волчонок

      Убить оборотня не так легко, как могло бы показаться. По своей природе они были сильны и почти неуязвимы. Их неукротимый нрав, молниеносная реакция и самоотверженность в бою были их отличительной чертой.       Убить альфу было сложнее, чем омегу. Инстинкты альфы всегда работали им на руку и в бою они были почти неубиваемы. Но к каждому можно найти свой подход. Например, ментальная связь оборотней могло сыграть злую шутку с вожаком или предводителем. Если убить, кого-то из стаи то, альфа пропускал их смерть через себя. Вся боль и все мучения альфа чувствовал на себе. И этот момент может пошатнуть их волю и при должном профессионализме враг мог лишить жизни и их. С омегами дела обстояли немного по-другому. Сами по себе слабый пол не участвовали в боях, но были исключения. Темпераментный и сильный духом омега мог драться не хуже альфы и беты. Особенностью слабого пола было, то, что они могли просчитать следующий ход противника и предотвратить удар. Но такие оборотни жили недолго.       Убить омегу не на поле боя было легче, но этот проступок считался самым низким из всех. И карался соответственно – смертью. Ищейки стаи находили убийцу по запаху в короткие сроки и отдавали преступника паре умершего, его брату или отцу. Кости они разбрасывали по всей территории, чтобы запах гниющих костей и внутренностей был показателем того, что преступник не имел права даже на захоронение и поплатился за свой грех.       Как все оборотни, омеги были очень быстры и сильны, и бились до последнего вздоха. Но у них также были слабые места. Например, возлюбленный или ребенок. Ради них один омега мог убить нескольких существ, при этом, не поранившись сам. Мотивация защитить своих родных была катализатором выброса адреналина и феромонов, которые могли сшибать своей яростью с ног даже бывалых бойцов.       Во время течки омега также был слаб, поэтому альфа всегда был рядом и готов при необходимости защитить свою пару.       Джокер рассматривал фотографию Джина и думал о том, каким путем он пойдет. Ждать, когда у омеги появятся дети – долго. По последним данным возлюбленного у него нет, но есть вампир голубых кровей – Мин Юнги. Он понимал, что убить высокородного невозможно, поэтому этот вариант был также откинут в сторону. Во время течки – был бы идеальным вариантом. Так как у Джина не было пары, и он мог выбрать себе временного партнера на период. Но, он натыкается на фотографию Мин Юнги глазами и думает о том, что если вампир увидит его рядом с Джином, то убьет его не раздумывая.       Нужен другой вариант. Пока он размышляет об этом, он должен проверить, на что способен Джин.       Особая связь оборотня и вампира – редкое явление. Вампиры считались холоднокровными существами, оборотни относились к эмоциональной касте. Но когда связь находит нужных, то двое становятся одним целым. Ситуация была такова, что если он убьет омегу, умрет и вампир. Но если убить вампира, то омега, к удивлению и, к сожалению, не умирает. Природа защищает и дает шанс слабому полу.       Он берет в руки папку, где собрана информация на оборотня. Ким Сокджин. Омега. Младший сын Ким Джонхена, действующего вожака клана Ким. Старший брат: Ким Тэхен. Лучший друг: Пак Чимин. Друзья: Ким Намджун. Принадлежность: клан Мин. С рождения. Защитник: Мин Юнги. Чистокровный, прирожденный вампир династии Мин. Глава клана Мин.       Он мог бы отказаться от этого заказа, но был слишком заинтригован. Ему никогда не заказывали омег, которые принадлежали вампирам. Такие оборотни, с особой связью, приравнивались к высокородным и были неприкосновенны. Это разжигает азарт.       Он готов выйти на охоту.

***

      – Мы уже месяц живем вместе. – Джин скидывает с себя одеяло, и Юнги напрягается от того, что придумал омега. – Давай выйдем на охоту? – вампир выдыхает про себя, и кивает, зная, что за ним наблюдают.       Джин соскакивает с постели и воодушевлённо начинает одеваться. Юнги иногда кажется, что он завел себе ребенка. Капризного, разбалованного. В голову Джина приходили разные идеи, и каждая из них была страшнее другой. Самая страшная и самая интригующая из них была предложение провести течку вместе. Юнги будто водой окатили, он впал в ступор и, не моргая смотрел на Джина, который точно также таращился на него ожидая ответа. Он пытался объяснить омеге, что проводить течку нужно с альфами, с теми, которые по природе своей созданы для омег.       – Бредовее ничего не слышал. – сказал Джин на его реплику. – Чувства – это главное.       Юнги не нашелся ответить, но Джин пожал худыми плечами, будто не сказал ничего важного. У Юнги после этого крыша ехала. Он думал об этом непозволительно долго, но Джин будто забыл вовсе и рассказывал о том, как он познакомился с очередным альфой в университете. Он готов был скрипеть зубами, и Джин это видел, смотрел своими синими глазами прямо в душу и улыбался, продолжая рассказ. Он не комментировал такие разговоры, не потому что, что ему все равно, а потому что знал: оборотни до смерти верные. И если Джин выбрал его, то никакой горячий и теплый оборотень-альфа не сможет получить омегу.       Это была игра. Джин ходил по острию лезвия, осторожно следуя своему пути, зная с какой силой и интенсивностью нужно наступать на ногу. Он был искусным акробатом, который в воздухе, на невероятной высоте с обрывом вниз, жонглировал сердцем вампира.       Не доверять Джину он не смел. Это оскорбило бы его чувства и намерения. Казалось бы намерения обоих были одинаковы, но Юнги не спешил. Джин в силу своего юного возраста, хотел все и сразу, открыто демонстрируя это. Он этого не поощрял.       Дремлющая угроза могла вот-вот проснуться.       Охота всегда азарт. Уметь правильно охотиться и выбирать жертву – самое главное. И Джин был искусным охотником. Его волчья сущность была действительно впечатляющей. Шерсть его была темно-синего оттенка, очень редкий окрас для оборотней и глаза цвета «медного цветка» горели огнем, когда он чуял кого-то рядом. У Юнги были подозрения насчет особенности омеги. Все оборотни рождаясь имели свои особенности, например, острый слух, зрение, память, обоняние, интуиция, ум. Если у Намджуна был ум, у Тэхена интуиция, то у Чимина было зрение. У оборотней по природе все намного лучше, чем у людей, но отличающие качества каждого оборотня были неким даром, которым они мастерски пользовались. Юнги подозревал в омеге – ищейку.       Вампир стоял за большим деревом и наблюдал за волком. Зверь закрыл глаза, сосредотачиваясь на ветре, который в скором времени принесет запах живого существа. Джин не двигался с места, стоял, будто статуя среди высоких деревьев и ждал. Вампир не мог не налюбоваться терпеливостью омеги, который в другом обличии не ярко ее выражал. Было слышно, как шелестит трава, как кроны деревьев двигаются в такт, как вдалеке течет маленький ручеек и тихое дыхание волка.       Когда, через время, волк открыл свои глаза и посмотрел на вампира, Юнги увидел в них страсть и кровожадность. Волк уже выбрал жертву. Остается только выследить его и убить. Джин шел очень тихо. Казалось, трава ложится под его лапы, самостоятельно прогибаясь и, боясь его разозлить. Однажды, Юнги был свидетелем схватки двух волков. Омега тогда доказал, что не так уж слаб, чтобы его так сильно опекали, но выговор от отца он все-таки получил, и его отстранили от охоты на две недели.       Они оба замерли, когда ничего не подозревающий олень, легко повернув голову на бок, чистил себя. Не теряя времени, волк прыгнул на добычу и в следующий момент вгрызся в шею животного, прокусив намертво. Добыча дышала прерывисто и пыталась выйти из захвата, от ее движений, волк смыкал челюсть все сильнее и сильнее, пока большие блестящие глаза, будто наполненные слезами, не перестали метаться и застыли. Зверь разомкнул челюсти через время и приглашающе посмотрел на вампира, который сидел на большом камне, упираясь руками о бедра. Джин знал, что Юнги питается только человеческой кровью, но все равно пригласил его на трапезу, тем самым давая понять, что доверяет ему. Он подошел ближе, погладил по шерсти, почесал за ухом и Джин смешно фыркнул на его жест.       – Оденься. – сказал Юнги, когда не доходя до дома, Джин обернулся в человека. Статное тело, вытянутое, как струна остановилось перед ним и ему пришлось повторить, чтобы не врезаться в него. Последние силы вампира уходили на то, чтобы не смотреть вниз. Джин благоухал дождем, и запах усилился, стоило ему скользнуть глазами по оголенным участкам тела. Его перехитрили в два счета.       – Посмотри на меня. – такая простая просьба, но глаза Юнги на уровне шумных сонных артерий. Он облизывает губы, клыки во рту увеличиваются, готовясь сделать свою работу. – Юнги. – вампир с трудом поднимает свой взор на полыхающие синим пламенем глаза омеги. Приоткрытые губы местами измазаны кровью, длинные густые ресницы трепещут, выдавая дрожь. – Юнги. – улыбнувшись, повторяет Джин, и зазывающе отклоняет голову в бок, открывая вид на красивую, длинную шею. Юнги задерживает дыхание, голова кружится от желания попробовать тело на вкус, хотя он и без того знает, что это будет непревзойденно. Из него вырывается полурык, тихий, чтобы не напугать Джина, который видит его впервые таким несдержанным.       Приблизившись вплоть, он резко хватается за красивую шею и проводит носом по артериям. Он повторяет движение мучительно медленно, вдыхая сладкий аромат крови и дождя. Когда омега жалобно скулит, пытаясь сократить, то ничтожное расстояние оставшееся между ними, Юнги оставляет мягкий поцелуй на шее. У оборотня ноги подкашиваются от близости, он хватается за Юнги, вырабатывая феромоны возбуждения, не переставая еле слышно скулить.       – Тебе будет очень больно. – сиплым голосом пытается достучаться до омеги Юнги, который сокращает расстояние и вжимается своим голым, очень горячим телом в юнгиево. Член омеги трется об его штаны, чуть выше члена вампира, оставляя свои следы на его одежде. – Волчонок. – он удерживает руками лицо омеги, который абсолютно возбужденными глазами впивается в его такие же синие. Его дрожащие губы, касаются таких же вздрагивающих губ напротив. – Адское дитя. – рычит он, прежде чем впиться в шею. Джин громко кричит, затем протяжно скулит, и Юнги в экзальтации закрывает глаза. Солоноватый вкус крови оседающий на языке – неповторим. Он никогда не вкушал такую сладкую кровь в сочетании с тихими, скулящими звуками все дозволения.

***

      – Что с твоей шеей? – подозрительным тоном спрашивает Чимин, и пытается убрать пластырь.       – Засос. Эй, Чим, не трогай. – Джин хихикает, прикрывая рукой место укуса.       – Этот кровопийца пил твою кровь? – Чимин выглядит как строгая мама, застукавшая свое чадо за непристойностями.       – Он любил меня. – врет Джин и громко смеется, когда омега бледнеет. – Шучу. Это засос.       – Я слышал, что они забирают силы и энергию, а также годы жизни, Джин. Зачем ты согласился пойти с ним? – негодует омега, но увидев взгляд Джина прикусывает язык. Они не первый раз говорили об этом. Чимин был против, но пытался смириться с участью друга. – Прости. Я беспокоюсь за тебя.       – У меня все хорошо, Чимин. Мне нравится жить с Юнги, спать с ним в одной кровати, слушать его ворчания и охотится вместе. Это все правильно. – Джин встает со своего места слегка дерганно, но Чимин хватается за него.       – Прости. Прости. Ты знаешь, вся эта ситуация мне не нравится. Он забрал тебя, потому что, как он сказал, есть угроза. – Чимин садит его обратно, и Джин улавливает странный запах.       – Подожди. – он пытается найти запах, но он исчез слишком внезапно, как и появился.       – Что такое? – Чимин оглядывается по сторонам, но никого в библиотеке не видит. – Джин.       – Просто. Показалось. – говорит он, но он определенно учуял этот запах. – Юнги сказал, что работает над этим. Он отправил Чонгука, чтобы тот следил за мной.       – Защищал тебя. – поправляет Чимин и старший омега закатывает глаза.       – Мне приятнее думать, что он следит за мной, нежели защищает.       – Кстати, где он? – Джин жмет плечами. Обычно Чонгук где-то рядом и Джин чувствует его присутствие.       – Какая разница. Может, отравился чем. Ладно, я домой. Юнги написал, что уже едет домой.       Они прощаются около университета, и Джин направляясь к выходу, где всегда стоят такси замирает на месте. Запах чужака щекочет ноздри, и он втягивает воздух, будто боясь упустить. Запах снова исчезает, и он раздосадовано хмурит лицо. Не бывает такого, чтобы запах появлялся и исчезал за доли секунд. Он спорит с самим собой до дома. Милый аджосси желает ему удачного вечера и отъезжает от особняка Юнги. Джин снова и снова вспоминает запах и не может понять, отчего не может описать его. Слишком приторный и одновременно холодный? Качнув головой, он толкает дверь и резко замирает.       В доме есть посторонние.       Их аура злая. Красная. Она жаждет крови. Она следит за Джином.       Юнги говорил, что в дом не могут зайти без приглашения Джина или Юнги. Он никого не приглашал. При мысли об Юнги, он втягивает воздух сильнее, чтобы понять дома ли вампир или нет. Жив ли он.       Маленький кинжал, который ему подарил Тэхен, он всегда держит при себе и сейчас он холодит руку. В доме выключен свет, но ему он и не нужен. Он отлично видит несколько силуэтов в гостиной.       Он видит угрозу, которая предстала перед ним во всей красе.

***

      – Тетушка. Что-то случилось? – Юнги останавливается на обочине, заметив пожилую человеческую женщину, сидящую на земле. Она громко на что-то сетует и надрывно плачет, периодически бьет себя кулаком в грудь. – Тетушка. – Юнги прикасается к ней, но она лишь вздрагивает и плачет еще громче. Вампир оглядывается по сторонам и видит, разбросанную кукурузу позади плачущей и, кажется, догадывается.       Особняк Юнги находился в пригороде, возле небольшой деревушки и длинными кукурузными полями. Все жители деревни – люди, тяжело трудились и зарабатывали себе на жизнь своими руками. Юнги присматривал за ними, не позволяя высшим существам наживаться и нападать на невинных, но, кажется, сегодня не доглядел.       – Кто это сделал, тетушка? – женщина принимает протянутый платок и всхлипнув пару раз дрожащим голосом говорит.       – Такие, как ты.       На территории, которая относилась к клану Мин, Юнги запретил появляться вампирам. Но кто-то нарушил закон.       – Пойдем. Я помогу тебе добраться до дома. – он помогает женщине встать и садит ее в машину, пока она просит не оставлять ее труды просто так, ведь она потратила весь день, чтобы собрать их. Юнги, кинув на нее взгляд, собирает кукурузу в ящик и грузит в багажник. Вдруг он слышит отчетливый голос Джина и замирает. Он оглядывается по сторонам, но никого вокруг них нет.       Доехав до деревни, он оставляет женщину, которая благодарит его и желает удачи, но Юнги уже не слышит. Он мчится домой, и выйдя из машины замирает.       Смердит кровью.       Джин кряхтит, отползая к дивану и схватив кинжал, делает последний удар прямо в сердце, и черная кровь фонтаном брызгает ему на лицо. Два трупа молодых вампиров лежат в разных позах, один в углу комнаты, где Джин приколол его мачете Юнги, висящим на стене. Второй лежит у его ног с кинжалом в сердце.       Он слышит звук подъезжающей машины и пытается оттереть кровь с лица, но больше размазывает. Оставив попытки привести себя в порядок, он, закрыв глаза, пытается придумать, что скажет Юнги, когда он увидит, что теперь его гостиная – морг.       – Джин! – голос вампира холодный, но Джин знает, что тот волнуется, чувствует его.       Юнги видит голого Джина, который, возможно, превращался, чтобы защититься. Гостиная залита кровью, как и омега. Он выглядит устало и только его глаза горят адреналином.       – Не включай свет. Тебе не понравится. – улыбается омега, смотря прямо в его глаза.