Кроваво-черный цвет безумия

      Недовольное выражение лица, даже чрезвычайно раздраженное. Несколько глубоких складочек на лбу, брови практически встретились друг с другом и поцеловались у переносицы, причем одна из них нервно подрагивала всякий раз, когда ее владелец был недоволен, а недоволен он был уже часа как три. Нет, не так. Если брать крупнее, то это пятый день, когда нервная система Иана Кана практически достигла стадии полного уничтожения, в буквальном смысле держась на соплях из последних сил.

Шесть дней назад

      Судя по расположению солнца на небе и слегка окрашенным в розовые оттенки облакам, близился вечер – медленно, неторопливо, как с ловкостью неуловимого убийцы кот приближается к своей жертве, бедолаге-птичке, что клюет с усилием червяка и не подозревает, что на ее пернатый зад кто-то положил свой хищный взгляд.       Изарту, не привыкшему много думать, хватило одной ночи, чтобы взвесить все «за» и «против». Если запихнуть свою гордыню – именно ее, а не гордость – на задний план, подальше в комод, где лежат еще с десяток не самых лучших качеств, мешающих жить нормальной полноценной жизнью, то предложение маркизы звучало слишком соблазнительно, чтобы профукать свой, возможно, единственный шанс. Парень пытался рассуждать логически и приводил никому – особенно себе – ненужные аргументы, ведь подсознательно сразу же решил, какой вариант развития событий в итоге выберет. Девушка его спасла. Неоспоримый факт. Да, пусть и аристократка, но другая. Ей ничего не нужно от Изарта, и, более того, она даже готова безвозмездно устроить его будущее, снабдив всеми необходимыми средствами и лекарствами, способными поддерживать его нынешнее душевное состояние нестояния. И он бы с радостью согласился, забыв про всякую благодарность и крупицу оставшейся совести, если бы не одно «но» – сама маркиза. По каким-то причинам рядом с ней воздух не давит на плечи, не придавливает безвольной массой к земле, а голова, что обычно кажется чугунным чайником, становится легкой и светлой, точно перышко самой крошечной птички, а лишь одно ее прикосновение способно прогнать орущих незнакомцев-дебоширов из сознания. Хоть это случилось единожды, но парень уверовал в волшебную силу исцеления одним только присутствием Левони, и именно это пугало больше всего. Изарт голову сломал, но так и не смог найти разумное объяснение тому, как эта особа влияла на него и, главное, почему. Однако ж явно проще будет находиться на законных основаниях подле такого всемогущего человека, нежели чем травиться препаратами, которые в любом случае сведут тебя в могилу. Поэтому, немного поломавшись, Изарт все же решил хотя бы попробовать принять предложение и, не задумываясь о последствиях, пустил все на самотек.

Настоящее время

      - Отпусти ты уже свою руку! Сколько раз мне еще надо повторить, чтоб твоя тупая башка запомнила?! Ты ее чем, дерьмом собачьим набил вместо мозгов?       Охотно брызжа слюной, Иан в который раз всплеснул руками, но так, что те все же не прошлись по голове покрытого испариной паренька, не пересекая ту тонкую грань, когда мысленно уже избиваешь человека и превращаешь его тело в хладный кусочек мясца.       Сколько себя помнил, Иан всю жизнь следовал за семьей Понебрат, в свое время сменив отца, как и тот когда-то сменил своего, безукоризненно выполняя любой, даже самый нежеланный приказ, каких, к счастью, можно на пальцах одной руки пересчитать. Так было всегда, но вплоть до недавнего момента, когда госпожа с ядовитой улыбкой на лице и без капли жалости в глазах наказала из говна сделать конфетку, ну или же из бывшего раба – воина. Один хрен. Да, парень старается, и его потуги видны невооруженным глазом, но, черт возьми, как маркиза себе вообще это представляет?! Как можно научить большой бесполезный овощ за какие-то жалкие три недели сражаться на равных с людьми, что посвятили всю жизнь обучению? Бесспорно, парень был крепок и силен, но, не зная базовых навыков, никакая сила не поможет победить умелых рыцарей, что годами оттачивали свое мастерство и искусство боя. На одной ярости далеко не уедешь, так какой прок от всей этой задумки?       - Я же сказал тебе следить за рукой! Ты сражаться собрался или ребенка по головке гладить?! – рявкнул мужчина и практически поддался вперед, но вовремя сумел совладать с собой, от греха подальше задвигая кулак за спину. В ответ на критику парень раздраженно фыркнул и нахмурился.       - Мог бы показать, а не просто орать! Ты не настолько удивительный учитель, чтобы я все понимал по одним только словам! – за дни, проведенные вместе, даже уважительный тон Изарта сошел на нет, да и привычка звать рыцаря «уважаемым» легко, словно по взмаху руки, перетекла в негодующее «ты». Хотя, быть может, и этот таким способом демонстрировал свое возмущение.       - Ах ты ж, щенок!.. Черт с тобой! Дай сюда!             Иан недовольно выхватил из чужих рук меч и, предусмотрительно отойдя на шаг, занес оружие над головой, вставая в удобную и устойчивую позицию. Изарт приподнял рубаху, обнажая упругий живот, по которому бежали крупные капельки пота, и вытер краешком ткани влажное лицо, краснота которого виднелась даже на смуглой коже.       - Обрати внимание, что впереди стоит противоположная нога – так ты не полетишь прямехонько носом в землю после удара. Когда замахиваешься, втяни живот и слегка согнись в области поясницы, не надо мне этих прогибов танцовщиц. И, наконец, не замахивайся так размашисто, ты не лошадь из болота вытягиваешь, для хорошего и точного удара достаточно будет слегка завести руки над головой. Не работай только мышцами рук, работай всем телом! Ты словно сбрасываешь продолжение своих конечностей, а спина и жопа должны оставаться подтянутыми. Когда бьешь – не останавливайся и не замедляйся, доводи дело до конца. Работай кистями, чтобы менять направление лезвия, и никогда не смотри туда, куда хочешь ударить. Обманывай врагов взглядом, вводи в заблуждение – они должны если не потерять, то ослабить бдительность. И еще кое-что: никогда не раскрывай свои истинные умения до конца, ведь козыри в рукаве должны быть всегда – в них твое спасение, - на этих словах меч в руках рыцаря опустился с такой скоростью и силой, что Изарт почувствовал, как ветер разбросал назад его волосы. Иан довольно хмыкнул. – Увидел?       - Ты слишком много работаешь языком. Я же сказал, что ты не великий учитель, чтобы я понимал все с первого раза...       - Вот же!..       - Но удар был красноречивее любых слов. Думаю, я понял, о чем ты тут распинался.       Рыцарю показалось, словно в голосе парня действительно пронеслись нотки уважения и одобрения. Естественно, через его руки прошел не один десяток мужчин, и каждый из них под конец обучения показывал свои приобретенные навыки, но ни одни из них, даже самые талантливые, не схватывали на лету так же быстро, как этот простолюдин. Да, парень излишне нагл и неучтив, а его язык острее меча, что вложен в крепкую руку, но, несмотря на все его капризы и недовольства, он пересохшей губкой впитывает каждое, внимательно следит за каждым движением Иана, не упуская ни малейшего шевеления из виду, даже самого незначительного, пусть и выглядит при этом как человек, наступивший голой ногой в кучу дерьма.       Что рыцарь находил интересным, так это то, как парень и не копировал все, что ему показывал Иан, но отчего-то каждый его удар, каждый поворот корпуса выглядел знакомо, но в то же время абсолютно по-другому, словно тот подстраивал все движения под себя. Удивительный молодой человек, которого может ждать великое будущее. Если он не сломается, конечно же. Упорство есть, вот только за жалкие дни все равно не сделать из него великого воина. Опомнившись, мужчина отогнал мешающие сосредоточиться на деле мысли и вернул оружие Изарту.       - А теперь сам. Покажи, что усвоил. И не забудь закрепиться, особенно ходячий ходуном таз!       - Еще раз сравнишь меня с танцовщицей – прирежу, - желто-зеленые глаза сжались до уровня опасных щелочек. Именно сейчас рыцарю не нужны были юношеские приступы агрессии, поэтому он, будучи в такие моменты поистине взрослым и рассудительным человеком, примирительно подняв руки, тихонько капитулировал, разве только осталось белой тряпкой над головой помахать.       Кровавая резня на улицах города до сих пор стояла перед глазами, словно то произошло только вчера, да и пару дней назад во время отработки колотых ударов у парнишки снова начались припадки, что пришлось связывать буйного малого (теперь уже предусмотрительный Иан всегда таскал с собой веревку, на которую Изарт вечно точил недобрый взгляд) и силком тащить к Левони. Сначала Иан не понял странность слов маркизы, когда та наказала ему всякий раз, когда юноше будет плохо, любыми способами приводить его к ней, даже если это будет силком, но после увиденного «укрощения безумца» ему даже стало жаль эту парочку, которую поджидали огромные трудности в будущем, если не колоссальные.       - Эй, ты меня собираешься обучать или как?              Несильный такой толчок заставил мужчину прекратить думать о постороннем во время тренировок, но Изарт свой ответный подзатыльник все же получил.       - Сука, за что?! Ты хотя бы сделай вид, что помогаешь!       - Я выполняю приказ, а не помогаю - сухо отозвался Иан и махнул рукой, как он всегда делал, сообщая о перерыве, после чего грузно опустился прямо на землю. Пареньку второго раза не потребовалось, чтобы тут же обессиленно рухнуть напротив. – Будь моя воля, я б просто тебя послал куда подальше. Но, к сожалению, не могу.       - Ты просто тряпка.       - Подтверждения?       - Словно послушный пес делаешь все, что скажет тебе маркиза, - парень недовольно поморщился, должно быть, вспоминая, что теперь и он от нее зависим, а если еще и сдаст этот глупый тест на профпригодность, то вообще надолго здесь засядет. Ну, на год как минимум, если взять во внимание контракт, который он уже успел сдуру подписать, точнее не подписать, а коряво накалякать свое имя в самом конце под строгим руководством Понебрат, не умея ни читать, ни писать. Поди теперь докажи кому, что не сам согласился на все там написанное. – Вижу, как тебя тошнит от меня, но каждый день пересиливаешь свою неприязнь. Это глупо.       - Это моя дорога.       - Нелепая дорога. Она приведет лишь к сплошным разочарованиям, если не к смерти...       - И пусть. Я поставил на кон все, когда давал клятву, а ради Левони я и жизни не пожалею.       Изарт смерил мужчину недоверчивым взглядом, словно пытаясь обнаружить брешь в его словах, но тот выглядел донельзя искренним, что невозможно было уличить того в обмане. Парень изрыгнул из себя то ли кряхтение, то ли возмущение, которое, если бы могло издавать звуки, звучало бы именно так.       - Твоя слепая преданность раздражает. Все в толк не возьму, в чем смысл отдавать жизнь за другого человека?       - Тому, кто живет исключительно с заботой о себе единственном, этого не постичь, как ни старайся, - Изарту могло померещиться, но он как будто различил в словах рыцаря некое сочувствие. От этого стало гадко, липко и противно внутри. Больше всего он ненавидел жалость, особенно ту, что была направлена в его сторону.       - И все же я попробую понять.       По затянувшемуся молчанию парень решил, что Иан не станет делиться с ним чем-то настолько личным, и уже был готов вернуться к тренировкам, протягивая руку к лежащему невдалеке мечу, как наставник неожиданно заговорил.       - Потому что мир, который хотели построить сначала отец, а потом дочь, все эти годы был моей целью и желанием. Я хочу увидеть исход, к которому придет род Понебрат.       Подобный ответ не устроил неугомонного юношу, что просто не мог принять такую правду. Он ожидал услышать что угодно, но только не столь банальные слова, словно как под копирку надиктованные каждому рыцарю.       - Ха, да ты еще более жалок, чем такие, как я, - не то смешок, не то явное презрение сорвалось с молодых губ. Парень подтянулся на руках и откинулся назад, закидывая голову назад и устремляя взгляд в голубое небо, безмятежно перетянутое сеткой сероватых облаков. Должно быть, через пару дней прольется дождь. – Я хотя бы живу ради себя, ты же, словно бездушная кукла, ради другого человека.       - Поэтому я и говорил, что ты не поймешь, - с нотками безнадеги и разочарования покачал Иан головой. – Следуя за этими двумя, я преследую свои цели. Не вижу смысла продолжать разговор, лучше займись-ка своим ударом.       Так, погруженные в ежедневные тренировки, мужчины целыми днями проводили на полигоне и в спаррингах, что Изарт под конец дня еле мог донести свое изнеможденное тело до кровати, не говоря уже о том, чтобы нормально принять ванну. Все тело ныло, связки, сухожилия и мышцы были готовы разорваться в любую минуту, стоило лишь сильнее замахнуться или неудачно сесть. Да и руки, не привыкшие к подобного рода нагрузкам, вечно тряслись, ведь, чтобы заблокировать один удар опытного воина, требовались вся стойкость и мощь, а таких ударов в день прилетало по две сотни, а то и больше. Одна радость – башка забита лишь мыслями о том, как пережить суровые измывания садиста, и приступы заметно подсократили свои визиты. Если раньше раз в два дня они стабильно наведывались в гости, то за эти три недели лишь четырежды пришлось прибегнуть к помощи маркизы, и тогда же Изарт, наконец, осознал (или, скорее, признался самому себе), что именно она являлась его личным успокоительным. Безусловно, он размышлял о причинах тому и смог прийти лишь к единственному логическому умозаключению – в девушке он в буквальном смысле видел свое спасение, ведь та вытащила его за шкирку из кромешного ада, в котором он пребывал в течение долгого времени и почти что было подохнул, как жалкая побитая дворняжка от рук жестокой детворы.       Время промчалось незаметно во всей свойственной жизни суете, и день, который все так долго ждали, настал, и каждый встретил его по-разному: Левони – с легким предвкушением, словно она не на турнир собралась, а на променад по городским магазинчикам, в которые завезли новую партию драгоценных камней, Иан же вел себя сдержанно и немного взволнованно, ведь не каждый день его ученик (пусть и тот, кого он на дух не переносил) участвует в подобных мероприятиях, которые, на минуточку, спонсировались самим королем, придавая им нехилый такой статус, ну а главный же виновник торжества, похоже, абсолютно не воспринимал действительность, словно его разум находился сейчас где-то о-о-о-очень далеко.       Арена, на которой через каких-то жалких пару часов придется выступать перед множеством людей, совершенно не пугала Изарта, даже наоборот, необъяснимо манила. Он предвкушал металлический привкус крови во рту и возможность хорошенько выпустить пар с несвойственным ему детским азартом, но видом не показывал, как мучительно ждал этого момента. Парень не был уверен в своей безоговорочной победе, но одно он знал точно – свои силы и то, на что он способен, она сегодня точно увидит. Он хотел не столько проверить самого себя, хотя и не без этого, сколько показать Понебрат, на что он горазд, что подписанный ими контракт не будет выгоден лишь одной стороне.       - Ты не выглядишь встревоженным.       Изарт бросил мимолетный взгляд на Левони: та же меховая накидка, что была на ней в городе, все те же шляпа и ботинки, разве только платье другое – плотное, темно-коричневое и с высоким воротником. Неброская, как всегда. Кто мимолетом бросит взгляд, ни за что не примет столь непримечательно выглядящую особу за одну из самых богатых дворянок королевства.       - А мне есть, чего опасаться, госпожа?       - Сегодня будет опасно, ты даже можешь пострадать. Нередко ситуация доводила до чьей-то гибели, и я не могу обещать тебе полную безопасность. Ну что, уже хочешь сбежать?       - Даже не думал, - не задумываясь, отчеканил парень и невольно добавил, как если бы маркиза уже успела позабыть. – У нас контракт.       - Мне сложно доверять окружающим, - словно невзначай, зачем-то сказала девушка и улыбнулась – открыто, без скрытых подтекстов. – Но, думаю, если меня предашь ты, будет не так уж и плохо.       - Вы настолько мне не доверяете? – вопрос прозвучал несколько обиженно.       - Верно. Поэтому сделай все возможное, чтобы заставить меня изменить свое мнение на счет тебя.       - Леви, не беспокойся, - решил вставить свое слово Иан, бережно подталкивая маркизу под спину и направляя ее в сторону трибуны. – Пусть он и не гений, но большинство нужных приемов усвоил даже за столь короткий срок. Выиграть не получится, но и этого будет достаточно, чтобы показать, что тебя есть, кому защищать в поместье Понебрат.       - Я верю твоим словам, Иан. Ты не стал бы понапрасну ими разбрасываться, особенно, когда я слышу похвалу в тени брошенных тобою фраз, - девушка задумалась на мгновение, словно решалась что-то сказать, и все же решилась. – Изарт.       Парень невольно вздрогнул. Помимо того, что он до сих пор не привык к своему настоящему имени, что за долгие годы успело обрасти плесенью и затеряться в давнишних воспоминаниях, но так ласково его звала лишь мать, да и то, когда он был совсем еще ребенком. Теперь же оно, даже пропитанное кровью и безумием, из уст маркизы звучало непомерно сладостно.       - Не прыгай выше головы. Не об этом я просила, когда предлагала стать моим рыцарем. Но и не вздумай воспринимать состязание как нечто незначительное. Я хочу увидеть твою решимость, и ты обязан ее продемонстрировать. Сражайся в полную силу, но не смей подвергать себя смертельной опасности. Отступление во избежание гибели – это не слабость, а навык. Ты нужен мне живым, поэтому... береги себя.       Сказав, что хотела, Левони оставила мужчин, а сама направилась к кругу собравшихся аристократов – судя по раздававшимся голосам и обрывкам фраз, там сейчас обсуждалась какая-то добыча минералов и прочей подобной ерунды. Ну, что взять с маркизы? Ее сердце слишком любит деньги и бизнес. Однако даже столь короткие фразы, поспешно брошенные девушкой, спешащей обсудить дурацкие камушки, оказались для парня лучшей поддержкой и мотивацией. Пусть та говорит, что вздумается ее хорошенькому языку, ведь сердце-то ее было в смятении, и напускного безразличия было более, чем достаточно, чтобы почувствовать, как за спиной появились огромные и сильные крылья.       Чтобы не терять время, Иан повел Изарта разогреваться, и, судя по извилистым путям и дорожкам, вели юношу в секретное место – либо для того, чтобы незаметно убить, либо для того, чтобы другие конкуренты не анализировали его стиль ведения боя и немногочисленные умения раньше времени. К счастью парня, все же то был второй вариант.       Мужчины пришли в тесноватый дворик, расположенный под сводом массивных арок, прячущих за своими размерами укромный уголок, в который нечасто заглядывает женская рука – пыли были столько, что даже ветер не успевал ее раздувать по закоулкам.       - Здесь тренировались все рыцари Понебрат еще с тех времен, как я впервые принимал участие в этом турнире, - легкая ностальгия тронула лицо Иана, и его улыбка вышла слегка натянутой. – Ну, не будем тратить время на глупости. Если хочешь победить – вспомни все, чему я тебя учил.       - Ты же буквально недавно распинался, что мне не под силу выиграть, - Изарт скептически поджал губу. То ли он в упор не понимает этого рыцаря, то ли того уже старческий маразм нагнал раньше времени.       - Не важно, что я говорил. Это для того, чтобы Леви не пришлось разочаровываться, если вдруг что-то пойдет из рук вон плохо.       - Как благородно.       - Не язви. Взял свой меч и поехал с ударов по косой! И чтоб в темпе!       Так и пролетело время разминки в одно мгновение, что буквально недавно казалось непреодолимо долгим. Трибуна, пусть и небольшая, была полностью заполнена всеми цветами и оттенками – немногочисленные барышни, которых не особо привлекал вид крови и мордобой за ненужную им честь семьи, вырядились в самые изысканные платья, ведь турнир являлся поводом выставить напоказ свою красоту и достаток дома, которому те принадлежали. Мужчины самых разных возрастов тоже были не прочь навесить на себя бабские, с точки зрения Изарта, украшения – перстни с огромными камнями, переливающиеся всеми цветами радуги ожерелья, массивные броши, зачастую с семейными гербами. Естественно, были среди них и низшие дворяне, что не могли похвастаться огромным состоянием и сорить деньгами через наряды, но такие люди сразу же терялись среди всей пестроты, что повсюду их окружала. И лишь одна маркиза в своем строгом платье и со сложенными на коленях руками светилась ярче самых расфуфыренных дам. Ее он заметит даже в самой многочисленной толпе, увидит по выбившейся прядке алых волос, различит по неспешному повороту головы.       - Не летай в облаках, щенок. Не время сейчас расслабляться.       - Я здесь, - Изарт раздраженно смахнул с плеча чужую пятерню. Вот только тошнотворной заботы этого ублюдка ему сейчас не хватало. – Думаю.       - Не надо думать, надо действовать. На шевелении мозгов далеко не уйдешь. Видишь вон того парня с зеленой повязкой на руке? – Иан указал на группу стоявших напротив воинов, среди которых красовался довольно высокий и статный парень, и на его руке была повязана темно-зеленая лента. Он о чем-то увлеченно болтал с товарищами, бросая косые взгляды на Изарта и, судя по направлению глаз и смешкам, компашка сейчас активно обсуждала именно его. – Твой первый противник. Но не смотри на него свысока лишь потому, что этот засранец слишком заносчив. Несмотря на свой рост, он достаточно ловок и быстр, хотя силы удара не достает. Ты тоже высокий, но все же пониже будешь, оттого и преимущество – используй эту разницу, чтобы подныривать под его рабочую руку. Постарайся его извести – самолюбие быстро заберет все его силы, пока он отчаянно будет пытаться тебя атаковать. Ты меня понял?       - Предельно. И кто же следующий?       - Этого я уже не знаю, - рыцарь досадно пожал плечами и внимательно оглядел собравшихся воинов. Было среди них много знакомых лиц, но все же подавляющим большинством были новички. Аристократы таким образом считают подобные турниры своеобразной тренировкой для новобранцев, совершенно не отдавая должного внимания истинной цели этого мероприятия. – По старой дружбе мне удалось узнать твоего первого противника, и это единственная раскладка, которая имеется на руках организаторов. От каждого дома по одному участнику – то есть всего восемьдесят два воина, и, соответственно, сорок одна пара. После завершения первого состязания, половина отсеется, и дальше уже пойдет метод «вытягивания палочки». Пары будут сформировываться на основе одинаково вытянутый предметов, и так после каждого законченного круга.       - Разве это не утомительно? Слишком долго, - парня не прельщало тратить свое время на ожидание и дополнительные и откровенно бесполезные телодвижения. Он хотел поскорее покончить со всеми этими ублюдками с мечами и вернуться в поместье с маркизой.       - Ты прав, поэтому арену обычно делят пополам, чтобы одновременно две пары соперников могли проводить поединки...       Иан хотел еще что-то добавить, но приближающаяся фигура человека, хромавшего на левую ногу, заставила мужчину прикусить язык и нахмуриться. По тому, как он скрестил руки на груди, Изарт догадался, что приближающийся к ним субъект вызывал в этом рыцаре далеко не полюбовные чувства.       - Что, старик, все же решил в этом году косточки размять? – незнакомец довольно нагло протянул руку для приветствия.       - Не говори ерунды, сегодня я только смотрю, - Иан неохотно ответил на сей любезный жест, до хруста чужих суставов пальцев сжимая ладонь.       - А у тебя хватка все так же сильна... Что, маркиза все же кого-то с улицы притащила? – мужчина, буквально выдергивая руку из недружелюбных тисков, скользнул взглядом по кандидату великой семьи: длинные ноги и широкие бедра, обтянутые прочной тканью темных штанов, достаточно тонкая талия и массивная, хорошо развитая грудь, крепкие мускулистые руки видны невооруженным глазом, смуглая кожа, сухие черты лица, черные, как крыло ворона, отросшие волосы, и дикий взгляд хищных глаз, неотрывно наблюдавших за подошедшим престарелым воином исподлобья. Несмотря на всю отчужденную и словно какую-то неправильную красоту, каждая черта и особенность молодого тела кричали лишь об одном – опасность. Мужчине с трудом удалось подавить медленно нарастающую волну беспокойства и спрятать истинные чувства за жестом небрежного зачесывания назад поседевших волос. – Я тебя прежде не видел. Откуда ты?       - А оно важно?       - Ха, а он у вас с характером, Иан. Не похоже на тебя. И о чем только думает эта сумасбродная девчонка?..       - Вот и мне интересно, что в голове у моей глубоко уважаемой маркизы, - рыцарь злобно оскалился, всем своим видом предупреждая, что если безрассудный глупец еще хоть одно нелестное слово пошлет в адрес Левони, то будет очень сильно сожалеть. И долго. – Тебя разве уже не заждался твой ученик?       - Ты, как всегда, неучтив. Что ж, удачи, - слова напутствия прозвучали как проклятие, и, хромая, мужчина удалился в сторону воина с зеленой повязкой. Иан сплюнул, громко и грязно выругавшись.       - Госпоже бы не понравился твой тон.       - Этот старый хрен! Заносчивый ублюдок! Как хочешь, но первый раунд – за тобой. Надери зад этим обезьянам, иначе я надеру после всего этого твой.       Просить о чем-то настолько глупом было лишним, ибо Изарт сам горел желанием стереть ухмылку с лица этой идиотской парочки. Кажется, рыцари графа Костендора? Хватило ж у придурков наглости открыто насмехаться, с чем еще можно смириться, ибо парень никогда не обращал внимание на слова других людей. Собака лает, да не кусает, и пока она просто рвет глотку, то все нормально. Однако сейчас все было несколько по-другому: эти членистоногие посмели оскорбить его, а значит, камень летит через него дальше в огород маркизы, а этого уже не смогут простить ни Иан, ни Изарт. Похоже, кто-то подписал себе смертный приговор по неосторожности, и напрасно было ворошить этот осиный улей.       Из последующего не особо насыщенного разговора парень уяснил, что взаимоотношения между домами Понебрат и Костендора всегда были непростыми: борьба за экономическое и политическое первенства и вечные взаимные нападки. Ну, как взаимные, Костендоры просто всегда завидовали могуществу и предпринимательской жилке дома маркизы, а потому на регулярной основе устраивали разного рода подлянки – распускали до смешного нелепые слухи, пытались сорвать важные сделки (ключевым словом является «пытались»), подкупали партнеров, ну и дальше по мелочевке, – и, конечно же, маркизов не могла не раздражать эта чертовски долго и назойливо летающая муха, вот и приходилось довольно пассивно, но реагировать на их детские попытки запятнать честь семьи Левони, длившиеся целыми поколениями.       Кроме того, важной особенностью и, несомненно, гордостью каждого аристократического рода являются собственный герб и цвет, как, например, те же самые псы (Изарт решил про себя называть так Костендоров, но, судя по случайно вырвавшемуся из уст их новому названию, Иан тоже оценил прозвище) носили повязки темно-зеленого цвета, а на краешке рубахи над левой грудиной был вышит герб графа – степной орел с распахнутыми крыльями и разинутым клювом, в лапах которого покоилось какое-то дохлое мелкое млекопитающее. Слишком уж величавый герб для таких крыс, и слишком уж амбициозный, как решил Изарт. Также про себя.       Повернув голову и слегка ее опустив, парень с еле уловимым восторгом посмотрел на повязанную рыцарем пару минут назад красную ленту – цвет маркизы. Немного вызывающий, но и этому нашлось свое объяснение. Все дело в том, что история рода Понебрат еще очень много лет назад была написана кровью. Когда-то давно у одного императора родилось несколько сыновей, из которых самый младшенький был очень болезненным и слабым ребенком, многие даже полагали, что тот не доживет до своего совершеннолетия, а о продолжении рода никто даже не заикался. Но время шло, а мальчик все рос и не умирал, но, в отличие от своих крепких братьев, брал не силой, а остротой мозгов. И вскоре он так полюбился аристократам и тогдашнему королю-отцу за свой уникальный ум, что было решено сделать его приемником короны. Сила – это хорошо, но правитель должен помимо всего прочего работать головой. Естественно, семеро старших братьев были крайне недовольны таким развитием сюжета, и, объединившись против хилого подростка, решили умертвить свою кровь, пусть и сводную. Однако недалекие наследники даже не догадывались, что за все годы унижений и насмешек мальчик вырос двуликим: на публике он улыбался и раскрывал свои исключительные таланты, прослыв в народе гением, а наедине же с собой он строил подробные мечты о том, как убьет всех тех, кто принижал его и списывал со счетов.       И вскоре грезы терзаемой нападками души, казавшиеся несбыточными, в один прекрасный день стали явью. Так, усыпив ничего не подозревавших братьев за ужином, подмешав в вино яд, он безжалостно обезглавил каждого из них своими собственными руками, насадив головы на пики и украсив ими вход в королевский дворец, а разрубленными телами усыпал небольшой сад, который так любила королева – мать большинства убитых принцев. Узнав о подобном зверстве, король, испугавшись собственного чада, отослал того за пределы дворца, навечно лишив его потомков всех прав на престол. Сложно представить, что субтильный четырнадцатилетний ребенок смог провернуть такое зверство в одиночку, и не нашлось никаких прямых доказательств, подтверждающих, что он действовал с кем-то сообща, но есть лишь догадки, что так ими и останутся. В то время всеми отвергнутому принцу служила одна девушка, что всегда была подле него, и, когда мальчика выслали прочь, та, не раздумывая, последовала за своим господином. Удивительно, что кто-то мог отказаться от беззаботной жизни во дворце ради того, чтобы навеки запереть себя в отдаленном замке без шанса на успешное будущее. Тут дело либо в безграничной преданности, либо в чем-то более глубоком, и, судя по историческим заметкам семьи Понебрат, рожденный через пять лет ребенок указывал именно на любовную связь между бывшим принцем и безродной служанкой. Однако же сложно отличить, что из всего происходило на самом деле, а что исказилось до неузнаваемости, навсегда превратившись в легенду.       Шли столетия, и потихоньку кровавое основание семьи маркизы ушло в небытие, выставив напоказ унаследованную деловую хватку «кровавого принца», от которого остались лишь приукрашенные и переделанные небылицы да красный цвет, символизирующий этот род – род, выросший и набравший силу через смерть своих братьев.       - Что на счет герба? – поинтересовался Изарт, скучающе наблюдая за двумя парами скачущих по песку рыцарей. Если честно, парень был крайне разочарован и опечален, ожидая от воинов большего. Эх, поскорее бы его очередь...       - Я понимаю, что простолюдины не всегда знают о цветах домов аристократов, но ты действительно понятия не имеешь о гербе маркизы? – тон Иана неожиданно превратился в оскорбленно-раздраженный, и парень был вынужден натянуть на лицо каменную маску идиота. Рыцарь шумно выдохнул. – Черт с тобой, щенок. Мозги тебе совсем уже отшибло, раз не знаешь таких элементарных вещей. Герб Понебрат – лев, заглатывающий луну. Неужели никогда не видел?       Что-то смутно-знакомое на мгновение вспыхнуло в сознании, но парень не смог более четко выстроить тот расплывчатый образ, и вскоре попытки вспомнить были безжалостно отброшены в сторону.       - Может, и видел, - неоднозначно бросил он, раздраженно поведя бровью, увидев, как нелепо упал какой-то простофиля-новичок. Подсечка, которую ему подставил оппонент, была слишком очевидной, и лишь только идиот мог ее не заметить. Кажется, около половины здесь собравшихся рыцарей – действительно ни на что не годный мусор. – Но почему именно луна? Разве не логичнее было бы изобразить солнце?       - Эй, шкет, где твои мозги? Ты что, не только безграмотный, но еще и недалекий? Солнце испокон веков олицетворяло королевскую семью, так скажи, как бы на нашем гербе могло появиться что-то столь возмутительное? Теперь, как думаешь, почему именно луна? По глазам вижу, как шевелятся твои мозги. Ну так что?       - Луна противоположна солнцу, - выдвинул свою догадку парень, и получил удовлетворительный кивок Иана, говорящий «а ты не такой и тупой, как может показаться».       - Принято считать, что луна способна закрыть собой солнце. Это случается довольно редко, но пример тому есть даже в природе – солнечное затмение, пусть и длится этот феномен не так долго. Всегда есть более мелкие силы, которые пытаются затмить короля и взять власть в свои руки, и, подобно самому сильному и благородному хищнику, роль семьи Понебрат заключается именно в устранении любых препятствий, способных затмить наше солнце.       - Разве это не наказание?       - Может, ты и не полный идиот. Потомки «кровавого принца», подобно простым слугам, никогда не встанут у трона, но всегда будут охранять его ценой собственных жизней. Это не столько наказание, сколько открытое издевательство – вечная расплата за ошибку давно минувших дней.       - Поэтому маркиза всеми способами пытается оградиться от влияния короля? – последний кусочек пазла сложился в довольно четкую картинку. Изарт поискал глазами Левони и, наткнувшись на ее гордо восседающую небольшую фигуру, окруженную крупными дворянами, с неким восхищением закусил губу. Она слишком хороша и умна для того, чтобы быть пешкой в чужих руках. Особенно сейчас, когда, как оказалось, является дальней родственницей короля. – Скажи, чисто теоретически, маркиза ведь может претендовать на право наследования короны?       - Если у Его Величества не было бы наследников, и если бы он внезапно умер, то семья Понебрат, как ближайший родственник, имеет на это право, - неуверенно ответил Иан, прищуриваясь. – С чего вдруг тебя это интересует?       - То есть если умрет вся королевская семья, то маркиза...       - Щенок, держи подобные рассуждения при себе! – ощерился рыцарь, хватая парня за грудки и притягивая к себе так, чтобы его губы оказались на уровне уха Изарта. – Только попробуй открыть свой поганый рот и вякнуть что-нибудь подобное еще где! Если ты подставишь Леви под удар – я лично порублю тебя на куски! Лучше оставь подобные бредни и сосредоточься на своей работе! Попытайся не забывать, что ты – всего лишь ничтожный слизняк, которого любезно приютила наша добрая маркиза, ты не имеешь здесь своего мнения и воли к самостоятельным действиям. Если тебе скажут лежать – ты заткнешься и упадешь мордой в землю, если прикажут покрутиться – ты послушно исполнишь любой каприз. Бесправному наемнику не пристало считать, что он имеет какой-то вес. Не заблуждайся. Я тебя предупредил. Если ты не так глуп, то внемлешь моим словам, если же окажется, что ты все же идиот – я покончу с твоим бесполезным существованием собственноручно.       Раздавшиеся крики утопили в себе ответ Изарта, а, может, тот и вовсе ничего не сказал. Мужчины так и продолжали стоять и молча сверлить друг друга недовольными взглядами, пока Иан краем уха не увидел опустошенный полигон и не услышал, как прозвучала фамилия Левони.       - Тебе пора, щенок. И не вздумай проиграть.       - Без тебя догадался, - пройдя мимо, парень довольно грубо толкнул плечом ощетинившегося рыцаря, но ушел слишком спешно, чтобы второй успел бросить вдогонку пару напутственных ругательств.       Спрыгнув с трибуны, ноги неприятно увязли в песке, приземляя мысли и как будто бы направляя весь негатив в попытку удержаться. Неспешно двинувшись на нужное место, Изарт огляделся и поймал устремленный на него взволнованный взгляд серых глаз. Руки маркизы все так же спокойно покоились на коленях, но даже на большом расстоянии парень уловил, как побелели костяшки ее пальцев, с силой сжатые в кулачки. Зная, что его слова никак не смогут достигнуть девушки, он бережно обхватил рукой завязанную на плече ленточку и решительно кивнул. Кажется, Левони поняла, что он хотел тем самым передать, ведь плечи ее опустились, а губы тронула легкая улыбка.       - Посмотрите-ка на него! Что, неужели так боишься, что аж трясет?       Парень смерил высокомерного ублюдка надменным взглядом, коим не удосуживалась ни одна уважающая себя блоха на теле самого грязного пса. Может, вблизи противник и казался еще выше, но, как и сказал Иан, будь он неладен, это не значит, что Изарт так легко примет поражение. Левони в него верит, и он сделает все возможное, чтобы ее вера не была напрасной.       После краткого инструктажа организатор, озвучив основные правила и запреты, за которые участников могли исключить из турнира, отошел на безопасное расстояние и приготовился внимательно следить за каждым шагом, за каждым ударом оппонентов, который приведет к победе лишь одного из них.       - Ну, покажи мне, чернь, на что ты способен, - графский рыцарь встал в оборонительную стойку. – Учитель говорил, что у Понебрат совсем не осталось умелых рыцарей, что маркизе даже пришлось нанимать всякий сброд с улицы. Сначала я ему не верил, но, увидев все собственными глазами, понял, что эти «могущественные» люди уже не те, кем были раньше.       - А я смотрю, ваш граф любит нанимать в охрану рыцарей, способных только языком чесать. Или, полагаешь, сможешь победить меня одним только искусством слова? Это у вас тактика такая специальная? Или думаешь, раз я простолюдин, то и драться не умею? Смотри, как бы не продуть с ошеломительным позором такого червяку, так часто разевая тявкалку.       Казалось, изо рта подчиненного Костендоров посыпалась мелкая крошка, судя по силе, с которой заскрипели зубы. Мужчина весь раздулся, горделиво и как-то больно нелепо вздергивая подбородок. Полагая, что его слова прозвучат обидно, он горячо выпалил:       - Тебе никогда не сравниться с рыцарями из выдающихся семей! Одно лишь твое присутствие оскверняет это почетное мероприятие!       - Что ж, тогда предлагаю его поскорее закончить, - Изарт любезно принял позицию нападающего и, дождавшись сигнала флажком, кинулся на противника.       Быть может, причиной всему было то, что зеленый рыцарь недооценил своего оппонента, или же все дело в закаленной руке ученика кузнеца, что до сих пор помнила свое дело, но удар, с которым обрушился на бедолагу Изарт, заставил того выронить из рук меч. По трибунам прошелся тихий шепоток, заставив каждого зрителя приковать внимание к необычному поединку – на самом деле, всем было интересно, кто же в этом году будет отстаивать честь маркизы Левони, что на протяжении нескольких лет так неучтиво пропускала турниры.       Дремлющая в недрах души жестокость, без которой обычному люду невозможно было выжить в суровых реалиях, в которых их заставляют жить власть имеющие, так тщательно взращенная с самого детства в нищете, нужде и обиде, с наслаждением застрекотала в предвкушении в районе живота после столь долгого мучительного и насильственного подавления. Вот она, скотина, прямо перед носом, что не знала ни холода, ни голода, за которой дерьмо подтирали всю жизнь, и которой не приходилось выносить муки похуже самой смерти!.. Как сладостно зазвучат его стоны, как приятно будет ломать, кромсать, уничтожать то, что всегда смотрит сверху и думает, что лучше остальных, когда же на деле ничем не отличается от нерадивого ребенка, если в миг отобрать все имеющееся и без гроша за душой выставить на улицу. Высокомерный болтун настолько распалил азарт парня, что тот, наплевав на все, чему его учил Иан, решил демонстрировать не умения, а собственную силу, которой как раз и был обделен оппонент. Изарт с самого детства привык полагаться на то единственное, что имел – сокрытую в теле мощь, и именно потому однажды сумел выбить себе местечко под крылом одного старого кузнеца, что увидел в нем эту непоколебимую решимость. Еще ребенком он набивал морды обидчикам, полагая, что грубая сила в его мире урегулирует конфликты куда лучше слов, и лишь благодаря своей силе он смог так долго продержаться в рабстве. Сила была не только физическая, но и тот стержень, что не сломил уязвленные разум и тело. Всякая ипостась его силы была тем, что спасало парня на протяжении всей жизни, и в особо важные моменты он не собирался отрекаться от себя настоящего.       Не дав мужчине возможности опомниться, Изарт подальше отпнул чужое оружие и точным движением ноги прямехонько так заехал углом подошвы сапога по коленной чашечке рыцаря. Тот, охнув от неожиданности, уже было завалился на бок, но не успел – парень перехватил его в момент падения и, отбросив свой собственный меч в сторону, заломил руку назад, ставя того перед собой на колени и придавливая голову коленом к земле. Запоздало пришло осознание, что не такие навыки он хотел продемонстрировать.       Еще мгновение, и звонкий щелчок, сопутствующийся протяжным криком, оглушил и без того притихшую публику. Изарт, точно куклу, отбросил воина в сторону, чья рабочая правая рука безвольно болталась где-то сбоку, словно ее просто ниточкой привязали к корпусу. Повезет, если он вообще однажды сможет меч в руку взять. А вообще, надо было следить за тем, что говоришь, неужели мама не учила?       Так закончился самый быстрый за всю историю соревнования поединок, ограничившийся лишь одним единственным ударом меча. После столь ошеломительной победы, пусть и несколько вне рамок регламента, другие поединки привередливому зрителю казались скучными и безвкусными. Публика с нетерпением ждала каждого появления этого безродного парня, что всякий раз умудрялся заканчивать победителем. Изарт не был умелым воином, его движения были грубыми, резкими и неотесанными, и невооруженным глазом было видно, что тот только-только взял в руки меч, но именно это распаляло огонь в сердцах жадных до зрелища людей. Ничего не забавляло их настолько сильно, как видеть, что какой-то новичок разбрасывает умело обученных воинов в разные стороны с помощью примитивных техник, которым тех воинов обучали в самом начале пути.       Вскоре, как оно и бывает, все неудачники вылетели из соревнований, а тех, кому посчастливилось каким-то образом победить на первых этапах, безжалостно отсекли более опытные участники. Так, довольно вымотавшийся Изарт начинал постепенно уставать, каждый раз встречаясь все с более сильными противниками, и пусть трибуны скандировали имя рода, к которому он принадлежал, с каждым новым боем ситуация принимала все более опасные обороты. Особенно это заметили Иан с Левони, успевшей перебраться к своему старому другу поближе.       Дожидаясь своей очереди, парень сидел, уронив на ноги локти и опустив вниз голову так, что черные волосы, с которых срывались капельки пота и падали на землю, полностью скрывали выражение лица. По активно вздымающейся спине несложно было догадаться, насколько он уже изнемог – с противниками сражаться становилось все труднее, а интервалы между передышками все уменьшались. Казалось, если парень сейчас поднимется, то его ноги непременно не выдержат такой нагрузки и просто откажутся идти. Грубые руки, сцепленные в замок, еле заметно дрожали, Изарт поочередно сжимал и разжимал пальцы, пытаясь унять эту бесячую дрожь.       - Щенок на соплях уже держится, - Иан аккуратно прошептал свои опасения на ушко маркизе. Та нахмурилась и кивнула.       - Знаю. Но он должен бороться.       - Ты действительно думаешь, что таким образом он сможет выиграть? – пусть мужчины и испытывали неприязнь друг к другу, но рыцарь не был глуп и настолько уж безразличен к потугам бедного юноши, и закаленный взгляд кричал ему о том, что у паренька практически не осталось сил для борьбы. – Он едва самостоятельно держится на ногах! Серьезно полагаешь, что ему удастся справиться с оставшимся противником в таком состоянии?       - Я тоже не знаю, ведь побить этого рыцаря – задача не из простых.       - Сейчас больше всего Изарт нуждается в отдыхе. При таком раскладе он свалится без сил, не дойдя до самой арены!       - Нет, мы должны еще больше давить на него, ведь сейчас нам нужно чудо. Ты-то должен знать, что чудеса не случаются, пока ты не отчаешься.       - Ты слишком многого требуешь от такого, как он.       - Иан, что ты имеешь в виду? – девушка повернула голову к другу и мягко улыбнулась. – Я верю в него именно потому, что это он. У Изарта все получится, потому что он справится. Он непременно одержит победу в этом поединке.       Рыцарь скуксился до такой степени, что обычно чуть видимые морщинки точно черной краской закрасили.       - Мне уже его жаль. Думал, что попал в руки к ангелу, а оказалось, что к самому дьяволу. Помяни мое слово, он еще разочаруется в тебе!       - Не страшно. Если он победит, его ждет щедрое вознаграждение, и тогда у него появится мотивация усердно работать.       К сожалению, опасения Иана сбылись, и, когда настал черед Изарта сражаться, тот еле смог выйти в центр арены на твердых ногах. День уже давно перестал властвовать над временем, и служивые потихоньку начали зажигаться фонари, освещавшие широкую арену, охваченную сумерками. Поначалу казалось, что даже если парень проиграет, маркиза останется довольна, но она даже не смела предположить, что этот противоречивый мужчина покажет настолько хорошие результаты, пусть и выглядел при этом достаточно непрофессионально. Никто бы не смог справиться на его месте лучше, учитывая, что с мечом он работал чуть меньше месяца, хоть на самом деле парень уже имел представление о том, как бить. Если быть точнее, он знал, что нужно делать, чтобы защитить свою жизнь, используя оружие. За столь полезные знания он всегда будет благодарен кузнецу, что некогда сам провел свою жизнь на поле боя прежде чем взяться за молот.       Для первого выхода парень показал себя с лучшей стороны, ведь он доказал, что может конкурировать с теми, кто посвятил всю свою жизнь тренировкам, и каждый, кто сегодня имел честь лицезреть хотя бы один его поединок, еще долго будет хранить в памяти этот волнительный момент. Не каждый год появляется из ниоткуда человек, способный впервые дойти от начала до самого конца. И вот теперь Изарт, пытаясь ухватиться за жалкие остатки энергии, стоял напротив прошлогоднего победителя соревнований и ждал, когда судья подаст сигнал к последнему спаррингу.       - Фиолетовый? – парень окинул взглядом стоявшего перед ним серьезного вида рыцаря и наткнулся на повязанную ленточку. – Не напомнишь, чей будешь? А то, знаешь, я не очень хорошо разбираюсь в этих дерьмовых формальностях...       - ...       - Хотя, да, можешь не отвечать. Зачем, если победителем все равно буду я?       - Ты слишком много болтаешь, - оппонент занял атакующую позицию, чем, несомненно, огорчил паренька. Он-то рассчитывал задавить оставшейся мощью, а теперь, получается, он будет вынужден потратить ее на оборону, совершенно не оставив ничего для атаки.       - Пытаюсь наверстать упущенное – я чертовски долго молчал, знаешь ли. Многие годы в одиночестве просто свели меня с ума.       - Тогда, я положу конец твоему безумию, - беспристрастное лицо фиолетового рыцаря не дрогнуло ни на секунду, когда был подан знак начинать поединок, и тот в привычном жесте занес меч, словно делал все на автомате.       Изарт еле успел отбить удар. Черт, силен, зараза! Отвратительный расклад. Такими темпами он точно проиграет! Противник явно не уступал ему по силе, и пусть оба уже были на пределе, но у рыцаря было то, чего не хватало пареньку – умения и опыт. Многие годы бесконечно повторяющихся движений отточили каждый удар и позицию настолько, что можно уже спокойно драться с закрытыми глазами. Изарт буквально не поспевал за его движениями, получалось только отбиваться, и вскоре он почувствовал, как его начали теснить. Трибуны ревели, кровь в жилах на стрессе и изнеможении закипала, множество вопящих голосов слились воедино, и тогда знакомое покалывание, продирающееся сквозь весь этот рокот, стало перерастать в нечто более масштабное.       «Черт, только не сейчас!» – Изарт только успел подумать, как ощутил огромной силы удар.       Он не понял, в какой именно момент потерял меч. Парень увидел только то, как тот радостно отлетал куда-то в сторону и не собирался возвращаться по заветному щелчку пальцев. С падением оружия исчез и шум вокруг. Люди замерли и замолчали, словно кто-то поставил время на паузу. Вот судья готов подать знак, что бой окончен, а фиолетовый рыцарь уже собирается убрать меч обратно в ножны – это видно во взгляде, в котором читается победа, хотя острие до сих пор оставалось направленным в сторону соперника.       - Сдавайся, ты без оружия, - мужчина не звучал высокомерно, он, скорее, давал совет. – Ты достойно держался на протяжении всего турнира и показал себя с лучшей стороны. Но одного везения недостаточно, чтобы обойти меня.       - Нет...       - Прошу прощения?       Казалось, шепот, еле вылетевший из губ Изарта, разлетелся по всему пространству арены, накрывая каждую песчинку и обволакивая каждого присутствующего. Парень, покачиваясь, резко задрал голову и, прокусив до крови внутреннюю сторону щеки, приводя тем самым в чувства, принял оборонительную стойку. Силы иссякли, ноги подкашивались, а перед глазами расплывалась действительность, но он решил, что обязательно сделает все возможное, чтобы победить. Чего бы ему это ни стоило.       - Глупец, ты поранишься, если продолжишь. Смирись, ты проиграл с честью.       - Не тебе судить... проиграл я... или нет, - делая небольшие паузы, выдавил из себя Изарт и из последних сил выкрикнул так, что некоторые, особенно дамы, испуганно вздрогнули, насколько устрашающе прозвучало всего одно слово, срывающееся на рык. – Нападай!       Обычно невозмутимая Левони вскрикнула и зажала рот ладошками, когда на парня обрушилось острое лезвие меча. Сердце стучало так, что, казалось, даже Иан мог услышать его бешеный бит, в утешающем жесте сжимающий маркизу за предплечье. Для зрителей все произошло настолько быстро, что никто не успел среагировать должным образом, но для того, кто был готов принять этот смертельный удар, словно вся жизнь пронеслась перед глазами.       Как в замедленной съемке Изарт видел, как прямо по касательной в сторону его левой руки несется меч, но что-то словно приковало тело к земле, не позволяя даже пальцем пошевелить, и только в самую последнюю секунду, когда неизбежное уже казалось так близко, парень поднырнул под рабочую руку фиолетового рыцаря, и тот, не успев вернуть меч в изначальное положение для следующей атаки, оказался беззащитным перед ударом в солнечное сплетение. Изарт, схватившись левой рукой прямо за лезвие, зафиксировал его у себя у бедра, чтобы мужчина не смог вновь замахнуться, и, пригнувшись, практически опускаясь на корточки, из последних сил ударил по самому защищенному месту рыцаря, который, совершенно не ожидая получить подобный бесчестный подарочек, повалился на землю, выпуская из рук оружие и скрючиваясь безобразной гусеницей на песке, в шумов втягивая через ноздри отрезвляющий воздух.       Изарт, тяжело дыша, откинул голову назад, пошатнувшись. Вот и все.       Публика взревела с такой силой, что барабанные перепонки и без того уставшего парня готовы были лопнуть. Еще чуть-чуть, и тот готовился грохнуться в обморок, но приятное ликование заставляло не терять сознание. Поморщившись, парень медленно перевел взгляд на ладонь, крепко сжимающую лезвие, по которому сочилась его кровь и крупными каплями била по песку. Разжав пальцы, меч с неприятным звоном упал рядом со своим скорчившемся хозяином, и Изарт, пытаясь сфокусироваться, попробовал отыскать взглядом ту, ради кого вообще и было затеяно это чистой воды самоубийство, ведь, стоило парню замешкаться хоть на секунду, сейчас он бы валялся побежденным без руки, а не этот бедолага без достоинства.       Зрение отказывалось подчиняться, и все же парень оказался упорнее. Сквозь неясность он сумел отыскать копну красных волос среди всех этих красок. Взгляд маркизы, кажется, навсегда отпечатается в его памяти – радость, смешанная со страхом, читалась в этих серых глазах, в уголках которых, Изарт мог поклясться, блестели слезы. Она что-то говорила, но слова не долетали, растворялись среди остальных шумов, и все же перед тем, как отключиться, парень рассмотрел легкое шевеление ее губ, перетекающее в нежную улыбку, от которой перехватило дыхание.       Я тебе верю, Изарт.