Усадьба

      Глубокая ночь, по лесу эхом распространяется крик Ромки. Алиса старается не поднимать головы выше травы, ползёт, почти на четвереньках, а крик всё дальше и дальше. И жалким эхом отражается боль в груди. Она не знает, почему ползёт, но осознаёт, что поднять голову смерти подобно. Они с ребятами разделились. Вроде сами или их что-то заставило, она уже не помнит, да это и неважно.       Каждое движение только замедляет её, но крик становится всё тише.       «Я рядом, Рома! Дождись!»       Казалось, она ползла в горку, но нет, то была поляна, что, к счастью, кончилась. Она добралась до озера. Видно Рому тащат, тащат дальше, тащат глубже… Крика нет, но в ушах звон и угасающее бульканье, словно парень сейчас захлебнётся.       Алиса побежала, наплевав на страх быть кем-то замеченной, она приехала сюда за Ромой и сделает всё, что в её силах, чтобы его спасти. Сейчас в её силах до него только бежать, лишь бы успеть.       Со сбитым дыханием она приблизилась к озеру, но более не могла шагнуть. Рому что-то тащило к центру. Вроде же была зима, потому всё должно быть покрыто льдом, но ничего не было. Однако Алиса понимала, что озеро глубже, чем кажется, один её неверный шаг и она тут же пойдёт ко дну.       Рома откашливался, выплёвывал воду. Пловец-любитель, что потонет, если что-нибудь не сделать. Они с тенью достигли центра и Рому наконец отпустили, но он лишь продолжал захлёбываться.       Алиса моргнула, и тут же тень пропала. Вот он — шанс его спасти. Девушка ступила в холодную воду, и ноги тут же свело. Она не могла сдвинуться с места. Назло пошёл мокрый и противный снег, Рому теперь не видно. Комья мешали видеть, вода — двигаться. Глаза слезились, и лишь теперь она почувствовала, что её руку что-то держит. Держит крепко не отпуская. Свободной ручкой она попыталась вырваться, но не получалось.       Вода стала теплее, подул тёплый ветер. Зима сменилась летом. Но ощущения всё те же. Кто-то держит маленькую Алису за руку, не позволяя сдвинуться с места. А она бессильно плачет. Там мама, мама где-то там, но её не видно, хотя только что была здесь. Её ищут, ищут и не могут найти, но она была где-то там, ближе к центру, дальше от берега. Сердце тогдашней маленькой девочки сжималось и билось в истерике, почему же никто не видит, почему никто не помогает.       Папа рванулся туда. К маме. Её тогда вытащили. А Алисе было холодно, холоднее с каждой секундой. Лето сменилось мерзкой зимой, и теперь её уже никто не держал. А Рома был там и медленно шёл ко дну, лишаясь кислорода. На затворках разума пронеслась чужая мысль.       «Спасение утопающих, дело самих утопающих…»       Алиса могла поклясться, что слышала чей-то мерзкий смех, отдалённо напоминающий Ромин. Но Рома был там, в центре.       Она немного умела плавать, но не практиковалась с того случая на отдыхе. Однако Алиса точно знает, как откачать лёгкие, и сейчас здесь только она и Ромка, которому нужна помощь.       Алиса нырнула, и Рома ещё не ушёл ко дну. Аккуратно она подплыла к нему, направляя его руки ей на шею. Он уже не дышал.       Стоило ей так разместиться, чтобы выплыть с центра озера, как холодные руки её парня вжались мёртвой хваткой ей в шею.       Теперь тонула уже она…       «А теперь, спасайся!» — со злобной усмешкой снова пронеслась чужая мысль на задворках сознания.       И эхом эта мысль продолжала биться в её голове. Эхо отражалась от стенок и снова било по ушам. Уже вне головы, она в коридоре чёртового мотеля.       «Просыпайся!» — окончания чужих фраз смешались, но теперь она отчётливо слышала новое слово.       Теплее. Светло. Она наконец вдохнула. Коридор пуст.       Был пуст. Идёт Гордей. Расплывчатый. Словно на акварельный рисунок пролили стакан воды. Не разобрать, образ блёклый. Алиса тут же попыталась ухватиться за него. Поймать, чтобы прийти в себя самой, но руки прошли сквозь него. Или Гордей прошёл сквозь неё, даже не заметил, козёл.       Спустился на коленку и копошиться у двери. — Гордей, что происходит?! — охрипшим голосом Алиса попыталась привлечь внимание, безуспешно. — Ещё немного и всё. — пробубнил тот под нос.       Стоило Алисе отвернуться, как Гордей пропал. Коридор также пуст, она заскочила в помещение. Это библиотека.       Все полки пусты, кроме дальней, у которой и копошится парень.       В проходе валяется рисунок.       «Он там»       Алиса тут же подняла голову, шкаф отставлен в сторону, книги раскиданы. Гордей уже дальше. Звуков нет, будто она глуха. Она же точно услышала, как такая куча книг падала в стороны.       За шкафом проход, Алиса аккуратно пролезла внутрь.       Пусто, Гордея нет. Холодно.       Раскиданы не только книги, но и портреты. Правда, всё разорвано.       Лиц не разобрать.       На столе с большим количеством картин детский рисунок с надписью.       «Замени их быстрее, иначе ваши будут тоже готовы»       Холодный ветер сорвал рисунок, он отлетел к шкафу рядом с Алисой. Она сразу приоткрыла дверцу. И на неё смотрит она сама. По ту сторону, Алиса в ужасе. А по эту она же держит зеркало. Внизу ещё два. Гордей спит в комнате, Вика кемарит, склонив голову над столом. Это не зеркала и не портреты.       Хруст.       Стоило ей моргнуть, как всё её изображение покрылось трещинами. Она отскочила, выронив аксессуар из рук.       Неадекватно большой кусок зеркала остался на полу. Рисунок упал с дверцы прямо на него.       «Защити»       Листик тут же пропал. Она рывком приблизилась к осколку. Сильно сжав в руке, пошла кровь. Она наконец слышит. Всхлипы, свои, конечно. И тяжёлое дыхание. Она жива. Но тут кто-то есть. Словно мелом по доске кто-то царапал стены и портреты.       Огромная тень, та же что на озере. Рвёт всё, что видит, но Алису оно так и не приметило. Оно было тут всё время?       Медленно подступая к чудовищу, она занесла осколок над его головой. — Не боишься? — озвучило оно голосом Ромки.       Тут же она вонзила осколок в 'черепушку' и не щадя резко дёрнула его вниз, распарывая тень практически напополам. — Опоздала. — захлёбываясь прозвучало в комнате.       За тенью были два портрета. Рома и Максим. Оба изуродованы. Портреты тоже. — Их нужно заменить? — спросила вслух Алиса, вместо ответа в комнату начала поступать вода. Выхода нет.       Под ноги поплыл очередной рисунок.       «Замени два, спрячь оба, не отдай не одного»       Из-под её ног из воды появилась чёрная лапа, что захватила рисунок с собой. — Моё. Ты тоже.       Алиса почувствовала, как её тут же схватили за ноги. И резко потащили вниз под воду.

***

      Она свалилась с кровати.       Она проснулась в мотеле. Приехала сюда за Ромой и его другом. И теперь у неё есть абсурдная идея, как им помочь.