Психолог, манипулятор... гриффиндорец?

— Мистер Демаре, — прошипел Снейп, морща нос в сторону испускающего голубые и зелёные пузыри котла четверокурсника. — Что по-вашему вы делаете? Француз вскинул взгляд на профессора, растягивая губы в чарующей улыбке. Бруно Демаре плохо владел разговорным английским, но из-за природного обаяния на этот нюанс мало кто обращал внимание. В любой ситуации парень просто внимательно слушал собеседника, улыбался и кивал, потряхивая густыми кудрями волос. Этого обычно вполне хватало для конструктивного диалога, но не тогда, когда дело касалось Снейпа. Не дождавшись ответа, профессор поинтересовался, какой ингредиент был добавлен на третьем этапе, подсветив для наглядности нужный пункт на доске. — Бурбуртюбер, — радостно ответил Демаре, демонстрируя Снейпу все имеющиеся у него зубы. — Допустим, — профессор вздёрнул верхнюю губу, скалясь в ответ без капли дружелюбия. — Что вы сделали дальше? Бруно нашёл на столе засушенную многоножку и протянул её Снейпу. — Заушивник, — прокомментировал он, тыкая пальцем в четвертый пункт, — две штуки. — Заунывник, — не согласился с ним Снейп, отводя руку четверокурсника подальше от своего лица и взмахом палочки очищая содержимое его котла. — Начинайте с начала. — Заунывник, — послушно повторил парень, не выглядя ни капли расстроенным тем, что его зелье забраковали. И снова протянул многоножку профессору. — Мисс Браун! — рявкнул Снейп, и Лаванда, ойкнув, упустила в котёл стебли берестянки вместе с блюдцем. Зелье громко зашипело, и посудина начала оплавляться, испуская зеленоватый дым. — О, не волнуйтесь, мисс, — с притворной любезностью мурлыкнул Снейп, очищая «Эванеско» и её котёл, — своё зелье вы испоганили ещё два этапа назад, но хотя бы сумели отличить заушивник от заунывника, так что будьте так любезны донести эту информацию до мистера Демаре. Шагая к парте Бруно, Лаванда выглядела скорее воодушевлённой, чем раздосадованной. Засмотревшись на улыбку француза, она задела бедром стол Грейнджер, заслужив порцию недовольного шипения, но едва ли обратила на это внимание. — Оценку я поделю на двоих, так что постарайтесь, чтобы зелье было превосходным, — с издёвкой протянул Снейп, даже в теории не рассматривающий подобный вариант. — Профессор! — вскинула руку Софи Вебер, миниатюрная француженка с обилием лент, бантиков и оборочек как на пурпурной мантии, так и находящимся под ней розовом платье. — Можно вас на минутку? Учеников Хогвартса передёрнуло в едином порыве, потому что добровольно подзывать к себе Снейпа мог только сумасшедший. — Я добавила пять унций крапивы, но зелье почему-то никак не меняет цвет! — пожаловалась девушка, когда мрачная тень профессора упала на её стол. Тяжко вздохнув, Снейп предложил ей понюхать гной бубонтюбера, который её коллега Демаре именовал «бурбуртюбер». — Вы всё же способны воспринимать запахи! — с сарказмом воскликнул профессор, когда Софи отшатнулась, сморщив нос. — Значит, у вас даже нет достойного оправдания, чтобы ошибиться между листьями мяты и крапивы, кроме собственной тупости! Снейп вскинул палочку, чтобы уничтожить зелье, но девушка вдруг загородила котёл спиной, вскидывая руки в останавливающем жесте. — А можно, я его доварю? — пылко попросила она. — Если вы всё ещё не поняли, — пробурчал профессор, — мы сегодня варим Очищающий бальзам, а не припарку от мозолей. — Я новое зелье до конца урока всё равно не успею сделать, — с воодушевлением тарахтела Софи, быстро хлопая пушистыми ресницами. — Можно, я попробую исправить это? Ну, пожалуйста? Снейп передёрнул плечами и молча прошёл за соседний ряд. — Спасибо, профессор! — прощебетала девушка ему вслед, заставив учеников Хогвартса содрогнуться по второму разу, ибо даже Гойл не рискнул бы давать Снейпу повод вернуться, когда он уже почти ушёл. — Мистер Лонгботтом, — проворковал профессор, против ожиданий высмотрев себе новую жертву. Невилл бросил затравленный взгляд на подбородок Снейпа, не рискуя, Мерлин упаси, смотреть ему в глаза, и очень осторожно отложил нож, которым до этого скоблил листья жующей капусты. — Ваша техника нарезки просто необыкновенна, — интимным шёпотом проговорил профессор, склоняясь чуть ли не к уху обильно потеющего гриффиндорца. — Я попрошу вас присутствовать на моих занятиях у первокурсников завтра в десять тридцать для наглядной демонстрации того, как не следует подготавливать ингредиенты. Невилл издал какой-то писклявый звук, порываясь что-то сказать, но так и не изрёк ничего внятного. — Вы придёте? — бархатным тоном осведомился Снейп, будто приглашал Невилла на свидание. Ответ «нет» тут явно не предусматривался, даже если «свидание» подразумевало отработку, так что гриффиндорец интенсивно закивал, лишь бы только Снейп отодвинулся и прекратил его смущать. — В десять тридцать, — повторил профессор, не торопясь предоставлять Лонгботтому личное пространство, — не опаздывайте. Стоило Снейпу отойти от парты Невилла, тот со свистом втянул в лёгкие воздух и принялся обмахиваться пергаментом. — Кто забрал всю мяту? — громко осведомился Блейз, внимательно обнюхав шкаф и не найдя ингредиента, один листик которого рекомендовалось добавить на завершающем этапе для лучшей консервации. — Ой, это я! — тут же отозвалась Софи, лишая профессора возможности остроумно проехаться по данному вопросу. — Случайно порезала её вместо крапивы на восьмом этапе! Извини! Девушка была так мила, что у Блейза даже не возникло желания скорчить рожу в ответ на такое заявление, хоть зельевар в нём и был сражён наповал уровнем её невнимательности. Вместо этого слизеринец перевёл вопросительный взгляд на Снейпа, который как раз инспектировал его котёл. — Неплохо, мистер Забини, — нейтральным тоном отозвался профессор, что на его языке означало «превосходно настолько, что даже не зазорно сходить в кладовую за мятой для завершающего штриха». — Эта фифа, наверное, специально искрошила весь пучок в зелье, чтобы привлечь к себе внимание, — поморщилась Васса Младенова, с отвращением косясь на светлые кудряшки и розовые бантики француженки. Болгарка распределилась на четвертый курс Слизерина, и успела сдружиться с Трейси Дэвис и Дафной Гринграсс, которые поддержали её замечание одобрительными кивками. — Как своими оборками ещё котёл не опрокинула, чучело, — скривилась Трейси. Девушка предпочитала удобную, функциональную одежду, и была «своим парнем» на Слизерине. То, что мужская половина факультета глупо улыбается и капает слюнями, стоит Софи им улыбнуться, Трейси изрядно бесило. — Интересно, она и на Турнир так пойдёт? — с издёвкой добавила Дафна, которая была раздражена тем, что ученикам по обмену разрешили не соблюдать строгие требования к форме Хогвартса. Чёрная мантия Дафны, разумеется, была сшита по последней моде и из дорогого материала, но всё равно казалась скучной и безликой на фоне этого пурпурного взрыва, именуемого Софи. Блейз открыл рот, чтобы как истинный джентльмен заверить сокурсниц в их исключительной привлекательности, но тут котёл Рона пыхнул красным, зашипел и грохнул взрывом. Отвлекшийся Невилл сыпнул в своё зелье слишком много паучьих глаз, и оно мгновенно загустело, начав выпускать клубы вонючего чёрного дыма. Софи забормотала что-то по-французски и попыталась убрать «Эванеско» льющее через край котла Уизли зелье, но на траектории заклинания оказалась Гермиона. — Mon dieu! — воскликнула француженка, а Грейнджер не сразу поняла, почему та вдруг бросилась стягивать края её мантии. А когда поняла, цвет её бюстгальтера уже активно обсуждали со всех сторон. — Чем там этот остолоп-Уизли занимается? — пробурчал Теодор Нотт, потому что вместо того, чтобы убрать зелье из котла, тот сполз под стол и начал отмывать то, что активно продолжало вытекать. — Эй, рыжая башка! — бросил Драко. — В коленно-локтевой ещё успеешь настояться, когда Снейп вернётся! Сделай уже что-нибудь полезное! — Экскуро! — размахивал палочкой Дин, приплясывая вокруг котла, который, судя по вибрации, готовился взорваться во второй раз. — Экскуро! Дракл! Почему не работает?! Гермиона могла бы рассказать, что бо́льшая часть предметов в кабинете зельеварения зачарована на отталкивание магии, чтобы не позволять не в меру активным ученикам двигать котлы и добавлять лишние ингредиенты в зелья конкурентов, но она была занята тем, что спорила с Софи. — Пожалуйста, пойдём в гостиную! — убеждала француженка, пытаясь вытащить Грейнджер за руку. — Тебе нужна новая блузка! — Я никуда не пойду, пока не сдам зелье профессору Снейпу! — отбивалась Гермиона, тормозя ногами и двумя руками удерживая свою мантию запахнутой. Дину, наконец, удалось прицелиться в зелье, а не в котёл, который и был зачарован на отталкивание магии. Но за миг до этого оловянная посудина всё-таки успела допрыгать до края стола и чуть не упала Рону на голову. Симус едва успел за шиворот оттащить Уизли подальше. Слизеринцы хором издали стон порицания, а Драко вслух посетовал на упущенную Роном возможность заставить свои шестерёнки крутиться быстрее. — Я сейчас за твои шестерёнки возьмусь, Малфой, если не заткнёшься! — прорычал всклокоченный парень, рывком поднимаясь на ноги. — Чего? — вскинул голову Дариус. Он слишком сильно погрузился в работу, пропустил всю завязку и понял только, что на него вдруг решили наехать. — Ты совсем охуел, Уизли? Драко неодобрительно поморщился на перенимаемый его братом лексикон Поттера, но солидарно вскинул палочку, готовый приклеить подошвы Рона к полу. — Передай, пожалуйста, стрекозиные крылья, — попросила вдруг Луна Дариуса, спокойно, будто вокруг не творился хаос, помешивая зелье одной рукой и очищая воздух от вонючего дыма другой. — Драко, а у тебя остался медовый экстракт? Таким образом оба Малфоя отвлеклись от потасовки и инспектировали свои столы в то время, как Уизли гневно изрыгал проклятия на их белобрысые головы. Софи спохватилась, что её зелье вот-вот выкипит, попыталась уменьшить огонь, но полоса её сегодняшнего невезения и не думала заканчиваться: всегда используемое заклинание дало обратный эффект, и языки пламени начали доходить аж до бортов. Пометавшись вокруг стола, Софи сумела стащить котёл с горелки, но часть бурой пены успела не только выкипеть, но и прикипеть. — Четверокурсников нельзя оставить одних на десять минут без того, чтобы они не разгромили класс, — раздался негромкий голос от двери, и на помещение легла оцепенелая тишина. Профессор Снейп обвёл строгим взглядом притихших учеников и неспешно прошагал к кафедре, волнами распространяя вокруг себя презрение к низшим формам жизни. — Каждый год я думаю, что невежественнее быть уже нельзя, но каждый год ученики доказывают мне, что им ещё есть, куда падать, — бросил профессор, складывая руки на груди. Он задержал взгляд на Невилле, который надышался едкого дыма и теперь пытался сдержать кашель, обляпанном застывшим зельем столе Рона, вареве Лаванды и Бруно, повторно испускающем голубые и зелёные пузыри, котле Софи, в котором продолжала побулькивать малоаппетитная коричневая бурда, и резко вдохнул через нос. — Признаться, у меня были некоторые сомнения в том, что Шляпа сумеет подобрать ученикам по обмену подходящий факультет, но теперь вижу, что она справилась превосходно. В отличие от вас, мисс Вебер. Девушка аккуратно сползла со стула и встала, понурив голову. — Что такое, мисс? — резко воскликнул Снейп, не привыкший, чтобы ученики шевелились, пока он их отчитывает. — Вам есть, что сказать? — Я, — Софи скомкала подол платья, — очень извиняюсь. Мне жаль, что я не смогла исправить зелье. — Да сам Мерлин не смог бы исправить ваше зелье! — прорычал сквозь зубы Снейп. — И если вы до сих пор не усвоили того, что Зельеварение не прощает небрежности, я помогу вам улучшить внимательность! Сегодня в семь вы будете очень внимательно отскабливать котлы, и не приведи Мерлин я найду хоть одно пятнышко! То же самое касается Уизли, Лонгботтома, Демаре и Браун! Тридцать баллов с Гриффиндора за нецензурную брань, попытку вызвать конфликт с учениками других факультетов, сорванный урок и неослабевающую тупость! Рон с гадливостью покосился на лоснящиеся самодовольством рожи слизеринцев и злобно скрипнул зубами. — У вас есть пять минут, чтобы выставить склянки со своей версией Очищающего бальзама на край парт для проверки, — известил профессор, обращаясь ко всему классу. Ученики тут же закопошились, ища склянки, черпаки и пергаменты, а Грейнджер ещё раз устроила непреднамеренный стриптиз, потому что её мантия была тесновата, чтобы самостоятельно держаться запахнутой. — Мисс Грейнджер, — строгим шёпотом произнёс Снейп, делая пару шагов к парте гриффиндорки, — что с вами случилось? — Извините, профессор, — промямлила Гермиона, неловко краснея, — кто-то уничтожил заклинанием мою блузку. Против ожиданий общественности, Снейп не стал иронизировать на эту тему, принял у неё зелье и позволил уйти. Потом прошёлся между рядами с журналом, выводя красивые буковки «Т» напротив фамилий тех учеников, чьи зелья кардинально отличались цветом и консистенцией от «молочно-белого с голубоватым отливом, чуть гуще воды, но без крупинок». Склянки с теми образцами, что визуально были похожи на Очищающий бальзам, Снейп собрал в деревянный ящик, надолго задержавшись около парты Гарри, зелье которого выглядело неплохо, но это не умаляло желание влепить ему «Тролля». В конце концов Снейп всё же забрал бальзам на проверку, а это сулило хотя бы некоторую непредвзятость оценки. — Вашим домашним заданием будет разобрать рецепт жидкого антидота, который описан на странице девяносто два, — изрёк профессор, заслышав звон колокола. — Помимо этого я жду не менее трёх футов эссе о самых распространённых ошибках, которые могут быть сделаны при приготовлении Очищающего бальзама, особое внимание уделив тем, при которых формируется бурая пена, зелёный и чёрный дым, а также цветные пузыри, — Снейп поочерёдно посверлил взглядом Софи, Рона, Невилла и Лаванду, намекая, кому именно четверокурсники обязаны расширением своего домашнего задания. — Свободны!

***

— Что это вы с Эрни не поделили? — вскинул брови Дариус, когда обычно дружелюбный Макмиллан попытался испепелить Поттера взглядом, проходя мимо. Ребята стояли недалеко от входа в Большой Зал, ожидая начала обеда. — Софи, — отозвался Гарри, не отрывая взгляда от «Содержания форм и формы в содержании» Эдгара Струглера. — Чего? — парень удивлённо заморгал и пихнул Поттера локтем. — Погоди минутку, — Гарри дочитал абзац и поднял глаза к потолку, пытаясь его осмыслить. Через пару секунд перед его лицом объявились просительно выпученные зенки Малфоя. Более высокий Дариус ещё и на цыпочки встал, очевидно, чтобы смотреть в душу более внимательно. Гарри прыснул и пихнул его в грудь, заставляя отступить. — Ну, чего тебе? — Ты, Софи, Эрни? — напомнил любопытный Дариус, поворачивая голову боком, но продолжая смотреть вперёд одним глазом, как болтрушайка. — Я запорол Очищающий бальзам и убедил Эрни, что поменяться со мной зельями, чтобы остаться на отработку вместе с Софи — это удачный ход, — признался Гарри. Дариус завис, потому как ожидал услышать больше Шекспира и меньше Снейпа, но через пару секунд зашелся смехом. — И это не моя вина, что Снейп решил раздать «Троллей» и снять баллы вместо того, чтобы оставлять на отработку такую толпу, — добавил Гарри, вызывая новую порцию хохота. — Погоди-погоди! — Дариус, отдышавшись, похлопал его по плечу. — Но заработать отработку у Снейпа — это ведь проще простого! Почему он просто не взорвал свой котёл? — Потому, что если бы он взорвал свой котёл, — Гарри одной рукой сгрёб Малфоя за плечи и прошептал так, будто открывал тайну века, — у меня бы не было «выше ожидаемого». — Бедняга Макмиллан, — с притворным сочувствием покачал головой Дариус и подобрался, заметив болгарина Илия Янчева в конце коридора. — Янчев чешет, — уведомил он Гарри. — Просто чешет, или опять кого-то домогается? — уточнил Поттер, не поворачивая головы. Распределившийся на шестой курс Рэйвенкло Илий уже через пару недель своего пребывания в Хогвартсе заработал не самую хорошую репутацию. Гарри предполагал, что болгарин решил использовать смену обстановки, чтобы примерить на себя новый имидж, но балагуром и дамским угодником Илию стать не удалось, вместо этого он прослыл паяцем и извращенцем. — Похоже на то, — скривился Дариус, наблюдая, как парень втирает что-то француженкам Алисе Буланже и Вивьен Ибер, которые распределились на пятый курс Гриффиндора. Стоило троице оказаться в пределах слышимости, и Гарри с Дариусом тут же поняли, почему у девушек такие натянутые улыбки. — От тебя, милая Вивьен, исходит такая притягательная сексуальная энергия, — заливался Илий, и его круглая рябая физиономия кривилась в сальной улыбке. — У тебя такие стройные ноги, — обратился он ко второй девушке, — носи более короткие платья! Зачем прятать такую красоту? — От тебя исходит такая притягательная сексуальная энергия, братец Дред, — начали кривляться близнецы Уизли, которые как раз подошли с другой стороны коридора, — у тебя такие красивые ноги, братец Фодж! — Думаешь, мне стоит начать носить платья? — Джордж кокетливо приподнял штанину, являя миру волосатую лодыжку, поставил ногу на носок и игриво покрутил пяткой. Из поз девушек тут же ушла напряжённость, и они весело расхохотались. — Позвольте сопроводить вас на обед, — братья галантно подставили локти Вивьен и Алисе. — Мы между прочем разговаривали! — возмутился Илий, зло глядя на близнецов. — Мы спрашивали декана об организации Хэллоуина! — наперебой защебетали девушки, в упор игнорируя недовольство болгарина. — Мадам Макгонагалл сказала, что уточнит детали, и если никто не против, то на ужин все смогут прийти в костюмах! Ещё мы бы хотели организовать Комнату Страха, и она обещала объявить о решении на этой неделе! — Вы — просто глоток свежего воздуха в унылой череде устаревших традиций! — просиял Фред. — Мы готовы оказать любую помощь! — добавил Джордж. — Вплоть до самовольной организации Комнаты Страха, если профессора́ не согласятся! — Вы так любезны! — захихикали польщённые француженки. — Прости, ты что-то сказал? — осведомился Джордж у Илия, который продолжал маячить за их спинами, как пятое колесо. — Я сказал, — повысил голос Янчев, — что вы самовольно влезли в нашу беседу! Верно, дамы? Вивьен брезгливо сморщила хорошенький носик, а Алиса отступила за спину Фреда. — Очевидно, что дамы не хотят с тобой разговаривать! — хмыкнул Фред. — Но не огорчайся! — добавил Джордж. — Съешь конфетку! — и протянул болгарину батончик в яркой полосатой обёртке. Илий окинул всех четверых исполненным ненависти взглядом прищуренных глаз, рывком развернулся и ушёл, бормоча ругательства себе под нос. — Никогда бы не подумал, — признался Дариус, глядя ему вслед, — что наступит момент, когда меня будет настолько бесить кто-то из Рэйвенкло и радовать кто-то, кто Уизли. Гарри бросил на него насмешливый взгляд, решительно спрятал «Формы и содержания» в сумку и кивнул в сторону Большого Зала, предлагая идти на обед.

***

Как показали дальнейшие события, из невербального, но красноречивого отказа учениц из Шармбатона Илий сделал совершенно некорректные выводы, и следующей жертвой его сомнительных ухаживаний стала Луна. Вечером понедельника, когда Дариус тренировался трансфигурировать книгу в подстаканник, Гарри дремал с открытыми глазами после тренировки по квиддичу, а Луна писала письмо отцу, к облюбованному четверокурсниками столу подошёл Илий и нагло втиснулся на диванчик рядом с Лавгуд. — У тебя очень красивый почерк, — заявил он, понаблюдав с минуту за тем, как она пишет. Девушка перевела мечтательный взгляд с пергамента на болгарина, чуть улыбнулась уголками губ и вернулась к письму. — А кто такая Джинджер? — поинтересовался Илий. — Он, — откликнулась Луна, казалось, ни капли не раздраженная тем, что парень совершенно бестактно заглядывает в её пергамент, — наш книзл. Дариус осторожно пнул дремлющего Поттера под столом и указал глазами на Илия, когда тот вскинул голову. Наведя резкость, Гарри вопросительно поднял брови, а Дариус пожал плечами, тоже не уверенный в том, стоит ли им вмешиваться. Пошатнуть душевное равновесие Луны было крайне сложно, и обычно она легко находила общий язык с самыми разными индивидуумами. Но Янчев уже не раз и не два демонстрировал способность вызывать антипатию даже у самых добрых и уравновешенных. — Какое обстоятельное письмо, — хмыкнул Илий ещё через время, когда Луна придвинула к себе второй листок пергамента. — Папа, наверное, следит за каждым твоим шагом? — Вовсе нет, — отозвалась Луна, впрочем, не спеша вдаваться в объяснения. — А я вот своим родителям ещё ни разу не писал! — со странной гордостью признался болгарин. — Что я, маленький, перед ними отчитываться? — Мой папа бы очень волновался, если бы я уехала в другую страну и не давала о себе вестей, — заметила Луна, откладывая перо. — Закончила? — немедленно оживился Илий, вскакивая с дивана. — Ты, наверное, устала? Плечи не болят? Давай, я сделаю тебе массаж? Пожалуй, за четыре года учёбы Луна впервые выглядела всерьёз озадаченной. Не став дожидаться разрешения, Илий перегнулся через спинку и схватил её за плечи, но девушка, стряхнув с себя первоначальное оцепенение, тут же вывернулась и отсела на другой конец дивана. — Нет, спасибо, — ровно ответила она, оглядываясь на болгарина, всё ещё стоящего за её спиной. — Да мне нетрудно, — настаивал Илий, снова потянувшийся к ней руками. — Тебе сказали «нет», ты что, глухой? — вмешался Гарри, вставая со своего места. — А что это ты меня оскорбляешь? — немедленно набычился Илий, выглядя настолько возмущённым, будто никак не ожидал, что устроенное им в рэйвенкловской гостиной выступление может вызвать чьё-то неодобрение. — Я тебя оскорбил? — округлил глаза Поттер. — Это как же? — Ты назвал меня глухим! — выкрикнул болгарин, злясь ещё больше от того, что Луна переместилась к креслу Дариуса, давая понять, кто здесь её друзья, а кто неадекватный извращенец. — Значит, ты ясно слышал, что Луна сказала «нет», — пожал плечами Гарри, — так почему ты продолжаешь к ней лезть? — Твоё какое дело?! — рявкнул Илий. Его лицо покраснело от негодования, а пухлые пальцы сжались в кулаки. Болгарин обвёл яростным взглядом других находящихся в гостиной рэйвенкловцев и решил высказать накипевшее сразу всем. — Дыра этот ваш восхваляемый Хогвартс! — объявил он. — Все, как идиоты, кучкуются по своим факультетам, и ни шагу в сторону! У вас тут какая-то сраная селекция, что-ли?! Можно только с теми, кто с первого курса обитает в вашем клоповнике?! — Уймись, селекционер! — процедил сквозь зубы Ян Киров, земляк Илия, распределившийся на четвёртый курс. — Лавгуд слишком молода для тебя. — Да не в этом дело, ты что, не понимаешь? — окончательно взбесился Илий, потрясая кулаками. — Просто мы для них априори недостаточно хороши! Дариус удержал за плечо Айлу Бейтс, которая дёрнулась броситься на болгарина с кулаками. Она не очень понимала, куда свернул разговор, но подозревала, что про Луну говорят что-то гадкое. Пока Илий возмущался, а Ян пытался его урезонить, первокурсниц Айлу и Орлу отправили за старостами и деканом. — «Ватноножное» или «Инкарцеро»? — шёпотом уточнил Дариус, готовый вывести Илия из строя. — Не смей! — шикнул на него Гарри. — Колдуй на меня защитку, если замахнётся! — и сделал пару шагов к Илию, чтобы обратить на себя его внимание. — Ян тебя не поймёт! — объявил Поттер, снисходительно качая головой. — Он здесь, чтобы Турнир выигрывать! А ты в Дурмстранге видимо всех девушек распугал, поэтому сюда и приехал! — Заткнись! — рыкнул Янчев, выхватывая палочку. Свою Гарри уже сжимал в пальцах, поэтому только сильнее напрягся, готовясь обороняться. — Не тебе, малявке, меня поучать! — прошипел болгарин. — У самого-то девушки нет! — У меня ещё всё впереди, — мурлыкнул Поттер, — а у тебя всё закончилось, не успев начаться! Илий затрясся и так оскалился, что Гарри всерьёз поверил в то, что тот попытается перегрызть ему шею. Предчувствия не обманули, но болгарин не стал делать этого лично: из его палочки вылезла стремительно увеличивающаяся в объеме чернильно-чёрная масса и быстро приняла форму оскаленной пасти с кучей зубов. Сила столкновения с «Протего» Дариуса была такова, что щит не выдержал, но второй, наколдованный Гарри, уцелел. — Протего Магнитудо! — Луна и Дариус, скучковавшись около Гарри, использовали защитную сферу как раз вовремя, потому что после нескольких неудачных попыток пробить щит в лоб огромная, как ковш экскаватора, чернильная пасть попыталась напасть сбоку. Кажущиеся эфемерными зубы проскрежетали по щиту, на секунду заставив его вспыхнуть белым, после чего палочка вылетела из руки Илия, выдернутая «Экспеллиармусом» профессора Флитвика. — Фините Инкантатем! — твёрдо скомандовал декан Рэйвенкло, и чернильная масса неохотно втянулась обратно в палочку. — Что тут происходит?! — возопил маленький профессор, убедившись, что опасность миновала. — Мистер Янчев! Вы осознаёте, что за заклинание только что использовали?! — Такое поведение совершенно недопустимо! — вторила ему Макгонагалл, из-за спины которой выглядывали Айла и Орла, очень довольные от того, что сумели найти сразу двух профессоров так быстро. — Я вынуждена немедленно сообщить об инциденте директору!

***

Всех участников конфликта расспрашивали по отдельности, дабы исключить возможность сговора, и поскольку из стройных показаний выбивалась только информация, предоставленная Илием, ни у кого не возникало сомнений в том, кто говорит неправду. Заклинание «Тенебрис Рисус», которое применил Янчев, по своему воздействию напоминало Адское Пламя и легко могло выйти из-под контроля, калеча окружающих даже при отсутствии палочки. Дабы не доводить ситуацию до международного скандала, Янчева тихо дисквалифицировали и оперативно переправили обратно в Дурмстранг. Подготовка к Хэллоуину шла полным ходом, затронув тех, кто даже не подозревал, что может быть вовлечён в этот процесс: в Больничное Крыло толпами ходили ученики, сделавшие неудачные попытки вырастить на себе мех, перья, рога или крылья, профессор Снейп устал саркастически высмеивать просьбы выдать шкуру бумсланга или рог двурога, а акромантулы и соплохвосты ушли поглубже в Запретный Лес, потому что по опушке регулярно рыскали искатели полезных ингредиентов. — Ну, как я? — Дариус разглядывал себя в зеркало, поворачивая лицо то одним боком, то другим. — Может, на затылке волосы сильнее укоротить? — Угу, — меланхолично пробурчал Гарри, уже давно потерявший интерес к происходящему. — Или чёлку? — Дариус фыркнул, сдувая волосы с глаз, и зачесал их набок. — Угу, — отозвался Поттер, с тоской глядя в окно. Малфой бросил на него неодобрительный взгляд и раздражённо фыркнул, снова сдувая чёлку. — Давайте попробуем ещё немножко укоротить, — любезно предложила мисс Уайт и взмахнула палочкой, убирая с полдюйма длины. — Заклинание укладки продержится около суток, главное, постарайтесь не мочить волосы. — Мне нравится, — решил Малфой, ещё раз тщательно рассмотрев себя в зеркале. — Давай, Гарри, садись! — велел Дариус, соскальзывая со стула. — Нет-нет, — Поттер поднял раскрытые ладони. — Моя полумаска с перьями, волос всё равно толком не видно будет. — Дело не в том, видно или не видно! — наставительно вознёс палец Дариус. — Дело в самоощущении! — Моё говорит о том, что завтра утром тренировка по квиддичу, — пожал плечами Гарри, сомневающийся в том, что какое-нибудь заклинание укладки справится со встречным ветром на скорости девяносто миль в час. — Можем просто немного освежить, — предложила мисс Уайт, улыбаясь так, будто в коридоре не толпилась длинная очередь из желающих посетить парикмахера, и у неё была куча времени на уговоры. — Подровнять кончики? Или, может, поменять тон под цвет маски? Мистер Коллингвуд, который до этого занимал должность штатного парикмахера, был уволен несколько месяцев назад. Официально — по причине многочисленных жалоб на игнорирование просьб клиентов в вопросах стрижки. Ворчливый, неопрятный мужчина выглядел так, будто заступил на должность ещё раньше, чем Эрни выехал на свой первый маршрут на «Ночном Рыцаре», и взгляды на моду имел соответствующие. Так что мужская половина Хогвартса выходила из-под его палочки коротко стриженой, а девочек мистер Коллингвуд отказывался принимать вовсе. Видимо он получал специализацию в те времена, когда мужчины носили шлем, а девы коротали дни в высоких башнях в надежде, что какой-нибудь рыцарь наконец вскарабкается вверх по косам и положит конец многолетнему заточению. Преподавательский состав игнорировал бы недовольство учеников и дальше, потому что проблемы с укладкой не казались никому из них хоть сколько-нибудь заслуживающими внимания. Но потом один из старшекурсников Рэйвенкло заметил мистера Коллингвуда, возвращающимся из Запретного Леса с полными карманами кибильдуха, который нельзя было использовать иначе, кроме как для достижения дурманящего эффекта. Более тщательное расследование подтвердило, что мистер Коллингвуд не только вдыхает изготовленный с игнорированием всех азов зельеварения порошок, но и имеет покупателей в Лютном Переулке. Заниматься активным поиском кандидата на не самую важную должность в год проведения Турнира у директора не было времени, поэтому он перепоручил задание Макгонагалл, та в свою очередь озадачила подбором кандидата профессора Флитвика, а тот ограничился отправкой единственной заметки в газету. И очень удивился, получив через месяц письмо от соискателя. Мериэм Уайт оказалась невысокой женщиной средних лет с каштановыми волосами и мягкой всепонимающей улыбкой. Она предоставила хвалебные рекомендации от прошлых работодателей, колдографии с конкурсов, в которых участвовала, знала французский, итальянский и греческий, и объяснила своё желание согласиться на низкооплачиваемую должность в школе любовью к детям и желанием сменить обстановку. — Нет-нет, мэм, — хмыкнул Гарри, — сине-зелёные волосы — это перебор. Спасибо, но нам пора идти. — И под сине-зелёную маску он собирается надеть малиновую мантию, — громким шёпотом поделился наболевшим Дариус. — Смело! — с одобрением хмыкнула женщина, и Малфой понял, что рассчитывать на помощь мисс Уайт в этом вопросе бесполезно. — Хэллоуин же! — легкомысленно развёл руками Гарри. — Вполне можно выглядеть немного аляповато. — Вот уж где действительно перебор, — пробухтел увлекаемый Поттером за руку Дариус, — а не подкрашенные зелёным волосы! — Если вдруг передумаете на счёт причёски, приходите! — улыбнулась мисс Уайт Гарри, придерживая для них дверь. — Я найду для вас время! — Ну, наконец-то! — вскочила Парвати, стоило рэйвенкловцам переступить порог. — Мисс Уайт! Моя фамилия… — Мисс Патил, верно? — любезно откликнулась Мериэм. — Вы записывались ко мне на завивку и изменение цвета, да? — Всё так! — закивала обрадованная гриффиндорка. — Только никак не могу решить, какой именно, вы мне поможете? — Конечно, дорогая, проходите, — мисс Уайт посторонилась, давая девушке пройти. — Незачем ждать в длиннющей очереди! — услышали Гарри и Дариус декламации Фреда и Джорджа, стоило пройти чуть дальше по коридору. — Модифицирующие зелья по низкой цене! Сладости в подарок! — И первое не рекомендуется смешивать со вторым во избежание летального исхода, — негромко дополнил Гарри, и Дариус согласно фыркнул. — Так нечестно! — надрывался Джимми Пикс, подпрыгивая в стремлении заглянуть близнецам в их бесстыжие глаза. — Вы сказали, эффект временный! — и двумя руками поднял длинные мохнатые уши, что выросли у него после употребления чудо-зелья. — Временный, — подтвердил Фред, не забывая расточать обаятельные улыбки направо и налево, — всего три недели держится — такая жалость! — Три недели! — стенание Пикса тут же сменилось ослиным рёвом, и он торопливо зажал себе рот ладонями. — Видите, что вы со мной сделали?! — гневным шёпотом вопросил он, немного отдышавшись. — Я просил уши книзла! Уши книзла и всё! — Ты просил уши животного, — возразил Джордж, — сказал, тебе всё равно, какие. — Но не ослиные же! — Джимми дёрнул себя за упомянутые части тела так, будто хотел оторвать. — Мне нужен антидот! Ты сказал, гриффиндорцам будет скидка! Сколько?! — заорал он, стоило Фреду озвучить цену. — Да эта скидка в три раза дороже самого зелья! — Бизнес идёт в гору? — окликнул Гарри Джорджа, который как раз расписывал Кэти Белл преимущества любовных зелий. — Не так стремительно, как хотелось бы, — посетовал Фред. — Но ты можешь помочь развитию малого бизнеса, купив эти великолепные переводные руны всего за пять сиклей! — парень помахал небольшими прямоугольными карточками. — Продано! — Гарри ловко выхватил всю стопку, сунул Фреду в ладонь пять сиклей и скрылся в стремительно увеличивающейся толпе раньше, чем тот сообразил уточнить, что цена озвучена за штуку.

***

Дабы подчеркнуть неформальность события, тридцать первого октября вместо четырёх факультетских столов по периметру Большого Зала установили несколько десятков небольших высоких столиков с напитками и закусками. В центре находилась высокая фигура Джека Фонаря, который приветственно снимал свою тыкву-голову и кланялся каждый раз, как в зал кто-нибудь заходил. Зачарованные инструменты исполняли незатейливые мелодии, тут и там раздавались звуки оживлённой болтовни и смеха, звон посуды и шорох костюмов. Для организации Комнаты Страха использовали коридор перед Большим Залом, таким образом, каждый, кто шёл на ужин, автоматически принимал участие в небольшом аттракционе, проходя через слабо освещённый лабиринт, из стен которого выскакивали иллюзорные монстры. — Немного не то, на что я рассчитывал, — признался Дариус, провожая взглядом Невилла и Луну, которые кружились в танце вместе с несколькими другими парочками в центре зала. За лето Невилл изменился до неузнаваемости, превратившись из низкого пухлощёкого мальчика в высокого тощего подростка. Из-за столь резкого изменения пропорций тела Невилл стал ужасно неуклюжим, и его заносило, даже если он просто шёл по коридору. Парень репетировал вальс с момента, как узнал о предстоящем мероприятии, но его повороты всё равно не всегда получались, как следует. Луну это впрочем совершенно не смущало. Девушка решила примерить на себя образ мурлокомля и щеголяла красной шляпой, из огромных полей которой торчали тонкие чёрные щетинки. Лонгботтом вообще не озаботился придумывать себе костюм, но в его начищенных ботинках отражались звёзды с потолка Большого Зала. — Да, в мэноре карнавальные вечеринки выглядят более, — Драко изящно взмахнул кистью, подбирая слово, — вычурно. На обоих Малфоях были надеты безупречно скроенные парадные мантии, а лица скрывали полумаски, разумеется, тоже сделанные на заказ по индивидуальному дизайну. — Хотя, вон та очень даже ничего, — Дариус кивнул на стоящую около стены, кокетливо обмахивающуюся веером девушку. На ней было золотисто-голубое пышное платье в пол, волосы убраны под украшенную мехом и перьями шляпку, а лицо полностью скрыто под белой, расписанной золотистыми и голубыми узорами маской. Драко издал одобрительный звук и, не теряя времени, пошёл приглашать девушку на танец. — Вот ведь, проныра, — фыркнул Дариус, впрочем, не испытывая особой досады, — я вообще-то, первый её заметил! — Нормальный костюм, Герми, ну, ты чего? — расстроенно гудел Рон, поправляя бинты, которые намотал прямо поверх школьной формы. — Я ведь просила отнестись к мероприятию серьезно! — Грейнджер притопнула ногой. На ней был надет старомодный тёмно-лиловый костюм с большими золотыми пуговицами на манжетах, а волосы выбелены и убраны под маленькую шляпку-котелок. — Это школьный карнавал, а не заседание Визенгамота! — канючил утомлённый дискуссией Рон. — Неважно! — возмутилась Гермиона. Она как раз была одета Артемизией Лафкин, которая стала первой женщиной, занявшей пост Министра магии Великобритании. — Важно то, что я тебя попросила! И ты пообещал! Так ты держишь свои обещания, Рональд?! Шестой Уизли нервно передёрнулся, потому что становился «Рональдом» только когда Молли была очень сильно не в духе. — Ещё как держу! — с горячностью возразил Рон. — Я Уилфид Элфрик, единственный человек, выживший после атаки взрывопотама! Он даже на карточках от шоколадных лягушек есть! Как и эта твоя Артемзия Лакин! — Артеми́зия Лафкин! — рыкнула Гермиона. — И не Уилфид Элфрик, а Уилфред Элфик! Я вижу, как много времени ты посвятил подготовке! — добавила она с сарказмом. — Бинты долго искал? — Невилл вон вообще без костюма! — Уизли обличительно ткнул пальцем в гриффиндорца, как раз проходящего мимо под руку с Луной. — Меня Невилл не волнует! — Грейнджер решительно отвернулась, фыркнула и пошла прочь, чеканя шаг. — Эй, ну ты чего, — Рон расстроенно всплеснул руками и попытался последовать за ней, но случайно налетел на Драко и Элоизу, которые как раз проделывали завершающие па. — Глаза разуй! — рявкнул Малфой, поддерживая свою партнёршу под локоть, пока та пыталась вытряхнуть гриффиндорца из длинного подола, в котором тот запутался. Уизли залился краской и растерянно что-то бормотал, не зная, то ли идти к Гермионе, то ли приносить девушке официальные извинения — с поклонами и поцелуями руки, как положено, то ли ответить на грубый выпад её спутника. Дилемму разрешила сама Элоиза. Сунув веер подмышку, она за плечи вздёрнула Рона на ноги, заверила его и Драко, что всё в полном порядке и пригласила Уизли на танец. Выражение крайнего изумления на лице Малфоя не скрыла даже маска. Не став дожидаться согласия Рона, Элоиза схватила его за руку и поволокла за собой раньше, чем Драко успел остроумно проехаться по отсутствию у Уизли танцевального навыка. — Рот прикрой, а то пикси залетит, — буркнул очнувшийся от ступора Драко, проходя мимо застывшей с отвисшей челюстью Грейнджер. Наблюдавший за этой сценой Дариус вопросительно вскинул подбородок, стоило Драко приблизиться к столу. — Ну, узнал, что это за девушка, или она предпочла остаться инкогнито? — Угу, — неприязненно буркнул Малфой, наливая себе пунша. — Представилась Элоизой. Судя по акценту, она из Шармбатона. — Да, — задумчиво проговорил Дариус, — Элоизы среди француженок точно нет. Может, она просто картавит? — Да какая разница, — Драко дёрнул плечами, пытаясь продемонстрировать беззаботность, хотя тот факт, что ему предпочли Уизли, больно ударил по самолюбию. — Действительно, — хмыкнул Дариус, провожая взглядом танцующую парочку неопределённого пола: один выглядел, как антропоморфный книзл, а голова второго походила на гиппогрифью. — Сегодня можно быть, кем захочешь. Пойду, тоже кого-нибудь приглашу, — решил он и направился к девушке в изумрудной полумаске и с ярко-красными волосами, которая в одиночестве стояла около соседнего столика. Через пару часов мероприятие окончательно перешло в разряд неофициальных. Свет приглушили, расходящиеся под столами бутылки сливочного пива и огневиски подпортили всем координацию и улучшили настроение, зачарованные на исполнение традиционных вальсовых мелодий инструменты сменила популярная группа «Ведуньи», за одним из столов большая группа учеников использовала карточки от шоколадных лягушек для игры в магический вариант «бутылочки»: те, кто выбирал две одинаковые карточки, должны были поцеловаться. Несмотря на сдвинутый до полуночи комендантский час, многие младшекурсники успели разойтись по своим гостиным, старшие же курсы разбились на парочки и рассредоточились по Хогвартсу. Дариус на автопилоте делал нужные шаги и кружил в танце неутомимую Элоизу. За этот вечер девушка, похоже, успела перетанцевать со всеми учениками четвёртых-седьмых курсов. Не только с парнями, но и с девушками. Даже Луна, вполне, казалось, заинтересованная общением с Невиллом, протанцевала с Элоизой одну песню. Вдохновлённые их примером Падма и Парвати, уставшие ждать приглашения от Дина и Симуса, пригласили на танец француженок Мадлен Лабуле и Шарлотту Бош, и утихшее было веселье пошло на второй круг. Единственным, о чьём местоположении Дариус не имел ни малейшего представления, был Гарри Поттер. Накануне праздника Гарри одолжил свой хэллоуинский образ Карверу Солсбери — семикурснику с Рэйвенкло. Девушка Солсбери, с которой они договорились не одеваться на праздник как-то по особенному, внезапно поменяла своё мнение и пригрозила парню расставанием, если тот не найдёт себе приличный наряд на вечер. Экипированный общими усилиями всех факультетов по принципу «кому чего не жалко» Солсбери представлял собой печальное зрелище, и тогда на помощь пришёл Гарри со сделанной на заказ маской с перьями и парадной мантией, которая после увеличивающего заклинания села на старшекурсника как влитая. Воспитание Малфоя не позволило бы ему явиться на мероприятие в зачарованной одежде, которая по закону подлости могла деформироваться в самый неподходящий момент, оставив на репутации мага несмываемое пятно, но Солсбери благотворительности Гарри был искренне рад. Наверняка Поттер руководствовался более меркантильными целями, нежели стремление объединить любящие сердца, но Дариуса задело такое поведение. Гарри был его другом, и Малфой хотел, чтобы на празднике тот выглядел прилично. От фантазий о том, что Поттер наденет своё магловское тряпьё, как планировал первоначально, у Дариуса начинал дёргаться глаз. — В чём ты теперь пойдёшь? — расстроенно вопрошал Малфой, раздражаясь ещё и от того, что Гарри не выглядел ни капли взволнованным предстоящим мероприятием. — Придумаю что-нибудь, — беспечно отмахивался Поттер. — Наденешь эти свои синие дырявые кальсоны? — поморщился Дариус. — Что ты там сможешь придумать за оставшееся время? — Спорим, — у Гарри вдруг загорелись глаза, — что я сварганю себе такой костюм, что ты меня не узнаешь? — Костюм будет называться Дезиллюминационное заклинание? — кисло уточнил Малфой. — Нормальный костюм будет! — заверил Поттер. — Я в нём даже подойду поговорить с тобой! — Купишь у Фреда и Джорджа тот их аналог Оборотного? — всё ещё сомневался Дариус. — После того, что они сделали с бедным Кормаком? — фыркнул Гарри и протянул руку. — Ладно, — Малфой пожал его ладонь. За вечер Дариус общался со многими и время от времени, вспоминая о пари, анализировал того или иного человека, но Гарри ни в ком из них не вычислил. Ещё он беспокоился, что Гарри мог обидеться на его замечания — ведь многие ученики тоже не стали заморачиваться с придумыванием костюма, а некоторые выглядели настолько нелепо — что лучше бы пришли в школьной форме. Дариус пару раз даже пробовал позвать его по связному зеркалу, но похоже, Гарри оставил своё в спальне. Малфою только оставалось надеяться, чтобы в этой толпе анонимов, которыми нынешним вечером кишел Хогвартс, Поттер не попал в беду. — Не хочешь присесть? — предложил Дариус своей партнёрше, когда песня подошла к концу. — Да, я бы выпила чего-нибудь прохладного, — с готовностью откликнулась Элоиза. — Меня зовут Дариус Малфой, — представился парень, когда они взяли по стакану апельсиновой шипучки, — а тебя? — Меня зовут Ты-Должен-Мне-Десятку, — хохотнула «Элоиза» и сняла с лица маску. — Гарри? — уточнил Дариус через несколько бесконечно долгих секунд, опасаясь, что в шипучку кто-то подлил что-то позабористее огневиски, и теперь он галлюцинирует. — Похоже, костюм отличный, раз ты всё ещё сомневаешься, — самодовольно заявил Поттер. Он опрокинул в себя шипучку и «Финитой» превратил длинное платье и шляпку в мантию с капюшоном. — Ну, даёшь, — покачал головой впечатлённый Дариус, расправляясь со своей шипучкой. — Ты сам всё трансфигурировал? — Ага, — кивнул Поттер, обмахиваясь веером, — заклинания приходилось часто подновлять, но похоже, девушкам позволительно постоянно выходить «попудрить носик». — От истощения не свалишься? — уточнил Дариус, потому что такая детализация наряда на протяжении нескольких часов требовала недюжинных магических затрат. — Нет, — вздохнул Гарри, — но я устал и готов идти спать. — Я тоже, — кивнул Дариус и хихикнул, — опасался, что «Элоиза» предложит продолжать танцевать. — «Элоиза» со всеми танцевала по одному разу, — рассмеялся Гарри. — Дабы не давать ложную надежду. — Особенно Луне! — фыркнул развеселившийся Малфой. — Кстати, Луна знала? — Никто кроме тебя не знает, — покачал головой Поттер. — Пусть так и остаётся. — Ладно, — согласился Малфой.

***

Добраться до гостиной без приключений у Дариуса и Гарри не получилось, так как в одном из коридоров группа слизеринок словесными оскорблениями пыталась спровоцировать на нападение Софи Вебер. Француженка, не желая повторять судьбу Илия Янчева из Дурмстранга, смотрела в пол, монотонно повторяла извинения за всё, в чём её пытались обвинить, и просила дать ей уйти в гостиную до того, как все они нарушат комендантский час. — Наша принцесса боится нарушить комендантский час, вы слышали? — хохотнула Трейси Дэвис, трепля Софи по щеке. — Ей не нравится, — с напускным удивлением констатировала она, когда гриффиндорка отстранилась, — а когда Блейз так делал, была совсем не против! — Извините, — пробубнила Вебер. Объяснять, что Блейз просто убирал ресничку с её щеки, явно было бесполезно. — Хватит уже! — рыкнула Васса Младенова, делая резкий выпад в сторону девушки. — Бесишь своими извинениями! Софи покаянно опустила глаза и сделала пару шагов вдоль стены, но путь к отступлению тут же преградила Дафна. — Где уж Блейзу устоять, если даже профессор Снейп отменил ей отработки на сегодня, — добавила она, скрещивая руки на груди. — Надо что-то делать, — проговорил Дариус, в очередной раз выглядывая из-за угла и не обнаруживая никаких подвижек в разрешении конфликта. — А что тут можно сделать, — пожал плечами Гарри, — кроме как лезть между молотом и наковальней? К тому же, Софи отлично справляется. — Правда? — со скепсисом уточнил Дариус, слушая очередные бессмысленные извинения. — Что-то не похоже. — Она не оправдывается и не даёт вывести её из себя, — резюмировал Гарри, — скоро им должно надоесть. — Дай Мерлин, — поморщился Дариус, — а то и мы комендантский час нарушим. Полётные заклинания на самодвижущихся лестницах уже отключились на ночь, так что обход проблемного коридора грозил надолго затянуться. Да и Софи была хорошей девушкой, не хотелось оставлять её в беде. — Может, притворимся пьяными? — предложил Дариус через несколько минут, когда обвинения в распущенности, безнравственности и соблазнении всех и вся посыпались на Вебер с трёх сторон. — Повиснем друг на друге и вперёд? «Узнаем» в Софи кого-то из Рэйвенкло и заберём её с собой? — Если даже слизеринки позволят её забрать, что маловероятно, — заметил Гарри, — скорее всего, пойдут за нами. А Софи вряд ли позволят заночевать в нашей гостиной. — А если даже согласятся, придётся всё объяснять, и мы противопоставим себя Гриффиндору и Слизерину, — кисло согласился Дариус. — Связное зеркало у тебя с собой? — озарило Гарри. — Если Луна всё ещё с Невиллом, пусть он предупредит кого-нибудь с Гриффиндора, чтобы шли спасать свою сокурсницу. Дариус полез в карман, довольный этой идеей, но Лавгуд на зов не отвечала, и он снова приуныл. — Что там происходит? — нахмурился Гарри, потому как за углом вдруг стало неожиданно шумно. — Нет, пожалуйста, отдайте! — Софи тянулась за палочкой, которую Трейси удалось выхватить заклинанием, но Дафна и Васса не давали ей этого сделать. — Так ты не только шлюшка, но и врунья! — хохотнула Дафна, преграждая Софи путь. — Говорила ведь, что оставила её в гостиной! Она применила Люмос и вызвала сноп зелёных искр, примеряясь к чужой палочке. — Нет-нет, стой! Что ты делаешь?! — нервничала Софи. — Я? — округлила глаза Дафна. — Ничего. А вот ты сейчас нападёшь на учениц Хогвартса, — заявила она, прицеливаясь в Трейси. Та торопливо замахала на неё руками. — Постой, а почему я? И что ты собираешься сделать? — Летучемышиный сглаз, — пожала плечами та. Трейси поморщилась и замотала головой. — Как-то мелко, за это её не исключат. — Эверте Статум? — предложила Дафна. — Надо что-то более, — Трейси вознесла руки, намекая на скудные масштабы предлагаемых Дафной заклинаний. — Адское Пламя? — хмыкнула та скорее в шутку, но Трейси неожиданно одобрила эту идею. — Это именно то, что нужно! — просияла она. — Поджигай гобелен! Расскажем декану, как Софи пыталась спалить нашу Школу! Гарри и Дариус в шоке вытаращились друг на друга, потому что за пару минут словесная перебранка выросла до полноценного преступления с возможными человеческими жертвами. — Давай, я буду обездвиживать, а ты забирать палочки, — решил Дариус, готовясь атаковать из-за угла. — Есть идея, — Гарри тронул его за плечо. — Если пойдут сюда, наколдуй чары отвлечения. Соннорус! — скомандовал он, намеренно коверкая произношение. При такой ошибке звук многократно усиливался, а слоги слов искажались, эхом накладываясь друг на друга. — Чрезвычайное происшествие на территории Хогвартса, всем ученикам немедленно вернуться в свои гостиные, — монотонно проговорил Гарри. Слизеринки испуганно заозирались, и это дало возможность Софи выхватить свою палочку. — Чрезвычайное происшествие на территории Хогвартса, — повторил Гарри, подражая полицейскому, который командовал злоумышленникам выходить из дома Дурслей с поднятыми руками. Невидимый форд Уизли уже скрылся за облаками к тому времени, но серьёзностью момента проникся даже Поттер. — Всем ученикам немедленно вернуться в свои гостиные! — Нон Анимадверто, — взмахнул палочкой Дариус, и слизеринки пробежали мимо них, ничего не заметив. Повторив эту пародию на мэйдэй ещё пару раз, Гарри отменил заклинание и громко прочистил горло. Дариус, убедившись в том, что Софи ушла в другую сторону, и коридор пуст, одобрительно похлопал Поттера по плечу. — Получилось! — хохотнул он. — Как тебе такое в голову пришло? — Чрезвычайное происшествие на территории Хогвартса! — вдруг заголосил Подрик Крукшанк, ещё секунду назад спокойно похрапывающий в своей раме. — Всем ученикам немедленно вернуться в свои гостиные! Дариус удивлённо обозрел портрет и перевёл вопросительный взгляд на Гарри. Тот тоже округлил глаза и в недоумении пожал плечами. — Чрезвычайное происшествие на территории Хогвартса! — присоединилась к ору дама с корзинкой цветов на противоположной стене. — Всем ученикам немедленно вернуться в свои гостиные! — Ну, пошли, — развёл руками Поттер, и они с Дариусом поспешили в рэйвенкловскую башню.