Усадьба

      Медленно ступая, Вика сжимала свою зимнюю куртку. По спине бегали мурашки, её отчитали как ребёнка. Но отсутствие каких-либо доказательств причастности работников мотеля к пропаже Ромки и Максима, она не нашла.       Её друга и друга друга. Вика для себя до сих пор не прояснила этот нюанс, пропал её друг и друг друга? Приятель? Знакомый? Друг моего друга мой друг? Они не знакомы, да и Рома ей особо не рассказывал о них. Познакомиться за одну поездку и пару разговоров с Гордеем у неё не получилось, тем более с Максимом, который вроде как пропал, но ходит всегда рядом с ними.       От размышлений её оторвал писк.       Перед ногами пробежало несколько крыс, что направились к лестнице.       Вика не успела даже вскрикнуть, как они уже оказались на верху. Последняя посмотрела на неё и помотав головой скрылась за углом. Максима за стойкой не было, а Рома на улице… И дикие крысы в любом помещении совсем не нормально, тем более те что головой показывают направления, будто приглашая за собой. Потому оставив куртку на стойке, она еле перешагивая ступеньки поспешила за ними.       Странное постукивание усиливалось.       А вот писк затихал, а невыспавшаяся Вика была плохим бегуном, но она всё же успела проследить, что крысы забрались в щель рядом с дверью в подсобку. Стоило ей приблизится к двери, как она услышала маты Гордея. — Ебануться! — стук прекратился.       Крысы явно забежали сюда.       Дверь легко открылась, Гордей стоял между шкафчиков, провожая взглядом крыс, что забираются в очередную щель. — Лови их!       Но стайка разбежалась кто куда. Не дав Гордею и шанса даже приблизиться к кому-то из них. — А ты что тут вообще делаешь? — поняв, что крысы скрылись, Вика сразу спрашивает своего невольного напарника о его нахождении в подсобке. — Гандон дверь закрыл, я тут минут двадцать долбился.       Вика прищурила глаза и сморщила нос, от резкого запаха химии, захотелось тут же закрыть Гордея за ней снова… — В глаза наверное? Дверь открыта… — с небольшой ухмылкой произнесла Вика, стараясь скрыть неприкрытый сарказм. — Прости, я не настолько тупой, чтобы не открыть открытую дверь. — Гордей тут же начал закипать, раздраженный таким отношением.       Вика лишь показательно закрыла дверь за собой, чтобы заново её открыть. С небольшим усилием она приоткрыла её. — Что и требовалось доказать… — подытожила она под глубокий вздох Гордея. — Ну как? — он перевёл тему, также как и она продолжая взглядом искать крыс.       Медленно следуя за раздражающим писком они продвигались между полками, правда Гордей всё же поглядывал на дверь. — Добежала до кладбища, сторож слышал про пропажу и никого не видел, но ночи тут действительно бурные…       Писк затихал, в попытке увидеть куда скрылись крысы пришлось распихивать тряпки и моющие средства на нижних полках. — Я слышал только метель, всё в порядке? — Да, тут медведь в лесах просто не спит. — Это пиздец… — слетело с губ Гордея, без какой-либо яркой окраски, больше со смесью смущения, недоверия и сочувствия. — Вау, а ты прав. Это вообще-то пиздец.        Сарказм Вики прервал скрип ещё одной двери. — Эта на мини-чердак ведёт. — объяснил Гордей, как только заметил непонимание в её глазах. — Значит поднимаемся? — передразнила его Вика, под стихший писк. — Там света нет, всё равно ничего не увидим. — Зато услышим. — она потянула его за собой.       Под их пререкания ни один из них не услышал скрипа досок за первой дверью. Стоило им скрыться на чердаке, как дверь снова заперли.       На чердаке действительно было темно. Поиски выключателя не увенчались успехом. О том, что Гордей уже пытался его найти дал понять его смешок. — Сказал же.       Крысы бегали под их ногами, но если в обычной ситуации она бы закричала, то в этом мотеле это только привлечет ненужное внимание. А они продолжали бегать, не давая ни себя увидеть, ни схватить. Быстро Вика с Гордеем устали хвататься за то, что ускользает из-под пальцев. Пугало то, что крысы не защищаются, будто люди, что стараются их схватить не такая опасность, как то от чего они пытаются сбежать. Хотя вроде изначально они бежали от Вики…       Писк не утихал. — Давай подышим хотя бы. — Ты уже надышался, я смотрю. — нехотя Вика прекратила попытки поймать крысу, а стала отмахивать обкуренный воздух, который теперь она заметила. — Он назвал это каморкой, кстати. — постарался перевести тему Гордей. — Мхм, слушай, а ты зачем химию разлил внизу?       Гордей опешил. — Это не совсем химия, если ты не заметила. И я не разлил, точнее не специально. — Это всё по запаху было для мытья полов, и как ты умудрился не специально всё разлить.       Гордей отвел взгляд в сторону окошка. Стоило им вдвоём затихнуть, как крысы начали пищать с новой силой, стараясь не то привлечь их внимание, не то дать им поговорить. — Я стеллаж опрокинул, когда с разбега дверь попытался открыть. — начал шептать Гордей, сомневаясь в каждом сказанном слове. — банки и бутылки действительно опрокинулись, но будто густое и странно-красноватое варенье было внутри оно растеклось по полу, слишком быстро высохло, а стоило мне дотянуться до ёмкости так, как будто ещё почти полная становилась пустой.       Вику сразу передёрнуло при упоминании варенья. Лёгкий ночной перекус попросился тут же наружу, но она сдержалась. Выдохнула. — Так. У нас не так много времени подумать, так что слушай. Рядом есть населенный пункт, которого нет на карте, Ромы и Макса даже близко не было рядом с кладбищем, но Егор мог и соврать. Егор — сторож кладбища, вероятно, живёт как раз в ближайшей деревне или типа того. Именно он мне помог скрыться от медведя и не выдал Роме, который вёл себя ночью как мудак и угрожал расправой его семье. Я с ним встретилась у дверей, но утром он был прямой противоположностью себя ночного. И, наверное одна из зацепок, что они знают куда делись наши с тобой друзья… это вязанная шапка, которую я подарила Роме, и которую этот Роман попытался тут же спрятать, но я успела приметить её. Фух. А какие у тебя новости.       Гордей встал притупленно, переваривая сказанное ей. Даже сама Вика была в шоке, ведь на лекциях и семинарах из нее столько слов не вытащишь, хотя сказывался стресс, не каждый день ты бегаешь от зверя, которого выудили из спячки. — А мне странный кошмар приснился с мошками, и этот Максим попросил не рассказывать этом Роману, что позволил здесь покурить… — он развел руки в стороны. — На этом почти всё… — Как будто нам твои сны очень помогут… — разочарованно прокомментировала она. — Ну, ещё они знают, что это я взломал замок в библиотеке. — Уже интересней. — Максим рассказал мне о своих подозрениях. Объективно, если вы с Алисой были заняты ими, то единственный кто мог проникнуть в библиотеку это я, однако он упомянул ещё и моего отца. — А он тут причём? — Он и научил меня взлому… — Гордей отвернул голову от неё. — Чисто как навыку из скайрима? — Ха-ха, очень смешно. — он закатил глаза, но тоже слегка улыбнулся. — Суть в том, что этому Максиму я про отца ничего не говорил…       Они замолчали.       Тишина.       Приходилось обдумывать последующие шаги на ходу, таких моментов спокойствия у них давно не было. — А где крысы? — Гордей первый заметил слишком подозрительную тишину. — Бежим вниз! — Вика тут же спохватилась их отсутствию.       Подталкивая друг друга они тут же оказались внизу, с размаха Вика открыла дверь, чем напугала как Романа, так и саму себя. Он выронил пластиковый контейнер и ошарашенно уставился на них. — О, привет. — синхронно сказали Гордей с Викой. — И вам не хворать. — подавился Рома. — Что вы тут забыли.       Вика оглянулась на Гордея, он также смотрел на неё. Никаких разумных объяснений ни один из них не находил. — Просто проветривались — неуверенно начала она.       Только теперь стала заметна длинная лапша свисающая с его рта. Уголки измазаны кетчупом, нос тоже. Они застали его маленький обеденный перерывчик, хотя скорее завтрак. — Максим показал вам, да? — прожевывая и немного хрустя макаронами, Роман указал на дверь за ними. — Закройте, пожалуйста, дует. — Ну мы пойдем на прогулку? Хочется обкашлять с Максимом один вопросик. — Гордей закрыл дверь, пока Вика поймала себя на мысли, что образ Ромы не плывет перед глазами. — Что за вопросик, если можно поинтересоваться. — Рома выглядел беззащитным щенком, с большими испуганными глазами, будто его поймали за тем, что никто не должен был видеть. — Он меня здесь чуть раньше закрыл. — А, так нет же, это с дверями проблемы! — Рома тут же воспрянул. — Смотрите.       Подняв контейнер с оставшейся лапшой и оставив его на ближайшей полке, Роман направился к двери из подсобки. — У нас проблемы с замками, постоянные, и порой, двери сами собой защелкиваются, а открыть их можно только снаружи. — Роман обернулся, и улыбался, обнажая испачканные кетчупом не совсем ровные зубы. — Ой.       Улыбка слетела с его лица. — Упс. — Рома сглотнул ком подступивший к его горлу. — Ладно-ладно, что вы на меня уставились. — тут же продолжил он, насладившись их испуганными лицами. — всегда ношу с собой ключи на такой случай. — А на случай крыс у вас тут есть что-нибудь? Ловушки, там, средства? — убедившись в возможности уйти Вика припомнила грызунов, что сбежали сюда. — Крыс? У нас тут давно нет грызунов. — Да нет же, мы… — Гордей тут же прикрыл ей рот. — И тараканов нет, как же вам здесь повезло. — Есть такое. — Рома снова улыбнулся во все сорок два покрытых совсем не кетчупом. — Вы давайте вниз спускайтесь, проведу вам исторический экскурс сегодня, с полным погружением.       Вика тут же схватила за руку Гордея и повела к выходу из подсобки. — Классно, очень классно, увидимся внизу! — протараторила Вика и вытолкнула Гордея из подсобки.       Стоило им прикрыть за собой дверь, как Виктория сразу уставилась на приятеля, стараясь понять заметил ли он избыток зубов в челюстях работника мотеля. — Что это нахуй было? — она сжала его руку, требуя объяснений, которых он не мог ей дать. — Явно не про крыс ему стоило говорить. — прошипел он ей. — Я не про это, ты рот его видел? — прошептала Вика, оглядываясь на дверь, от которой они немного удалились. — Ну испачкался он и что. — тут же остыл он, явно не заметивший ничего странного. — Короче, я оденусь и спущусь вниз, вряд ли мы сможем сейчас скрыться от прогулки.       Не оставив ей возможности продолжить разговор, он вырвал свою руку и отправился в свою комнату. — Ещё увидимся. — Конечно. — еле слышно ответила ему Вика.       Что-то здесь не так, ей не нужны очки чтобы заметить избыток зубов у Ромы, потому она решила вернуться к двери в подсобку. Тихо наступая на дощатый пол, вымеряя каждый шаг, чтобы ничто не скрипнуло, Вика добралась до приоткрытой двери.       Стоило ей увидеть происходящее внутри, как она прикрыла руками рот и нос чтобы её не вырвало.       Рома руками потрошил очередную крысу, выскребывая всё что могло напоминать скелет грызуна и проглатывая всё остальное. Та лапшичка, которую она приметила сначала, вероятно была крысиным хвостом, что он придерживал лишней парой зубов, словно оставляя на десерт, как только она с Гордеем отойдёт. Костяшки он по одной закидывал в свой контейнер, избавляясь от следов. Жадно проглатывая внутренности, протирая рукой рот, но лишь размазывая кровь, что ещё недавно напоминала кетчуп. Стоило ему приподнять голову, чтобы отвлечься, как Вика скрылась из виду. - Как ваша прогулка?! - неожиданно взял её руку Максим и приподнял вверх. - Классно погуляли, спрашиваю? - Отпустите руку. - подавив рвотные позывы, прошипела она.       Максим тут же отпустил её. Выглядел он осуждающе-отчужденно. - Что вам было непонятно в фразе, ночью не гулять? - он звучал ещё противнее, когда пытался скрыть свою злобу за выдавливаемой добротой. - Мы тут не заложники. - Вика протёрла второй рукой место, за которое взялся Макс. - А про не спящих медведей стоит говорить до пунктов о проживании в комнатах. - Если б. - начал он. - Отстань от неё со своими лекциями, Макс. - слева появился голос Ромы, чем только спровоцировал новое желание проблеваться. - Виктория, мы скоро двинемся в деревню, там есть возможность чуть подремать, если не выспаться.       Роман улыбнулся ей. Правда в этот раз все выглядело обычно, не лишних зубов ни размазанной крови. - Хорошо. Буду ждать внизу. - Вика нарочито поклонилась Роме, и ускользнула от них.       Игра в плохого копа- хорошего копа ей не понравилась, но очередные странности только заставляют волноваться за себя также как и за пропавшего друга и его приятеля.