назад выглядевший благодушно, мгновенно напрягся. — Нет-нет, — воскликнул он. — Я это, — великан запнулся, — простыл немного. Поэтому и морсу столько наварил, — добавил он более уверенно, — для иммунитета, значится. Что-то не так? — обратился Хагрид к Луне, трогая свои волосы. — Твои мозгошмыги такие же пушистые, как твоя причёска, — с улыбкой заметила девочка. — Ну, это, — засмущался великан, волосы которого обычно называли «нечёсаными лохмами», — спасибо. — Извините, — холодно прервала трогательный момент Гермиона, — но я читала книгу по магическим существам, и никаких мозгошмыгов там не упоминалось, — заявила она, делая такой акцент на слове «читала», будто немногие ученики Хогвартса могли похвастаться такой способностью. Хотя, если судить по Крэббу и Гойлу. — Это бесполезно, — снисходительно махнул рукой Рон. — Лавгуд их заразила способностью видеть то, чего нет. — «Невидимых существ не бывает», — сострил Гарри, — «заявил Рон Уизли, рассекая на невидимой машине». Рон сделал страшные глаза, будто был уверен, что его самовольный перелёт в Хогвартс ещё оставался для кого-то секретом. — Если бы эти животные существовали, — с нажимом повторила Гермиона, — о них было бы написано. Например, немногие видели лукотрусов, но им посвящён целый раздел! — Кстати, о странных существах, — мягко направил диалог в нужное русло Гарри, — ты не думаешь, — обратился он к Хагриду, — что кур ест тот, кто окаменяет учеников? — Точно! — оживилась Гермиона, и Поттер едва подавил желание пнуть её под столом. Он-то хотел услышать мнение Хагрида по поводу этих нападений. — В «Истории Хогвартса» упомянуто, что Салазар Слизерин был змееустом, именно поэтому на его гербе изображена змея! — затарахтела девочка. — Значит, и чудовищем Тайной Комнаты может быть змея! Человек для неё слишком велик, поэтому она глотает кур! — Змеи холоднокровные, — напомнила Луна, глядя на облюбованный нарглами пучок чемерицы в углу хижины. — И? — Гермиона наморщила нос. — Луна имеет в виду, — пояснил Дариус, — что змея не смогла бы покрыть расстояние от замка до хижины в такую погоду, не заснув по дороге. Особенно заточив предварительно курицу. — Значит, их две! — озарило Гермиону. — Одна в Хогвартсе, а другая здесь, греется у Хагрида в подполе в перерывах между кормёжкой! Все, не сговариваясь, посмотрели сначала на великана, а потом в трещащий камин. — Кстати, твой суп не сгорит на таком огне? — поинтересовался Рон, указывая на котелок. Хагрид замотал головой, издав какой-то невнятный звук, и вытер платком вспотевший лоб. — Я его вывариваю, чтобы почистить, — нашёл приемлемое объяснение великан, и тут из камина послышались щелчки. — Ох! — разволновался Хагрид. — Неужели! Он немедленно натянул на руки толстые рукавицы, метнулся к котлу и вынул из него тёмно-коричневый мяч, при ближайшем рассмотрении оказавшийся яйцом. Изнутри него продолжало щёлкать, а само яйцо мелко подпрыгивало. — Это же, — Рон поражённо замолчал. — Где ты его достал? — Там же, где добывал отраву от плотоядных слизней, очевидно, — шёпотом прокомментировал Дариус, и Гарри кивнул. Гермиона отпрыгнула от стола, потому что кусочки скорлупы начали отлетать с таким импульсом, что можно было порезаться. — Неужели это дракон? — выдохнула она. Маленький дракончик встряхнулся и начал перетаптываться на месте, оскальзываясь на скорлупках. Он водил мордой с одного человека на другого, пока не остановился на Хагриде. — О, — умилённо протянул великан, — он уже знает, кто его мамочка, правда, Норберт? — великан потрепал его по шее. — Это не просто дракон, — покачал головой Рон. — Это норвежский горбатый! Мой брат Чарли работает с такими в Румынском Заповеднике! Дракончик издал высокий курлыкающий звук, после чего захрипел и кашлянул огненным сгустком в бороду Хагрида. Это никак не умалило эйфорию великана. Он прихлопнул огонь рукавицей и погладил пальцем кожистые выросты на голове Норберта. Тот издал высокий звук, весьма отдалённо похожий на ауканье младенца, но Хагрид разулыбался так, будто дракончик только что назвал его папкой. Всецело поглощённому новым питомцем Хагриду бесполезно было задавать вопросы, поэтому ребята неохотно засобирались на выход. — Итак, мы не узнали ничего полезного, — констатировал Гарри, пиная мелкий камушек. — Кроме того, что мы можем вполне легально обсуждать змею, ссылаясь на объяснения Грейнджер, — не согласился Дариус. Поттер качнул головой, давая понять, что рассчитывал на что-то большее. — А я теперь знаю, как инкубировать яйца кокатрисов, — поделилась информацией Луна. — Кого? — нахмурился Гарри. — Василисков? Разве мы не выяснили, что это искусственно созданные существа, которые не размножаются естественным способом? — Где ты об этом прочитала? — воскликнул Дариус. — В кресле Хагрида лежали заметки, — повела плечом Луна, — о том, как вывести дракона и кокатриса. — Невероятно, — поражённо выдохнул Дариус. — Взглянуть бы на эти записи! — посетовал Гарри. Луна покопошилась в карманах и с рассеянной улыбкой протянула ему свёрнутые трубочкой листы желтоватой бумаги.