Хорнябрь: собственничество, лошончики, NC-17
5 декабря 2020 г., 15:57
Ревность Тончика не знает границ. Он скрипит зубами, наблюдая, с каким жаром Лало общается с другими людьми, как легко приобнимает их, прижимает к сердцу и целует в щёки. Тончик мечтает выбить им всем зубы, чтобы не скалились в его сторону. Он видит в чужих глазах насмешку.
Тончика не пускают на цыганские собрания. Он сидит снаружи шатра или ходит из стороны в сторону, пинает камни и бьёт кулаками раскиданные на солнце подушки. Ему кажется, что Лало никогда не вернётся.
Но Лало возвращается. Его длинные пальцы вновь сжимают чужие ладони и запястья, его губы снова касаются чужих щёк. Тончик грубо дёргает Лало за широкий рукав и кидает что-то едкое, злое. А Лало всё равно улыбается, таким же жестом приобнимает его за плечи и уводит в свой шатёр. Там Лало целует его в губы — жадно и глубоко, схватив рукой за подбородок, чтобы не вырывался.
Ярость Тончика сменяет возбуждение, он грубо лапает Лало, до боли сжимает его талию. Лало стаскивает свои кожаные брюки и высвобождает член Антона из штанов. Насаживаясь до конца, Лало позволяет трахать себя до потери пульса, оставлять кровоподтёки на теле и засосы на шее.
Натягивая штаны на мокрые от пота и спермы бёдра, Лало молча выходит на улицу, оставляя Тончика размышлять.
Сейчас Антон точно знает, что Лало не позволил бы такое кому-то другому.
Но утром он опять всё почему-то забудет.
