волчонок

      Джин уже несколько часов изучает его. В его глазах «медного цветка» наступила тишина, спокойствие и безмятежность. Юнги понимает его, ведь он сам за все эти годы никак не может налюбоваться им. Он видел, как Джин делал первые шаги, слышал его громкий плач по ночам, его детский счастливый смех. Его юность, как его божественная красота расцветала словно цветок, и как он становился неотразим с каждым часом и годами. Он сохранил это в своей памяти, теперь уже по своей воле. Потому что хотел знать и помнить. Юнги наблюдал, как его пленительная красота заставляла чужие сердца трепетать и хотеть его.       – Ты женат? – Джин неотрывно смотрит на его лицо. Жгучий взгляд его прекрасных глаз оценивающе скользит по Юнги и глаза его меняют цвет: от светлого до темного оттенка синего. Юнги прячет улыбку. Цвет глаз оборотня менялся в зависимости от его настроения, и чем темнее он становился, тем дурнее у него настроение. Джин, будучи оборотнем, унаследовал от них горячность и эмоциональность, страсть и темперамент, и плохо умел скрывать это. Как, например, сейчас.       – Нет.       – Прекрасно. – молодой волк даже не скрывает того факта, что остался доволен ответом вампира. Он, словно кошка растягивается на постели и перевернувшись на живот, улыбается. – Тебе бы не понравилось, если бы я её убил. – утверждение, и никак не вопрос. Юнги был готов к таким вопросам и знал, что Джин не просто оборотень, которого он спас. Он намного больше. И его желание быть единственным в жизни Юнги оправданно.       – Волчонок, я должен уйти. – Юнги нехотя встает со своего насиженного места, и Джин хмурится, явно не одобряя его намеренья.       – И ты оставишь меня здесь? – недовольно спрашивает оборотень, лениво присаживаясь на постели.       – Я приду за тобой завтра. Будь готов. – он двигается бесшумно в сторону двери и бросив взгляд на строгое лицо Джина, исчезает за дверью.

***

      – Бедный Намджун. – Чимин качает головой. – Ты замучаешь его.       – Я уже сказал ему, что мы не будем вместе. Тебе нравится? – переводит он тему, и придирчиво осматривает себя в зеркале. Тонкий синий шелк гармонирует с цветом глаз, на шее повязка такого же цвета. Его темные, волнистые волосы красиво уложены пробором посередине. Чимин нанес на него макияж, и, кажется, он действительно выглядит привлекательно.       – Ты неотразим, хён. Но ради кого ты так стараешься? – Чимин обвивает его талию руками и выжидательно смотрит в глаза через зеркало. – Я чего-то не знаю? – нахмурившись, спрашивает младший, и Джин загадочно улыбается.       – Подожди немного. Ты скоро сам все увидишь.       На заднем дворе дома клана Ким подготовка идет полным ходом. Через час начнется вечеринка в честь дня рождения Джина. Сам именинник наблюдает со своего балкона и с предвкушением ожидает приезда Юнги. Но пока вампира нет, он охотно наблюдает за неловкими взаимодействиями Чимина и своего брата. Тэхен был чертовски красив и беспечен, он считал, что серьезные отношения не для него и по этой причине делал вид, что не замечает старания Чимина ему понравиться. Джин восхищался упорством Чимина, несмотря на его частые провалы. Придет время и Тэхен пожалеет, – думает Джин.       Гости активно поздравляют его и недвусмысленно намекают ему о будущем. Он старается не заводиться, но у него плохо получается и ему приходится отходить от гостей по разным причинам. Но его настроение окончательно катится вниз, когда клан Чо появляются в поле его зрения. Рыжеволосые оборотни вели себя крайне нагло и напыщенно, особенно, Дихен. Он метил на место своего отца, был тщеславен и нетактичен при разговоре. Джин ненавидел его запах и всю его семейку. Он закатил глаза, когда альфа прикоснулся губами его руки.       – Я восхищен. Посмотри на меня: я также прекрасен, как и ты. Мы должны быть вместе, Джи. – Джин еле слышно фыркает, вырывает свою руку и демонстративно вытирает ее салфеткой.       – Чо Дихен. – он растягивает губы в ядовитой улыбке. – Никогда. – лицо альфы напротив мрачнеет и Джин пытается уйти, но Дихен встает на его пути. – Дай мне пройти. – приказывает омега и выгибает бровь, когда альфа игнорирует его.       – Испокон веков благородные альфы понимали омег без слов и подчинялись их приказам. Этот жест означал глубокое уважение к нежным существам и важность их существования в иерархии. Омеги – хранители семейного блага и уюта. Проигнорировав слова Джина, ты показал свою невоспитанность и ударил лицом в грязь. Такой альфа не может стоять рядом с омегой как Сокджин. – голос Юнги отдавался эхом и Сокджин с каждым его шагом расплывался в широкой улыбке. Вампир шел неторопливо и размеренно, будто давая возможность окружающим рассмотреть его как следует. Враждебные феромоны сгущаются и давят на легкие, но Джин игнорирует их, неотрывно смотря в глаза Юнги. Чо делает короткий поклон Джину и отходит на пару шагов назад, когда Юнги достигает их. Вампир цепким взглядом окидывает молодого альфу и ухмыляется, когда тот ретируется ближе к своему клану.       – Джонхен! Что здесь делает наш враг – вампир? – отец Дихена, Чо До свирепо смотрит на отца Джина.       – Война с вампирами закончилась век назад. Не стоит ворошить прошлое и пытаться что-то изменить. Наш «мир» должен продолжаться во благо наших детей, До. – Джонхен говорит четко и дает понять, что Юнги – гость. А гостей оборотни должны почитать, как своих собратьев.       – Вампиры были и остаются нашими врагами! – Чо выступает вперед, за ним повторяют его люди, но Джонхен поднимает руку, чтобы тот остановился.       – Чо До, перед тобой не просто вампир…       – Господин Ким, с Вашего позволения, я продолжу. – Юнги становится в ряд с Джином и поворачивается к собравшимся. – Я – Мин Юнги. Объяснять кто я нет никакой необходимости, вы все прекрасно знаете мое имя. – собравшиеся начинают оглядываться друг на друга. Чо мрачнеет еще больше, сжимая руки в кулаки. – Я пришел на этот светлый праздник, чтобы указать на границы, которые не стоит переступать. – Юнги кидает на Дихена уничтожающий взгляд. – Ким Сокджин, младший сын Ким Джонхена, омега клана Ким с момента рождения был предназначен мне. Женщина, которую убила член клана Чо, точнее кровная сестра Чо До от другой матери, оставила мне своего ребенка и приказала беречь его. – шум становится чуть сильнее и Юнги останавливается, чтобы окружающие могли осмыслить сказанное. – О клевете не идет и речи. При желании можем встретиться в Верховном суде. Я наглядно продемонстрирую ту сцену, что развернулась перед моими глазами 25 лет назад.       – Ты убил мою сестру! – До переходит на рык.       – И убью тебя, если с головы Джина хоть волосок упадает по вашей вине. – Юнги беспрестанно оглядывает толпу. – С этого момента Сокджин переходит под мою опеку. Все решения буду принимать лично я и никто другой. Попытки нанести вред его семье и особенно ему, буду понимать как объявление войны. Моя месть будет беспощадна. Спасибо за внимание!       – Ты действительно это сделаешь? – спрашивает Джин, низко наклонившись к Юнги. Его горячее дыхание щекочет холодную кожу, вампир задерживает дыхание на секунду, но в легкие уже пробрался влажный запах омеги и он тихо выдыхает. Он оглядывает Джина, останавливаясь на красивой шее, подвязанный платком и слышит, как шумно и гулко течет кровь. Вопрос он оставляет открытым из-за вредности, но Джин кивает, принимая его молчание за согласие. Клан Чо удаляются, бросив презрительные взгляды на вампира и омегу, но Джин лишь машет им рукой на прощание, приторно улыбаясь.       – Надеюсь, ты готов? – спрашивает Юнги, бросив короткий взгляд на омегу, который коротко отвечает «да», и отходит к миленькому омеге, который вот уже полчаса таращится на них, не моргая.       – Это высокородный вампир. – Чимин выглядит ошалело, все время кидая нервные взгляды на холодного вампира. – Джин, что происходит?       – Все нормально, Чимин. Тебе не о чем беспокоиться. – Джин обнимает младшего, прижимая к своей груди.       – Но это вампир! – высокий тон Чимина привлекает внимание окружающих. – Мне есть о чем беспокоиться. Он забирает тебя с собой, хён! Ты принадлежишь ему!       – Как и он принадлежит мне. С ним я чувствую себя свободно и защищенно, Чимин. Мне трудно это объяснить, но это самое верное решение в моей жизни. – Джин отпускает младшего и заглядывает в его глаза. – Он никогда не сделает мне больно.       – Волчонок прав. – омеги оглядываются на чужой голос, и Чимин округляет глаза. – Я – Чон Хосок. Друг Юнги. – вампир, внушительных размеров делает легкий поклон, но его хмурое лицо не меняется. – Здравствуй, Джин.       – Здравствуйте. – хором приветствуют оборотни и кивают вампиру. Джин ловит взгляд Юнги, который стоит поодаль от них, и улыбается уголками губ.       – Вы можете навещать его, если хотите. – Хосок обращается к Чимину, который густо покраснев, заторможено кивает. Хмурое лицо вампира вдруг становится по-детски милым, когда он улыбается Чимину. Джин улавливает дрожь друга, и ухмыльнувшись, оставляет их одних, направляясь к своему вампиру.       Намджун чувствует себя лишним на этом празднике, поэтому уходит в лес. Он думает о том, что так просто готов отпустить Джина, когда сердце болезненно сжимается от потери. Присев на берегу шумной реки, он пытается не думать о своей привязанности. Сколько он себя помнит, его сердце всегда выбирало Джина, и думал он, что, в конце концов, они станут одним целым. Омега идеально подходил под него: идеальное телосложение, высокий рост, аристократические манеры, скромность, доброта и мягкость. Джун смотрит на водную гладь снова и снова, пытаясь найти ответ, но не находит. Его Джин принадлежит Мин Юнги. Омега выбрал вампира.       – Упс. – кто-то поскальзывается на влажной траве и летит кубарем вниз, прямо в реку, но Джун одним движением ловит неловкого парня, и прижимает к земле. – Упс. – говорит молодой вампир и большими глазами смотрит прямо на Намджуна. Кажется, Намджун больше не сможет охотиться на оленей.       – Вампиры не могут быть настолько неловкими. – говорит Намджун, уличив парня в обмане. Тот расплывается в широкой улыбке и походит на кролика. Намджун отталкивается от земли и возвращается в исходное положение, замечая краем глаза, как вампир с оленьими глазами садится рядом. Они молча смотрят: один на воду, другой на него. – Хватит сверлить меня взглядом, вампир. – тихо говорит Намджун. Но, вампир будто не слышит, продолжает изучать его глазами. – Хватит.       – Ты такой красивый в своей грусти. Мне нравится наблюдать за твоими эмоциями, за маленькими открытиями в твоих глазах. Ты большой, но почему мне хочется укрыть тебя своим хрупким, неживым телом? – вампир смотрит уже серьезно, не моргая, будто пытается разгадать оборотня. – Живи сегодняшним днем, отпусти прошлое, ведь будущего может и не быть. – Намджун хмурится, но вампир вдруг улыбается, будто смутившись его взгляда. – Меня зовут Мин Чонгук. Приятно познакомиться, оборотень Ким Намджун.       – Еще один вампир в моей жизни. – устало проговаривает Намджун, снимая наваждение.       – Я буду единственным вампиром в твоей жизни, оборотень. – самоуверенно говорит Чонгук, и Намджун ухмыляется сказанному, но не комментирует. Вампиры всегда были надменными и спорить с ними было бесполезно.

***

      – И что дальше? – нетерпеливо спрашивает Джин у Юнги, который ведет машину. – Что мы будем делать?       – Продолжать жить: учиться в университете, встречаться с друзьями и альфами, но учти, если я не одобрю кандидатуру альфы, ты оборвешь с ним все связи. – Юнги говорит строго, но лицо его остается холодным и отстраненным.       – Скучно. – ухмыляется Джин.       – Ты ожидал что-то другое? Аттракцион эмоций? – вампир кидает на него беглый взгляд, и быстро отворачивается, возвращая внимание на дорогу. – Послушай, волчонок. Я забрал тебя, чтобы уберечь. Так что будь послушным, иначе…        – Накажешь меня? – Джин внимательно следит за эмоциями вампира. Юнги не меняется в лице, но внутри сердце на миг останавливается от сказанного.       – У меня нет садистских наклонностей. – равнодушно отвечает Мин, пытаясь не вспоминать предпочтения омеги во время течки. Хосок говорит ему, что он помешан на оборотне, раз следит за ним даже в моменты его совокупления, Юнги, качая головой, отвечает, что это – предотвращение беды. С момента взросления Джина, становилось все сложнее оберегать его на расстоянии. Если в детстве Юнги мог навещать его ночью, когда ребенок спал и следить за ним днем, не вызывая лишнего внимания, то становясь взрослее, Джин стал более подозрительным и чутко спал. Также у него были физиологические потребности, которые он справлял с альфами. И в такие моменты, по мнению вампира, он должен был следить, чтобы грубые альфы не могли обидеть омегу. Но он не учел предпочтения омеги в постели. Во время течки, спокойный, и нежный омега становился животным, которое думало только о совокуплении, жестком и долгом.       – Хорошо. Я учту. – омега ухмыляется, будто смог прочитать его мысли, хотя Юнги знает, что это невозможно.       Джин на время замолкает и вампир понимает, что это «тишина перед бурей».       – Я хочу жить отдельно.       – Исключено. – Юнги качает головой. – Ты будешь в опасности.       – Я – оборотень. Далеко не слабый. – злость вспыхивает в Джине и ее ауру Юнги чувствует отчетливо. Хосок предупреждал, что темпераментные оборотни приносят в жизнь яркие краски. – Я требую. – Юнги вспоминает женщину, которая не побоялась приказывать сильному вампиру, будучи смертным человеком.       – Твои приказы не действуют на меня.       – Но приказу моей матери ты подчинился. – не унимается омега.       – Твое спасение было ее последним желанием. – жестко обрывает он дальнейшие попытки Джина говорить на эту тему. – С таким же успехом я мог оставить тебя в доме отца. Не требуй от меня того, что может тебе навредить. Твоя безопасность на первом месте. Хочешь ты этого или нет, ты будешь жить вместе со мной. – Юнги решает на этом закрыть тему. Он выруливает на проселочную дорогу своего особняка, когда слышит безэмоциональный голос Джина.       – Хорошо. Для моей же безопасности. – омега делает драматичную паузу. – Ты будешь спать со мной.