Твой одурманивающий запах

      Изабелла сидела на подоконнике, солнце постепенно всходило, озаряя улицы своими яркими лучами, пробиваясь через окна в серые и унылые квартиры России. Она наблюдала за Костьей, которая время от времени щёлкала косточками пальцев, сидя за столом. По серьёзному выражению лица и лёгкой дрожи в руках, можно было легко понять, что Костья волнуется, лишь глаза бегали из стороны в сторону. Ей трудно начать разговор первой, поэтому единственное, что ей удается, так это притянуть к себе пачку сигарет и достать одну. — Зай, — произносит Бэлла и девушка замирает, держа сигарету в руках, — Ты куришь слишком часто, — эти слова заставляют Костью одуматься и она кладет сигарету на стол — Я не могу, Бэл, — говорит Костья и опускает голову вниз. Она облизывает собственные губы, а затем плотно их сжимает. Блондинка слезает с подоконника и медленно, будто летит на крыльях, подходит к девушке. Заходя со спины к Каспер, она обнимает её за плечи, аккуратно целуя в висок и щёку. — Я люблю тебя, — говорит Бэлла и прислоняется своей щекой к щеке Костьи, на которых выступил румянец.       Кожа шатенки была горячей, почти обжигающей, а вот Бэллы — наоборот, холодная и бледная. Купер даже со спины слышала ровное сердцебиение Бэллы и её хоть немного, но радовало, ведь ещё несколько часов назад, прижимая Бэллу к себе, она чувствовала, как её возлюбленная часто дышала, дрожала, отталкивала её всеми силами, лишь бы Купер не причиняла ей боли, и она не причинила. Костья остановилась тогда. — Не связывайся с ним, — обхватывая своими ладонями руки Бэллы, она разворачивается к ней лицом, — Никогда, Бэйбик, слышишь? — Слышу, но тебе стоит всё же рассказать про своего отца больше, ведь пока что, я знаю, что он лишь, сука, которая много себе позволяет! — Купер потянула её за руки и Бэлле пришлось сесть на её колени.       Обвивая скромную талию девушки, Костья прислонилась своим носом, который на удивление был холодным, к шее Бэллы. От неожиданности она вздрогнула и Купер подняла взгляд на её лицо. Губы расплылась в улыбке и удостоверившись, что все в порядке, Костья вновь дотронулась носом до шеи. Шатенка несколько часов назад оставила небольшие красные пятна на бледной коже, называющиеся «засос» и теперь, любовалась своим творением, созданным несколько часов тому назад. — Знаешь, зачем я оставляю засосы на твоём теле, малыш? — спросила Костья, поднимая голову вверх, чтобы заглянуть в голубые глаза Бэллы. Они светились, как маленькие сапфиры под лучиками солнца. — Зачем? — хоть Бэлла и понимала, что это особый способ уйти от вопроса про отца, решила всё-таки поддаться. — Чтобы показать, что ты занята. Что тобой никто не завладеет, Бэйбик. Что, ты, лишь моя, — выделяя такие колкие слова, как «ты», «моя», «занята», говорила Костья. — Я мало, кому нравлюсь, ведь выгляжу, как пацан, — вздохнула Бэлла и уткнулась в тёмные волосы Костьи. — Ты нравишься Артёму, — недовольно произнесла Купер и блондинка тут же вздрогнула. — Чего? — А ты, что думала? Он просто твой лучший друг? Нет, малыш, — глубоко вздохнула и продолжила шатенка, — Артём хотел выебать тебя на твой же день Рождение, и думаю, сделал бы это, не будь меня рядом. — Но мы тогда не встречались, причем тогда была ты? — Бэлла знала, что Вершинов странно к ней начал относится в последнее время, но факт того, что она ему нравится, Бэлль не рассматривала или боялась рассматривать. — Я не поддержала его идею тогда и сказала, что если это произойдет, то он лишится дозы. Он тогда так испугался, ты бы видела, — Купер усмехнулась и продолжила, — А он, кстати, пытался? — Нет, — Кузнецова точно помнила, как Артём усадил ее к себе на колени, как начал лапать её, но та быстро дала отпор и поэтому дальше не зашло. Говорить сейчас про прошлые проделки Вершинова, зная характер возлюбленной девушки, ей не хотелось. — Ты так и не ответила. Кость, почему ты боишься своего отца? — Я не боюсь, — сказала, а затем выдохнула Костья. Сердцебиение участилось, она врала. — Просто, мы плохо общаемся. — Ты стояла тут, как статуя. Замерла и не двигалась. Это разве не страх? — Нет, а что, я, должна была сделать по твоему? — Купер прислонилась затылком головы к стене, чтоб лучше видеть лицо Бэллы. — Не впускать его в квартиру, — блондинка поднялась с колен шатенки и сделала пару шагов назад, прислоняясь ягодицами к плите. — Кость, а он, — и тут она специально замолчала, ведь договаривать подобные вещи ей было неприятно. — Что? — Ну-у, — она отвела взгляд в сторону и собравшись с мыслями, произнесла, — Домогался? — Нет, блять, никогда нахуй! — татуированная девушка подскочила со стула, а её глаза забегали по комнате, — Никогда, он этого не делал. — Почему ты так нервничаешь тогда? Остальное, вроде, уже не так страшно или я ошибаюсь? — Кузнецовой было трудно не употреблять мат, но тем не менее, сдерживая себя, она пыталась спокойно поговорить. — Бывало он насиловал маму, но блять, это другое, — Костья начала медленно приближаться к младшей девушке, — Как сказать-то, — останавливаясь в одном шагу от тела блондинки, продолжала Каспер, — Он бил меня. — И ты, что, никогда не давала ему сдачи? — Маленькая девочка, вряд ли сможет сделать хоть что-то взрослому мужчине, так что, нет, я никогда не отвечала ему, — на глазах татуированной девушки выступили слёзы, понятно было, что ей трудно вспоминать детство, — И, когда все вышло за края, мама не впустила его в последний раз домой, потом его посадили, а мама умерла. Мы больше и не виделись с тех пор. — Что значит «за края», Кость? — Он вырубил меня одним, блять, ударом, — дрожащими руками она коснулась пальцев Бэллы, — И сломал мне ребро.       Кузнецова не знала, что ответить, поэтому стоя напротив, она лишь смотрела в глаза шатенки, с которых начали скатываться соленые слёзы. — Почему, когда он, насиловал твою маму, она не писала заяву на него? — блондинка сцепила их руки в замок. — Может любила, а может боялась, я не знаю. — Кость, а ты уверена, что когда он тебя вырубил, то не.. — она запнулась, — Изнасиловал? — Он бы не сделал этого, я уверена! — А твоя мама? Она исключение типа или наоборот, ты исключение? — Бэлль загоняла Костью ещё глубже, и ту окутала новая волна страха. — Я не знаю, — растерянно ответила шатенка, — Я проснулась уже в больнице. Да не, — голос девушки дрогнул, — Этого не было. — Хорошо, — ответила Бэлла и притянула возлюбленную к себе. Она коснулась желанных и таких манящих губ Костьи, а девушка между тем, ответила взаимностью и начала углублять поцелуй, пуская в ход язык. — Ну, я бы, поняла это, — разрывая поцелуй и отведя взгляд в сторону, произнесла Купер. — Типа так? — ладонь Кузнецовой моментально проскользнула между ног Костьи, раздвигая их шире.       Шатенка стояла в одной футболке, скрывающей её бёдра, и в мужских трусах. Старая футболка была вытянута, почти до колен и сильно потрёпанная. Глаза Костьи забегали по всей комнате, она не знала на чем сфокусировать свой взгляд. Губы Бэллы расплылись в улыбке, она через тонкую ткань боксеров надавила на клитор девушки, а после чего услышала тихий стон. — Бэ-э-л, — протянула Костья. Она хотела остановить происходящее, но желание почувствовать пальцы белокурой в себе было сильнее. — Блять, — из комнаты Купер послышалась мелодия. Телефон Кузнецовой разрывался от звонка и ей пришлось остановиться.       Костья выдохнула и сделала шаг в сторону. Наблюдая за тем, как её возлюбленная, маленькая девочка, виляя бедрами, уходит с кухни, Купер осталась стоять у плиты. Приятное ощущение внизу живота не пропадало, оно стало лишь усиливаться и ныть. Каспер запрокинула голову назад и глубоко вздохнула. Ей нужно было успокиться и лучше всего, отвлечься. Она закрыла глаза, начала слушать, что говорит Изабелла, которая находится в соседней комнате. « — Я поняла. Да, я, скоро буду дома. Я постараюсь всё исправить. Точно, да, — всё, что слышала Костья »       Это её слегка насторожило, но идти в комнату она не решалась и поэтому, Бэлла вернулась сама. Выражение её лица сильно изменилось. Больше не было прежней улыбки и огонька в глазах, теперь можно было без особого труда догадаться, что девушка расстроена. Белокурая присела на стул и забрала со стола сигарету Костьи, зажимая зубами фильтр, она прикурила. Сделав первую тягу, она выдохнула в потолок. Каспер подошла к окну и приоткрыла его. Запах курева стоял уже во всей квартире, её это начало бесить. — Может, лучше в подъезде? — спросила блондинка и поднесла сигарету к пепельнице, чтобы в случае того, если Костья даст положительный ответ, то затушить сигарету. — Да, погнали, — и Бэлль затушила сигарету прошла в прихожую, — Ты не собираешься одеваться? — А ты? — если Костья была хотя бы в футболке, то вот Кузнецова наоборот — в одном топе и трусах. На лице блондинки проскочила улыбка.       Штаны Изабеллы были испачканы во вчерашней грязи, в которую она вляпалась, убегая от полиции. Каспер протянула ей одни из своих штанов, чтобы та не стояла в холодном подъезде в трусах. Светло-зеленые штаны в полоску хорошо сидели на стройных, худых ногах Кузнецовой. Она посмотрела в зеркало на себя и это, наверное впервые произошло, но ей нравилось, как она выглядит. Опухшие и покрасневшие глаза, растрёпанные волосы, потресканные с краёв губы, засосы, оставленные недавно Купер, красовались на её молочной коже и псориаз на руках — все это дополняло девушку. Сейчас Бэлла выглядела, как маленький ребенок, за которым нужно постоянно следить и оберегать. Руки Каспер сомкнулись на её талии, а своим носом она уткнулась в нежную кожу на шее Кузнецовой. — Мы собирались курить, — сказала Бэлла, накрывая ладони шатенки, своими. — Помню, — они тихо вышли из квартиры и спустились на лестничную клетку к окну, открыв его, прикурили. — Ты красивая, малыш, — произнесла Костья, а потом выдохнула рядом с лицом Бэллы дым. Белокурая девушка опустила глаза вниз, показывая своё смущение. — У меня проблемы, Кас, — волнение растекались по всему телу блондинки. — Какие? — Мне нужны деньги, точнее не мне, а бабушке. Ей совсем нечем платить за квартиру, — произнося эти слова, Бэлла подавляла в себе чувство стыда, страха и волнения. Сейчас с уст Бэллы это звучало так, будто она просит деньги у татуированной девушки. — Что произошло? — Купер иногда отворачивалась от белокурой, смотря на людей, проходящих во дворе. — Ей снизили пенсию, походу и теперь, она не ебет, чё ей делать. Она попросила найти меня хотя бы половину суммы, как-нибудь, но как, я пока что не знаю. У тебя есть идеи? — Я могу дать тебе деньги, — сказала, как отрезала Костья. — Нет, ни в коем, блять, случае! Я хочу заработать их сама, мне не нужны твои деньги! — Блять, — Костья перевела взгляд на мужчину, который спускался с лестницы. Изабелла тоже повернулась и в его лице, тут же узнала мужчину, с которым поссорилась не так давно. — Это к нему ты так пробивалась в прошлый раз? — спросил мужчина. Он знал Купер только, как соседа. Бывало, они вместе курили в подъезде и Каспер рассказывала истории из школы про преподавателей, но ничего больше. — К нему? — Кузнецова повернулась к старшей. — А что-то разве не так? — спросил мужчина. — Это «она», — произнесла Бэлла и сделала предпоследнюю тягу.       Брюнет перевел взгляд на свою соседку, которую всегда принимал за парня. Слов, по всей видимости, у него нашлось, поэтому он просто спустился на этаж ниже и вышел из подъезда. — Он че, не знал, что ты девка? — Я никогда и не говорила. Мне привычней представиться Костей и сказать, что я парень. Понимаешь? — Купер докурила и выкинула сигарету в окно. — У тебя есть у знакомых старших работа? — Любая абсолютно? — спросила Костья и странная улыбка озарила её лицо. — Вообще похуй. — Я могу устроить тебя к себе, — Каспер говорила об этом спокойно, будто ничего противозаконного в этом и не было. Они вернулись в квартиру. — Типа дилером? — Да. — Так, я же нихуя не умею, да и стрёмно как-то, вдруг спалят ментам. Моя бабушка не переживёт, если я сяду… — Бэлла присела на край кровати. — Пиздеж это все про то, что ментам палят. Так тем более, если я тебя пропихну, а это дело, то тогда все будет окей, отвечаю! — Костья прильнула девушку за плечи, — Мне он доверяет. — Мне попозже надо будет домой, ну, а потом, вечером можем встретиться? — Без проблем. Я сообщу о тебе через час, наверное.

***

      Изабелла провернула ключ в замочной скважине, а затем открыла дверь. На пороге квартиры её встретила бабушка, та была точно чем-то встревожена. — Прежде, чем я все объясню, лучше скажи, почему ты снова не ночуешь дома? Все повторяется, Бэл? — голос бабушки звучал строго. — Я забыла тебя предупредить, — начала оправдываться белокурая. — У меня сейчас есть проблемы небольшие, Ба, — она начала врать. — Не только у тебя. Ты будешь искать работу или нет? — бабушка скрестила руки на груди.<i>       Сейчас ей и правда нужна была материальная помощь, а иначе, Бэллу могли бы выселить вместе с бабушкой со съемной квартиры. Идти к матери, которая отказалась от неё при самом рождении она не собиралась.       При рождении Изабелла попала в детский дом, потому что собственная мать отказалась от неё. Бабушка забрала её к себе домой после двенадцати лет проживания в интернате и тогда, Бэлла начала всеми способами искать мать и как только ей удалось это сделать, мама не была рада видеть не желанную дочь. Они виделись всего два раза свою жизнь.       Это произошло дома у Бэллы в первый раз, когда у бабушки было день Рождение, а затем, когда она пришла пьяная к ним, непонятно зачем. — Да, уже нашла. Вечером пойду на собеседование, типа, — Бэлла улыбнулась и облоктилась на дверь.</i>       Бабушка улыбнулась и удалилась в гостиную, присела на диван и сняла свои очки. Изабелла сняла обувь и прошла за ней.